кола с вишней

В какой-то момент Юнги теряет связь с реальностью. Вот так просто, хватило лишь тэхёновых рук на его теле, и все мысли мигом выбило из головы, словно их и не было. Если честно, Мин был против, с самого начала твердил Тэхёну, что подобного рода затеи — не для него. А Тэхён, обладая сильной напористостью и крайней целеустремлённостью, не отступал. И Юнги, в конце концов, сдался. И вовсе не зря, как ему кажется. Потому что омежьи ласки ощущаются до одури приятно и возбуждающе. «Я люблю альф, омеги меня не интересуют!» — кричал Юнги, отбиваясь от настырного парня. А Ким Тэхён на все его слова наплевал и для себя давно решил, что пока Мин взаимностью не ответит, он от того не отстанет. Юнги, в свою очередь, назойливых людей на дух не переносил. Вот только Тэхён не просто приставучий, он ещё и безумный собственник и мазохист. По крайней мере, такие выводы для себя сделал Мин, когда после очередного удара в лицо Ким продолжал за ним бегать как ни в чём не бывало, даже цветочки ему купил. «Странный», — заключил омега, наблюдая за Тэхёном, который старательно выводил что-то карандашом на листке бумаги. В помещении стояла жара, и открытое окно не спасало от майского зноя. До конца учебного дня оставалось две пары, пережить которые не составляет труда. Но было бы легче, если бы какой-то омега, приковывающий всё внимание Мина к себе, не сидел на парте неподалёку и не мозолил глаза. Будь его воля, Юнги бы давно выкинул Тэхёна в то самое открытое окно, отправляя в свободный полёт с третьего этажа. Не умрёт, но кости переломает, а это уже радует. Юнги рассматривает тэхёнов профиль и про себя отмечает, что тот очень красив. За ним бы толпы омег и альф гонялись, если бы Ким за одним конкретным человеком не бегал на протяжении всего года. — Странный он какой-то, — озвучил юнгиевы мысли сидящий рядом Чимин. Омега повернулся в сторону друга и обвёл изучающим взглядом напряжённое лицо Пака. Тот нахмурил брови, пытаясь издалека разглядеть тэхёновы каракули на бумаге. С Чимином Юнги знаком давно, с самого детства, наверное. По правде говоря, Мин понятия не имеет, как такие разные люди вроде нелюдимого Юнги и общительного Чимина смогли сдружиться, но что есть, то есть. Вообще-то на фоне Чимина Тэхён и не кажется настолько странным. Во всяком случае Ким не ходит на вечеринки, не красит свои волосы каждый месяц в новый цвет, не носит футболки с идиотским принтом и уж точно не заявляется пьяным в стельку под утро в юнгиеву квартиру со словами «я ща обоссусь». Впрочем, омега не считает это чем-то из ряда вон, просто иногда это действительно… вызывает некоторые вопросы. В частности, что такое принимает Пак, что каждый божий день ведёт себя так, словно в последний раз живёт. Ответ на этот вопрос оказался до неприличного прост: Чимин всего лишь любит жизнь и получает от неё удовольствие. Да, и правда странный. — Бегает постоянно за тобой… Чё ему надо-то? — спрашивает омега, продолжая рассматривать Кима. — Да так, ничего особенного, — отмахивается Юнги и сам с себя смеётся. Ничего особенного, если гиперактивного влюблённого омегу, который носится сломя голову за другим омегой, можно так назвать. А Мин уверен, что нельзя. — Ходят слухи, что он в тебя влюблён, представляешь? — смеётся Пак. — Реально с приветом паренёк. Ты когда-нибудь видел, чтобы омега