Distraction

У Томми тот свет перед глазами, а снег такой яркий и белый, что глаза режет, что плакать хочется. Земля внизу тоже белая, совсем как свежая бумага, но чуть темнее. Может высота, а может зрение уже отказывает, Томми не хочет знать почему. Хочет только в эту белизну с головой зарыться и почти делает шаг. Вилбур выглядит злым и совсем чуть-чуть встревоженным, когда сжимает хватку на его плече. В омутах глаз что-то угрожающе вздымается, но наружу так и не высовывается. Томми смотрит в высокую фигуру перед собой и ничего не находит. По спине бегут привычные мурашки. Квакити шипит на фоне, Томми не интересно. Снежинки такие разные - ни единого похожего узора в почти прозрачной структуре - но такие хрупкие. Коснешься пальцем, а её уже нет. Когда их больше, наблюдать интереснее. Они переливаются на свету, сверкают, выставляя резные бока на всеобщее обозрение, и тонкими совсем не кажутся. Дунешь, а с места не все сдвинутся. Томми проверял. В ладонях они не колючие, хотя выглядят немного угрожающе. Надо лишь чуть сдавить, и те растворятся в смертельном для них тепле. Дрим тогда, всё же, сжал слишком сильно. Ему хочется к маме. Даже если в его случае, понятие это довольно спорное, Томми хочет вновь её увидеть. Вилбур почему-то нет. Томми в недоумении, но уже не злится. Вилбур много не понимает, это Томми уяснил. Возможно, тот просто поссорился и мириться не хочет. Мама обычно прощает первой. Два голоса кричат на него и требуют чего-то, размахивают руками, кривят противные рожицы. Томми смотрит исподлобья и не понимает слов. Снег намного интереснее. Он холодный, как тот, что окружал дом Техно. А ещё наверняка мягкий. Томми хочет тишины, ощущения безопасности и знакомого человека рядом. Эти люди перестали таковыми быть. Вилбур тогда сказал что-то важное, наверное. Томми уже не помнит. Не слушал. Снег и вправду на ощупь приятный. У Фила тоже крылья мягкими были. Только перья из них в руках не таяли, как холодные хлопья, но всегда выглядели пушистыми. Снег, чёрт возьми, начинает казаться хорошей заменой. Белый цвет успокаивает. Томми слабо улыбается приземлившийся на нос снежинке, приветствуя. Та тут же тает, так и не ответив. Ветер забирается под одежду. Крылья порвались и уже не укроют от холода. Вилбур вновь кричит. Томми недовольно щурит глаза. Старший сбавляет громкость. — Томми? Том! Ты вообще меня слушаешь? Блондин, улыбаясь, выдыхает облачко пара. То, покрутившись в воздухе, рассеивается мириадами частиц. Красиво. — Томми! Томми рассеянно моргает. Уставшие серые глаза смотрят в бурлящие гневом черные омуты. Что-то стекает с рук. Пальцы неприятно покалывает. — Ты его потерял. Таббо будет злиться. И - может быть, совсем чуть-чуть - плакать.