Аn out-of-control plan

Они выходят из машины, подходя к небольшому складу, куда их привёз Чонсон. Что чувствует человек, когда он теряет что-то дорогое для себя? Руки немного подрагивали, пока на лице сохранялась маска ледяного спокойствия. Джин начинает догадываться на счёт всего происходящего, только озвучивать свои догадки он не готов. «Бред» — набатом крутится у него в голове. Это чувство сравнимо с тем, будто от твоего сердца оторвали кусок, не давая шанс его вернуть. Причём оторвали неожиданно, без всяких обезболивающих и предупреждений. Он не переживает столько за себя, сколько за идущего чуть позади Чимина. Неизвестно, каковы будут требования и кем являются эти люди, а Мин не в том положении, чтобы волноваться и продолжать куда-то убегать, борясь за свою жизнь, ведь теперь придётся биться не только за себя. К тому же Тэхён, с которым неизвестно что, часто мелькает в его сознании, к сожалению, являясь участником страшных картин, от которых Ким не в силе избавиться. Это до безумия больно. Чимин же вечно одёргивает себя от того, чтобы положить руку на живот и хотя бы ненадолго успокоиться. Так он всегда чувствовал себя в безопасности, ощущая на эмоциональном уровне размеренное сердцебиение малыша. Кто эти люди и чего от них хотят? Они скоро узнают. Но спокойнее от этого не становится. Он, конечно, доверял Паку, но мало ли. И смириться с подобным крайне сложно. Люди, что прошли через это, говорят, что такого и врагу нельзя пожелать. « — От этой боли можно сойти с ума.» — Прошу Вас ожидать здесь, я сейчас их позову. — Чонсон приводит их в довольно просторную комнату. Лампочка тускло освещает выкрашенные в серо-коричневый цвет стены, но выглядело всё довольно прилично: кожаный диван, большой стол с стульями вокруг него и даже несколько цветов в горшках на полках стеллажей. Омеги кивают, присаживаясь на диван, и Пак сразу покидает помещение. Сокджин тут же судорожно выдыхает, тяжело сглатывая. Волнение накрывает с головой, заставляя сжимать кулаки и готовить себя к худшему. Тёплая рука Чимина ложится ему на колено, и он тут же смотрит на грустно улыбающегося Мина. Тот тоже безмерно волнуется, хотя не показывает этого. От чужого тепла становится чуть спокойнее. — Хён, как думаешь, что нас ждёт? — на грани шёпота спрашивает Чимин, наконец касаясь живота и облегчённо выдыхая. Он не один, они справятся. Чуть подумав, Ким обнимает младшего, тихо проговаривая ему: — Неважно, что случится дальше. Всё обязательно будет хорошо. Мы сможем. Чимин согласно кивает, в ответ обнимая старшего. В носу предательски свербит, но он не даёт эмоциям овладеть им. Волнение застревает комом в горле, заставляя желание остаться вот так навсегда задержаться, но они отдаляются друг от друга как раз в тот момент, когда дверь вновь открывается. Они тут же подскакивают с дивана, устремляя свой взгляд на проход, где застыл их бывший работник. — Господин Ким, Вас ожидают за дверью. — Это обязательно? — хмурится он, поворачивая голову на положившего ему руку на плечо Чимину. — Всё хорошо, хён, иди. Я буду ждать тут. — Ладно. — вновь вздыхает он, начиная двигаться к выходу на негнущихся ногах и тупить взгляд в пол. Дверь за ним хлопает, и он делает пару шагов, пока в поле зрения не появляются дорогие туфли. — Здравствуйте. — холодно чеканит он, пока в нос не бьёт знакомый парфюм, а родной до боли голос не заставляет глаза широко распахнуться. — Ну здравствуй, солнце. — Не может быть… — горько шепчет себе под нос, закрывая лицо ладонями, пока по щеке стекает слеза. — Мне кажется… — Пожалуйста, посмотри на меня. — альфа берёт его руку в свою поднося к губам и невесомо целуя пальцы, от чего у Сокджина пальцы на ногах поджимаются. — Не хочу… Ты вновь исчезнешь. Прямо как тогда. — В этот раз не исчезну, обещаю. Только позволь посмотреть тебе в глаза. Я соскучился по твоему взгляду. Неспешно он всё же поднимает взгляд, глядя на нежную улыбку мужа. Слёзы бесконтрольно катятся по щекам, а родные руки притягивают его, начинающего истошно плакать, в объятия. — Всё хорошо, золотце. Всё хорошо… — шепчет Намджун, целуя омегу в макушку. — Прости, что так мучил тебя.

