Апокалипсис: начало Мира

-Мне одному кажется, что ангеы не должны ругаться? – вдруг спросил До Хан с наивным взглядом. -Почему Голодом стал ребенок, мне кто-нибудь объяснит вообще? – отчаянно произнес Парки. -В школе мой профессор истории однажды высказался на счет всадников. Он предположил, что ими становились только невинные души, чьи помыслы были чисты, и те, кто страдал ни за что в поисках справедливости и правды, - сказала Эмили. -Не такие уж мы здесь все невинные, Эми. Все из нас убивали и заставляли страдать множество людей, просто, потому что кто-то однажды обидел нас. Все эти действия, все смерти будут преследовать нас до момента нашей кончины, - говорила со слезами на глазах и ненавистью к себе Виктория. -Когда вы сами поймете, что вы не чудовища?! – воскликнула Эми, вскочив с места. – Если бы не Вик, не было бы открытий в медицине, и никто бы так и не понял, что чистота важна. Если бы не Лилит, мы бы не научились ценить своих близких, которых в любой момент может у нас не стать. Если бы не ты, Виктория, не было бы развитий в политике внутри стран и внешних отношений. Если бы не До Хан, люди бы только и знали, что есть, есть и есть, с помощью него мы научились заготавливать продукты в разном виде. Да, возможно, вы убивали, но все это послужило уроком для всего человечества. Те люди погибли не зря. Они погибли, чтобы мы жили, учась на их ошибках. Теперь же вам выдался шанс исправить, как вы думаете, ошибки своего прошлого и спасти это гребаное человечество от нечисти, которая вашими руками хочет совершить свои гнилые дела. -Сейчас заплачу от такой красноречивости…, - с сарказмом произнес Парки, подперев щеку рукой. -Это у нее с детства, - вставил свое слово Роджер. -Хорошо, допустим, что мы сможем выйти отсюда и не навредим людям, но где мы будем искать Аббадона и Стонгса? – спросил Вик, подняв взгляд на Эми. -В этом нет необходимости, - вдруг произнесла Лилит, изменившись в лице. -О чем ты? – спросил Парки. -Он уже здесь. Эмили, отойди оттуда! Раздался сильный грохот и пол сотрясся. Потолок был чем-то пробит, посыпались большие бетонные камни. Всю комнату наполнили клубы пыли. Все начали кашлять, глаза невозможно было толком открыть. -Эмили…Эми, где ты? – начал звать интерна Вик, пытаясь выбраться из-под засыпавших его груд бетона. -Черт, что это было? – спросил Роджер. Когда пыль немного осела, начали виднеться крылья Парки. Ангел успел прикрыть девушку крыльями. -Цела? – спросил ангел Эмили. -Да…Вроде бы. -Неужели сам Парки здесь?1 Давно ангелом стал? Ты ж в демонах высшего ранга ходил. А теперь что? Аж смотреть страшно на тебя. Представляю, как теперь ты станешь изгоем еще и в аду. В поднебесном царстве с тех пор тебя не жаловали, когда родной отец унизил при всех своей публичной поркой, - язвительно говорил мужчина. Им оказался демон. Худощавое телосложение, волосы черного цвета собраны в небольшой хвост, несколько прядей выбиваются и падают на лицо. Острые черты лица, ехидная улыбка, над левым глазом шрам, глаза серого цвета. Одежда черного цвета, майка с коротким рукавом подчеркивает мускулистые руки и пресс. Черные брюки с ремнем так же подчеркнули длинные ноги парня. На ногах такие же черные кроссовки с белой подошвой. Сразу и не скажешь, что этот парень демон, скорее модель какого-нибудь дорогого бренда одежды, но никак не сын Сатаны. -До Хан…, - прошептала Эмили, увидев мальчика под грудой бетона. Интерн сразу бросилась спасать мальчика, из головы которого текла кровь. -Ой, как жаль, зацепил милашку принца. Эх! Ну, не мачеха, так я, - пожав плечами, сказал демон. -Аббадон! – послышался яростный возглас Лилит. Ее глаза загорелись красным цветом, а волосы потемнели. -Матушка, как рад вас видеть! -Что тебе в аду не сидится? -Скучно там. Отец весь в работе, почти не дает пытать души. Столько идей, а реализовать не получается, - с досадой в голосе произнес Аббадон. -Поэтому ты решил убивать людей и поработить всадников, в том числе меня – свою мать? -Почему нет?! Ты прекрасный демон. Я бы хотел почувствовать, что такое власть. Тебе же знакомо то чувство, когда управляешься тысячной армией демонов, так ведь? – сказал демон, подойдя к матери вплотную и смотря на нее сверху вниз. -А ты уже успел подчинить себе всех демонов? Я не слышал, чтобы Люцик хотя бы одного из демонов жаловал свободой. Только ты выбрался, несносный мальчишка, - сказал Парки. -Нет, не успел, но Стонгс со своими сородичами со мной. Если я подчиню себе всадников, мои братья и сестры увидят, что мать за меня, и пойдут следом. Она для них авторитет…Только для них, но не для меня. -Ну, ты и козел! – прорычал Вик и бросился на Аббадона. Тот ловким движением схватил его и отбросил в стену, которую тот пробил и пролетел немного по коридору. На лице демона появилась легкая улыбка, и послышался презренный смешок. У Виктории в руках появился меч, и она перевоплотилась в всадника. Девушка замахнулась, но ее меч звонко ударился об щит из темной демонической дымки. Война немного опешила, но снова перешла в атаку. Аббадон был явно удивлен, что атаки Виктории не так уж и легко отбивать. Девушке даже удалось зацепить острием меча демона, и, замахнувшись в очередной раз, меч Войны был пойман рукой демона. По руке Аббадона потекла кровь, но тот яростно смотрел на Викторию. -Зря ты меня так раздражаешь, девочка, - прорычал демон, сверкая своими серыми глазами. -Кажется, эта девочка задела твое самолюбие, - съязвил Парки. Расправив крылья, он бросился на Аббадона и поднял его над землей, вынося наружу из разрушенного здания. -Соберитесь все! – крикнул ангел прежде, чем скрылся за руинами с сопротивляющимся демоном. -Это плохо, - произнесла Лилит. -Что именно? – спросил Вик, тяжело дыша и пробираясь к остальным. -Он никогда не проигрывал своим соперникам. До крови редко доходило, но, если его калечили, то там не вмешивались даже демоны высших рангов. -Его слабые стороны? – спросила Эмили, поднимая До Хана. -Только одна – нехватка внимания в детстве. -Офигенно, блин! Недолюбленный мамкой засранец – демон с комплексом неполноценности! – воскликнула Эмили. -Что нам делать? – спросил Вик. -Черт! Парки! – завопила Война и побежала по кускам разрушенной стены наружу. Все остальные ринулись за Викторией.