Проклятье

— Я так больше не могу, братик, я хочу понять, что ты чувствуешь! — в слезах кричит Дрим. Голос предательски дрожит, а фаланги пальцев сжимают чёрное, словно смоль, яблоко. Душа загнанным воробьём пульсирует в груди, желая вырваться и утихомирить ноющую боль. Слёзы стекают по скулам, падая на потрескавшуюся землю их вселенной. Он, правда, больше не может — это невыносимо. Невыносимо вспоминать прошлое, невыносимо продолжать битву с собственным братом. Он хочет как раньше, в беззаботное детство, снова хочет утонуть в волнах счастья, захлебнуться в нём и остаться не найденным утопленником в пучинах эйфории. Дрим больше не хочет дарить его другим. Он тоже хочет счастья… — Не смей этого делать! Слышишь?! — кричит Найтмер. Его голос кажется взволнованным и напуганным. Он всё ещё может заботиться?.. Это уже неважно. Должен же Дрим побыть хоть раз эгоистом… Дрожащими руками Дрим приближает яблоко к себе и откусывает. Тело парализует страхом, душа мечется, словно в агонии, а на белых костях появляются трещины. Дрим чувствует. Он чувствует, как сквозь трещинки наружу вытекает тонким слоем слизь, обволакивая, закрывая собой тонкие косточки. Найтмер что-то кричит и кажется…всхлипывает? Дриму даже не надо смотреть. Поток негативных эмоций, исходящий от брата, больно бьют по сознанию. Так надо… Дрим зажмуривается, кусает яблоко ещё раз, подавляя блевотный рефлекс, и вскрикивает, когда из глаза начинает вытекать слизь. Слышится треск и Шаттер отчётливо ощущает, как кости ломаются под давлением чёрной субстанции. Невыносимо… Дрим думает, что сейчас упадёт без сознания, когда после третьего укуса, по позвоночнику проходит невыносимая боль и он видит четыре отростка. Четыре омерзительных отростка. В какой-то момент Дрим понимает, что больше не чувствует. Ничего, кроме сладостной боли брата. И Дрим счастлив этому?.. Лёгкая улыбка тенью ложится на лицо Шаттера. Безумие… — Зачем?.. — тихо спрашивает Найтмер, смотря на белые, трясущиеся косточки рук. Только не это, нет, нет, нет… Он не хочет снова быть слабаком, он не хочет снова быть хрупким хранителем, не хочет жалобно просить пощады. Не снова. — Зачем?! — вскрикивая, повторяет скелет. Он чувствует, как на уголках глаз скапливаются хрусталики слёз. Безнадежность… он как загнанный в капкан зверёк дрожит, но продолжает пытаться выбраться. Улыбка брата становится только шире от этого. Найтмер, не дожидается ответа, открывает портал и сбегает. Он не готов. Не сможет. Это слишком слабое тело… Шаттер со скучающим видом наблюдает, за сей картиной и коротко вздыхая, собирается выйти из бесполезной вселенной. — Дрим? Дрим, ты здесь? — крикнул Кросс, только что, вышедший из портала. Его лицо, кажется растерянным, когда он встречается взглядом с Дримом. — Найтмер? Это ты? — неуверенно произносит скелет и делает шаг вперёд. — Найтмер? — склоняя голову, переспрашивает Шаттер и победно улыбается, замечая недоуменнее на чужом лице. — Ох, Кросси~, я не Найтмер, — наигранно-нежно отвечает Дрим, подойдя и дотронувшись до скулы Кросса. Лицо Монохромного кривится в гримасе ужаса, печали и недоумении. И, наверное, только где-то глубоко в душе притаилась крупица счастья, того, что Дрим жив. Стоит перед ним и нежно касается. Хочет ли он навредить?.. Это останется вопросом. — Д-Дрим? — дрожащим голосом спрашивает скелет. — Зачем?! — отпрянув от Шаттера, будто кипятком обожженный, спрашивает Кросс и на его глазницах появляются еле заметные крупицы отчаянья. — Это глупый вопрос, — с неким возмущением говорит Дрим, недовольно изогнув бровь, как только Монохромный отскочил от него, — ох, ты плачешь? Уголки губ ползут вверх, наблюдая за борьбой стоящего перед ним скелета. Его эмоции смешиваются и Дрим прекрасно это всё ощущает. Его смятение, боль и даже гнев, заставляют Шаттера чувствовать что-то помимо пустоты внутри. Великолепно! Шаттер приближается к растерянному Кроссу, и, взяв его за подбородок, шепчет: — Маленький, глупенький Кросс, я сам захотел этого. — Ну и что ты сделаешь? Убьешь меня? — голос Дрима звучит спокойно, даже насмешливо и Монохромный чувствует некую безопасность. Но заданный вопрос требует ответа. Поэтому Кросс вглядывается в Шаттера, перебирает варианты ответа, закусывает губу и отрицательно кивает. — Нет, позволь мне служить тебе. Я буду тем, кто разрушит это проклятие. — Монохромный чувствует подступающий румянец от своих слов, но продолжает уверенно смотреть в лицо напротив. — Ты серьезно хочешь служить мне? — с некой злобной ухмылкой спрашивает Дрим. — Так и быть, я позволю тебе, — проговаривает Шаттер и отпускает Монохромного.