Кошка III

Кошка III

Спустя семь дней после уничтожения Орды.

      Катра с трудом нашла в себе силы, чтобы открыть глаза. Она уставилась в белый потолок. Странно. В Халфмуне нет белого потолка. Да и в Брайт Муне и на базе Орды точно. Что-то пищало. Катра попыталась встать, но всё её тело будто налилось свинцом. В голове стоял туман. Гато медленно повернула голову в сторону пищащего звука и увидела какие-то приборы. На их экранах были цифры и бегали полосы. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это. Пульс. Эти приборы показывали её пульс. Катра с усилием приподняла голову и осмотрела остальную часть комнаты. Это точно была больничная палата. Белые стены, слишком яркий, слепящий свет лампы, запах лекарств… но кое-что выбивалось из общей картины. Наручники на руках Кошки. Девушка дёрнула руками, чтобы убедиться в реальности происходящего. Браслеты болезненно сдавили ей запястья, а цепь звякнула. Это точно было реально. Катра попыталась позвать кого-нибудь, но вместо слов из её горла вырвался только хриплый стон. У неё совсем не было сил, тело отказывалось слушаться, но Катра продолжила попытки привлечь чьё-либо внимание. Боже, как же ей хотелось пить…       Это заняло почти две минуты, но всё же Кошка смогла прошептать:       — Воды…       Никто не пришёл. Это было не удивительно. Её никто не услышал. Для повышения шансов на то, что её услышат, Катра решила добавить к собственному голосу ещё кое-что.       Кошка собрала всю силу, которую смогла отыскать, и резко дёрнула рукой. Цепь наручников звякнула. Слабо, но за дверьми палаты можно было услышать.       — Сюда… — Снова попыталась девушка. И снова дернёла рукой.       Катра продолжала повторять свой ритуал по призыву любого живого человека в этой грёбанной больнице. Господи, как же она хотела воды. Именно это желание помогало Гато продолжать повторять свои действия раз за разом, игнорируя боль и тяжесть в теле.       Она продолжала это делать целых две минуты для результата. Кошке показалось, что прошло больше часа. Но всё же она добилась успеха. В палату зашёл мужчина в полицейской форме. Даже не мужчина, мальчик. Наверняка только выпустился из академии. Он уставился на неё с широко раскрытыми глазами.       — Мари, она очнулась! — Крикнул он кому-то в коридор. — Я за доктором, а ты сторожи её! — Сказал он и быстро скрылся. Через мгновение в палату вошла девушка в полицейской форме. Если судить по внешнему виду, она того же возраста, что и парнишка.       Девушка — Мари — едва взглянула на Кошку. Она только пододвинула стул ближе к дверям, напротив кровати Гато, и села. Катра заметила, что она положила руку на рукоять табельного пистолета.       — Воды… — Снова попыталась попросить Кошка, но получила неожиданный ответ.       — Обойдёшься, мразь. — Сказала Мари, всё ещё отказываясь смотреть на неё.       — Во… Воды — Выдавила из себя Кошка. На большее у неё сил не было. Если бы у неё были силы на нормальный разговор, то девушка высказала бы этой Мари всё, что думает о ней за отказ дать стакан воды. Но у Катры не было на это сил. Поэтому она выдавила из себя только это слово.       — Твой лечащий врач даст тебе воды, если так хочешь. Но от меня ты ничего не дождёшься. — Бросила ей Мари. Девчонка явно была не настроена на разговор.       — Почему? — На этот раз у Кошки получилось прохрипеть целое слово.       — Да ты издеваешься! — Выругалась Мари и вскочила со стула. Она быстро подошла к кровати Катры и нависла над ней. — Почему? Хочешь знать, почему не заслуживаешь стакана воды, тварь? Ладно, скажу! Мне плевать, что ты перебила собственную банду. Плевать, что ты обезглавила свою мать. Мне даже нет дела до того, что ты пыталась убить Джонс и убила комиссара Мун! Но ты напала на Брайт Мун! Тебя приняли в наши ряды, а ты устроила кровопролитие. Там были мои друзья. Ты убила моих друзей! Ты убила моего лучшего друга! — На глазах у Мари выступили слёзы. — Я знала Джада с детства, а из-за тебя он мёртв! Мой лучший друг мёртв! Почему ты жива, а он мёртв?! — Мари схватила Катру за волосы и заставила поднять голову. Кошка зашипела от боли. — Я не знаю, почему ты не умерла на том складе вместе со всей своей бандой. Но ты должна быть мертва. А Джад должен быть жив! Но ты жива, как бы сильно я не хотела обратного. Я работаю в полиции и выполню свой долг. Ты предстанешь перед судом живой. — Мари отпустила её волосы, и голова Катры снова упала на подушку. — Но я не собираюсь исполнять твои прихоти. Поэтому я даже не подумаю о том, чтобы дать тебе чёртов стакан воды!       