Исключение

***

Не то чтобы сильно хотелось трахаться. Фёдор вообще не привык спать с кем либо без продолжений, без обязательств и отношений. Может быть, в юной пьяной молодости это было и забавно, менять партнеров словно потертые перчатки, но не когда тебе за двадцать пять. Но этот парень — исключение. Столь юн на вид, хотя на деле два года разницы с Игнатьевом, столь красив, а главное — пьян и податлив. Со смешным именем «Вася», со смешной улыбкой и мутными карими глазами. С таким же черным на ногтях, но на контрасте с Букером, с неопрятной на первый взгляд, потертостью. Проще — что-то в фединой груди подсказывало — упустить его было бы опрометчивой, упрямой ошибкой принципа. Поэтому Фёдор порывисто ласкает изящную шею своей ухоженной, идеальной формы, бородой. Поэтому и оставляет на аккуратных ключицах россыпь поцелуев. От парня несёт каким-то едким, наверняка дешёвым, пивом и одеколон. Размазано пробует пухловатые губы, проходясь языком по еще свежему пирсингу. Вася так хорошо и пошло целуется. Так невинно подрагивает от возбуждения. И так по-блядски стонет, отбирая у нашего пьяного панка последние капли сомнения. Федя упирает его в стенку, почти чистого туалета. Потом упирается набухшим бугром в брюках между светлых джинс мальчишки. А после пары точных движений не только меж джинс. Вася закидывает голову на плечо Букеру, прижимаясь спиной к чужому свитеру и часто часто дышит. Умудряется даже шептать что-то, но честно говоря, Игнатьев и не пытается разобрать. Фёдор не трахается «единоразово», но мальчик с обворожительным взглядом, стал исключением.

***