Разведи огонь

Саске не позволял целовать себя в губы. Наруто подозревал, что без Сакуры тут не обошлось. Вообще в их странных отношениях на троих было слишком много правил, запретов и ограничений. Наруто привык. Он не ревновал, это было бы странно и неуместно. Просто ему тоже хотелось попробовать на вкус узкие твердые губы Саске. Или целовать Сакуру, пока тот вылизывает ее грудь, лаская пальцами между ног. Но трогать кого-то из них в такие моменты тоже не разрешалось. Только смотреть. Наруто был не против: наблюдать за ними ему нравилось не меньше, чем принимать участие в процессе. Иногда только появлялось желание взять все эти дурацкие правила и послать Сакуру к воронам вместе с ними. Ведь совершенно невозможно было наблюдать, как голодный взгляд Саске, направленный на него, пропадал, стоило ей войти в комнату. Они смотрели на нее одинаково: с нежностью, любовью и немного, совсем чуть-чуть, со злостью. Ограничения, чтоб их, достали обоих. Иногда Наруто оставался дома. Он чувствовал, когда им не нужен был третий. Но случались и ночи, когда они с Саске были вместе. Без Сакуры, застрявшей на очередной смене в госпитале Конохи. Однако ее тень и свод бесконечных идиотских запретов все равно нависали над постелью чертовым зазубренным клинком. Вот только эта ночь отличалась от прочих. Вроде обычная, но в воздухе ощущалось странное напряжение. Наруто поцеловал выступающие лопатки и покрытую шрамами спину. Плечи, особенно левое, с едва заметно потемневшей кожей на месте пропавшей печати Орочимару. Проследил невесомыми касаниями каждую оставленную войной метку, шрамы от их поединков. Наруто носил на себе не меньше оставленных сражениями следов. Сакура не одобряла, когда они слишком увлекались этой немного странной лаской, смешанной с воспоминаниями о причиненной друг другу боли. А Наруто, целуя и обводя каждый шрам, показывал, что это прошлое. Что больше такого никогда не допустит. Саске понимал: он так же реагировал на шрамы Наруто. А Сакура злилась. И даже когда ее не было в одной постели с ними, Наруто останавливался, ловя себя на том, что тянется к этим меткам. Наруто вздохнул, поцеловал подтянутый живот, опустился ниже, осторожно тронул ладонью член Саске. Приласкал, крепко сжимая пальцы. Хотелось коснуться возбужденной плоти губами, взять в рот, пропустить до самого горла. Почувствовать вкус чужого желания. «Никаких оральных ласк без меня!» — зазвенел в голове голос Сакуры. Она, конечно, отсасывала так, что мозги утекали куда-то и оргазм рвал крышу с опор, но как же злила невозможность доказать Саске, что он практиковался не только в техниках ниндзя. Так и хотелось нарушить хоть одно правило, сделать, как самому хочется, и как наверняка хочется Саске. Наруто коснулся губами головки члена, поднял глаза на любовника — и увидел блестящий из-под прикрытых век шаринган. Саске смотрел внимательно, и Наруто решился. В конце концов, это его привилегия — нарушать правила. Он осторожно провел языком по члену Саске, облизал неторопливо, приподнялся на локтях, чтобы убедиться в своей правоте. Саске смотрел широко открытыми глазами, ловил жадно каждое движение. И Наруто сорвался в штопор, он поднялся выше, ближе к голодному взгляду. Саске нетерпеливо поерзал на постели, обнял за шею и притянул к себе. Поцеловал голодно, вылизал рот. Наруто вцепился в плечи Саске дрожащими пальцами, ответил на поцелуй. Чакра теплились внутри, к поверхности рвался ветер, почуявший родной огонь. Саске застонал, губы пощипывало от собственной чакры и тлеющей чакры огня, ищущей свой ветер. Наруто еще чуть-чуть увеличил поток чакры; огонь потянулся навстречу, и между ними на мгновение вспыхнул маленький, но яростный огненный вихрь. Наруто застонал, потерся о грудь Саске. Горячая чакра бежала по венам, рассыпая колючее возбуждение. Наруто было так хорошо, что он кончил бы только от этого ощущения, но ветер взял верх над огнем, остудил плавящиеся мозги. Саске разорвал поцелуй, шумно выдохнул. Наруто