Ебать-копать

Негромко хлопнула металлическая дверь в кабинет, перед этим жалобно скрипнуть, раздражая слух, и по кафельному полу разнеслось слабым эхом неторопливое постукивание мужских каблуков. Судебно-медицинский эксперт, шумно выдохнув, снял халат и повесил на крючок, после чего развернулся к комнате. Ничего не изменилось, как и час назад, вчера, два года назад, шесть лет назад: старомодная деревянная, чертовски громозкая, некоим чудом смотревшаяся не безвкусно и даже гармонично, комоды и шкаф, в которых врач хранил всевозможные препараты, инструменты, халаты, вечно скрипящие пречатки и не только - разнообразные виды чая, что-нибудь сладкое которое, на удивление, всегда можно найти, если покопаться, причём ещё свежим и возможно даже тёплым, фикус Володя и вовсю цветущие кактусы на подоконнике, до умилительного бережно хранимые разномастные кружки, на случай, если редкому гостю взбредёт в голову объявится... Ох, да чего только не было! Хозяину кабинета никак не нравился образ мрачного морга, и так никто под страхом смерти, под дулом пистолета не заходит, боясь многочисленных трупов и скальпелей, шугаясь каждого чёртового шороха. Поэтому прежде чем до театрального устало опуститься за стол, заваленный бумагами и кружками со следами бурного кофераспития, Накахара наклоняется к одной из тумб, на врехней полке находя умело припрятанную среди медикаментов для мёртвых и не очень бутылёк сиропа от кашля, коий на деле являлся небольшой порцией вина из магазина неподалёку. Он не сколнен напиваться на рабочем месте, ни в коем случае, но вскрывать трупы пачками определённо выматывающе и чертовски проблематично, особенно перед тем, как вокруг них тараканами скачащие родственники успешно прожужжали все уши, чёрт бы подрал эти автокатастрофы. Не успел рыжий специалист культурно выпить за здоровье товарищей-жмуриков, как его прервал звонок. Разговор, более похожий на монолог, изредка разбавляемый односложными комментариями Чуи, наконец завершился и и голубоглазый выдохнул. Ну почему Мори-сан никогда не звонит, чтобы сообщить что-нибудь оптимистичное, о починенной трубе, что прорвало ещё дня три назад, о свежеизготовленном симтатичном надгробии, приковывающим восхищённый взгляд и украшенный вензелем, или хотя бы о хорошей погоде, в конце концов? Это казалось врачу загадкой из раздела тайн человечества. Тем не менее, Накахара смиренно перевязал хвостик, непокорные пряди которого уже успели выбиться и залезть везде, где только можно и нельзя было, натянул ещё утром бывший белым халат и тянулся за голубоватыми перчатками, чтобы предстать в полной врачебной готовности. Тело привезли быстро, действо явно развернулось неподалёку. Рабочие широкими шагами ввозят тело в секционную, пока Танидзаки вертится у дверей и что-то торопливо бормочет, что говорит рыжему коллеге лишь о том, что родственнички усопшего ещё не объявились - новенький, ещё совсем зелёный администратор ни за что бы не оставил посетителей и на секунду. Чуя наскоро, уже автономно пробегается глазами по телу: на вид лет 24-27, высокий, шатен... Эксперт мельком отмечает также, что мужчина довольно симпатичен, в голове эхом вторятся слова Мори: "предположительно самоубийство, хотя надо проверить" - значит, начальник был уверен на блядские девяносто процентов, едва ли не констатировал факт. И это надо ж так, в расцвете лет своих за лезвие хвататься. Хотя в университете его и учили, что нужно искренне сочувствовать умершим и их близким, но глядя на этого идиота следовать данной инструкции было проблематично. Дверь закрыли, а судмедэксперт отвернулся от пациента, дабы достать инструменты, после чего повернулся обратно... - Ох ты ж блять, - скороговоркой, если не единым словом выпалил Накахара, чертыхаясь и на инстинктивном уровне запуская кулак со всего маха в скулу недовскрытого, сидящего на опнрационном столе и болтающего ножками, голова которого под болезненное мычание с глухим стуком падает обратно, а рука тянется к пострадавшему месту. - Я дико прошу прощения, какого-, - рыжика обрывают на полуслове букетом ромашек, сунутым прямо в поистине церберовскую физиономию. - Напугал? Уж извиняй, не хотел, - виновато улыбается кареглазый так, словно подкрался к девушке со спины и резко схватил за плечи с восклицанием "Бу-у!", а не устроил здесь ЕБУЧЕЕ, МАТЬ ЕГО, ХРИСТОВО ВОСКРЕСЕНЬЕ. - Как поживаешь? - Это я должен у тебя спрашивать, как ты, ебать, жизнь поддерживаешь?! - Прекрасно, - продолжает лыбиться как ни в чём не бывало мертвец, который был поживее многих живых, - хотя я спросил первый. - Ага, а теперь кончай придуриваться, иначе вторая твоя щека окажется травмирована- насилу берёт себя наконец