Лес Туманных Видений

Когда узкая тропка, и без того едва заметная в густом молочном тумане, окончательно исчезла, Алвину оставалось только признать очевидное: он заблудился. Ветер щекотал ноздри упоительными запахами сырой земли и травы, а слух тонул в безлюдной тишине позднего вечера, и в любой другой момент он, возможно, насладился бы подобной благодатью, но хлюпающие сапоги, стертые в кровь ноги и смертельная усталость отнюдь не вызывали никакого желания, кроме одного — дойти уже хоть куда-нибудь, где будет тепло, сухо и безопасно. А Лес Туманных Видений, словно издеваясь, водил кругами, теперь же и вовсе… Тоскливо вздохнув, Алвин приземлился под ближайшим деревом и поспешил скинуть с себя бесполезную железку, которую ему торжественно вручили, отправляя в славный поход против крылатого змея, коварно выкравшего и заключившего в башне драгоценную дочь правителя соседних земель, солнцеликую Аветту. Помимо руки и сердца красавицы, как водится, обещали половину королевства, так что Алвин не обманывался речами о священном долге благородного спасителя, коими отец вдоволь накормил его прежде, чем отправить дорогу. Ох уж эта человеческая жадность! Казалось бы, всего в достатке у них, но восхотелось старому королю обрести волшебные горы, где соседи добывали чудные самоцветы, известные на весь мир, вот и отправил своего несчастного младшего сына с одной зубочисткой, простите, святым мечом против чудища, и даже рыцарей с собой взять не позволил. Ещё и башня оказалась спрятана у черта на куличках, так что Его Высочеству Алвину Симону Витольду Элрику грозила позорная смерть даже не от пламени змея, а от холода, голода и, смешно сказать, комаров! Отмахнувшись от очередного кровопийцы, Алвин устремил взгляд к белёсому небу. Пусть до темноты ещё оставалось некоторое время, да и ноги неприятно ныли, умоляя об отдыхе, всё же следовало идти дальше. Раз не суждено сегодня выйти из этого леса, неплохо бы найти ночлег. И только он собрался приступить, как на его голову с оглушительным «Мир-р-р!» свалился сумасшедший комок перьев. — Да отцепись ты! — ворон, кажется, сдаваться без боя не собирался, намертво вцепившись в волосы острыми когтями и отчаянно размахивая крыльями. — Чего ты от меня хочешь?! Птица будто лишь этих слов ждала: слетела на землю, отпуская проредившуюся шевелюру, обернулась и призывно каркнула. Проскакала несколько метров и снова обернулась. — За тобой идти? — озадаченно уточнил принц. Ворон… кивнул и уставился умным чёрным глазом в ожидании. Долго думать Алвин не стал. Куда направляться дальше он не представлял, так почему бы не по пути, на который так активно приглашают? Ворон уверенно устремился в самую чащу, постоянно останавливаясь, пока Алвин, позабыв усталость, нагонял его по кочкам, лужам и мощным сплетенным корням древних деревьев, не всегда заметным в тумане. Довольно быстро лес, как и туман, начал редеть, вскоре стала видна дорога, но упрямый проводник продолжал вести юношу, иногда даже подталкивая в спину, и зло клевался, стоило остановиться передохнуть, пока у обочины не показалась сгорбленная фигура человека. Передвигался он с трудом, подволакивая плотно перевязанную ногу и, казалось, вот-вот рухнет на землю. Ворон привлек внимание звучным «Мир-р-р!», и старик медленно повернулся, позволяя ему сесть на перчатку. — Вот ты где, красавица! Это был высокий, крепкий старик с буйными седыми кудрями и россыпью пятен-веснушек на худом морщинистом лице. Но внимание Алвина привлекло другое — золотые, безумно яркого оттенка глаза, что будто светились в подступающем с востока сумраке. — Здрав будь, добрый человек, — кивнул принц. — Помощь тебе нужна? — От помощи бы не отказался, — ответил старик. — Ногу, вон, перешиб, идти тяжело, до дома так боюсь не поспеть к ночи. — Далеко ваш дом? — Да нет, близко совсем, — он глянул искоса и улыбнулся с хитрецой. — А что, в гости хочешь? Так пожалуйста. Не дело это, в такой темени по лесу Туманных Сновидений шастать. Заморочит голову Ночная Госпожа — и поминай, как звали. К слову, Мир я, а проводница твоя — Присцилла. Доведёшь до дома, мальчик? — Отчего не довести! Дом действительно оказался недалеко. Они успели едва-едва, под конец дорогу едва можно было увидеть. Старик Мир в своих владениях чуть оживился и начал командовать неожиданно звонким голосом: здесь растопку принеси, там воду притащи, тут картошки начисти. Алвин, пусть и ошалел сначала, возмущаться не стал. Гостю нежданному самому ужин приготовить не в тягость, к тому же, не принц он вдали от замка. Главное, ночь предстояло провести в тепле и с крышей над головой. — Ты куда направляешься-то с такой красивой железячкой? — поинтересовался хозяин, с аппетитом приговорив получившуюся похлебку. Присцилла наблюдала сверху, примостившись на балке под потолком. — Не на дракона же? — На него самого, — вздохнул Алвин. — С радостью бы от такой чести отвертелся! Да принцессу жалко, надо хоть хитростью попытаться змея одолеть, не мечом же с филигранью… Мир о чем-то задумался, потирая подбородок, а потом сказал: — С таким оружием, конечно, против него не пойдешь. Ну да ладно, чего я тебя держу, спать давно пора. Снились Алвину перестук молотков и жар кузницы, где молодой кузнец с буйными рыжими кудрями и глазами цвета расплавленного золота трудился, задорно улыбаясь. Вокруг него увивалась чернявая девчонка, приговаривала: «Кар-р-равай-каравай, принцу Алу помогай!» А наутро в лесном домике Алвин не нашёл никого, только записку у изголовья и железный каравай с причудливым узором, завернутый в тряпицу. «Вот тебе оружие сильное, с ним никакой дракон не страшен. Это благодарность моя за помощь. И похлебка вкусная была, не всякий день нам принцы готовят». Возможно, два смутно знакомых силуэта привиделись ему в предрассветном тумане.