Едва Мари закончила, в палату вошёл доктор. Мари отошла к выходу из палаты и встала рядом с напарником. Доктор начал осмотр Катры.       — Добрый вечер, меня зовут Майкл Фрост. Я — ваш лечащий врач. Вы были без сознания почти неделю. Сотрясение мозга. Да и в том пожаре вы наглотались дыша. У нас ушло много времени на то, чтобы почистить ваши лёгкие. Моргните, если вам тяжело говорить.       Катра моргнула, но не произнесла ни слова. Конечно, она моргнула вовсе не потому что так попросил врач. Она вообще его не слышала. Кошка была в глубочайшем шоке. У неё в голове носились мысли о том, что сказала Мари. Нападение на Брайт Мун. Попытка убить Джонс. Неужели Мари говорила про Адору Джонс. Про её Адору? И убийство комиссара Мун… Анджелла мертва?       — Понял вас. Не думал, что буду лечить саму Кошку Лос-Анджелеса. Чего только не бывает, верно? — Усмехнувшись, продолжил доктор Фрост. — О, и вы, наверное, хотите пить. Моргните, если да.       Катра снова моргнула. И снова не из-за того, что говорил врач. Она вынырнула из мыслей, только когда ей протянули стакан воды. Катра машинально попыталась его взять, но наручники остановили её.       — Давайте, я вам помогу. — Произнёс доктор и наклонил стакан ближе к губам девушки.       Катра взглянула на воду, и в тот же момент края её зрения заполнила тень. Вода в стакане сменила кровь, которая тут же полилась через край. Всего за несколько секунд она будто заполнила всю комнату, и Катра едва могла дышать. Тьма заполнила всё пространство. Врач стоял и улыбался, когда это происходило. Но только это был уже не доктор Фрост. На неё смотрел Хордли. Кошку накрыла волна воспоминаний.       Хордли. Ли. Хорд Прайм. Нападение на Брайт Мун… Боу… Они убили Боу! Катра спасла свою мать от Хордли. Она попыталась найти Ли и Прайма, а потом…       ГОЛОВ ЛИШАТЬСЯ ВСЕ ТРОЕ!       БЛЕСК СТАЛИ       КРОВЬ, КРОВЬ И СНОВА КРОВЬ       ОН УБИЛ ИХ ВСЕХ УБИЛ ОНИ МЕРТЫ ЕЁ СЕСТРА И БРАТЬСЯ ИХ БОЛЬШЕ НЕТ!       МЕРТВЫ МЕРТВЫ МЕРТВЫ МЕРТВЫ МЕРТВЫ ВСЕ ОНИ       СКОРПИЯ И АДОРА СТОЯЛИ ПРОТИВ НЕЁ ОНА ИХ РАНИЛА ПРОЛИЛА КРОВЬ ЛЮБИМЫХ ЛЮДЕЙ СВОЕЙ СЕМЬИ       ШЭРОН УИВЕР ЕЁ МАТЬ БЕЗ ГОЛОВЫ ЕЙ ОТРЕЗАЛИ ГОЛОВУ РАССТРЕЛЯЛИ И ОБЕЗГЛАВИЛИ       АДОРА ЛЕЖАЛА ВСЯ В КРОВИ ОНА БЫЛА РАНЕНА КАТРА ПЫТАЛАСЬ ПОМОЧЬ АДОРА УМИРАЛА       ОНИ С ХОРДАКОМ СРАЖАЛИСЬ ПРОТИВ ОРДЫ СВЕТА ПРОТИВ ХОРДЛИ ОНИ ПРОИГРАЛИ       ХОРДАК ЕЁ ОТЕЦ ОСТАЛСЯ В РАЗРУШАЮЩЕМСЯ ЗДАНИИ       ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА       ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ       ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА       АНДЖЕЛА МУН БЫЛА МЁРТВА ЕЁ ЗАСТРЕЛИЛИ       ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА       ДЕВУШКА С ЛИЦОМ КАТРЫ       ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА       — НЕТ! — Закричала Катра, забившись в оковах. — НЕТ! НЕТ! НЕТ! ОНИ МЕРТВЫ! — Полицейские, Мари с напарником, схватили её за руки и плечи и попытались удержать на кровати, но им это с трудом удавалось. Доктор выбежал в коридор и принялся что-то кричать. — НЕТ! ХАХ! ОНА НОСИТ МОЁ ЛИЦО! ХАХА! ОНА ИХ ВСЕХ УБИЛА! ХАХАХА! Я ИХ ВСЕХ УБИЛА! ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ! — В палату начали забегать люди в белых халатах. Кошка не обращала на них внимания. Её крик был похож на рёв бешеного зверя. За несколько секунд у неё в голове пронеслись все воспоминания за последние месяцы. Вся её семья мертва. Их всех лишили голов. А на её отца упало горящее здание. Они все мертвы!       Катра даже не заметила, как ей что-то вкололи. В одно мгновение она была в сознании, а в другое — провалилась в забытие.       

