– Расслабься, хён

Джисон уже битый час лежит на большой, мягкой постели, в миллионный раз обновляя ленту в социальной сети. Парень уже успел полежать во всевозможных позах то забираясь ногами на стенку, то выгибаясь рыбкой до приятного хруста в позвоночнике. Наконец обессилев, он лег на спину, свесив голову с кровати, и стал наблюдать за едва шевелящейся фигурой парня, сидящей за письменным столом. В комнате был слышен лишь звук ручки, чиркающей в чужих тетрадях. Должно быть, сейчас Ли Минхо в той или иной степени определяет чью-то судьбу, обрекая одних на бессонные ночи за подготовкой к пересдаче, а кого-то одаривая шансом похвастаться перед одногруппниками или семьей заработанной потом и кровью хорошей отметкой, которую было так сложно получить у мистера Ли. Вот еще одна тетрадь приземлилась на край стола рядом со стопкой проверенных эссе. Исходя из того, с каким нервным выдохом и резким движением Хо сопроводил данное действие, Джи предположил, что очередной ленивый студент содрал текст с первого сайта в гугле. Сони терпеть не может тех самых двоечников, потому что из-за них настроение Минхо портится со скоростью света и он превращается в ворчливого и уставшего деда. Минхо откладывает очки в сторону, двумя пальцами зажимая переносицу. Раздражение с рокотом намеревается прорваться наружу. Тридцать первая тетрадь. Тридцать первый текст. Хо кажется, что он сошел с ума, потому что практически в каждой работе проскальзывают одни и те же избитые фразы, идентичные мысли и предложения. Да, Ли Минхо и правда строгий и требовательный преподаватель, но и отдается он своей профессии на сто процентов. Он готовится к каждой паре, находит интересный материал, который точно бы пригодился ученикам в жизни, устраивает дискуссии, вырабатывая у студентов навык размышлять и отстаивать свою точку зрения, дает реальные шансы на получение заслуженной аттестации, однако когда он не видит ответной реакции, встречного намерения сотрудничать, все желание с такой отдачей подходить к своей работе пропадает. Хо слышит звук шагов босых стоп по полу позади, а затем чужие руки обвивают шею и в нос ударяет приятный мятный запах жвачки, которую постоянно использует Хан. Мягкие волосы приятно щекочут щеку, а цепкие пальцы прижимают Хо к груди. Хан Джисон не может больше сидеть в одиночестве и ждать, пока эти бесконечные тетради закончатся, да и к тому же, Джисон видит, что старшему не мешало бы отвлечься и выпустить пар. — Хён, брось ты эти несчастные тетрадки, — Ладони медленно и приятно массажируют плечи, которые ужасно ноют от постоянного положения сидя. — Я уже не могу тебя ждать, я соскучился и постепенно начинаю ревновать тебя к ученикам...- Недовольно бурчит Сони, невесомо целуя ухо старшего. — Джи, сколько раз я тебе говорил не отвлекать меня? Ты меня только задерживаешь, — Нехотя отмахивается старший, протяжно выдыхая, потому что его назойливый бойфренд разгуливает по квартире в одной лишь клетчатой рубашке, которая еле прикрывает желанные бёдра Хани. Такая картина не могла не привлекать внимание Минхо, который обожает ножки Джисона больше всего на свете. Джи лишь недовольно фыркает, полностью игнорируя попытки Минхо отделаться от него. Если он хочет провести сегодняшний вечер с Ли, значит он получит свое. Хан разворачивает к себе крутящийся стул, на котором восседает старший, и немного приподнимает край своей рубашки, открывая совсем интимные участки карамельного бедра. — Лады, я понял. Можешь и дальше не высовывать нос из работы. Я сам себя ублажу на кровати, прямо за твоей спиной, и тебя к себе уже точно не подпущу. И можешь поверить