любил другого омегу? — Да, — резко отвечает Юнги и снова поворачивает голову в сторону Тэхёна. — Я даже знаком с одним лично. — Правда? — брови Чимина взмывают вверх, выказывая неподдельное удивление обладателя. — Как такое возможно? Родители говорили, что такое против природы, и омеги всегда должны любить альф… — А ты больше их слушай, — холодно бросает Мин. — Глядишь, сам не заметишь, как превратишься в унылое консервативное говно, не умеющее принимать человека таким, какой он есть. Омега встаёт с места под шокированный взгляд друга и подхватывает свой рюкзак, собираясь направиться в сторону Кима. Тот, кажется, закончил чиркать на листочке и уже собирал свои вещи, чтобы пойти в нужную аудиторию на следующую пару. — Кстати, — неожиданно разворачивается Мин. — Разуй глазки, Чимин-и, и живи настоящим, толерантным временем. Чимин в ответ ничего не говорит, и Юнги расценивает это как то, что его друг пока переваривает сказанную информацию. Или пытается принять реалии мира, но это на Пака не особо похоже. Тэхён и вправду уже уходил, но Юнги перехватил его в дверном проёме аудитории. Ким смотрел на него спокойно, не выражая никаких эмоций, но омега точно почувствовал, как тот слегка дёрнулся в его руках. — Что ты делал? Рисовал? — вдруг спрашивает Мин. Тэхён наконец отмирает и скидывает с себя каменную маску, будто просыпаясь, и смотрит на Юнги неверяще. А у самого сердце сальто сделало и, кажется, забилось с неистовой силой. — Почему тебя это интересует, Юнги-я? — усмехается он. — Неужто тебя волнует, чем я занимаюсь? Влюбился, что ли? На тэхёновом лице ухмылка расплывается, а Юнги хочется по этому лицу ударить. Нет, правда, и зачем он интересуется? Плевать Мин хотел на то, что там рисует этот омегасексуал, хоть их с Юнги потрахушки, абсолютно без разницы. Ну, может, чутка любопытно, но не более. И с чего этот самоуверенный придурок вдруг решил, что Юнги в него влюбился? Как в такого надоедливого и непонятного омегу можно влюбиться? Да и пахнет он спелой вишней, что с юнгиевой колой никак не сочетается. И вообще-то Юнги нравятся альфы. — Вообще-то мне нравятся альфы, — неожиданно неуверенно произносит омега и всем своим существом даёт понять самодовольному Киму, чтобы тот отвязался наконец и шёл своей дорогой. — А мне нравишься ты. Юнги бы сейчас определённо устало вздохнул, потёр переносицу и врезал Тэхёну, да так, чтобы чужой нос сломался, вот только это мешает сделать небольшая помеха. Помеха в виде тэхёновых губ на омежьей щеке, нежного чмока и сияющих карих глазок напротив. Запах вишни окутал Юнги с ног до головы, забился в нос так, что можно задохнуться в этой сладости. А Тэхён лепечет быстрое «потом увидишь, что я рисовал» и ретируется лёгкой походкой, словно не он секунду назад поцеловал другого омегу в щёку в коридоре университета. Наверное, Мин бы разозлился и обязательно побежал вслед за омегой, чтобы дать тому знатных пиздюлей, вот только бить Тэхёна не хочется совершенно. Отчего-то хочется понять его, обнять, тепло подарить, а потом сказать тысячу слов извинения, поглаживая вьющиеся чёрные волосы. Юнги бы давно дал понять Тэхёну, что не заинтересован в нём и никогда полюбить не сможет, но язык не поворачивается. Юнги вдруг осознаёт, что получать знаки внимания от другого омеги в разы приятнее. Юнги понимает, что, кажется, влюблён.

