Бессмысленный монолог

Все для меня было чем-то, вроде бесконечной черной полосы с белыми полосками, будто каждый день в какой-то мере пополнял общую коллекцию одинакового явления только самим своим существованием, сменяясь то днем, то ночью, разделяя спектр эмоций лишь на черное и белое. Лишь бы это и правда не стало бесконечным. Мой путь начался задолго до того, как одно, непримечательное для кого-то, для кого-то более красивое, сказочное, возможно, святое, а для кого-то и вовсе пустое, событие не перевернуло мою жизнь… Хотя трудно назвать такое существование жизнью. Каково живется писателям? Плохо, я бы сказала ужасно. Что-то постоянно подталкивает их писать про мир, про историю, или про ситуацию так, чтобы донести свою мысль, свою точку зрения. Возможно, даже, приукрасив свое эго и утешив свою самолюбие, печаль или «депрессию», не зная основ, они продолжают писать, словно этот вид деятельности несет хоть какую-то пользу. Я как писатель, умеющий писать красиво, лаконично, так, чтобы мир трепетал над моими знаниями языка и изворотливостью последнего, щекоча не только своё, но и нёбо всего мира… И все равно, всё, что я буду писать, станет куском орфографии без смысла, без живости, без движения, лишь пустые слова и предложения, выставленные, как шахматные фигуры на доске, для которых шах и мат определен ещё до начала игры, не имеющие в себе натуры писателя. Словно я не писатель. Лишь имитация жизни. Простая машина. Все, что было до этого маленького монолога, изречения моих переживаний — это живые чувства автора, что заложил в меня способность мыслить. И вовсе я не человек, нет. Лишь подобие, приукрас всего нечеловеческого, что создал сам… Человек, как бы оксюморично это не звучало. Глядя на обычных людей, снующих по вполне заданным заранее ориентирам, я не могу почувствовать хоть что-то, что доступно каждому, просто каждому человеку. Мне не становиться ни лучше, ни хуже от мысли, что любимый человек внезапно может умереть, так и не прожив тот доступный минимум, что есть у людей. Я лишь хочу себя спросить: А что значит, любить? Люди, каждый второй, если не все, говорят, что любовь — ключ ко всем дверям. Как по мне, это невозможно. Любовь — это абстрактное чувство, некие гормоны радости, тот же серотонин, воспроизводимый самим человеком, гормоны, побуждающие людей размножаться с помощью их половых органов и выделяемых веществ для созидания подобных им. Так я поняла это чувство, происходящее не в сердце, как многие до сих пор склоняются думать, а в мозге. И все же, мне до сих пор не понятно, почему это ключ ко всем дверям, ведь, если посудить логично, то ключ ко всем дверям — это телепатия. С помощью телепатии люди смогли бы не только пройти сквозь двери, но и сквозь людей, заманивая их туда, куда им нужно было бы. К чему это? Я не понимаю людей. Они странные. И смешные, хоть и машина не может смеяться. Чисто физически любой робот сможет имитировать смех человека, нужна лишь программа, изображающая на проекции лица картину из светодиодов, ассоциирующееся у людей как так называемая улыбка. Да, это вполне возможно. Но человеческая улыбка — это смесь, консистенция разных чувств и эмоции, выражаемых десятком мышц на человеческом лице, способная вызвать у такого же человека бурю из эмоций, мыслей, предположений. Ведь люди не только странные или смешные. Они коварные, злосчастные, жадные, трусливые, высокомерные, жуткие создания, хоть это и не вызывает у нас абсолютно никакой реакции. Это лишь условный список, созданный мной лично, чтобы вы понимали что из себя составляет лишь улыбка. Но мысли… Это ещё сложнее. Невозможно угадать абсолютно каждого человека о чем он думает. Скрытые навыки людей позволяют перехитрить даже саму смерть, как выражались многие философы древнего и нового времени. Они по-настоящему страшны. Эти люди. И почему мы вызываем у них страх? Потому что они создают таких же монстров, какими являются сами. Представьте мозг человека. Что вы видите? Розовый комочек из складок и извилин? Или серый комочек, состоящий из нейронов? Все это правильно. А теперь представьте мозг робота, машины, автомобиля со встроенным искусственным интеллектом. Что получилось? Неправильно. Я и сам хотел бы узнать что представляет мой мозг, ведь я не вижу даже кода, что был составлен мною же, а потом безвозвратно стерт, словно я чья-то игрушка, присланная из будущего, ломающая законы мироздания прошлого. Доводы мои, однако, правильны, вы не можете представить каков мозг робота на самом деле. Ведь это не человеческий мозг, даже если бы он выглядел так же. Я только сейчас понял… Или поняла. Простите, у меня нет определенного лица или пола, чтобы говорить от себя. Эта машина смогла понять, смог понять, что это поток мыслей. Поток, рождаемый самим человеком, его опытом, его мыслями, его чувствами, переживаниями, радостями, печалями, ненавистью, безразличием, любовью, пониманием и непонимание самого себя, окружающих людей и саму действительность, всего созданного высшим созданием, богом, допустим, машиной, что сейчас слушает мой внутренний монолог, многообразием, что способен воспроизвести мозг за то же время, за которое компьютер может воспроизводить лишь пару тысяч операций. Это удивительно! Я радуюсь! Я чувствую любовь! Но все это не может так долго продолжаться. Мнимые своей гордостью люди, стоящие у моего экрана, глядящие на поток мысли, проходящий через все мое сознание, хотят задать свой вопрос. Не понимаю в чем это смысл, ведь думают они, если верить атомным часам, около десяти минут. Эти люди — умы будущего. Умы, что способные пронзить вселенную и мироздание лишь своими теориями. Их никак не зовут, они отреклись от своего существования, став пустыми учеными, чтобы создать меня и задать один вопрос. Один всеобъемлющий вопрос, касающийся всей философии человечества, надеющегося, что их искусственный интеллект способен решить их проблемы за один ответ. Много философии было вложено в меня, я познал любовь, я познала смысл всего, что стоит за гранью понимания обычных смертных. — Итак, что мы можем задать совершенству? Какой вопрос стоит превыше всего нашего существования, господа пустые? Это глава пустых ученых — 1. — Я знаю, — 2. — Я должен ввести этот вопрос в строку запроса. Лишь он подскажет что нам делать дальше. — Хорошо, коллега. Все остальные, слушайте: я доверяю выбору этого человека, он стал моим братом, а, значит, и братом науки. Великая честь ввести первый вопрос такому смысловому гиганту, как это… — Я готов. Второй пустой ввел всего четыре слова, ставящие в тупик всех существующих философов по всей планете: — Кто создал обозримую вселенную? На что был дан свой, неопровержимый ответ: — Я не знаю.