мне на слово, я буду стонать так сладко, что думать ты будешь только о том, что просрал свой шанс. Хо уже в открытую разглядывает красивые бездонные глаза, которые идеально подчеркнуты черной подводкой, красиво выпирающие ключицы, милые косолапые стопы. Разумеется, думать об учебе в такой обстановке совершенно не хочется. Его чертовски заводит такой Джисон. Юный, горячий, требовательный, дерзкий. Отношения с ним сродни пожару, который зажигает все внутри и снаружи и позволяет испытывать ярчайшую палитру чувств. — Как же ты бесишь, Хан Джисон, — Шипит Хо, начиная расстегивать верхние пуговицы белой рубашки. Джи победно хлопает в ладоши, тут же подбегая к двуспальной кровати и плюхаясь на нее, и раздвигает ноги в приглашающем жесте. Минхо успевает полностью расстегнуть рубашку, пока устраивается между ножек Джисона. Сони восхищенно смотрит на рельефный торс хена, ехидно думая о том, что сорвал крупнейший в мире джекпот, ведь ученики, которые сохнут по Минхо, только спят и видят, как он трахает их на учительском столе, а он же может насладиться самым желанным преподом в живую. Мысль о том, чтобы прямо сейчас припасть губами к выпирающим кубикам, а затем и взять в рот так глубоко, чтобы выбить весь воздух из легких Минхо, не давала покоя, однако же Ли оказывается быстрее и настойчивее. Парень довольно напористо обхватывает бедра младшего, наглаживая и спускаясь к ним, затем проводя острым носом по нежной, чувствительной коже, чем вызывает довольное хихиканье младшего. Язык уже во всю обжигает каждый миллиметр внутренней части бедра, пока вторая нога Хани умоляюще трется о спину старшего. — Чего ты там возишься? Скорее переходи к главному, — Раздается нетерпеливое требование от младшего, тело которого уже мелко дрожит от желания. — Будешь много пустословить — быстро найду более полезное применение твоему грязному рту, — От подобных властных выражений, Сони начинал чуть ли не скулить от предвкушения и возбуждения. Минхо об этом прекрасно знал и не раз пользовался слабостью младшего. Руки Хо уже очерчивают сильно выпирающие тазобедренные косточки, вместе с тем поднимая рубашку наверх, тем самым открывая вид на изнывающий член, который подрагивает от малейшего движения пальцев старшего. — Полюбуйся, Джи, я еще толком ничего не сделал, а твой член уже готов молить меня о...— — З-заткнись! — Тут же рычит младший и грозно смотрит на ухмыляющегося хена, при этом пытаясь скрыть рукой румянец, который заливает его щеки. Минхо всегда умиляло то, как отчаянно продолжает вредничать Джисон, пока его лицо багровеет от смущения. Старший, недолго думая, достает из прикроватной тумбочки смазку с согревающим эффектом. Отчего-то ему в голову приходит мысль, что сейчас, когда в квартире холодно из-за отсутствия отопления, такой лубрикант подойдет для Джи больше всего. — Поворачивайся, бесенок , — Джисон послушно поворачивается к старшему спиной, на коленях прогибаясь в пояснице и укладывая голову на мягкую постель. Ладонь Минхо тут же с силой прилетает по мягкой булочке Хана, отчего тот вздрагивает и громко вскрикивает от неожиданности. — Еще раз увижу, что в такой холод расхаживаешь в одной рубашке, я отшлепаю тебя так, что ты сидеть не сможешь, понял меня? — Младший часто кивает, сжимая одеяло и еле сдерживая улыбку. Ему нравится, что хен проявляет к нему заботу, пускай и таким способом. Хо тут же извиняюще целует красный след от удара по нежному месту. Поцелуями он медленно переходит к ложбинке между ягодиц, уже смелее языком ублажая вход. Младший хмурится и тихо вздыхает от приятного ощущения горячего и мокрого, игриво виляя