***

      

Спустя восемь дней после уничтожения Орды.

      Катра не знала, сколько она проспала. Когда девушка открыла глаза, было уже темно. Если в прошлый раз она слышала отдалённые звуки, доносившиеся из коридора, то в этот раз её встретила тишина. Кошка проверила свои запястья. Да, наручники на месте. Значит, всё, что было до этого… Это было по настоящему. Всё случилось на самом деле. Орды больше нет. Катру подозревают в теракте и множестве убийств. Даже не так, все уверены, что это сделала она. У неё больше нет дома. И семьи тоже. Хорд Прайм и Хордли позаботились об этом.       Слева, на краю глаза Кошки, показалось движения. Катра дёрнула голову в сторону, но обнаружила только стену и запертое окно. Он таких резких действий, в голове моментально расцвела боль. Кошка зашипела сквозь зубы.       — Осторожно, тебе не стоит напрягаться. — Произнёс голос.       Мурашки пробежали по коже девушки, а внутри у неё тут же разгорелась ярость. Катра провернула голову в другую сторону и уставилась на нежданного посетителя. Мужчина за шестьдесят был в белом костюме. Внешне он напоминал отца Кошки, но были и различия. Форма носа, подбородок, цвет глаз, морщины не оставляли сомнений, что он другой человек. На его лице были шрамы. Зашитые свежие раны и старые, оставшиеся лишь бледными следами у него на коже. Катра помнила, как порезала ему лицо.       — Здравствуй, племянница. — Улыбнулся Хорд Прайм, встав рядом с кроватью Кошки. — Как ты себя чувствуешь?       Катра яросто забилась на кровати, смотря на старшего брата Хордака глазами, полными ненависти. Она боролась с наручниками, будто была надежда, что она сможет их разорвать, а вместе с ними и горло мужчины. Но сталь не поддавалась.       Пока девушка боролась с наручниками, мужчина спокойно стоял рядом с ней, рассматривая. Он не говорил ни слова, просто смотрел на её реакцию.       Постепенно, брыкания Гато стали менее резкими. С каждыми движением она теряла всё больше сил. Лёгкие начали гореть. И вот девушка уже едва могла поднять руку, чтобы хоть немного дёрнуть наручниками на запястьях. Но пускай девушка больше не могла бороться, она прожигала мужчину взглядом, полным ненависти.       — Тебе не стоит так переусердствовать, дорогая племянница. — Заговорил Хор Прайм, как только Гато успокоилась. — Ты почти неделю провела без сознания. У тебя было серьёзное сотрясение мозга, не говоря уже о других ранениях.       — Что ты здесь делаешь? И как попал сюда? — Прорычала Кошка, выставив когти. Прайм взглянул на их металлический и усмехнулся.       — Тебе ли не знать, как легко можно пройти мимо охраны, при наших способностях и связях. И отвечая на первый вопрос, я зашёл проведать тебя. — Просто ответил он. — Неужели это так странно? Мы же семья.       — Ты убил всю мою семью! — Крикнула Катра и снова попыталась вырваться. Она хотела вонзить когти в лицо Прайма. — Моих сестру и братьев. Мою мать. Моего отца! Ты лишил меня даже моего города!       — Позволь напомнить, — терпеливо начал мужчина. — что мы были на войне. И мы с тобой были по разные стороны баррикад. Я не хотел воевать с тобой и Хордаком. Мы же семья. Но вы не оставили мне выбора. Вы хотели уничтожить всё, что я создал. И убить меня тоже, не стоит этого отрицать. Сама понимаешь, моя дорогая Кошка, почему я был не согласен с вашими действиями. Поэтому я сделал то, что должен был. Вы же отказывались сдаваться. И Хордли не помогал тем, как подливал масло в огонь.       — Тогда радуйся. Оба брата больше не будут доставлять тебе проблем. — Выплюнула Катра. Если Хорд Прайма и задели её слова, то он этого не показывал. А вот у Кошки будто прошлись ножом по сердцу, когда она вспомнила отца. Какое-то время они с Праймом провели в тишине, но всё же мужчина снова взял слово.       — Возможно, ты права. — Произнёс он. Его слова заставили Катру в недоумении нахмуриться.       — Возможно? — Переспросила она. — Хордак и Хордли боролись в горящем и разрушающемся здании. Мне одной удалось оттуда выбраться.       — Верно. Ты одна выбралась оттуда. — Кивнул Хорд. — Но потом мои люди вытащили моих братьев из-под обломков здания. Один был мёртв, а другой жив. — Мужчина сделал паузу, но быстро продолжил. Гато ловила каждое его слово. — Они оба ужасно обгорели. Один лишь наполовину, а вот другой до углей. Учитывая, что они близнецы… У меня ушло время, чтобы понять, кто есть кто. Как ты думаешь, племянница, кто из моих братьев выжил?       