***

— Пиздец, — выдыхает Юнги, оказавшись дома. Он бросает рюкзак на кровать и сам плюхается следом, приземляясь лицом на мягкую поверхность. Жизнь, видимо, решила сыграть с ним злую шутку, раз Юнги просто взял и осознал свою влюблённость в заносчивого мудака-омегу, который не даёт ему прохода с самого начала учёбы. Мысль о том, что они оба омеги, ввергает в несколько стадий принятия. Сначала Юнги рьяно отрицает свои чувства к Тэхёну. Потом гневается, что полюбил идиота, так ещё и омегу. После торгуется с судьбой, прося прощения за все грехи. Затем впадает в депрессию, считая, что его и без того никчёмная жизнь окончена и позора не избежать. И, в конце концов, принимает свою любовь, убеждая себя, что остальных вообще-то ебать не должно, кто с кем трахается. И всё это Юнги проходит всего за час. Как ни крути, а сердцу не прикажешь, поэтому омега с чистой совестью посылает всех нахуй и клянётся себе, что совсем немного поморозит Тэхёна, а потом они оба свалят в закат, держась за ручки, как сопливая парочка из не менее сопливой дорамы. План кажется до жути простым, но на деле… Юнги страшно. Банальный страх непринятия общества, собственной ориентации и, самое главное, разочарования в Тэхёне. Что, если он абсолютно не такой, каким кажется поначалу? От подобных мыслей мурашки по коже, а по спине неприятный холодок. Если так подумать, то Кима Юнги знает лишь из собственных наблюдений и выводов, но это не всегда правда. И спросить про Тэхёна не у кого, тот ни с кем не общается особо. Такое заключение отнюдь не утешает, только подливает масла в огонь, заставляя Мина отчаянно саморефлексировать. Оповещение на телефоне выводит омегу из болезненного самобичевания. Юнги даже думать не хочет, кто и с какой целью ему написал после пар, прекрасно зная, что в это время Мин либо спит, либо собирается спать. Входящее сообщение от «не отвечать, это какой-то долбаёб»: Привет, Юнги-я~ Ох, кто бы сомневался, Ким Тэхён собственной персоной. Тот каким-то образом достал номер Мина и каждый вечер строчил какие-то милости, скидывал картинки со смешными котами, присылал мемы и пару раз отправлял нюдсы. Юнги их, конечно, не смотрел, разве что глянул одним глазком, но этого было вполне достаточно, чтобы окончательно понять, что Ким ебанутый. Юнги быстро переименовывает контакт на «причина моей гомосексуальности» и открывает диалог с омегой. Причина моей гомосексуальности: Привет, Юнги-я~

Вы: чё надо, я сплю

Причина моей гомосексуальности: Правда? А скинешь фотку? ^_^

Вы: это ещё нахуя? извращенец

Причина моей гомосексуальности: Я всего лишь хотел посмотреть на твою сонную мордашку, почему ты такой жестокий, Юнги-я?(

Вы: иди нахуй

Причина моей гомосексуальности: Ладно, но я думал, что тебе интересно узнать, что же я рисовал Разве нет?

Вы:, а должно?

Причина моей гомосексуальности: Ясно, я просто скину тебе, потому что уверен, что тебе наплевать, хах *фотография* Юнги несколько секунд смотрит на присланную фотографию, не моргая. На ней тэхёнов рисунок, а на рисунке карандашом изображён обнажённый Юнги, связанный по рукам и ногам. Омега готов признать, что Ким отлично рисует, раз уж заставил самого Мин Юнги смущаться. Но всё-таки это и злит немного, потому что какого вообще чёрта?

Вы: какого хуя, ким тэхён я тебе голову откушу, так и знай

Причина моей гомосексуальности: Прости, в моих фантазиях ты выглядишь слишком хорошо, ахах)

Вы: пиздец больше не пиши мне

Причина моей гомосексуальности: Ты говоришь так каждый раз, но ещё не додумался заблокировать мой номер Значит, не так тебе и противно

Вы: дай угадаю, у тебя всё равно есть другой номер, с которого ты будешь мне писать, так?

Причина моей гомосексуальности: Верно подмечено ;) Но и мои номера не бесконечны, Юнги-я, так что… Ты просто не хочешь, чтобы я от тебя отстал Признай уже это Чёрт. Грёбанный Ким Тэхён обладает экстрасенсорными способностями, ибо Юнги не может объяснить, как тот с такой точностью попал прямо в цель. Либо у Мина на лбу написано «я хочу, чтобы Ким Тэхён меня трахнул», в чём омега очень сомневается.

Вы: возможно но это не даёт тебе повода ебать мне мозги без конца

Причина моей гомосексуальности: Прости… Но ты что, не отрицаешь, что я тебе нравлюсь???

Вы: я не говорил, что ты мне нравишься, это ты так решил

Причина моей гомосексуальности: Ты такой бесчувственный, Юнги-я :(

Вы: всё, отъебись, я спать хочу

Причина моей гомосексуальности: Спокойной ночи! Точнее, дня Ну сна, в общем Пока~ — Господи, угораздило же… — бурчит Юнги и закрывает глаза, проваливаясь в привычный дневной сон.

