Напарники из Детройта

      Шейла потерлась о его ноги и только Бог знал, что она задумала. Кошка была настоящей засранкой: отбирала у Гэвина еду, занимала всю постель (двухспальную, мать её!) и драла шторы. Почему-то только одни, видимо, они просто не нравились. Но Гэвин не злился на неё, он вообще-то ещё в своем уме, чтобы злиться на животных. Вот и сейчас она, вцепившись в джинсы, залезла к нему на руки. Он выкинул уже две пары! Ногти он ей не стриг — это делал Ричард, Гэвин же просто боялся задеть сосуды в когтях, а андроид всегда знал где нужно остановиться, чтобы не сделать больно.       Она игриво укусила его за палец, приглашая в игру. Рид пытался отучить её не играть с руками, но, как он и говорил, она настоящая засранка, которая скрашивала его серые будни.       Как и Ричард, который должен был прийти с минуты на минуту — они договорились провести выходные вместе: посмотреть фильмы, поиграть с кошкой. Рид пытался не думать о том, что у них есть общая кошка. Потому что сразу начинал краснеть от этой мысли. Однажды он так задумался, а гад Андерсон похлопал его по спине, подумав, что тот подавился. Ричард тоже заметил эту реакцию, но молча принес стакан холодной воды. Если он и беспокоился за него, то предпочитал молчать. Он был благодарен за это.       С одной стороны, ему нравилось томиться в этом море намёков и бесконечного флирта, случайных касаний и адреналине от заданий, но просыпаться каждую ночь от эротических снов со стояком… Позор ему, взрослому мужику. Негативные мысли прервал звонок в дверь и Гэвин кинулся открыть ее, но немного подождал, чтобы андроид не думал, как сильно Гэвин его ждал. Пусть это и правда, но Ричарду не стоило об этом знать.       Довольный андроид встал на пороге, в руках у него была пачка пива и куча роллов. Гэвин был готов сделать ему предложение руки и сердца. Он был рад видеть андроида и пригласил его в дом, закрывая дверь. Ричард снял обувь, повесил кожанку, оставаясь в черной водолазке и синих джинсах. Рид не мог решить на что стоит обратить внимание в первую очередь: на дразнящий запах еды или на его Ричарда. Почему бы не совместить? Он поставил еду на столик перед диваном, указывая на диван. — Что хочешь глянуть? — Мне без разницы, обычно я скачиваю информацию, так что доверяю выбор вам, — Ричард сел на диван, положив ногу на ногу. — В неформальной обстановке — на ты, — попросил Гэвин, выбирая «Сплит». Этот фильм либо поможет Ричарду понять человека, либо взорвет ему голову. — Хорошо, Гэвин, — он томно выделил его имя, словно пробуя на вкус — и ему явно понравилось. Пиздец, следующие часы обещали быть самыми напряженными.       То ли тяжелая неделя сказалась на нём, то ли ему просто стало скучно, но на середине фильма он безбожно уснул.       Проснулся от пристального взгляда, ему кажется или Ричард подвинулся ближе к нему? Сердце привычно забилось чаще и Гэвин молился всем богам, чтобы андроид не сложил два и два. Взгляд зацепился на россыпь родинок на лице. По всему телу такие же? — Ты выбрал фильм по своему вкусу, высоко его оценив, и уснул? — Ричард немного нахмурился — небольшие мимические появились на переносице, Гэвину хотелось их разгладить, пощупать искусственную кожу, оценить её мягкость. Хотелось… — Я его смотрел много раз, мне можно — хмыкнул Рид, потирая шею.       Зря он уснул в такой неудобной позе, теперь пару дней будет болеть шея и спина. — Могу я? — спросил Ричард и не дождавшись ответа развернул Рида спиной к себе, надавливая на плечи. Нажатие отдалось болью, но она была очень приятная. — Если ты сделаешь так ещё раз, то можешь делать со мной, блять, всё что хочешь, — прошипел Гэвин. Внутри он визжал как девчонка, которую впервые поцеловал парень. О да, он действительно размяк. Гэвин снял футболку, лег на живот и вытянул руки вдоль туловища. Вот только он не ожидал, что РК900 сядет на него, вдавливая его тело в диван. Он был приятно тяжелым. Стало невыносимо жарко, возбуждение он ощущал каждой клеткой своего тела. Лежать стало неудобно. На спину полилась прохладная жидкость с запахом лаванды. — Откуда у тебя массажное масло? — простонал он, когда Ричард размазал его по всей спине. — Вы детектив. Человек. Иногда вам нужно расслабится — вот и ношу с собой.       