Катра боялась спрашивать. Она попыталась узнать ответ, прочитав его на лице Хорд Прайма, но так ничего и не разобрала. Он смотрел на неё в ожидании ответа. Катра должна была знать. Поэтому она проглотила страх и спросила:       — Хордак?       Прайм ответил не сразу. Почти минуту он просто молча смотрел ей в глаза. А его ответ разбил ей сердце.       — Скажу тебе честно, Катра. Хотел бы я, чтобы выжил Хордак. — Тихо произнёс он. — Хордак попытался забрать Хордли с собой на тот свет, но у него не вышло. Ли жив, а Хордак мёртв.       Катра должна была смириться с мыслью, что её отец мёртв. Она так думала с тех пор, как увидела разрушение их прежней базы. Здание рухнуло, а Хордак не выбрался оттуда. Она повторяла себе, что её отец мёртв с тех пор, как проснулась. Хордака больше нет, как Лонни, Кайла и Рохелие. Как Анджеллы. Как Уивер. Но Хорд Прайм решил подарить Катре новую боль. Сначала он дал ей надежду, сказав, что один из братьев жив. Катра позволила себе подумать, будто в её жизни всё же будет что-то хорошее. Но вот теперь, Хорд Прайм эту надежду отобрал. Хордак и правда мёртв. А вот Хордли жив…       — У меня было время погоревать. У тебя этого времени не было. — Заговорил Прайм, вырвав Кошку из мыслей. Но голос его был далёк, доносился будто из-под воды. — И сейчас я тебя оставлю, но прежде должен кое-что тебе сказать.       — Говори и вали. — Выплюнула Катра. Ей по горло хватило общения с Праймом.       — Ха! Дерзкая, как и прежде! Но как пожелаешь, племянница. — Ухмыльнулся Хорд. — Ты же знаешь, почему ты в наручниках?       — Меня обвинили во всех твоих грехах.       — Да. — Прайм даже не думал что-то отрицать. — Ты не станешь оспаривать эти обвинения и примешь наказание за них.       — Разбежался! С чего бы мне это делать? Я же могу, к примеру, не рассказать всем о тебе? Моим друзьям, полиции, СМИ и любому, кто готов слушать!       — Хороший вопрос! Ты всё верно подметила, племянница. — На лице Хорд Праума отразилось что-то издалека напоминающее гордость. — Ответ весьма прост. Вы с Хордаком проиграли в войне. Ты видела, на что я способен. А я был настолько добр, что перебил не всех дорогих тебе людей. За неделю, пока ты была без сознания, я легко мог это сделать.       — Если думаешь, что я буду работать на тебя…       — Нет, конечно, нет. Я знаю, что ты не станешь на меня работать. Пока что. — Катра хотела сказать, что думает о его «пока что», но Прайм продолжил. — Ты пошла против моей Орды Света и должна быть наказана. Твоё наказание определит суд, когда вынесет вердикт за преступления, в которых тебя обвинили. Но также, я сам выберу тебе дополнительное наказания за все твои преступления против меня.       — А тебя не смущает, что за всё, в чём меня обвиняют, можно получить смертную казнь или пожизненное?       — Смертная казнь тебе не грозит, да и в Калифорнии она отменена. И не переживай о пожизненном. Когда я решу, что с тебя хватит, ты выйдешь на свободу. Хоть и не официально, конечно. Но…       — Так и знала, что есть «но».       — Ты не должна что-либо предпринимать против меня или самостоятельно пытаться выйти на свободу. Не сомневаюсь, что в тюрьме будет много тех, кто желает тебе смерти. Можешь защищаться против них. Но попробуешь сбежать, подашь ходатайство о помиловании, условно досрочном освобождении, пересмотре дела, свяжешься с кем-то вне тюрьмы… Я убью всех, с кем ты когда-либо общалась. И всех дорогих тебе людей, которых я пощадил сейчас, в случае твоего неповиновения я буду медленно пытать и убивать у тебя на глазах. Ты поняла меня, Кошка?       Катра не спешила отвечать, прокручивая в голове всё, что сказал Прайм.       — Ты поняла меня? — Уже нетерпеливо повторил вопрос он.       — Да. — Ответила Кошка.       — Отлично! — Хорд Прайм встал со своего места и направился к выходу из палаты. — Поскорее выздоравливай, племянница. — Произнёс он на прощание и ушёл.       Катра осталась наедине со своими мыслями. На секунду, краем глаза она словно заметила чей-то тёмный силуэт, но когда она повернулась, там никого уже не было. Кошка не должна сдаваться, она не должна позволить ему победить.       