***

Юнги просыпается ближе к вечеру. Десять минут у него уходит на то, чтобы понять, кто он, где и почему, после чего он садится делать ненавистную домашку, которую, очевидно, так и не доделает, променяв на новый фильм или, может быть, манхву. Омега не ленивый, нет, просто считает, что от мусора в своей жизни нужно избавляться. Именно поэтому домашка по литературе забыта, а сам Мин сейчас наслаждается новым сезоном любимого сериала, поедая чипсы и вливая в себя колу. Кола с вишней, кстати, и Юнги вдруг подумал, что на вкус не так уж и плохо. Даже вкусно, и человек, который придумал это сочетание, точно удостоился собственного места в раю. Вот только привкус вишни в напитке заставляет неосознанно вспомнить запах, который окружил Мина, когда его обладатель поцеловал омегу в щёку. В животе разливается приятное тепло, и что-то словно трепещет. Юнги бы обвинил во всём смесь газировки и чипсов, вот только такое чувство принято называть «бабочками в животе». Омеге такая формулировка не нравится, он предпочитает называть это «несварение», но почему-то конкретно сейчас это действительно ощущается, как порхающие в желудке цветастые насекомые. Юнги определённо точно в полном дерьме. Он ставит на паузу сериал, убирает еду и плетётся в ванную, чтобы принять холодный душ, в надежде, что хотя бы это выбьет из него всю эту романтическую херню. Юнги ошибся. Даже холодные струи воды, от которых он, словно кот, шарахается, не помогают, не спасают в трудную минуту. И омега бы расстроился, наверное, если бы не те самые стадии принятия, после которых он твёрдо решил, что Тэхён ему небезразличен и отказываться от чувств к нему он не хочет. Уж слишком влюблён в него Ким, а Юнги на это только рад ответить взаимностью. «Зато голову помыл», — думает Мин, возвращаясь к просмотру сериала. Но вдруг сериал становится слишком скучным, а еда не такой заманчивой, как прежде. Юнги знает, что дело вовсе не в том, что сценарий неинтересный и еда невкусная, а в том, что ему не хватает рядом одного человека, с которым любые, даже самые отстойные фильмы стали бы интересными, а вся еда мира — вкусной. Юнги не хватает Тэхёна, в этом вся проблема. Омега берёт свой телефон, открывает нужный диалог и всё никак не может решится написать Киму простое «приходи, мне скучно». Это было бы странно, не так ли? Сначала отшиваешь всеми возможными способами, а потом внезапно «приходи, ты мне нужен». Тэхён всегда был со странностями, а вот Юнги — никогда. Куда логичнее ожидать подобного от Кима, но сейчас именно Юнги хочется, чтобы омега примчался к нему и подарил свои объятия. В груди колет как-то неприятно, и Мин точно уверен, что это не проблемы с сердцем, а один-единственный Ким Тэхён. И от этого волком завыть хочется, потому что и гордость переступить надо, и признать, что влюблён. А Юнги такое не любит, он категорически против. Но, как омега уже понял, у жизни на него другие планы.

