Свет во тьме

      *** Сок Ген отрезает волосы в тот самый день, когда отец приводит в дом Со Джин в качестве своей невесты. Черт подери! Девушка не может поверить, что эта чокнутая Ын Бель станет ее сестрой. Такая себе перспектива. Видеть себя с короткими волосами непривычно и странно. Неровно отрезанные пряди торчали и не хотели укладываться, как она ни старалась. Наверно стоит сходить в салон, заодно и маникюр сделает. Сок Ген с тоской посмотрела на обгрызанные под корень ногти. Все из-за нервов. Каждый день она убеждала, что все наладится, но каждый раз все шло не по плану. На душе скребли кошки. Чувство вины не давало нормально дышать. Ведь, хоть она и не готова признать, но Су Рен — была и будет ее мамой. — Что ты делаешь?! — из-за громкого крика брата, Сок Ген выронила ножницы и инстинктивно повернулась к нему. Сок Хун смотрел на нее испуганными глазами, словно не мог поверить в увиденное. — Решила подстричься, — с фальшивой улыбкой заявила девушка. — Пора сменить имидж, а ты о чем подумал? Неужели решил, что я собираюсь умереть? — наконец, поняла Сок Ген. — Поверь, с ножницами в руках и пустым взглядом, ты выглядела жутко, — он, не спрашивая разрешения, уселся на кровать, напортив сестры. — Ну уж нет, не дождутся. Черта с два я умру, не испортив им жизнь. А вот эта девушка перед Сок Хуном уже была похожа на привычную всем Сок Ген. Красивая, богатая и безумно стервозная снаружи, но внутри она все такой же как и прежде обиженный ребенок. — Мне идет? — она поправила волосы и одним плавным движением пересела с пуфика у зеркала на колени брата, закидывая руки ему на шею. — Очень, — тут же уловив игривый настрой сестренки, подхватил ее под попку, откидываясь на кровать. — Тебе идет абсолютно все. — Лжец, — рассмеялась Сок Ген, ложась рядом. — Держу пари, что зеленый цвет волос мне совершенно не пойдет. — А как по мне, то это будет весьма мило, — Сок Хун нежно заправил, падающую на глаза, непослушную прядь за ухо, одновременно касаясь губами щеки. У Сок Ген от его действий по телу целый табун мурашек промчался. Ей было так тепло и уютно рядом с ним, что она готова провести с ним всю оставшуюся жизнь. И поддавшись соблазну, она придвинулась к нему так близко, как только было возможно, положив голову на его грудь. Размеренный стук сердца успокаивал. Не удержавшись Сок Ген запустила руки под его джемпер и пробежалась пальцами по выступающим ребрам. — Что ты делаешь? — недовольно зашипел парень, чувствуя холодные пальцы сестры. — Холодно же, — возмутился он, хотя прекрасно понимал, что сопротивляться бесполезно. — Я замерзла, — и словно подтверждая предположения брата, закинула на него сверху ногу, обтянутую черными лосинами. Как бы Сок Хун не пытался показать, что все эти нежности ему не интересны, внутри он таял от того как Сок Ген ластилась к нему подобно котенку. Ему не хватало тепла ничуть не меньше чем ей самой. Поэтому парень без лишних слов сильнее притянул девушку к себе, зарываясь носом в (теперь) короткие пряди. В такие моменты они оба радовались, что отцу на них плевать. Мама непременно забеспокоилась бы, что они слишком долго сидят в комнате (вдруг что-то случилось), а Джу Дан Тэ было плевать на них. Иногда близнеца начинало казаться, что не мать им не родная, а отец. Ведь родной отец не может так поступать с собственными детьми. — Хочу чтобы они страдали, — тихо прошептала Сок Ген, ей не нужно было уточнять, кто именно. — Мы не дадим им насладиться триумфом, — так же тихо ответил брат. — За все нужно платить. — Ты — все что у меня есть… Без тебя я умру, Сок Хун. Сок Ген было ничуть не стыдно за свои чувства. Она давно с ними не просто смирилась, а срослась. Любовь к брату делала ее той, кто она сейчас. Его любовь заставляла ее дышать. И Сок Хун чувствовал то же. — Я никогда тебя не оставлю, — совершенно искренние слова идущие от самого сердца. — А как же Ро На? — не могла не уколоть Сок Ген. Одно упоминание этой девчонки заставляло ее закипать. Она все еще ревновала. Ни одна девушка до этого не привлекала внимание Сок Хуна так сильно. Ей даже начало казаться, что он действительно в нее влюблен. — Сколько ты еще будешь ее вспоминать? — тема была ему неприятна. Пусть это была идея сестры приударить за Ро Ной, но он и сам слишком заигрался. Знал ведь, что сестра все воспринимает близко к сердцу. — Это была игра, я ничего не чувствую к ней. — Ага, — и почему ему в этом «ага» слышится один сарказм. — Сок Ген… — ему был известен только один способ заставить ее выбросить дурные мысли из головы, который всегда срабатывал безотказно. — Что? — она повернула голову, чтобы иметь возможность смотреть брату прямо в глаза. Но едва подняв голову, он почувствовала его горячие губы на своих. Он сильнее углубил поцелуй, чувствуя ответную реакцию. Им нравилось целоваться, чувствовать, как смешиваются их дыхания. Сок Ген довольно застонала, почувствовав, как мужская рука задрала тунику и скользнула под резинку лосин, с силой сжимая ягодицу, прикрытую одними стрингами. Не было ни сил ни желания сдерживаться, девушка потянула джемпер брата на себя, как бы намекая, что не мешало бы от него избавиться. Сок Хун понял ее без слов. Но кое-что нужно было сделать перед тем, как они останутся совсем обнаженными. — Дверь… — прерываясь на поцелуи, он все-таки смог добраться до замка. Сок Ген хватил этих пары секунд, чтобы стянуть с себя мешающую одежду, оставаясь в одних трусиках. И ей было совсем не стыдно. Не мучила совесть. Им было хорошо вместе так, как ни с кем другим. Они пробовали, пытались быть нормальными, но ничего кроме разочарования этот опыт не принес. Сок Ген интуитивно понимала, что нужно Сок Хуну, так же как и он чувствовал ее лучше, чем она сама себя. Перед глазами уже вспыхивали искры удовольствия, которое ей дарили его пальцы, как он внезапно отстранился, зашуршала одежда, а потом раздался стон: — Дерьмо, презерватива нет. В другой момент возможно это бы остановило Сок Ген, они ограничились бы оральным сексом, но сейчас она слишком хотела почувствовать его член в себе, чтобы он сжал ее бедра до синяков резко толкаясь. — Плевать, я пью таблетки, ничего не будет. — Обожаю тебя, — жарко прошептал ей в ухо брат, закидывая ногу к себе на плечо и входя внутрь. Ей было так хорошо, что Сок Ген совсем не заметила, как прокусила губу, пытаясь сдержать вскрик, как Сок Хун слизнул выступившую каплю крови и как кончая впился в сгиб шеи, ощущая судорожно сокращающиеся мышцы девушки. Они были все мокрые от пота, а Сок Ген вдобавок еще и ощущала сперму на внутренней стороне бедра. Нужно было идти в душ. Но так не хотелось. Словно почувствовав настрой сестры, Сок Хун встал первым и подхватил ее на руки, направляясь душ. Но когда он попытался поставить девушку на пол, то она неожиданно крепко в него вцепилась, со смехом заявляя: — Не хочу! Он холодный! И ему только и оставалось — прям вместе с ней встать под горячие струи душа.