Ненужный зонт

Дождь лил с ночи не переставая, и Дазай был этому рад. Сколько себя помнил, он всегда любил дождь: года в три плакал, потому что ему запрещали бегать под стеной ливня; в семь закрывал зонт, а потом получал этим же предметом по всем местам, до которых дотягивалась родительская рука; в девять мчался из школы, намокая до нитки и громко смеясь, а потом тоже получал не только зонтом; в четырнадцать никогда не брал с собой этот ненужный предмет, который «ну мам, он тяжелый и мешает, ну я в капюшоне буду, честно». Сейчас Дазаю семнадцать, и у него вовсе нет зонта. И он по-прежнему получает маминым зонтом за то, что свой подарил какому-то рыжему мальчишке на улице, который мок под ледяным ливнем в тоненькой рубашке. А что? Осаму зонт был не нужен, он с радостью избавился от него. А тому мальчишке пригодился. И почему за этот поступок Дазая наказали — он, искренне или нет, не понимал. Благородный же поступок, разве нет? Ну и что, что он даже не знал этого мальчишку и вряд ли вспомнит внешность, кроме рыжих волос и того, что мальчик был не старше второго класса… Предыдущие теплые, даже в какой-то мере жаркие деньки обернулись одним градусом тепла и необходимостью доставать куртку. Весьма неприятной необходимостью, стоит заметить, но Осаму не так сильно бурчал: на улице наконец был дождь. И ему предстояло пройти под ним: нужно было забрать перчатки, которые он должен был купить у какого-то парня. Дазай и рад. На улице оказалось не так уж холодно, для середины марта нормально. Дазай с наслаждением вышел под дождь. Капли забарабанили по куртке, и Осаму заулыбался. Прекрасный звук. Идти было, к сожалению, недалеко, всего минут пятнадцать. «Но уже что-то», — думал Дазай, перепрыгивая через мутную лужу. Грязь во время дождя — это, конечно, отвратительно. До места встречи Осаму дошел еще быстрее, чем думал: через девять — он засек — минут. Когда он уже подходил к торговому центру, у входа которого он договорился встретиться с продавцом, ему пришло сообщение. Продавец просил прийти на час позже. Безответственный, подумал Дазай. Но зато теперь можно погулять, тем более у него есть еще дела. Хотя, ладно, дел у него не было. Разве что… Он давно хотел заглянуть в кофейню через квартал. Там должен был быть вкусный кофе, и Дазай очень хотел его попробовать. Осаму радостно побежал в сторону кофейни. Внутри было тепло. В углу стояли два столика с двумя-тремя стульями вокруг, слева касса и проход куда-то, наверное, на склад, а все остальное пространство занято витринами с разной выпечкой. Осаму подошел к кассе. — Здравствуйте! — поздоровался он, заглядывая за стойку. ‐ А… никого нет, что ли? Где-то за ящиками раздалось бормотание, а потом кто-то крикнул: — Чуя! Посетитель! Брось отчеты! Оттуда стрелой выскочил взъерошенный парнишка и подлетел к кассе, недовольно бурча что-то нелестное. Парень поднял взгляд и, увидев Осаму, почему-то усмехнулся и изгонул бровь. — Вам кофе, верно? — со смешком спросил он. — Да, а откуда Вы знаете? — удивился Дазай. Чуя, как его назвал некто за ящиками, только хмыкнул и направился к кофемашине. И только сейчас Осаму понял, что его волосы — да и он сам — насквозь мокрые и липнут ко лбу. Смутившись, он убрал прилипшую прядь и попытался пальцами причесать волосы. — Капучино, латте, американо? — спросил Чуя, доставая бумажный стакан. — Э-э… Латте, пожалуйста. Дазай улыбнулся, но Чуя на улыбку не ответил. — Круассан в подарок, Вам какой? — снова обратился к нему