Вы: приходи, мне скучно *адрес*

Юнги отправляет сообщение и тут же откидывает телефон в сторону, боясь, что ответ придёт неутешительным или Ким вовсе его пошлёт куда подальше. Но в ответ тишина. Съедающая почти, долгая и нервирующая тишина, грызущая юнгиеву душу изнутри. Тэхён не ответил. Омега всё же решился открыть диалог и увидел, что его сообщение прочитали, но бессовестно проигнорировали. А сколько таких сообщений от Тэхёна игнорировал Юнги? Бесчисленное множество. И, наверное, даже заслужил к себе такого отношения. Но ведь Ким не такой, он бы примчался к омеге, несмотря ни на что. Видимо, страх Юнги разочароваться в Тэхёне оказался оправданным. Омега готов был разрыдаться, как ребёнок, в миллионный раз презирая себя и собственный характер, но в дверь несильно постучали. Юнги вскочил с места, направляясь к входной двери, по пути стирая выступившие слёзы. В одних домашних шортах и футболке открыл дверь, ощущая уличную прохладу, что забралась под тонкую одежду и морозом коснулась бледной кожи. На пороге стоял Тэхён. Омега смотрел как-то по-доброму, улыбался своей прямоугольной улыбкой и был весь запыхавшийся и раскрасневшийся. «Бежал ко мне», — смущается Юнги и, схватив парня за краешек рубашки, затягивает в квартиру. Дверь за Кимом захлопывается, и между омегами виснет затянувшееся молчание. Но оно не кажется неловким, Тэхён рад, что просто рядом находится, а Юнги счастлив, что Тэхён к нему бежал со всех ног. — Ты всё-таки пришёл, — говорит Мин и смотрит нежно на Тэхёна. — А как же, — улыбается омега. — Не мог же я тебя бросить. Знаешь, ты написал, что тебе скучно, и я сначала так удивился, подумал, что ты номером ошибся. Хотел было написать в ответ, а потом понял, что ты же никому обычно и не пишешь, только домашку спросить, а тут такое. Ну и я сразу к тебе подорвался, чуть лёгкие не выплюнул, пока бежал, — неловко чешет затылок Ким. — Кстати, я принёс тебе флешку с моей любимой дорамой, можем глянуть, если ты хочешь… — Заткнись, — обрывает не затыкающегося омегу Юнги и, притянув к себе за ворот чёрной рубашки, целует. Тэхён опешил. Юнги впился в его губы, словно в спасательный круг, руки опустил на чужую шею и притянул ближе. Ким приоткрыл рот, позволяя Мину проникнуть языком внутрь, исследовать каждый миллиметр. Юнги целовал глубоко, мокро и страстно. От такого омеги у Тэхёна в паху потянуло, а в штанах стало стремительно теснеть. Но Ким не был уверен, хочет ли Юнги продолжения, потому что ещё немного и Тэхён уже не сможет остановиться. Омега чуть отстраняется от Юнги, прерывисто дышит и глядит в тёмные глаза напротив, застеленные пеленой возбуждения. Одного этого взгляда вполне хватило, но Тэхён всё равно не решался действовать дальше, несмотря на сильное желание и такого доступного сейчас Мина. — Юнги… — шепчет он, пытаясь прочесть на лице омеги хоть немного сомнения. Но тот абсолютно непоколебим. — Я хочу тебя, Тэ, — выдыхает Юнги, хватает парня за загривок и вновь втягивает в тягучий поцелуй. Тэхёна откровенно ведёт от этого «Тэ», он чувствует, как стремительно начинает выделяться естественная смазка, и от этого ощущения становятся в разы острее. Ким спускается руками на юнгиеву талию, к себе жмёт, членом об чужое возбуждение трётся. Ладони бесстыдно опускаются ниже, и Тэхён сжимает ягодицы Юнги, отчего омега довольно мычит в чужие губы. Он прижимает Мина к стенке, отрывается от поцелуя и смотрит на возбуждённого Юнги, что облизывает свои губки и ухмыляется так, что Тэхёну хочется взять его прямо на полу в прихожей. Но он терпит, пальцами под футболку проникает, касается тёплой кожи. Юнги вздрагивает от прохладных пальцев омеги, вдыхает со свистом и чувствует, как сзади всё жечь начинает. В какой-то момент Юнги теряет связь с реальностью. Вот так просто, хватило лишь тэхёновых рук на его теле и все мысли мигом выбило из головы, словно их и не было. Если честно, Мин был против, с самого начала твердил Тэхёну, что подобного рода затеи — не для него. А Тэхён, обладая сильной напористостью и крайней целеустремлённостью, не отступал. И Юнги, в конце концов, сдался. И вовсе не зря, как ему кажется. Потому что омежьи ласки ощущаются до одури приятно и возбуждающе. — Тэхён… — в нетерпении шепчет омега, стараясь потерется о Кима. — Что такое? — ухмыляется парень. — Пожалуйста… — одними губами произносит Мин, и Тэхёну этого достаточно. Он подхватывает Юнги на руки и интуитивно несёт в направлении спальни. Парень в его руках весь