Идеальная месть

Утро наиприятнейшим образом встречает Юнги с жуткой головной болью и диким желанием утолить жажду, а заодно и сдохнуть, если можно. Выпил он вчера знатно, и может уверенно сказать – ничего не помнит с момента запрокидывания в себя примерно седьмой рюмки виски. Вчера было отстойно, а потому просто хотелось забыться в ближайшем баре и затеряться надолго ото всех подальше, но уже знакомый потолок даёт чётко понять, что нет. Не получилось нихрена. В комнате прохладно из – за открытого окна, но Мин заботливо укрыт и обнят хрупкими ручками. Дженни спит с таким умиротворённым лицом, что в пору его пожмякать и расцеловать одновременно. У девушки, и без того пухленькие щёчки, будто становятся ещё мягче на вид, когда та спит, мелко подрагивая пышными ресницами. Губы чуть влажные и волосы на лицо лезут, отчего хочется немедленно их заправить за ухо. Юнги бы это с радостью сделал, только вот не соображает ещё совсем, и пить всё равно хочется, дабы поскорее утолить жажду. На тумбочке – рядом с кроватью – заботливо приготовлены стакан с водой и две таблетки от головы. Мин, мысленно поблагодарив Джен, аккуратно - боясь нарушить чужой сон - вырывается из крепких объятий. Спустя минуты три пустого взгляда в стенку напротив, парень встаёт с помятой жизнью (ну и ещё совсем немного его неуклюжей тушкой) кровати и направляется в сторону ванной – приводить себя, в хоть и не божеский, но хотя бы приближенный к понятию «человеческий», вид. Сложно на самом деле, потому что лицо до одури опухшее, глаза – щёлочки почти не видно и волосы в гнездо превратились. Но ничего. Мин и не из такого из себя конфетку делал, когда с утра пораньше, после бессонной ночи с Гуком за приставкой или ещё чем, на первую пару спешил и чёрные круги под глазами тоналкой замазывал. Юнги в этот раз на занятия уже в любом случае не попадёт, поэтому «здравствуй, кухонька. Давай – ка я на тебе сегодня испробую свои кулинарные способности». Испробовал. Получились подгоревшие, в сантиметр слоем, оладушки и жалкое подобие красивой сервировки стола. - Решил кухню мне сжечь, да? – за спиной слышится голос брюнетки, видимо, только проснувшейся. Девушка, зевая, подходит к столу и, впрочем, совсем не удивляется открывшейся картине: Юнги и готовка – вещи несовместимые. - Я, по крайней мере, старался, - почесав неловко затылок, сказал Мин и также неловко улыбнулся Дженни, - Доброе утро? Девушка, желая скрыть начинающие краснеть щёчки, обнимает покрепче пепельноволосого, утыкаясь тому прямо в ключицы. Вдыхает любимый аромат, исходящий от самого парня, и по – глупому улыбается, прикрывая веки. - Я соврала тогда, - шепчет Ким, - Сказала, что этого больше не повториться, но стою сейчас здесь – в твоих объятиях и понимаю, что правда соврала, потому что…, - брюнетка приподнимает голову, смотря прямо в шоколадные глаза напротив, - Потому что не хочу больше отпускать тебя. Юнги настолько часто представлял себе этот момент, что мало верится, если честно: очередной сон это или реальность, но Дженни в его руках ощущается так незабываемо правильно, так долгожданно, что парню уже всё равно. Он целует девушку в лоб и зарывается носом в растрепавшиеся ото сна волосы, шепча еле разборчивое «спасибо». *** Юнги не жалел ни капли. Просто был разочарован. Он не думал, что поступает неправильно, когда отдавал все доказательства в полицию, не искал оправданий отцу, не пытался его защитить, даже пил он, не потому что жалко было, а потому что навалилось слишком много. Семья разрушилась в тот момент, когда по новостям сказали, что Господин Мин сбежал с города, а место председателя теперь временно перешло к его заместителю. Юнги тогда как раз в баре и сидел, совсем не удивившись такому поступку своего отца. Просто продолжил пить. Правда где – то в процессе умудрился дозвониться до Гука, который – гад такой – в середине учёбы умудрился со всей семьёй умотать на Чеджу, пожаловался ничего непонимающему парню на жизнь, почти спровоцировал его прискакать к себе обратно и поплакался, потому что устал. Чонгук успокаивал как мог и обещал, что через пару дней уже будет рядом – утешать своего любимого хёна лично. Юнги пообещал, что если Чон так и не сделает, то получит конкретных таких пиздюлей за своё враньё. У Юнги камень с плеч спал, когда Дженни сама обняла его: обвила тоненькими ручками торс парня и сказала то, о чём он так мечтал. Юнги верит, что они смогут начать всё заново.