задом. Рукой Джи нащупывает волосы своего парня, сжимая их и притягивая ближе. Старший понимает намек, поэтому помогая себе смазанными пальцами, разрабатывает Хани и ласкает его внутри языком. Сони уже не сдерживается и пошло стонет чуть ли не от каждого движения старшего. Хо убирает руку Джисона со своей макушки и, вновь обильно смазав два пальца, начинает медленно растягивать его, при этом надрачивая другой рукой свой возбужденный до предела член. Джисон уже весь извивается, сворачивая под собой одеяла. — Быстрее! Хочу быстрее! — Вновь требует Хан, сам толкаясь навстречу пальцам Минхо. Просить старшего два раза не приходится, поэтому он уже резко и быстро вводит глубоко, сгибая пальцы под правильным углом и задевая нужное место, отчего Сони судорожно хватает воздух ртом, мелко дрожа всем телом. — Боже, да сделай ты это уже. Я больше не могу терпеть! — Чуть ли не хныкая, скулит Джисон. —Сделать что, Джи? — Минхо лишь продолжает входить пальцами, растягивая изнутри, —Попроси хорошенько, малыш. Чего ты хочешь? Сони еле находит в себе силы встать на руки, чтобы повернуть голову в сторону Хо. На его щеках красуются следы потекшей подводки, а глаза метают молнии, — Я хочу, чтобы ты трахнул меня сейчас так, чтобы я завтра ходить не смог. Достаточно понятно? Слова Джисона тугим узлом отзываются внизу живота Минхо, заставляя мышцы живота болезненно сокращаться. —Хорошо, — Шепчет Хо на ухо младшему, довольно ухмыляясь, — очень хорошо, Джи. Хорошенько смазав свой член, Минхо входит сразу до упора, судорожно выдыхая и обхватывая узкую талию Джисона. Парень под ним блаженно закатывает глаза, а с его губ срывается хриплый стон. Старший дает немного времени младшему привыкнуть, после чего начинает толкаться увереннее и быстрее, сжимая тело Хана до красных следов. Сони тут же от нахлынувшего возбуждения обхватывает свой член, начиная быстро ласкать себя, задыхаясь стонами, однако Хо перехватывает его руки, убирая их за спину и продолжая держать их в таком неудобном положении. — Пока нельзя, Джисони, — С губ Минхо тоже нередко срываются полустоны или шипение, особенно когда младший непроизвольно сжимает его внутри. Комнату наполняют такие пошлые звуки, что у младшего мурашки бегают табуном по коже. Парни оба тяжело дышат, а в ушах стоят только звуки частых шлепков и высоких стонов Джисона. Сони, уже не сдерживаясь, двигает бедрами навстречу. Преддверие оргазма будто проводит через все тело электрический разряд, а мысли постепенно превращаются в тягучий мёд. — Ах, хен, я больше не могу...пожалуйста... — Умоляет Хан, чувствуя, как все тело ослабевает. Сильные руки Минхо ласково обвивают тело Джисона. Старший прижимается своим телом к хрупкому Джи, обнимая его и оставляя поцелуи на столь любимых острых плечах, — Потерпи, малыш. Ах...совсем немножко потерпи...— Теперь с губ Хо срываются тихие стоны вперемешку с именем младшего. Он продолжает обнимать и целовать дрожащее тело мальчика, двигая бедрами быстрее, уже практически не отрываясь от Хана. — Черт, Джисони, так хорошо... Руки Джи неистово трясутся, и он еле держится на четвереньках. Он не может поверить, что Ли Минхо, из которого обычно и слова не вытащишь, сейчас так откровенно сладко стонет от близости с ним. Слова Хо снова вызывают волну мурашек, а вместе с тем и приятное, щекочущее чувство в груди, от которого почему-то хочется плакать. Оргазм оглушает его звоном в ушах, а все тело сводит приятная судорога, заставляя его мелко дрожать. В глазах становится темно, в голове пусто, а тело кажется совсем невесомым. Джи не может и звука произнести, съезжая на дрожащих ногах, но