* * *

Чимину страшно как никогда. Ему не было так страшно делать тест на беременность, убивать людей, ходить на грани смерти. Сейчас он остался один на один со своими мыслями, хотя в данном случае он предпочёл бы не думать от слова совсем. Казалось, что стены начинают сжиматься. С каждой проведённой здесь секундой всё больше хотелось сбежать. Дверь вновь открылась, и он тут же посмотрел на проход, ожидая увидеть Джина или Чонсона. Хотя первого он ждал намного больше. Он бы хотел увидеть его, и чтобы тот сказал: «Всё, забираем Тэхёна и едем домой. Теперь мы в безопасности». Но от увиденного стало труднее дышать, а руки задрожали, пока в груди стал растворяться тот самый тяжёлый ком, что был с ним на протяжении двух месяцев. « — Неужели…» Мужчина быстрым шагом двигается к нему падая перед ним на колени и начиная судорожно целовать лицо, пока на нём медленно расцветала улыбка. — Малыш, я так скучал. — Ты жив… Ты правда жив. — захватив чужие тёплые руки в свои ладони, будто пытаясь удостовериться в реальности всего происходящего. — Да, Мини, я жив. На глазах омеги блестят слёзы, и он кидается старшему на шею, пока родные руки прижимают его ближе блуждая по спине в нежных поглаживаниях, давая осознать, что он всё это время был не один. — Я так рад этому… Ты не представляешь… — шепчет он, пока голос бесконтрольно надламывается. А после он резко отстраняется, о чём-то вспоминая. — Хён, мне нужно сказать… — Мин опускает взгляд на живот, укладывая туда ладонь. — Малыш, я знаю. — улыбается Юнги, накрывая чужую руку своей. — Я знаю и хочу сказать тебе огромное спасибо. Я люблю тебя. — И я тебя… Только не делай так больше… Пожалуйста. В следующий раз я не справлюсь. Мы не справимся. — Больше не буду. Больше ни за что не оставлю своих малышей. — альфа переплетает собственные пальцы с чужими, целуя этот замок, а потом оставляя короткий поцелуй на губах любимого, начиная делать это вновь и вновь. — Ни за что в жизни. А Чимину больше не больно. Он счастлив. А слёзы — это просто эмоции, вышедшие из-под контроля. Это всего лишь радость, принявшая физическую форму. — Юнги, прошу, поедем домой. Я так устал, я не хочу отпускать тебя. — Хорошо, мой хороший, сейчас поедем.

* * *

Тэхён вдыхает чужой аромат и надышаться не может. Он жмётся к Чонгуку ближе, утыкается носом в пахучую жилку и вдыхает глубоко, будто это последний раз, хоть и знает, что теперь не отойдёт от него ни на шаг. Альфа же даже не пытается сопротивляться. Тогда в машине омега закатил настоящую истерику: как Чонгук мог так поступить? Думал ли он и его дружки вообще? Зачем это всё? — и ещё огромное количество вопросов прокричал ему Тэ, пока Чон не привёз его домой и не уложил рядом с собой в кровать, обещая объяснить немного позже и прося сейчас просто расслабиться. Тэхён, пускай и не сразу, но успокоился, после отказываясь отпускать мужа из кровати, ведь тот «Проебался, напугал, так и ещё ничего не объясняет!». — Чонгук. — тихо зовёт он альфу, получая вопросительное мычание на грани сна. — А вы заберёте Чимина и Джин-хёна? — Если я не ошибаюсь, — Чонгук переворачивается на бок, прижимая омегу к груди и поправляя на них одеяло. — Хёны уже должны были их забрать. Ну, конечно, если в этот раз всё пошло по плану. — А если нет? — В таком случае Намджун и Юнги решили, что позвонят им и расскажут всё, как есть. — А почему так нельзя было сделать раньше? — Я не знаю, Тэ. — выдыхает Чон, поджимая губы. — Мы хотели как лучше, сделать всё тихо, забрать вас без лишних подозрений и проделать с вами буквально тоже самое, что и с собой. Но мы проиграли в свою же игру. Надо было вам сразу объяснить смысл всего. Мы виноваты перед вами троими. — он разлепляет уставшие глаза и с грустью смотрит на возлюбленного. — Прости. Из-за нас ты пострадал. — Всё нормально. — мягко улыбается Тэхён, обвивая чужую шею руками. — Что ни делается всё к лучшему. Зато какие воспоминания. Да и, к тому же, неизвестно, как бы сложилось наше с парнями знакомство. Так что в этом есть и свои плюсы. Только вот не вздумайте больше делать что-то подобное без нашего ведома. Мы не железные. — Узнав о вас много чего нового, мы теперь наоборот будем с вами больше советоваться. — растянул губы в улыбке Чонгук, чмокая омегу в губы. — Я люблю тебя, Чонгука~а. — И я люблю тебя.