в руки и с не меньшим усилием прекращает материться специалист. Он берёт из перебинтованных культяпок скудные пучок цветов и кладёт на ближайшую полку, хватает Иисуса Второго за воротник рубашки и тащит в кабинет, невзирая на возмущённые возгласы а-ля "Чуечка, мне же больно!" - Во-первых, для тебя Накахара-сенсей, - не преминул восстановить ущемлённое достоинство врач с шестилетним стажем, - во-вторых, откуда ты вообще знаешь моё имя? - Обижаешь, - надул щёки оппонент, - я же твой драгоценный коллега! И лучший водитель похоронного бюро, - нескромно добавляет он. Как ни странно, последняя фраза пробуждает воспоминания сотрудника морга. Отвратительно припаркованный синий катафалк с серебристой надписью "РИТУАЛ" у лобового стекла и висящие на зеркале маленькая петля и ароматизатор в форме персикового плода, из-за вечно опущенных с марта по ноябрь окон автомобиля без зазрений совести распространявший приторный запах по всей округе в радиусе метра, не меньше. - Так это ты тот Персик?! - опять разозлившись он округлил голубые глаза. - Отчего так?.. - Да от твоего трандулета за версту этими персиками несёт! - всплёскивает руками голубоглазый и отмечает, что от самого водителя тоже исходит аромат персикового мыла. Гик. - А тебе не нравится? - удивляется тот, хлопая глазками. - Не то чтобы прям не нравится, - успокаивается рыжий и опускается на стул напротив, - но окошки можно и прикрывать для приличия. А ещё парковаться научиться. Не обращая внимания на стреляющего очами врача, мужчина исподлобья спросил: - А ромашки хоть понравились? Видя это детское личико, Чуя вздыхает. - Понравились. Только зачем ты их притащил? - Я рассчитывал, что мой недалёкий товарищ испугается до тяжести в брюках, а потом и разозлится, поэтому заранее нарвал букетик в качестве компенсации. Глубоко и угрожающе дыша, врач дёргает бровью, после чего задаёт очередной вопрос. - И каким же образом тебя приняли за мёртвого? Пропустив мимо ушей намёк на свою гиперактивность, Дазай защебетал: - О, проще простого! Всего-то нужно было сделать ма-аленький надрез в области шеи, театрально упасть, извиваясь в предсмертных судорогах, понезаметнее дышать, задерживая дыхание, когда присматриваются... О! Ещё толстый слой бинтов создаёт ощущение пульса настолько слабого и незаметного, что суетливые люди вокруг его даже не замечают... Накахара видел слишком много мерзкого на своём небольшом веку, но отметил, что неподготовленного человека россказни Осаму бросили бы в дрожь. - То есть, - перебил он, - суицид ты совершать не планировал, и, получив кивок и неоднозначное "когда-нибудь, если обстоятельства..." (далее Чуя не потрудился послушать), - тогда зачем весь этот, прости Господи, цирк? - Знаешь ли, я прекрасно понимаю, что тебе здесь одному уныло, возни со жмуриками нынче много.. Слышал, подкинули тебе работёнки сегодя, так? Да и вообще, нечем скрасить серые будни непыльного дела.. С превеликим усердием эксперт подавил желание запустить в коллегу один из толстенных учебников по тавтологии, и, не сумев подавить другое - прервать наконец эту болтовню Осаму, - спросил: - Я, конечно, благодарен тебе за эту... Поддержку, но.. По-человески прийти - не? - Я бы с радостью, но, знаешь, - мужчина замялся, - Куникида-кун бы не отпустил. - Чёртов лодырь, - зашипел Чуя, - лишь бы от обязанностей свалить. Однако, несмотря на угрожающий вид сотрудника Дазай, не заметив за ним дальнейшив действий по выпровождению "чёртового лодыря", расслабил булки и посоветовал: - Завари хоть чайку, раз уж дорогой гость пришёл, - по-кошачьи улыбнулся он и получив в ответ: "Второй комод слева от окна, верхняя полка", едва не приплясывая, направился в указанное место. Дверь в кабинет со стороны основного здания приоткрылась, и в проёме показалась голова Джуничиро, обеспокоенного долгим отсутствием каких-либо вестей со стороны Накахары и, возможно, странными звуками, доносившимися из его угодий и пришедшего проверить товарища. Однако, едва заприметив стучащего чечётку Осаму, глухо вздрогнул и, хлопнув старенькой дверью, унёсся прочь. - Ребят... У нас вскрытый потанцевал, - язык Танидзаки заплетался, пока тот ошалело смотрел на Ёсано и Наоми, пришедшую его проведать после школы, до сего момента непринуждённо о чём-то беседовавших. Ересь работника они не поняли от слова абсолютно, но услышали дикий вой врача, боровшегося с приступом смеха, и заливистое хихиканье менее знакомого голоса. Все трое по немому согласию рванули к кабинету, где застали распластавшихся по столу Дазая и Накахару, осознающих, что им придётся объяснять, что за вскрытый и какого хуя он устроил бразильский фестиваль по самбо в секционном отделении морга.