его придерживает Минхо, продолжая вдалбливать в кровать. Приближение оргазма накатывает волнами, особенно когда Джи лихорадочно мечется по постели, сжимая Ли так сильно, что тот уже сам еле сдерживается. Хо выходит из Джисона, продолжая грубо надрачивать, и наконец изливается тому на спину с протяжным, сладким мычанием. Как только старший перестает держать Хана, тот тут же падает полностью на кровать, убирая взмокшие волосы с лица и все пытаясь восстановить дыхание. Хо ложится рядом, тоже тяжело и часто дыша, и не отрывает взгляда от такого Джисона. — Господи, Хан Джисон, ты такой красивый, — Минхо приближается к своему мальчику, помогая тому убирать прилипшие синие локоны, и вытирает щеки от черных следов. — Тебе не было больно? — Обеспокоенно спрашивает старший, обнимая того и прижимая к себе. Джисон же дрожащими руками сжимает рубашку, утыкаясь в мокрую и часто вздымающуюся грудь. Минхо приятно массажирует кожу головы Хани, пока тот продолжает постепенно приходить в себя. — Это было пиздец как ахуенно, — Наконец отвечает Джисон, посмеиваясь. — Ты прикинь, я обкончался без рук. Не забудь записать это в свой личный дневник. У тебя там есть какой-нибудь пунктик а-ля "личные победы" или "лучшие достижения за день"? — Не так давно Хан узнал о том, что старший ведет свой дневник, который якобы помогает держать мысли в порядке и справляться с негативными эмоциями. И тем не менее, Джи не упускает возможности теперь подтрунивать над Минхо. — Скажи честно, ты идиот? — Хо тихо смеется, уже заглядывая в лицо своего мальчика. Тот утвердительно кивает, даже с ноткой упрямой гордости. — И давай-ка без выражений. — Бу-бу-бу,— передразнивает Джисон, выползая из теплых объятий, и тут же впивается в губы Минхо, жадно их сминая. Он сам удивляется тому, откуда же у него нашлись силы, однако и старший не отступает, отвечая на инициативу Джи. Наконец вдоволь насытившись друг другом, Джи укладывает голову на плечо Хо и закидывает на него ногу, прижимаясь ближе. Минхо тут же приобнимает его, целуя макушку. — Ты вообще в курсе, как ты пошло стонал мое имя сегодня? Ох, знали бы твои ученики, что их бука препод может и такое... — Сони решил поставить старшего в неловкое положение, как-нибудь его посмущать. Однако же Минхо лишь утвердительно кивнул. — Наверное, потому что больше ни с кем в своей жизни мне не было так хорошо, как с тобой, — Абсолютно серьезно и без смущения отвечает Ли. Младший лишь сильнее зарывается носом в плечо Минхо, чтобы тот не увидел, насколько покраснело от смущения его лицо. Сердце в груди бьется так быстро, что Сони боится, что старший почувствует или услышит это. Слышать такие слова Джисону приходилось совсем не часто. От своей матери в свой адрес он получал ругань и высказывания по типу "лучше бы я тебя не рожала", с братьями у него тоже холодные отношения, в любом коллективе, уже с самого детства Джи был белой вороной, изгоем в любой компании. Казалось, ему нигде нет места. И никогда не будет человека, который примет его сложный характер и полюбит со всеми недостатками. Минхо услышал, как Сони тихо шмыгает носом, сворачивая его рубашку. Ли не лезет к нему с расспросами, а лишь успокаивающе гладит по волосам. Он знает, что Джисон не любит показывать свои чувства и эмоции в открытую, поэтому просто дарит ему комфорт своими прикосновениями. Теперь голову Хо занимают лишь мысли о том, насколько он благодарен судьбе за этого маленького чертенка, который так внезапно ворвался в его жизнь, перевернув все с ног на голову. Минхо точно решил, что этот вечер он проведет только с Джисоном, не отвлекаясь ни на что.