* * *

— Пришло время объяснить, что это был за цирк. — Юнги плюхается в кресло рядом с Намджуном. — Спрашивайте всё, что вас интересует. — Начнём с основных мотивов. — скрещивает руки на груди Джин. — Мы решили уйти из преступного мира и зажить с вами спокойной жизнью, но просто так это сделать почти невозможно, поэтому мы решили подстроить свою смерть. И если бы всё пошло ровно по плану, то и ваши смерти тоже. Но, как вы уже поняли, единственное, что вышло из-под контроля — это вы. — Почему тогда не отменили всю игру? — Когда мы поняли, что это нужно сделать было слишком поздно. — качает головой Чонгук, поправляя спадшею с тэхёнова плеча кофту. — Какую роль играл Хосок? — неожиданно спрашивает Чимин, думая о том, что надо будет извинится перед Чоном за угнанную машину. — Он был против всего этого. — говорит Джун, делая глоток кофе, а после продолжает. — Он в день перестрелки ни в какую не хотел сдавать ваше местоположение, называя нас конченными ублюдками, поэтому нам пришлось подкупить парочку его людей. Но потом он, глядя на ваше состояние и положение, решил, что больше это не может так продолжаться. — Зачем ошейник у кровати? — задаёт, наверное, самый интересующий омег вопрос Тэхён. — Осталось от предыдущих владельцев. Довольно подозрительные люди были. — Карты у вас? — Сокджин неожиданно вспоминает о пропаже, всё же решаясь узнать. — Да. — кивает его муж, вспоминая, как возвращался за ними. — Это вы убили шифровальщика? — Тоже да. — кивает Юнги. — То, что это случилось именно перед вашим приездом чистая случайность. Он слишком много знал и был продажным, прямо как те люди Хосока, с которыми он наверняка расправился. — Что будет дальше? — Мин младший подпирает щёку кулаком. — Мы начинаем новую жизнь. — кратко и с улыбкой на лице заявляет Чонгук. — Теперь, когда вы здесь и тоже обо всём знаете, мы можем осуществить главную часть плана. — Хотите уйти громко? — усмехается Тэ, замечая. — И никак иначе.

* * *

« — Череда странных происшествий обрушилось на семьи известных преступников. Мин Юнги, Ким Намджун и Чон Чонгук были известным бандитским трио, но даже после своей смерти они остаются у всех на слуху. Этой ночью тела их мужей, чьи имена остаются для нас до сих пор загадкой, нашли в сгоревших домах, которые раньше принадлежали им. Что это — череда несчастных случаев, групповое самоубийство или поджог — неизвестно. Полиция, как и знакомые покойных, сохраняют молчание…» — Тэхён, чего ты там застыл? Тебе стоило бы поторопится. — в гостиную входит Чимин, катя за собой чемодан. — Что смотришь? — Представь, мы сгорели этой ночью. — смеётся Чон, на что Мин усмехается, но всё же театрально закатив глаза, громко проговаривая, чтобы их мужья слышали: — Значит дело шашлыками пахнет, да? — Почему сразу шашлыками? — смеётся Юнги, появляясь в поле зрения омег. — Почему не запечёнными булочками и яблоками? — он подходит к Чимину, обнимая его со спины и целуя в шею. — И всё же я считаю, что это лучше, чем их идея в виде страшной аварии, в конце которой бы мы упали в море. — к ним подходит Джин, вслед за которым входит и Чонгук, что тут же плюхается на то самое место рядом с Тэхёном, куда хотел сесть Ким. — И чем тебе не нравится? Красиво же. — хмыкает альфа, после чего его всё же отпихивают в сторону, а он сам корчит недовольное выражение лица. — Действительно. — Хей, народ. — доносится откуда-то из коридора голос Намджуна, а через какое-то время появляется и сам он. — Нам уже пора ехать. Все готовы? — Только тебя ждём. — ухмыляется Мин старший, отлипая от мужа. — Тогда едем на встречу новой жизни! — резко подскакивает с дивана Тэхён, от чего Сокджин и Чонгук вздрагивают, а все остальные смеются с их реакции. — Вперёд! — взяв Чона под руку, Чимин и он зашагали в сторону выхода. Что чувствует человек ясно осознающий, что он счастлив? Спокойствие? Уют? Или, как бы то иронично не звучало, самое настоящее счастье? Каждый по-своему ответит на этот вопрос, ведь каждый ощущает счастье по-своему. А много ли нужно для счастья? Порой для того, чтобы быть счастливым, нужно лишь быть с близкими для тебя людьми. И тогда даже самый дождливый день не будет казаться таким пасмурным. — Ребят, а как же Хосок? — Да я уверен, он догонит нас. Главное позволить себе быть счастливым и не усложнять жизнь какими-то через чур сложными путями к этому самому счастью. « — Алло, парни, вы где?» — Мы уже на месте, а ты где? « — В каком смы… Вы должны были забрать меня по пути!» — Ой… Счастье рядом. Просто присмотрись и не упусти его.