Шамад

Паркинсон пришла на рождественскую вечеринку с Драко… Ничего не изменилось в зале, но музыка теперь раздражала, закуски на вкус, казалось, все были сделаны из драконьего фарша. И у нее красивое платье — у Пэнси. А он… как всегда… Вчера они переглядывались в библиотеке и он прислал ей журавлика, а сегодня даже не смотрит на нее. Но ощущение того, что у них есть что-то общее, что-то их личное, теплом поднялось в груди. Наверное, встречаться с ним не так уж и приятно. Он совсем не смотрит на Пэнси, куда-то ушел и, вернувшись, даже не пригласил ее танцевать. Гермиона поймала его взгляд на себе, вспыхнула и отвернулась. Кормак, который до этого где-то пропадал, вдруг появился и потащил ее за занавески. Гермиона даже не успела возразить. — У меня была девушка этим летом. Вертлявая девчонка и очень красивая, — говорил Кормак. Кажется, он успел где-то выпить. Зачем ей это знать? Ей стало противно. Неужели на свидании он ей будет рассказывать про другую девушку? Гермиона отстранилась. Но Кормак навалился на нее со словами: — Она потрясающе целовалась, — и он опустился на ее губы своими толстыми мокрыми губами, которые воняли алкоголем и драконьим фаршем. Гермиона вынырнула из-под него и бросилась прочь из-за занавески. И вовремя — за занавеской послышался голос Снейпа, а потом характерный звук рвоты. И затем Снейп совсем не по-учительски выругался. Драко подменил медовуху и вернулся в зал. Он хотел потихоньку свалить, чтобы не танцевать с Пэнси, и когда уже шел к занавескам, оттуда выскочила Грейнджер и упала на него. Драко помог ей подняться. Она была сегодня особенно красивой. Он задержался на ней взглядом. Розовый цвет ей, определенно, идет. — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, — раздался слащавый голос Слизнорта, — вы пришли вместе. — Нет! — сказали они хором. Слизнорт, кажется, растерялся: — Не стоит стесняться своих чувств. Танцуйте, танцуйте, — он замахал руками, чтобы они шли танцевать, — все уже танцуют, — и он уставился на них с фальшивым выражением счастья на лице. Малфой вздернул подбородок, значит, сейчас он скажет что-нибудь, чтобы выкрутиться, или сбежит. Гермиона обрадовалась. И одновременно опечалилась — он не станет танцевать с ней. Драко прекрасно помнил, что на этой вечеринке он нежеланный гость. И если бы не дружба с Пэнси, он бы вообще сюда не попал. Лучше не привлекать к себе излишнего внимания Слизнорта. Он потанцует с Грейнджер. Почему бы и нет? — Грейнджер. — Драко, смотря на преподавателя, дал ей руку. Слизнорт расплылся в улыбке. Гермиона подняла руку. И Драко сжал ее. — Розовый, — он закусил нижнюю губу, — мой любимый цвет. Одной рукой он так же держал ее ладонь, другая легла ей на талию. Гермиона едва-едва дотрагивалась до его ладони, стараясь не показать, как сильно его прикосновение волнует. Драко скользнул ладонью выше по спине и пальцы коснулись обнаженной кожи. На щеках Гермионы вспыхнул румянец. Драко крепче сжал ее руку, и они сделали первые па. Ее нога тут же оказалась на его ботинке. Она покраснела еще больше. Драко поморщился и продолжил вести. Грейнджер неуклюже пыталась следовать за ним, но музыку она не слышала совершенно, да и танцевать, судя по всему, не умела. Тогда он надавил на ее спину, заставляя повернуться. Она дернулась в сторону и взглянула на него ошарашенно. Драко давно узнал этот прием — и он всегда помогал в танцах. Но Грейнджер-то его не знала и могла подумать что угодно. — Просто расслабься, — сказал Драко, наклоняясь к ее уху, — я буду вести. Она посмотрела на него, а затем подняла голову и выдохнула: — Хорошо. Драко привлек ее к себе. Посмотрел на довольного Слизнорта, который, сложив руки замком на груди, глядел на них. — Просто получай удовольствие, — проговорил Драко, снова склоняясь к ее уху. А затем провел носом у ее волос, касаясь их. Зачем