***
Радостный смех ребят. Настолько звонкий, что казалось, его мог услышать даже неслышащий. Безумная игра, заключающаяся в погоне друг за другом. — Теперь ты ведешь, — блондин развернулся. — А может немного передохнем, —мальчик умоляюще взглянул в серые глаза подруги, — Мы уже давно играем, устал бегать. — Если поймаешь меня и Эрена, то передохнем, — безжалостно кинула брюнетка. В ярких голубых глазах, столь похожих на море, которые он желал увидеть, сверкнули искорки грусти и озорства. Девчушка ухмыльнулась, и, не теряя времени убежала подальше от него, изредка оборачиваясь и косясь на его вытянувшееся лицо. Вздохнув, набрал в лёгкие побольше воздуха и понесся на выжидающих за кустами ребят. — Не догонишь, Армин, — радостно выпалил Йегер. Хлопнув по плечу прибежавшую Микасу, не медля бросился вперед, выставив руки перед лицом, дабы не дать захлестнуть его ветвям. — Эрен, осторожнее, не упади, — крикнула юная Аккерман, нагоняя мальчика. Юркнув за дерево, прислонились к стене. Две макушки выглянули из-за в поиске Арлерта, незамедлительно находя его, огибающего кусты. Блондин сосредоточенно водил взглядом из стороны в сторону, растерянно вздыхая. Повернулся на них, выцепляя исчезающие за массивным стволом древа макушки, острый слух выхватил приглушенный шепот. Улыбнувшись, осторожно ступал по земле, неспеша приближаясь к затаившимся друзьям. Обогнув с противоположной стороны, резко схватил вновь начавших выглядывать Йегера и Аккерман за плечи. — Нашел и поймал, — счастливо улыбнулся Армин, — Теперь-то мы можем передохнуть? Эрен нахмурился, приняв задумчивый вид. Сверкнув глазами, открыл рот, но его грубо перебили. — Думаю, теперь можете, — раздался сверху спокойный голос, — Потому что если вы сильно устанете, я вас тащить не собираюсь. Троица дружно задрала головы. —Изуми, — удивлённо выдал Эрен, — Как ты туда залезла? — Руками цепляешься за вот эти палочки на дереве, ветки называются. Упираешься ногами в ствол, подтягиваешься и взбираешься ногами по нему, пока не залезешь куда хочешь, — поучающе ответила девочка, и ухмыльнулась, — Понятно объяснила? — Эй, ну я же не глупый, знаю как по деревьям лазать, — возмутился зеленоглазый. — Кто знает, — пожала плечами Танако. Потянувшись, оперлась рукой в ветку и перекинула ноги на нижнюю, спускаясь до их окончания. Аккуратно спрыгнула и подошла к ребятам со скучающим видом. — Ну что, домой? Плавный качок в сторону. Земля немного пошатнулась, и она прикрыла глаза. Открыла, в растерянности оглядывая другую местность. Разрушенный город. Выбитые из рам стёкла, осколки которых стекли вниз. Рассыпанные на щепки доски от рухнувших домов разлетелись по всей дороге. Смутно видные, но такие родные силуэты, одиноко сидящие на взбугрившейся под обломками камней земле. Вглянув вперед, нахмурилась, и вопреки своей воле ноги понесли ее к знакомым фигурам. Ее друзья. Те, кто стали семьёй, сидели на коленях, сокрушаясь над чьим-то телом. Изредка содрогался Армин, будто захлебываясь в рыданиях. Молча, сжав кулаки сидел Эрен, в утешающем жёсте положив свою ладонь на плечи Микасы, в немой скорби опустившей голову. Прошла немного вперед. Показались кроваво — красные пряди. Это была она. Еще шаг. Голова безвольно откинута вбок, увлекая красные волосы следом. Пряди сплотилились, став почти единым комом спутавшихся волос. Прямо под затылком скопилась лужица бурой, уже помутневшей жидкости. — Зачем она это вообще сделала? — выкрикнул блондин, хватаясь за голову. Вновь влажная дорожка из слез, стремящаяся быстрее скатится вниз из завораживающих, голубых глаз. Уткнулся головой в колени, трясясь от нахлынувшей истерики. Вновь взгляд на… Себя… Все лицо в различной глубины порезах и алых подтеках. На скуле красовался кровоподтек, а из ноздрей вниз стремились засохшие дорожки крови. Синяки под нижним веком зияли цветом, ближе к черному, перекрывая ее необычный цвет