Любить Архонтам не желательно

      — Моракс! Какая встреча!       Венти радостно подбежал к высокому мужчине, который неспеша зашёл в город. Мондштадт праздничный, красивый, по воздуху летают семена одуванчиков, из каждого уголка играет музыка. Гео Архонту стало любопытно, и он решил воспользоваться этой замечательной возможностью встретиться со своим старым приятелем. Увидя забавную физическую форму Архонта Анемо в виде непримечательного барда, мужчина усмехнулся.       — Здравствуй, Барбатос. Как вижу, ты наслаждаешься этим праздником. С чего вдруг такая форма? Может, примешь свой истинный облик и — Архонт не договорил, он был перебит своим другом.       — Тссс! Прошу, держи свой поток речи за зубами! — Брюнет оглянулся, — И называй меня Венти. Ты должен меня понять, я тоже скрываюсь и намеренно сливаюсь с толпой, как и ты. Но во время фестиваля я не принимаю свой истинный облик. Мне незачем.       — Печально, — Моракс оценивающе смотрел по сторонам, изучая декорации. — Тогда называй меня Чжун Ли. Сейчас я преимущественно использую это имя.       — Ну, тогда приятно познакомиться и добро пожаловать в Мондштадт на фестиваль ветрянных цветов! — игриво посмеялся Венти, — Будь как дома, Чжун Ли. Здесь гостям все рады!

***

      — Мастер Дилю-ю-юк! Как удачно, что сегодня вы здесь! — Венти радостно подпрыгнул от порога таверны к барной стойке, приветливо помахав рукой хозяину таверны. — Угостишь нашего гостя самым лучшим одуванчиковым вином, которое у тебя есть?       — Ты не оплатил ещё свои прошлые заказы, Венти. Когда долги возвращать собираешься? — Красноволосый мужчина строго посмотрел на барда, а затем перевел взгляд на мужчину, который зашёл следом за своим приятелем. — Прошу прощения, что выставляю этого мальчишку в плохом свете. Добро пожаловать в Мондштадт. Надеюсь, вы насладитесь нашим фестивалем, почетный гость.       — Благодарен. Я оплачу заказ и долги Бар… — Чжун Ли поймал на себе взгляд барда, — Венти.       — Как добродушно с твоей стороны Мор… Чжун Ли, — Венти хоть и был рад щедрости друга, но не упустил возможность его подразнить. Дилюк промолчал, хоть и понял, какой у него гость. Он достал бутылку с алкоголем и поставил на стойку, не забыв и про бокалы. Оставлять эту забавную ситуацию без комментариев было самым разумным, так как в таверне было много народу и не хотелось наводить шумиху. Пусть это останется только между ними.       Гео Архонт в свою очередь положил перед красноволосым мужчиной мешочек моры и сел рядом с Венти. Тот уже допивал свой бокал вина, довольно улыбаясь и поглядывая на бармена. Эта необычная, но еле заметная деталь не ускользнула от Чжун Ли. Он нахмурился, подозревая неладное. Это всё достигло апогея, когда Моракс заметил, что кончики косичек Барбатоса чуть сияют. Это свойственно только в нескольких ситуациях: Архонт использует магию, Архонт находится в своей истинной форме, Архонт испытывает сильные эмоции или чувства. Сейчас самым логичным является последнее. Чтож, легкомысленного Венти ждёт серьёзный разговор.