кассир. Вот это сюрприз. — А какие бывают? — поинтересовался Дазай, вытягивая шею: за Чуей на полу стояла коробка с, видимо, круассанами. — Классический, с изюмом, с шоколадом, с миндалем, с сыром… — недовольно начал перечислять парень, повернувшись к этой коробке. — С сыром, — перебил Осаму, прекратив попытки разглядеть все самому, только бросив на коробку заинтересованный взгляд, чтобы заметил Чуя. — Так много? Большой спрос? — Судя по тому, что Вам круассан достается бесплатно — нет, — рыкнул кассир, пробивая что-то на кассовом аппарате. Дазай промолчал. Какой-то этот парень нервный. Взъерошенные ярко-рыжие волосы — интересно, крашеные или нет? — мятые белая футболка и штаны, явно надетые в спешке, перекошенный фартук. Глаза сосредоточенно и в то же время как-то рассеянно смотрели на экран. — Вот, пожалуйста, — кассир со стуком поставил стакан на стойку. Бережнее упаковал круассан и положил рядом. Дазай расплатился, поблагодарил и вышел. Чуя так и не ответил ничего. Осаму встал напротив кофейни возле остановки. Только сейчас радость от дождя как-то померкла, уступив какому-то другому чувству. Смятению? Воодушевлению? Но от чего? Неужели от встречи с этим грубым мальчишкой?! Дазай усмехнулся. Да не может быть. Или может? Осаму посмотрел на часы. У него еще тридцать минут. Он решил, что постоит здесь. Парень посмотрел на стакан в руках. Наверху была какая-то штучка, а рядом написано: «Замок. Отогнуть…». Дальше Осаму не смог прочитать из-за упавших на крышку капель дождя, но его в принципе и не интересовали слова. Сказано, отогнуть — значит, отогнуть. — Отогнуть эту штучку и пить, что ли?.. — пробормотал он, повертев стакан. Он потянул пластмассовую «штучку» рядом с надписью, попытался загнуть. «Штучка» с треском отвалилась. — Ну и ладно, — отмахнулся Дазай и засунул ее в карман. Кофе был горячий. В сочетании с холодным дождем — прекрасно. Вдруг дверь кофейни открылась, и на улицу выбежал тот самый кассир. «Чуя», — сразу промелькнуло имя в сознании Осаму. Чуя выбежал под дождь, посмотрел на серое небо. Засунул руки в карманы, поправил лямку рюкзака и, опустив голову, зашагал по улице. Дазай соскочил с возвышения на остановке и бросился за ним. — О, а мне в ту же сторону! — радостно сообщил Осаму, нагнав парня. Чуя дернулся, но увидев, кто это, недовольно сморщил нос и зашагал быстрее. — Отлично, вот и иди своей дорогой, — процедил он. — Так у нас одна дорога, Чу-уя! — отметил Дазай. — Ты ведь Чуя, верно? Мне казалось, пару минут назад мы были на «Вы»… — Вне работы я могу общаться к людям как мне угодно! — огрызнулся парень и зашагал еще быстрее. — Отлично, давай на «ты»! Итак, ты, значит, Чуя, а я Дазай Ос-… — А я что, тебя спрашивал? Чуя остановился и в упор посмотрел на Дазая. И, так как он был явно ниже, но смотрел серьезно-злым взглядом, Осаму не удержался и засмеялся. — Че ржешь, придурок? — рявкнул Чуя. — Чего тебе надо от меня? — Я просто захотел познакомиться, — выдавил из себя Дазай и снова засмеялся. — Да что смешного?! — Ты просто такой низкий и… — Даже не упоминай мой рост! Чуя почти зарычал, развернулся и продолжил путь. Осаму, улыбаясь, засеменил следом, почти сминая в руке бумажный стаканчик и раскачивая бедный круассан так, что он рисковал улететь в лужу. — Так вот, я Дазай Осаму, — продолжил он и отхлебнул немного напитка. — Вкусный кофе, кстати. И горячий. Дазай высунул кончик языка и поморщился. — Поделом, — пробормотал Чуя. — Какой ты жестокий! — С чего я вообще должен