помутневших, впавших глаз. Черты лица заострились, и она не узнавала собственное лицо. — Уже ничего не исправить рыданими, Армин. Она мертва, — сухо ответил Эрен, но голос его дрогнул. Форменная рубашка, как и брюки, изорвана. В одной руке крепко сжато лезвие, а другая, прижатая к груди, обхватывала уже знакомый ей медальон. Еще шаг. Почти вплотную к ним. Села напротив, заглядывая в глаза. — Ребята, — неожиданно хрипло прозвучал собственный голос, — Что здесь происходит? Взмах рукой. Прямо перед глазами Эрена. Никакой реакции. — Эй, я же здесь, перед вами, — нервно, срываясь на крик произнесла Танако. Сдвинулась в сторону, вставая перед Арлертом, поднесла руки к его лицу. Коснулась его щек, пытаясь стереть соленые, не перестающие течь капли. Ладонь прошла насквозь. Отдернула руку, словно от бушующего пламени, обжигающего кожу, испуганно, с неверием на нее глядя. — Услышьте меня, я здесь, прямо перед вами, — голос задрожал, а в груди появился удушающий ком, жалостливо пролепетала, — Пожалуйста. Йегер внезапно поднял голову, глядя прямо на нее. — Вы, — зло рыкнул парень, поднимаясь, — Из-за вас она погибла. Пошел прямо на девушку, прожигая насвозь яростным взглядом. — Эрен, это же я, Изуми, — она попятилась, и прошла насквозь чью-то фигуру. — Она прикрыла вас и умерла, — зеленоглазый истерически взвизнул, кидаясь на стоящего перед ним. Вернулась назад, глядя на мужчину. — Леви… — тихо прошептала девушка. Мужчина молча стоял, не стараясь отгородится от нелепых, совершенно не воздействующих на него нападок Йегера. Молча, поджав губы, смотрел на бездыханное тело красноволосой. В серых, с проблесками металла, любимых глазах бушевал океан из боли и отчаяния. «Глаза — зеркало души». — Пошли прочь, — холодно выдал мужчина, — Выжившие собираются на стене. Я заберу ее тело. Армин с Микасой поднялись с колен, подходя к Эрену. — Идем, прошу, — подхватывая его под руку, пробормотала Микаса. Он гневно посмотрел на капитан, окинул взглядом друзей. На секунду задумался, в конце кивнув. — Ладно, — прошел вперед, не оборачиваясь, почти невнятно прошептал, — Нам больно, капитан, но вы этого никогда не поймёте. Уложив руки на спусковые рычаги, друзья выпустили троссы, желая быстрее исчезнуть. Не видеть ее остывшее, бездыханное тело. Но понимая, что этим они не помогут себе забыть горечь недавней потери. Аккермал молча глядел на удаляющихся разведчиков. Едва они исчезли из поля зрения, быстро подошел к телу красноволосой, опускаясь рядом. Провел по лицу, убирая налипшие, окропленные кровью пряди. — Снова, я снова не смог уберечь дорогого мне человека, — он приложил ладонь к верхней части лица, прикрывая глаза, — Я не пускал тебя на эту вылазку, но ты не послушала. И погибла. Погибла, спасая меня. Черт. Мужчина тяжело вздохнул. — Какая же ты глупая, — с отчаянностью в голосе прошептал Леви, — Но я тебя любил. Люблю… Кажется, ты на всю оставшуюся жизнь в моем сердце поселилась. Но ведь… Я так и не успел тебе это сказать вживую, а ведь было столько возможностей, — приподнял голову и прикрыл ей веки, сквозь зубы процедил, — Ты ведь обещала, что не умрешь раньше меня… Почему не сдержала обещание? Чертова лгунья… Он отодвинулся и протянул руку, сдирая с груди нашивку, после чего засунул ее к себе в один карманов формы. Окинул полным горечи потери взглядом и бережно поднял. Словно и не умирала вовсе, а лишь крепко уснула. Выпустил тросс, прижав тело девушки к себе и устремился вперед.***
Небольшой поток ветра проник в комнату, минуя закрытые окна сквозь неплотно заткнутые щели. Девушка вскочила в холодном поту, откидывая на пол одеяло. Провела вдоль пробора пальцами, откидывая волосы назад. — Надеюсь, это просто сон, — нервно усмехнулась Танако, поежившись от всплывающих красочных, но столь ужасных картинок проявившихся под конец сна. Старые часы тихо тикали, показывая 4 утра, а за окном поспешно начинало светлеть.