***

      

Спустя десять дней после уничтожения Орды.

      Медсестра зашла в палату Кошки под вечер. Похоже, девушка спала. Медсестру звали Энни Уимс, и ей уже исполнилось за шестьдесят, хотя по ней и не скажешь. Для своего возраста Энни хорошо сохранилась, что было чудом при работе медсестры. Работникам больниц приходится переживать ежедневно слишком много стресса.       Энни хотела закрыть за собой дверь в палату, но вслед за женщиной зашёл полицейский. После буйного пробуждения девушки, полиция решила, что не стоит оставлять её наедине с персоналом больницы, так как она могла им навредить. Огромная глупость, по мнению Энни. Девушка совсем худая, без сил после сотрясения и недельной комы, да и прикована наручниками к кровати. Она явно не представляет угроз. Да и может ли такая маленькая и хрупкая девушка доставить много неприятностей? Да, многие называют её Кошкой Лос-Анджелеса и считают, что она правит городом. Только это всё глупости. Энни не понимает, как люди могут верить в подобную чушь. Похоже, в это верят даже полицейские, раз расставили охрану по всей больнице, чтобы девушка не сбежала. Раньше полицейских было только двое. Они посменно стояли у дверей девушки. Но после того, как она проснулась, они заполнили почти всю больницу. Но Энни точно знает, что в городе самый главный — это мэр. Так и устроено в правительстве! Энни смотрит только официальные и надёжные новостные каналы по телевизору. И там почему-то никто не говорит ни о какой угрозе от этой Кошки! Или что она правит городом. Всё потому что это глупые выдумки. Другие люди просто смотрят неправильные каналы, вот и верят всему, что говорят всякие второсортные СМИ. Особенно молодёжь. Взять, к примеру, эту глупую двадцатилетнюю Марлу! Эта фигуристая кошёлка и капельницу нормально не может поставить! Вот этой Кошке на прошлой смене тоже она ставила, и наверняка не справилась! Энни не понимала, что Рон нашёл в этой Марле. Он ведь ближе по возрасту к самой Энни, так на кой чёрт ему безмозглая Марла? Дело точно не в муже Энни, раньше его наличие не мешало им с Роном развлекаться к кладовой. Но с приходом чёртовой Марлы всё изменилось…       — Мэм, вам стоит быть осторожнее. — Сказал полицейский, вырвав Энни из мыслей. Женщина как раз перегнулась через койку пациентки, чтобы проверить верно ли поставлена капельница. — С Кошкой надо быть настороже.       — Не учите меня делать свою работу! Я здесь работаю больше тридцати лет и знаю побольше вашего! — Гневно ответила она полицейскому, бросив раздражённый взгляд через плечо, и специально нагнулась ещё больше над пациенткой. Она быстро убедилась, что капельница поставлена верно. Даже дважды перепроверила. Удивительно, Марла справилась!       Энни уже собиралась отойти от Кошки, когда встретилась с неё взглядом. Девушка не спала! Не успела Энни опомниться, как Кошка обхватила её ногами и повалила к себе на койку.       — НАПОМОЩЬ! ПОМОГИТЕ МНЕ! — Истерически закричала Энни, обращаясь к ошеломлённому полицейскому, и почувствовала, как нечто острое и холодное коснулось её шеи.       — Убери от неё свои когти! — Закричал полицейский, наставив на Кошку пистолет. В палату сразу же набежали и другие полицейские.       — ПОМОГИТЕ! НАПОМОЩЬ! — Продолжала истошно кричать Энни.       Когда женщина нагнулась над Катрой, девушка выждала самую удобную позицию. Когда она увидела идеальную возможность, Катра схватила медсестру ногами и повалила на кровать, шеей прямо к когтям. Нахлынувшие в палату полицейские целились в Катру из пистолетов, но не двигались с места, чтобы помочь женщине.       — Ключ. — Катра дёрнула рукой, от чего цепь наручников звякнула. Медсестра снова вскрикнула от ужаса, ведь из-за этого мелкого движения когти Кошки прошлись по её шее. Катра не собиралась вредить этой женщине, но другим об этом знать не надо. — Освободите меня, и она не пострадает. — Понизив голос, произнесла Кошка.       — ДЕЛАЙТЕ, КАК ОНА ГОВОРИТ! — Закричала Энни и начала махать руками. Катра пожалела, что не схватила более спокойного заложника. — БЫСТРЕЕ! ОНА ЖЕ УБЬЁТ МЕНЯ!       — Вы знаете, в чём меня обвиняют! Значит, знаете на что я способна. — Крикнула Катра, решив подыграть женщине. Полицейские перебросились несколькими взглядами, но ни один не двинулся с места. Это было странно. Катра не ожидала подобного. Копы должны делать всё, чтобы обезопасить гражданских от престпников. Но сейчас они просто стоят и смотрят на Катру.       — Мы знаем, в чём тебя обвиняют. И знаем, на что ты способна, Кошка. — Наконец произнёс один из них, опустив оружие. Это была девушка. Катра её узнала. Одна из тех, кто охранял её в первый день. Кажется, её зовут Мари. — Именно поэтому у нас снайпер на крыше соседнего здания. — Сказала Мари.       Катра даже не успела понять, что случилось. Сначала она почувствовала в шее укол боли, а затем звук разбитого стекла. Её тело моментально обмякло, а Энни выскочила из её хватки в ту же секунду, и убежала из палаты, панически крича. Краем глаза Катра заметила дротик, вонзившийся ей шею. И тёмный силуэт позади. Нет, это был не силует… Это была она сама. Копия Кошки широко улыбнулась, а сама Катра погрузилась в сон.       

***

      

Спустя одиннадцать дней после уничтожения Орды.