вдохнул его запах, поцеловал шею, плечо. Саске запустил пальцы в растрепанные светлые волосы, погладил затылок и чувствительные места за ушами. Наруто довольно вздохнул, потерся носом о щеку Саске, осторожно коснулся губами прикрытых глаз. «Не смей! Никогда не смей даже думать об этом, Наруто! — вопль Сакуры отдался в голове, зазвенел в костях. — Глаза Саске — его оружие! Если ты своими неуклюжими руками повредишь их, я тебя убью!» Кажется, Саске тоже вспомнил это, улыбнулся. Снова поцеловал, положил руку на шею Наруто, заставив смотреть в глаза. Наруто сложил руки на груди Саске, устроил на них подбородок. — Как ты это терпишь? — спросил Саске. — Ну, я люблю тебя. И Сакуру. Хочу, чтобы вы были рядом, — Наруто пожал плечами, — правила так правила. Это мелочи, Саске. — Я бы не смог. Ты ведь догадываешься, что она позволяет мне все, когда мы только вдвоем? Не могу смотреть, как Сакура дергает тебя за любое лишнее движение. — Сакура столько тебя ждала, — тихо сказал Наруто. — Не оправдывай ее. Она согласилась на эти отношения. Все их участники должны быть равны. А у меня перед тобой преимущество. К тому же, я думаю, Сакура просто боится, что кто-нибудь из нас ее бросит. — Глупости, — сказал Наруто и попытался отвернуться. Но Саске держал крепко. От взгляда его всевидящих глаз не скроешься. От его проницательности не спрячешься. — Но если бы мы захотели нормальных отношений без свода законов и правил Сакуры? Только ты и я, вдвоем? Ты бы ушел, Наруто? — требовательно спросил Саске. Наруто закрыл глаза, зная, что это не поможет. — Ответь, пожалуйста. — Я не смогу, — он все же отвернулся, спрятал лицо в изгибе шеи Саске. — Я не предам Сакуру. Я люблю ее со всеми заморочками. Вспыхнула и погасла чужая чакра. Раскололась фигурка кота, стоявшая на прикроватном столике. Парни повернулись на звук, Саске хмыкнул. — Убедилась? — спросил он в полумрак комнаты.— Теперь перестанешь за нами следить? — Сакура? — удивился Наруто.— Ей разве не надо на смену? Со звоном лопнула ещё одна статуэтка, посыпались стекло и гипс. Саске повернулся к Наруто и поцеловал, добавив каплю чакры огня. Наруто задохнулся, призвал ветер. Маленький вихрь крутанулся между ними, осыпался искрами, заглушив звон очередной разбившейся фигурки. — Сколько же Сакура здесь следящих устройств наставила, — задыхаясь, проговорил Наруто. — Штук пять, но сейчас не до них, — Саске блеснул глазами. Перевернулся вместе с Наруто и навис над ним. Наруто сглотнул.— Скажи мне, чего ты хочешь? Самое сокровенное желание? — Саске, — простонал Наруто, спавшее было возбуждение вернулось, — все, что запрещала нам Сакура. Я хочу тебя всего, целиком. А чего хочешь ты? Саске улыбнулся, выпрямился. Откинулся назад, крепче сжав коленями бедра Наруто. Больше не сдерживаясь, Наруто протянул руки и провел пальцами по светлой коже груди, приласкал сосок, прошелся ладонями по бокам, заставив Саске выгнуться. Он шумно вздохнул, потянулся за поцелуем. Наруто обнял его за талию, крепче прижал к себе. — Возьми, что захочешь. Разведи огонь, — прошептал Наруто, беспорядочно целуя Саске. Тот усмехнулся, и медленно сдвинулся вниз по телу любовника, пока не оказался между его ног. Облизнувшись, Саске провел ладонью по члену Наруто, облизал его и взял в рот. Наруто замер, вцепился в простынь. Саске сосал и облизывал, ласкал мошонку, возбуждающе стонал. Долго Наруто бы так не выдержал, и Саске, словно почувствовав, выпустил его и выпрямился. Хитро блеснув глазами, Саске навис над Наруто, не дав тому времени сообразить, что происходит, обнял за талию и перевернулся вместе с ним, оказавшись снизу. Наруто озадаченно моргнул, Саске запрокинул голову, открывая шею, и потерся о бедро Наруто своим. Наруто сглотнул, не веря происходящему, тряхнул головой. Даже прикусил щеку изнутри. Видение не развеялось, сон не закончился. Саске все так же лежал под ним, подставляясь под ласку и совершенно точно зная, чего хочет. Наруто потянулся к прикроватному