он это сделал — он сам не знал. Но ее рука в его ладони расслабилась, и он почувствовал, что ее тело тоже. Тогда он сделал поворот, уводя ее за собой. Драко вел ее в танце, всякий раз надавливая на спину, когда надо было повернуться. Теперь его прикосновение больше походило на поглаживание, потому что Гермиона начала чувствовать, в какую сторону он двигался, и следовала за ним. Они танцевали — и каждое их движение чувствовалось как одно. Куда двигался он, туда двигалась она. Шаг-шаг-поворот. Шаг-шаг-поворот. Шаг-шаг-поворот. Драко прижал ее к себе почти интуитивно, не думая, чувствуя, что сейчас это самое правильное. Ее щека почти касалась его щеки. Но она этого, кажется, не замечала. По крайней мере, не пыталась отодвинуться. Наоборот. Она всё так же не смотрела на него, но он чувствовал, как от каждого движения его руки по ее обнаженной коже на спине она задерживает дыхание. Они сделали еще два шага и поворот, а потом музыка закончилась, и началась другая. Едва танец закончился, Гермиона тут же выпустила его руку и бросилась к выходу. К ней направлялся багровый от злости Рон, но ей не хотелось с ним говорить. И она проскользнула за спины танцующих и сейчас сидела на темной лестнице в коридоре. Она наступила Драко на ногу. Наступила на ногу! А потом его рука легла ей на спину. И ее тело сделало красивый поворот, будто она всю жизнь танцевала. Малфой вел жестко, и она не сбилась ни разу. Она боялась дышать, так близко друг к другу они танцевали. Тело двигалось в такт его движениям. И она заметила вдруг, что теперь перед каждым поворотом он больше не давит на спину, а поглаживает ее. И от этого его прикосновения она теряет голову. Она боялась взглянуть ему в глаза и только чувствовала, что ее щека почти касается его щеки. В тот момент она даже не думала, что о них подумают люди, что скажут Гарри и Рон, не думала ни о чем. Просто учащенное дыхание, просто следовать за ним, просто кружиться в танце. Просто касаться его изящных пальцев своими… и чувствовать его пальцы на коже. И когда музыка закончилась, Драко всё еще держал ее руку. Но они были не той парой, которая могла продолжить танцевать. И пока он не бросил ее на виду у всего клуба, она отпустила его руку и скорее отошла в сторону. Наверное, она будет вспоминать это еще много раз. Как Драко привлекает ее к себе и ведет… Дверь раскрылась, и в коридор вышел Драко. За ним вышел Снейп. Снейп толкнул его к стене. Они не видели ее на лестнице, а до нее доносились их голоса. Драко ушел с вечеринки, пока Пэнси его не заметила и не потащила танцевать. За ним вышел Снейп. — Мистер Малфой. Драко остановился. — Что происходит, мистер Малфой? — прошипел Снейп, толкая его к стене. — Не понимаю, о чем вы, — ответил Драко, делая нахальное лицо. Ну почему рядом со Снейпом он всегда чувствует себя ребенком? — Что ты делал на вечеринке? — тихо и зло сказал тот. — Пришел с девушкой. — Позволь мне помочь тебе, пока ты не натворил еще что-нибудь. Почему он не может справиться и тут? Принять помощь Снейпа унизительно. Это покажет, что он ребенок и не способен сам справляться с трудностями. Теперь, когда его отец в Азкабане, он должен всё делать сам, не рассчитывать ни на чью помощь. К тому же, если у него получится выполнить задание Темного Лорда, отец вернется и всё станет как прежде. Он говорил это себе каждый день. Каждую ночь, когда стоял у шкафа, который не мог починить. — Мне не нужна ничья помощь! — прошипел он в ответ. — Он выбрал меня! — Драко, не отказывайся от помощи друзей. — Он выбрал меня! Снейп резко отпустил его плечо. Драко тряхнуло. Он поправил пиджак, стараясь не смотреть на преподавателя. Снейп окинул его свирепым взглядом, повернулся на каблуках и пошел прочь. Какого черта он вмешивается в его дела?! Ему не нужна его помощь. Он справится сам! Он смог подменить медовуху!