      Катра проснулась резко. Её словно вырвали из сна. Кровь бурлила, а разум пытался понять, что происходит. Вернуть Кошке сосредоточенность помог удар в челюсть. Она смогла сконцентрироваться на боли. Глаза смогли сфокусироваться на стоящем над девушкой мужчине. Поняв, что Кошка окончательно проснулась, Хорд Прайм ударил её со всей силы в живот, выбив воздух. Катра закашлялась, но не смогла согнуться. Она поняла, что её ноги тоже были прикованы к кровати.       — ПОБЕГ?! — Взревел Хорд Прайм. Он схватил девушку за волосы, чем вызвал вскрик боли, и притянул к себе. Наручники мешали этому, а давление Прайма только причиняла Катре больше боли. — Я сказал тебе сидеть тихо! Отбывать наказание! А суд ещё не прошёл, как ты попыталась сбежать! Думала, я об этом не узнаю?       — Надеялась, что сбегу и прикончу тебя до того, как до тебя дойдёт информация. — Честно призналась Катра. Она и не видела причины скрывать свои намерения. Прайм знает, что она его ненавидит. Так зачем отрицать?       — Я слишком много времени трачу на тебя. — Гневно произнёс Хорд, расхаживая из стороны в сторону по палате. — Ты никак не можешь усвоить те уроки, которые я тебе преподаю. Не знаешь своего места. Не можешь понять, когда лучше проглотить слова и склонить голову перед превосходящей силой! Любого другого я убил бы за подобное!       — Так почему не убьёшь меня? — Не выдержав, воскликнула Катра. Прайм остановился напротив и встретился с ней взглядами, приподняв бровь. — Убей меня уже! Пусть всё это уже закончится! Я хочу, чтобы это закончилось. Всем будет легче, если меня не станет. Особенно тебе! — Девушка постаралась вложить в свои слова всю ненависть и ярость, которую питала к Прайму. Она хотела, чтобы он физически почувствовал, насколько сильна её ненависть. — Ведь пока я жива, я не брошу своих попыток прикончить и тебя, и Хордли! Я готова положить свою жизнь на то, чтобы уничтожить всё, что ты создал. Ты будешь смотреть, как твоя империя падёт. Ты будешь смотреть, как я убиваю твоего брата! И только после того, как ты познаешь мою боль и после того, как ты потеряешь абсолютно всё, я убью и тебя!       Хорд Прайм смотрел ей прямо в глаза. Видел ли он огонь, пылавший в них? Катра была уверена, что да.       — Верно… Убей их… Всех убей…       Катра дёрнулась от неожиданности и оглядела комнату. Что это, чёрт возьми, было? Показалось? Было похоже на её собственный голос. Точнее шёпот, доносившийся из-под воды.       — Что с тобой? — Спросил Хорд Прайм, заметив смятение девушки.       — Ничего. — Тут же ответила она. С ним Катра точно не собиралась откровенничать.       — Ты спросила, почему я тебя ещё не убил. — Прайм, похоже, решил вернуться к тебе, которая интересовала его больше, чем секундное помешательство племянницы. — От части, дело в том, что ты дочь моего младшего брата. Это делает нас семьёй.       — Мы не семья. — Яростно выплюнула Катра.       — Можешь отрицать, но правду не изменишь. — Фыркнул Хорд. — Но дело не только в этом, Катра. — Он театрально развёл руки в стороны. — Орда Света — работа всей моей жизни! И скоро эта работа подойдёт к концу. Я уже вижу день, когда это случится.       — В каком смысле? — Спросила Гато, напрягшись всем телом. Ей не понравилось то, о чём говорил Прайм.       — Сейчас это неважно. К теме нашего разговора это не относится. — Отмахнулся от её вопроса мужчина. — Орда Света — это моя империя. Но, к сожалению, я не буду жить вечно. Это значит, что мне нужен кто-то, кто унаследует мою империю. — Хорд Прайм улыбнулся, глядя на Катру. От этой улыбки девушка затошнило. Она поняла к чему всё идёт, но не хотела верить. — Раньше я думал, о том, что Хордак станет моим наследником. Но сначала Хордак пошёл против меня, а теперь он мёртв. Разумеется, Хордли я наследником не оставлю. Тут и думать нечего. Этот бешенный пёс годен только для жестоких расправ. — Прайм раздражённо фыркнул. Но через мгновение его лицо осветила ухмылка, когда мужчина повернулся к Гато. — Но ты другое дело!       — Только не говори, что я особенная. — Закатила глаза Кошка.       — Но так и есть. — Произнёс Прайм, продолжая улыбаться. — Ты выживала там, где другие умирали.       — У меня просто не получается сдохнуть, даже если я сама хочу.       — Ты стала дочерью для моего брата.       — Это не зависело от меня.       — Ты подчинила себе целый город.       — Я оберегала его от таких подонков, как ты.       — Через страх, Катра. Ты подчиняла своих противников через страх. — Хорд нагнулся ближе к девушке. — Прямо, как я, когда создавал Орду. Ты можешь это отрицать, но мы с тобой похожи. Я знаю, как тебя растила мать. Мой отец тоже был жесток и часто мучил меня и братьев. Мы с тобой смогли вырваться из хватки родителей-тиранов, и начали новую жизнь. Мы создали собственные империи! Мы своих противников либо подчиняем, либо уничтожаем. Мы дорожим семьёй.       — Только вот я не убиваю членов своей семьи из-за маниакальной жажды власти, как ты! — Выплюнула Катра, дернув руками в наручниках. Если бы не они, Кошка перерезала бы когтями горло этому ублюдку.       — Я убиваю только из необходимости, племянница. — Ответил ей Прайм. — Ради защиты цели, на которую положил всю свою жизнь. Я верю, что однажды, ты поймёшь это, когда сама станешь во главе Орды.       — Ты серьёзно веришь, что я продолжу твоё дело? — Катра не смогла сдержать истерический смех, заполнивший палату. Прайм такой же безумный, как и Ли. Неудивительно, они же братья. — Хочу, чтобы ты знал. Если ты действительно настолько туп, что сделаешь меня наследницей после своей смерти, то я в тот же день сожгу твою Орду дотла. Ещё и плюну на то, что останется.       — Если ты действительно этого захочешь, то ты будешь в полном праве сделать это. — Спокойно ответил Хорд. — Я буду мёртв, а Орда Света будет твоей. Никто тебя не остановит. Но ты не уничтожишь Орду.       — Нет, я определённо это сделаю, когда у меня появится шанс.       - Мне нравится твоя наивность, племянница. — Прайм пододвинул стул к кровати девушки и сел на него. Мужчина смотрел на Кошку свысока тем взглядом, которым родители смотрят на ребёнка, сказавшего смешную глупость. — Для того, чтобы стать моей наследницей, тебе придётся пройти подготовку.       — Подготовку? — Катра нахмурилась. Ей не понравилось, как прозвучало это слово.       — Именно! — Воскликнул Прайм. — Твоя мать, Уивер, воспитывала тебя через боль всю твою жизнь. Это сделало тебя достаточно стойкой, чтобы перенести большинство ударов жизни. Хордак к этой стойкости добавил и навыки. Ты научилась держать удар, отвечать и продолжать идти вперёд, не отступая. — Хорд Прайм сделал паузу. Его взгляд устремился на металлические когти девушки, имплантированные ей в пальцы много лет назад. — Всему этому ты научилась через боль. — Сказал мужчина и поднялся с места. Он подошёл к дверям палаты и дважды постучал в них. В комнату тут же вошли три новых человека. Бледная женщина в медицинской форме и с сумкой в руках, и два огромных мужчины позади неё. Они все окружили постель Кошки. Бледная женщина начала вытаскивать из сумки медицинские приспособления, а один из мужчин передал Прайму планшет. Тот включил его и начал водить пальцами по экрану, будто что-то ищет. — Уивер и Хордак хорошо тебя обучили, но не идеально. Они не вытравили из тебя все тени, особенно твою слабость милосердия! — Прайм поставил планшет перед Катрой. Там было видео, стоящее на паузе. — Всю жизнь ты училась только через боль. И чтобы стать моей наследницей, ты познаешь такую боль, о которой не ведала. Я уверен, что когда закончу твоё обучения, ты с гордостью поведёшь Орду Света к будущему величию! — Хорд опустил руку, нажал на экран планшета и видео начало воспроизведение. — И твоё обучение начнётся с урока над ошибками. — Уже не торжественно, а холодно произнёс Прайм. — Я предупреждал тебя, что будет, если ты ослушаешься моего приказа.       Сначала Катра не поняла, что показывали на видео. Только потом она поняла, что это человек нёс камеру в полумраке коридора неизвестного дома. Оператор остановился перед дверью, поставил на пол нечто металлическое, что не попадало в кадр, и открыл дверь. У Катры перехватило дыхание, а кровь застыла в жилах, когда она поняла, на что смотрит. На экране были две женщины, привязанные к металлическим стульям. Они кричали и извивались, когда увидели оператора.       — Нет… — Прошептала Кошка. Она узнала пленниц. Это были Спиннерелла и Нетосса. Они познакомились около года назад, когда Катра работала вместе с Глиммер под прикрытием в поисках убийцы. Катра считала их подругами.       — Всё случилось в тот же день, что и твой неудачный побег. Это лишь запись. — Произнёс Хорд. — И произошедшее лежит на твоей совести.       Оператор встал рядом со связанными женщинами и опустил камеру, показывая, что в свободной руке держал металлическую канистру. Он поставил её на пол, легким движением открыл крышку и без труда поднял канистру над головами женщин. Сначала на Спиннереллу, а через мгновение и на Нетоссу полился бензин.       НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ!       Катра попыталась закрыть глаза и отвернуться, но Прайм ей этого не позволил. Он приказал двум громилам держать её голову прямо, чтобы она точно смотрела в экран. А когда девушка зажмурилась, Прайм наклонился и прошептал ей на ухо:       — Если не будешь смотреть, это повторится. Сегодня. Завтра. Снова и снова, пока ты не научишься смотреть на последствия своих действий. — Его голос был спокоен. Прайм не угрожал, лишь констатировал факт. Катра это знала. Поэтому и открыла глаза.       Спинни и Нетосса пытались кричать, но кляпы мешали им. Они уже были с ног до головы покрыты бензинов. По тому, как они откашливались, стало понятно, что он попал им и в рот. Оператор отошёл от них на несколько шагов, но не отводил камеры от девушки. Катра услышала, как он шарится по карманам и сразу поняла, что сейчас произойдёт. Оператор опустил камеру на руку, показывая золотую зажигалку. Одно быстрое движение, и из неё вырвалось пламя. Катра услышала, что на фоне Спинни и Нетосса закричали ещё громче. Оператор снова поднял камеру на них… и бросил зажигалку. Бензин вспыхнул за долю секунды. А Нетосса и Спиннерелла закричали ещё гроче. Хоть и недолго.       Видео длилось меньше двух минут, но Катре показалось, что прошла вечность. Она осознала, что по её щекам текут слёзы только после того, как Прайм забрал планшет и передал одному из своих громил.       — Понимаю, сложно на такое смотреть. — Скучающим тоном произнёс Хорд. — Но это был необходимый урок для тебя.       — Я убью тебя.       — Уже слышал. — Отмахнулся мужчина от её слов и направился к выходу из палаты. — Я оставлю тебя, но мои люди побудут с тобой до конца операции. Я верю, что ты будешь вести себя подобающим образом, но меры предосторожности никто не отменял.       — Какой ещё операции? — Катра подняла заплаканные глаза, уставившись в спину Прайму. Тот на секунду задержался в дверном проёме.       — Твои когти — холодное оружие, Катра. Кто-то может пострадать, если мы от них не избавимся. — Ответил Прайм и ушёл.       Катра сопротивлялась, как могла, но это почти ничего не стоило. Она была скованно по рукам и ногам. Громилам её даже держать не пришлось. Они что-то вкололи ей, а затем Кошка потеряла сознание.       Когда она проснулась, её пальцы были забинтованы. Когтей не было. Кошка хотела закричать, но вместо этого из её горла вырвался смех.       