столику, достал смазку из ящика и принялся растягивать Саске. Медленными, тягуче-ласковыми движениями, судорожно вздыхая, когда он насаживался глубже на пальцы или глухо стонал, прикрыв лицо согнутым локтем. Снова блеснувший красным из-под век Саске шаринган стал для Наруто сигналом к дальнейшим действиям. Он развел шире бедра Саске, чуть приподнял их, Саске согнул ноги в коленях, помогая. Наруто вошел, замер, заново переживая забытые ощущения. Спустя несколько секунд Саске требовательно двинулся. Оба громко застонали. Сухо треснув, сломалась маленькая фигурка манэки-неко, висящая на лампе у кровати. Наруто улыбнулся и начал двигаться. Медленно, дразняще, наслаждаясь каждым сорванным вздохом. — Быстрее, чертов лис, — прошипел Саске, впиваясь пальцами в плечи Наруто. И он ускорился, склонился к уху Саске. — Ты такой красивый, — выдохнул обжигающе. С тихим шорохом осыпалась хлопьями старой краски нарисованная на зеркале кошачья морда. «Никаких разговоров в постели, мальчики! Отвлекает!» А Наруто хотелось говорить, шептать им с Сакурой всякие нежные глупости. Хотелось выразить еще и словами то, что передавал язык сплетенных тел. Кто бы мог предположить, что Саске хочет того же. Наруто говорил что-то еще, ласковое, заставляющее Саске стонать громче и яростнее двигаться навстречу, так что кровать под ними скрипела и проезжалась ножками по старенькому тканому половику с изображенной на нем кошачьей семьей. Наруто смотрел, впитывал Саске, сцепившего пятки у него за спиной, обнимающего за плечи. Вдруг напомнила о себе звериная часть, подняла лисью голову. Зверь хотел пометить Саске как свою добычу, оставить не только запах, но и видимый след. — Не вздумай останавливаться, Наруто, — выдохнул Саске, — я же сказал: делай, что хочешь. Наруто повернул голову, осторожно поцеловал запястье Саске, чуть подвинулся и прижался зубами к его предплечью. Упершись правой рукой в матрац, Наруто опустил левую между их телами, коснувшись возбужденного члена Саске. Он застонал, а Наруто выбрал именно этот момент, чтобы по-настоящему прикусить кожу подставленной руки. Саске захлебнулся вдохом, Наруто продолжал двигаться, сильнее сжимая зубы, пока ощущение вседозволенности заполняло его, сливаясь с горящим в теле желанием. Наруто почувствовал чужую боль, как свою, сорвался на быстрые резкие толчки. Саске вскрикнул, вцепился ногтями в плечо Наруто, помечая его тоже своим. На живот брызнули горячие капли, и Наруто кончил, выпустив руку Саске и простонав его имя. Он упал на кровать рядом с тяжело дышащим Саске, осторожно поцеловал место укуса. — Все хорошо? — спросил хрипло. — Прекрасно, — выдохнул Саске, — иди сюда. Наруто придвинулся, прижался горячим боком, устроил голову на плече Саске. Тот запустил ладонь ему в волосы, осторожно сжал. Наруто довольно вздохнул, потерся носом о шею, обнял за талию. Саске удовлетворенно кивнул и поцеловал его. — Слушай, а Сакура нас не прибьет за следилки? — спросил Наруто сонно, когда они перестали целоваться. — Еще чего, — Саске улыбнулся, — у нее этого барахла с котами целый сундук. А коврик я выброшу. Он меня давно раздражает. Наруто улыбнулся. Чудесное чувство завершенности теплилось под сердцем. Лопнувший по продольному шву половик торчал одним краем из-под кровати, столик и пол рядом с ним были усыпаны осколками и обломками кошек-фигурок. Но это не имело ни малейшего значения, потому что Саске ровно дышал рядом, а Сакура не кричала громко: «Никаких меток! Совсем обалдели?! Хотите, чтобы вся деревня узнала?!» Но благодаря этим же выкрикам, посреди ночи или в разгар дня, все в Конохе и так знали об их странных отношениях. И всем было на это плевать. — В следующий раз, — донесся голос Саске сквозь накатывающий сон, — я хочу попробовать кое-что еще, запрещенное Сакурой. Ты согласен, Наруто? — Все, что захочешь, Саске, — пробормотал Наруто, — если уж разводить огонь, пусть это будет костер до неба. Саске довольно хмыкнул, обнял Наруто за плечи и уснул.