***

      — Было приятно с вами познакомиться, Гео Архонт. Чжун Ли опешил, ошарашенно смотря на Дилюка. Тот в свою очередь ухмыльнулся.       — Не волнуйтесь, Моракс, таверна пуста, мы уже закрываемся.       — Я же говорил, что мастер Дилюк видит всех насквозь! — посмеялся Венти.       — Вовсе нет. Только дурак, услышав ваши разговоры, не поймёт, что вы Архонты. — объяснил бармен.       — А ты говорил, что скрываешься, Барбатос. — Чжун Ли пронзил барда осуждающим взглядом. Было ощущение, что его нагло обманули. Являясь Богом договоров и сделок, обман не приветствуется и наказывается должным образом.       — Мои друзья знают, что я Барбатос. Хоть в Ли Юэ и говорят, что Архонт Монда покинул жителей, это не является правдой. Я свободен в выборе, и моим выбором всегда будет оставаться в городе и тихо следить за его безопасностью, периодически помогая душам, которые запутались в своей свободе и выборе, — Венти допил свой бокал алкоголя и встал со стула. — Не суди книгу по негативным словам тех, кто её не читал. Удивительно вообще, что ты не додумался до этого, Моракс. Не смотря на то, что мы с тобой много веков не общались, ты обычно всегда в курсе событий. Ты любопытен, и я это помню.       — Моё любопытство всегда проигрывает твоему. Тебе напомнить, сколько раз ты просил меня познакомить тебя с моими Яксами, хотя это и не имеет никакой выгоды для тебя?       — А ты только о выгоде и думаешь, Моракс. — Венти улыбнулся Дилюку на прощание и, взяв Чжун Ли за руку, вывел его из таверны. Не успев отойти от столиков перед зданием, Барбатоса потащили в переулок. Моракс удостоверился, что лишних ушей рядом нет и начал свой монолог.       — Ты вообще о чём думаешь, Барбатос? Как это пришло в твою легкомысленную голову? Тебе что, тысяча лет, раз уж ты так поступаешь? Ты думал, я не замечу? Какого чёрта ты влюбился в смертного? Ты главное проклятье нашего существования запамятовал? Никакой близости с людьми, а то дальше последуют страдания. Смертные живут максимум девяносто лет, мы бессмертны. Ты ещё сможешь увидеть внуков его детей! Барбатос, я знал, что ты любишь свободу, но эта свобода действий ужасна. Сам же потом страдать будешь! Винить себя, своё сердце! Ты же помнишь, чем обернулась твоя крепкая дружба с человеком. Хочешь повтора? Получишь, если не возьмёшь себя в руки и не выкинешь эти мысли из головы! Как ты вообще позволил этому случиться?       — Я не знаю! — Венти не выдержал, закричав. По щекам текли слёзы, а руки зажали ушные раковины, — Не смей меня осуждать! Ты вообще продал своё Сердце Бога и теперь что-то говоришь мне про моё тупое решение?!       — Барбатос…— Гео Архонт уже потянулся к Анемо Архонту, чтобы успокоить, но его руку больно оттолкнули. Чжун Ли мог поклясться, что никогда не видел такого разъярённого свечение бирюзовых глаз Венти.       — Уйди от меня! — Архонт взмахнул рукой и поток ветра оттолкнул мужчину, что тот упал на каменную дорогу посреди улицы. Барбатос вышел к Мораксу из переулка. Его косы развевались на ветру, переливаясь голубыми оттенками, глаза горели злостью. — Ты можешь остаться в Мондштадте, но не смей ко мне подходить. Не желаю тебя видеть.       Чжун Ли понял, что надавил на больное. Ему не стоило так критиковать Венти. Он знал, что его друг свободолюбивый, даже настолько. Он встал и поклонился, прося прощения, но всё же ушёл. Бард усмирил свой гнев и, оперевшись о стену какого-то дома, сполз на холодный камень и отдался слезам, обняв колени. Он и сам прекрасно понимал всю абсурдность его чувств к Дилюку, но ничего поделать с этим не мог. Ему нравился его взгляд огненных глаз, нравились его не менее огненные волосы, нравился голос, тело, характер, его движения. Ему нравился весь Дилюк. Венти уже давно смирился со своей влюблённостью, но фестиваль подбавил масло в огонь. Было больно смотреть на парочки и помогать влюблённым с поэмами и стихами. Всегда вспоминался этот хладнокровный мужчина, что покорил сердце Архонта. Это всё больно. Очень больно.       — Венти?       — Ох! — Бард вздрогнул и увидел перед собой свой объект воздыхания. Венти начал судорожно стирать слёзы с щёк и натянул улыбку, — Что-то не так?       — Вы с господином Чжун Ли повздорили?       — Угадал, ехе!       — Могу узнать причину? — Дилюк протянул руку, помогая Венти встать.       — Не стоит. Это так, между нами, Архонтами. Ну знаешь, свои заморочки!       — Надеюсь, что после этих «заморочек» между Ли Юэ и Мондом не начнутся разногласия.       — Не волнуйся, меня просто осудили, а я, дурак, не принял критику в свою сторону. — отшутился Барбатос, подавляя очередной поток слёз.       — Кто-то ещё посчитал твои песни бредом?       — Ехе, Моракс любит, когда я пою. Он осудил меня за мои чувства, — Брюнет поздно осознал сказанное.       — Ты ему в любви что ли признался? — усмехнулся Рагнвиндр и скрестил руки на груди.       — Ради всего святого, как ты мог об этом подумать?!       — Тогда в кого же влюбился наш бестолковый Анемо Архонт?       Венти впал в ступор. С одной стороны, это идеальная возможность озвучить свои чувства, но с другой, это очень плохая затея. Хотелось спрятаться, улететь, снова стать маленьким и незаметным, как несколько тысячелетий назад. Хотелось как-то увернуться от этого вопроса, но мужчина явно загнал мальчишку в тупик.       — Почему именно влюбился? Я просто сказал «чувства», а это не обязательно любовь!       — В большинстве случаев, фигурирует это значение. Но я вижу, как ты пытаешься уйти от этой темы. Мог бы и прямо сказать. — Рагнвиндр поправил свои перчатки и посмотрел на небо. — Темно, но не сильно. Я никуда не спешу, поэтому не хочешь прогуляться до винокурни?       — Если ты позволишь мне потом там переночевать, то не откажусь. — лучезарно улыбнулся Венти.