***

Алвин не верил, что чудной каравай может быть сильнее меча, и принял всё за шутку, однако положил его в сумку. На привале, перед самой драконьей башней, он развернул подарок и принялся вертеть в руках. «Трум!» — отозвался металл на неосторожное движение. Звук, глубокий, точно с самого дна моря, Алвину понравился. От касаний к лепесткам, вырезанным на одной из сторон, инструмент — иначе не назвать — начинал петь обо всём чудесном в мире. Даже время словно приостанавливало свой бег, чтобы насладиться волшебной песней. — Старик Мир, оказывается, кудесник, — рассмеялся Алвин. Тоска и скука, преследовавшие его с самого начала пути, бесследно испарились. Теперь он точно знал, что нужно делать. Драконья чешуя переливалась в цвете солнца зеленью и серебром, а глаза горели пламенем. Нельзя было не признать: чудище поражало своей красотой. Жалко против такого с мечом, и Алвин отбросил его прочь. Раз — пальцы пробежались по кругу лепестков, пробуждая магию. Два — дракон повернул голову, выпуская из ноздрей черный дым, но замер, заворожённый музыкой. Зажурчали ручьи, запели далекие звёзды и земля под ногами, сердце забилось в такт. И три — принц пробежал к двери мимо грозного стража, переставая играть. Подстегиваемый разъяренным криком обманутого зверя, Алвин помчался вверх по бесконечной лестнице, перепрыгивая ступени через одну, по-прежнему крепко сжимая в руках свое оружие. Дыхание сбилось, он почти упал у тяжелой, обитой железом двери, когда та отворилась. На пороге стоял белокурый ангел с небесными очами, хлопая длинными светлыми ресницами и стеснительно улыбаясь. И всё бы хорошо, да ангелу вряд ли стукнуло больше шести! — Привет, я Ави. Сыграешь ещё? Амелинде тоже понравилось! — Ави? — не поверил Алвин. — Принцесса Аветта? — Ага, — радостно подтвердила та. — Так сыграешь? Алвину хватило сил на кивок. — Амелинда, он сыграет! — крикнула девочка куда-то за него. — Вижу, — прохрипели сзади. Резко развернувшись, Алвин столкнулся с горящим драконьим взглядом на лице юной девушки. Та опиралась о стену и подобно ему пыталась продышаться, но не переставала настороженно зыркать. — Дракон? — без особой надежды на отрицательный ответ уточнил он. — Дракониха, — оскалилась красавица. — Что, жениться теперь, герой? И горы с самоцветами? — Разве что на тебе, — не слыша собственного голоса ответил Алвин. — Обойдусь без гор с самоцветами. Девушка-дракониха заливисто захохотала, махнув длинной переливающейся косой. — Правильно, потому что принцессу бы я не отдала! Договор у меня на её охрану, пока не вырастет, чтоб самой охотников до самоцветов отгонять. А Алвину того и не надо. Он нашел, что искал. — Замуж за меня пойдёшь? — Если играть нам будешь — пойду, — милостиво согласилась Амелинда.

***

Говорят, за лесом Туманных Видений есть башня, в которой томится уж не первый год солнцеликая принцесса Аветта. Сколько могучих воинов пыталось её освободить — и никто не смог, все засыпали, совсем немного не дойдя до цели. Просыпались они далеко от того места и рассказывали о чудотворной музыке, подобную коей не слышали никогда. Но когда-нибудь найдётся человек, что спасёт принцессу от страшного крылатого змея. Лет эдак через десять.