течёт, дышит сорванно, за чужие плечи цепляется и свои губы покусывает, от чего те уже болезненно пощипывает. Омеге несколько раз удаётся поцеловать Тэхёна в нос, пока тот не заходит в спальню, погружённую во мрак, и осторожно не опускает его на кровать. Ким быстро расстегивает на своей рубашке пуговицы и снимает её, отбрасывая куда-то в угол. Омега нависает сверху и смотрит своими чёрными омутами в глаза напротив: зрачки у Юнги расширены, словно тот под самой лучшей наркотой, а сам Мин возбуждённый и пахнет так приятно, что внутри у Кима миллиарды звёзд взрываются. Тэхён затягивает Юнги в очередной поцелуй, наслаждаясь вкусом колы, всего себя им пропитывая; Мин кимово тело вдоль и поперёк изучает, проводя руками по спине, оглаживая каждый выступающий позвонок. Тэхён ниже опускается дорожкой из невесомых поцелуев, останавливается в районе паха, поднимает взгляд на Юнги, что сейчас замер и ждёт дальнейших действий. Ким улыбается, и омега под ним млеет. Парень приподнимает миновы бёдра и стягивает шорты с бельём, обнажая вставшую плоть. Холод касается кожи, и Юнги рефлекторно старается прикрыться, но Тэхён его ноги в стороны разводит и языком проводит по всей длине члена. Юнги, кажется, перестаёт дышать. Омега облизывает головку, играется с уретрой и берёт в рот наполовину, жадно посасывая. Мин несдержанно стонет и чувствует вибрацию, когда Ким усмехается. Тэхён заглатывает полностью, Юнги давится воздухом и готов прямо сейчас кончить, ощущая, как стенки горла сжимают его, но Тэхён не позволит. Омега выпускает член изо рта и спускается ниже, осторожно проводя языком по юнгиевой дырочке. — Тэхён! — вскрикивает тот, ощущая чужой язык внутри себя. Омега его игнорирует, продолжая вылизывать, иногда проникая внутрь. Юнги весь извёлся, он мелко дрожит, тело покрылось испариной, а ноги непроизвольно сжимаются, когда Тэхён проникает особенно глубоко. Но Киму, очевидно, наплевать — он хочет доставить удовольствие любимому омеге. Мин теряется в ощущениях и не сразу замечает, что язык заменили пальцы, с грубостью трахающие его, пока Ким слизывает со своих губ капли юнгиевой смазки. Грязное зрелище, но Юнги от него лишь сильнее течёт, готовый кончить в любой момент. — Ты такой красивый, — выдыхает вдруг Тэхён, вытаскивая пальцы. Он поудобнее садится сверху, седлая юнгиевы бёдра, и обхватывает пальцами сразу два члена, размазывая по ним естественную смазку Юнги. Мин стонет, когда Тэхён начинает медленно водить рукой, надрачивая им обоим. Смазка хлюпает, дыхание становится всё громче, а Ким тихо рычит, и от этой какофонии звуков омега сходит с ума. — Скажи, что любишь меня, Юнги-я, — произносит Тэ, останавливаясь. — Или я не дам тебе кончить. Он прекрасно знает, что Юнги скажет, потому что больше не в силах терпеть эту сладкую пытку. И долго ждать не приходится. — Я люблю тебя, Тэ, — говорит и глаза прикрывает, когда скольжение возобновляется. — Я хочу, чтобы ты простонал моё имя, когда кончишь. Из твоих уст оно звучит необычайно красиво, — хрипло смеётся и начинает двигать рукой быстрее. Юнги больше не может. Омега протяжно стонет «Тэхён», изливаясь в чужой кулак. Разум мутнеет, а телу невероятно хорошо: тепло разливается внутри, и мышцы приятно расслабляет. Ким кончает следом, стоит лишь услышать своё имя. Тэхён валится рядом, вытирая руку о постельное бельё, надеясь, что Мин не будет сильно ругаться. Оба без сил лежат на кровати, бездумно втыкая в потолок. Юнги по-прежнему дышит тяжело, но постепенно приходит в себя, понимая, что сейчас произошло. — Так ты всё-таки по омегам? — нарушает молчание Тэхён. — Нет, я тэхёносексуал, кажется, — отвечает Юнги, закрыв глаза. Хочется спать, а ещё хочется прижаться к Киму и никогда его не отпускать. — Правда? Я польщён, — смеётся омега, придвигаясь ближе. Тэхён аккуратно обнимает Юнги, боясь, что тот оттолкнёт его, но ничего не происходит. Ким прижимается вплотную и закрывает глаза, проваливаясь в желанный сон. Итак, за сегодня с Ким Тэхёном произошло слишком много вещей: во-первых, Мин Юнги позвал его к себе; во-вторых, он с этим Мин Юнги переспал; а в-третьих, всё тот же Мин Юнги сейчас спит рядом, совершенно не против тэхёновых объятий. Если кто-то назовёт это странным, то Ким определённо согласится. Потому что не может вот так просто произойти. Вся его жизнь какая-то непонятная, сумбурная, психически нездоровая и помешанная на одном-единственном омеге, сладко спящим под боком. И Тэхёну, в принципе, даже нравится.