***

***       — Венти, не против, если я попрошу тебя кое о чём? — Дилюк резко остановился. Они с мальчишкой уже прошли Спрингвейл, осталось только пройти вдоль каньона и они на месте. Вокруг деревья, поле, а хилличурлы стихли, засыпая под кустами. Сейчас Дилюк остался с Архонтом один на один.       — Смотря какая просьба.       — Можешь перевоплотиться в свой истинный облик?       — Ехе! — Венти скрестил руки на груди, — С чего это вдруг такое желание?       — Не знаю, — честно признался Рагнвиндр, — Скорее всего, мне просто хочется посмотреть на Архонта вживую.       — Я тут, перед тобой, смотри и любуйся! — съязвил бард, надув щёки.       — Ведёшь себя как ребёнок, — вздохнул хозяин винокурни, но тут же зажмурился от яркого света, который безжалостно ударил в глаза. Когда яркость стихла, и Дилюк смог открыть глаза, его зрачки расширились, а рот чуть приоткрылся.       Перед ним пархал на белоснежных крыльях Анемо Архонт. Его белоснежные одеяния отражали лунный свет, кончики косичек светились нежно-бирюзовым, крылья медленно двигались, не позволяя босым ножкам Архонта коснуться земли. Чистый. Белый. Невинный. Дилюк смотрел на него как зачарованный, что немного смутило Барбатоса.       — Ради всего святого, мастер Дилюк, мы же не в музее! — Архонт закатил глаза, — Потрогать можно, я не против.       — Я…кхм…— Рагнвиндр медленно подошёл ближе и кончиками пальцев нежно прикоснулся к грудной клетке мальчишки, даже немного отдёрнув свою руку. — Так непривычно тебя видеть в этом обличии. Ты воспринимаешься вообще по-другому, Барбатос.       — Мне больше нравится Венти, — усмехнулся брюнет. — Мне тоже.       После этих слов Архонт покраснел. Это звучало как признание, хоть таковым и не являлось. Но хотелось бы. Сейчас перед Дилюком Венти максимально открыт. Никому ранее он не показывал свой облик Архонта. Столь максимальную степень доверия Рагнвиндр должен ценить. И он ценит. Не каждый день видишь Божество перед собой.       — Мастер Дилюк.       — М? — красноволосый поднял голову и посмотрел в глаза Венти. Это заставило мальчишку вздрогнуть, но он продолжил.       — Моракс меня осудил за мою любовь к человеку.       — Так ты всё-таки влюбился, а?       — Как видите…       — Кто бы ни занял твоё сердце, я хочу чтобы ты знал. Венти, — Дилюк аккуратно прикоснулся своими ладонями к ладоням Архонта, переплетая пальцы, — Ты мне небезразличен.       — Мастер Дилюк…— Барбатос слабо задрожал, чуть съёжившись и понурив голову, — Вы мне тоже нравитесь, но, к сожалению, Архонтам любить не желательно. Моракс прав, я буду ещё жить, когда вы уже умрёте.       По щекам брюнета скатились солёные капли. Он был безумно рад, что его чувства взаимны, но безумная боль пожирала его изнутри. Он вновь подпустил к себе человека так близко, но в этот раз, смертный близок к нему как никогда раньше. И это пугало.       — Мне не понять твоей боли, но терять кого-то, бесспорно, тоскливо. Срок человеческой жизни для тебя всего лишь песчинка, — Рагнвиндр по-крепче сжал руки Венти, — Но почему бы тебе не попробовать насладиться этим? Неужто тебе будет легче, никак не развлекаясь и не подпуская к себе никого?       — В этом и проблема, что я подпускаю. Но вас сейчас я подпустил ближе всех.       — Для меня честь быть самым близким для Барбатоса. — хозяин винокурни опустил голову, имитируя поклон, — но истинным счастьем для меня будет — стать кем-то особенным для Венти.       — Закройте глаза, — Рагнвиндр бесприкословно выполнил просьбу Архонта, и вскоре перед ним снова оказался обычный бард.— Даже если я пожалею о своём решении, это был мой выбор. А больше всего на свете я люблю свободу выбора.       Венти потянул за воротник плаща Дилюка и втянул его в лёгкий поцелуй. Рагнвиндр не сопротивлялся и спокойно обнял барда. Они не будут жалеть о своём решении.

Пусть любить Архонтам не желательно, но не запрещено.