быть добрым?! Дазай обиженно надул щеки, но промолчал. Он открыл пакет с круассаном, понюхал. Чуя фыркнул. Дазай осторожно откусил. — М-м, вкуфно! — проговорил он, откусывая кусок побольше. Чуя закатил глаза и пробормотал что-то про воспитание. — Только холодный, — прожевав, сказал Дазай. — Вчерашний? — А тебе кто-то сегодняшний за бесплатно отдаст? — парировал Чуя. Некоторое время они шагали молча. Чуя недовольно бормотал себе что-то под нос, а Дазай неотрывно смотрел на парня. — Да под ноги смотри, что на меня пялишься-то?! — рявкнул Чуя, когда Осаму шагнул прямо в центр лужи. — Ты обо мне заботишься? Как мило! — обрадовался Дазай. Чуя презрительно фыркнул и отвернулся. — А куда мы идем, кстати? — Не мы, а ты! — бросил Чуя, не поворачивая головы. — Я — по делам, а ты, видимо, маньяк-преследователь. — Нет, я тоже по делам! — сообщил Дазай. — Что-то не видно. — Правда-правда! Мне нужно забрать перчатки… Чуя вдруг остановился. — Ты чего? — удивленно спросил Осаму, тоже остановившись и обернувшись. — Вот только не говори мне, что это ты, — тихо проговорил он, зло глядя на Дазая синющими глазами. — Да, я — это я, — невозмутимо ответил Осаму. — А ты о чем? — Неважно, — подумав, буркнул Чуя и возобновил путь. Дазай прошлепал прямо по луже, наплевав на уже всё равно мокрые ботинки. Они одновременно свернули к торговому центру, и, с каждым шагом осознавая правильность предположения «это ты», Чуя всё громче возмущался, а Осаму посмеивался. — Так ты перчатки продаешь? — спросил Осаму, перебивая поток брани. — Да! — раздраженно бросил Чуя. — И могу сказать, что никогда не ненавидел прогулки по городу так, как сейчас. — Дождь не любишь, да? — сочувственно спросил Дазай. Чуя посмотрел на него, как на идиота. Когда парни повернули к одному и тому же входу в ТЦ, Чуя шумно вдохнул. — Я сейчас позвоню заказчику, — сказал он, доставая из кармана куртки телефон. Парень набрал номер, приложил телефон к уху и замер, внимательно смотря на остановившегося рядом Дазая. Пошли гудки. В кармане Осаму завибрировал телефон. — Это я! — восторженно закричал Дазай. — Это ты, — обреченно, со вздохом повторил Чуя. Осаму достал свой гаджет и открыл страницу продавца. Только сейчас заметил имя, которое вообще-то было указано: «Чуя Накахара». — Накахара? — удивленно переспросил Дазай. — Фамилия у меня такая, — язвительным тоном сообщил Чуя. — На, забирай свои тряпки. Он спустил рюкзак со спины, выудил белый пакет и кинул его Дазаю. Осаму еле поймал. Полез в карман и отдал Чуе сверток с деньгами. Накахара пересчитал и кивнул. — Все, расплатились. До свидания, — бросил он, снова зачем-то расстегивая рюкзак. — Промок и замерз уже, — пробормотал парень себе под нос. Осаму открыл было рот, но первее Чуя вытащил из рюкзака какую-то вещь, расцветка которой заставила Дазая замолчать. Он наблюдал, как низкий рыжий парнишка в черной куртке открыл и вышел под дождь с его старым зонтом в руке.

***

— Латте, пожалуйста. Осаму улыбнулся, и Чуя слабо приподнял уголки губ в ответ. Прогресс. — В подарок… — Круассан с шоколадом. Накахара, оглядевшись по сторонам, выхватил с полки один из свежих круассанов и сунул Дазаю. — Смена до пяти, — тихо шепнул он. — Чуя, заканчивай быстрее! — раздался голос из-за ящиков, и Дазай и Чуя, переглянувшись, тихо засмеялись. Дазай вышел под дождь, открыв свой старый зонт, без которого в такую погоду Чуя его видеть не хотел, и откусил кусок от горячего свежего круассана. У него еще есть время. У них.