***

      

Спустя месяц после уничтожения Орды.

      Прайм всё объяснил слишком доходчиво. Она молчала, когда её выписали из больницы и направили в тюрьму до начала суда. На протяжении всего слушания она не произнесла ни слова. Кошка продолжила молчать, когда ей предложили сказать своё слово после объявления приговора в виде восьми пожизненных. Хорд сказал правду, смертную казнь она могла не ждать. Ей предстояло провести годы в тюрьме, пока он не решит, что она достаточно настрадалась. Катра хотела убить и Прайма, и Ли, и всех в Орде Света, но все невинные, чья кровь была на её руках, остановили её. Она проиграла войну. И теперь, у Катры осталась только месть. Они забрали её союзников, друзей и семью. Даже вырезали когти и остригли некогда пышные волосы. Она будет ждать шанса на расплату столько, сколько придётся. И в своё время, всё её враги умрёт.       — Хах. — Кошка не могла, да и не хотела сдерживать радость при этой мысли. — Ха-ха! Ха-ха-ха! ХАХАХАХАХАХ!       Она сидела в тюрьме, в своей одиночной камере, и продолжала смеяться. В мечтал Кошка купалась в крови Прайма, его брата и последователей. Рубила им головы. Сжигала заживо. Медленно резала на кусочки.       Так продолжалось не час, и не два. Катра не знала, сколько прошло времени.       — Слишком много времени прошло, если тебе интересно моё мнение. — Разнёсся по камере голос. Катра тут же вскочила с места и встала в боевую стойку, оглядывая помещение. Но никого не увидела.       — Что за бред? — Проворчала Катра, закрыв лицо руками. — Не хватало только сойти с ума.       — Ты уже давно сошла с ума, сестрица. — Снова услышала она голос. И в тот же миг, пришло осознание. Этот голос у неё в голове. — Бинго! Да, я у тебя в голове. Наконец-то додумалась. Ехехе!       Катра заметила движение в самом тёмном углу камеры. Она мгновенно повернулась, готовая к бою, и встретилась… с собой?       — Вольно, воин. — Её копия подняла руки в шуточной капитуляции. Кошка заметила, что она была не точной копией. Больше похожа на ту версию Катры, которая наслаждалась жизнью в Лос-Анджелесе, ещё до воссоединения с Адорой. Но глаза её двойника горели зелёным огнём, а правая рука и половина лица, будто полностью состояли из тени. — Нравится мой внешний вид? — Спросила копия и покрутилась на месте. — Лично я в восторге. Передаёт мою утончённую натуру! Хахаха!       — Кто ты такая? — Потребовала ответа Катра, даже не думая расслабляться. — Ой, да ты знаешь! — Она отмахнулась. — Я всегда была с тобой, всю твою жизнь. Но ты предпочитала игнорировать меня. Делала вид, будто меня не существует. И ради чего? Глупой попытки сыграть хорошего человека? Героини и защитницы невинных? Я тебя умоляю! Это не нашал роль. Она подходит кому-то вроде Адоры, но не нам. — Копия Кошки подошла почти вплотную. Она смотрела Катре прямо в глаза. — Я воплощение твоих желаний. Твоя страсть. Ярость. Гнев. Тень. Я — это всё, чему ты никогда не давала волю. Я — это ты, Катра. — Тень широко улыбнулась, обнажая десятки клыков. — И у меня к тебе разговор.