Гэвин хотел ляпнуть: «а что ты ещё носишь с собой, мудак», но Ричард начал растирать его кожу и он послушно закрыл пасть. На его прикосновения Гэвин поддавался, как котёнок на простую ласку, голова стала ватной. Когда он вообще так расслаблялся, да и вообще доверял себя кому-то?       В следующий час Ричард словно по кусочкам разбирал его, смазывал детали и вновь собирал, забирал боль, оставляя только наслаждение. Его руки — просто пиздец золотые. Если он до этого считал себя влюбленным дураком, то сейчас пробил очередное дно — захотел признаться в вечной любви. Впрочем, от воздействия его рук он скажет что угодно. Гэвин стиснул зубы, но из него всё равно вырвались случайные стоны — обычно он не такой громкий.       РК900 огладил его спину легкими движениями, завершая массаж, а затем встал. Рид почувствовал пустоту и разочаровано вздохнул, он же не думал, что это будет вечно. Ричард накинул на него плед и дал рекомендацию: — Полежи немного в тепле, твои мышцы сейчас разогреты и нуждаются в медленном остывании.       Андроид ушёл в ванную — смыть с рук масло. Гэвин завернулся в плед и сел. Думалка всё ещё не работала. Он посмотрел в зеркало и не узнал себя: весь красный, растрепанный и до ужаса довольный. Он привык видеть себя злым и напряженным, словно забыл, что за этим панцирем сидел Гэвин Рид, который заслужил всю эту ласку и доброту. Это плохо, в последний раз, когда он так открылся — его втоптали в грязь. Но Ричи так не поступит, правда?       Когда Ричи вернулся Гэвин уже сидел в футболке. — Сыграем в уно, Рич? — он уже перетасовывал колоду, зная, что РК900 согласится. — Победитель задаёт любые вопросы. — Ты же понимаешь, Гэвин, что я могу запомнить всю последовательность карт и знаю все схемы для победы? — он сел обратно на диван, с любопытством смотря на человека. — Можешь, но не будешь, — Гэвин раздал карты. — Отключи все своё анализирующее говно и просто наслаждайся проигрышем, детка.       Это было потно, Ричард чувствовал себя запутанным без опоры на анализ, Гэвин это видел и блефовал как мог: вот он победно улыбнулся синей карте на колоде, имея на руках три карты зеленого цвета, среди которых две были запрещающие. Он рассчитывал, что андроид считает эту реакцию и поставит карту зеленого цвета, чтобы человек не выиграл. Так Ричард и поступил, да ещё и ухмыльнулся.       Он надул его, как щенка. — Уно, — крикнул Рид после того, как кинул две карты запрета и кинул последнюю, оставшись без карт.       У Ричарда было самая кислая рожа на всем свете, а Рид повидал их дохера, чтобы сказать точно какие из них кислее. — Да ладно, отыграешься, меньше будешь верить моим выкрутасам, — ему стало почти жаль Ричарда. Почти, потому что он наслаждался своей маленькой победой. Этому самодовольному РК900 пойдет на пользу проигрыш.       Они поиграли ещё несколько партий: два раза Ричард всё-таки смог выиграть и ещё одну победу урвал Гэвин, итого у каждого из них было по два вопроса. — Я первый, — гаденько улыбнулся Рид. — когда ты успел стать девиантом? — Это была первая неделя нашей работы, — нехотя ответил Ричард, Гэвин залип на его смущенный взгляд. — Вы тогда оскорбили меня, а потом Коннора. Я стал девиантом, чтобы врезать тебе, Гэвин.       Рид даже не знал, что сказать. Ему было вроде приятно, что из-за него Ричард стал настоящим, стал живым и обрел личность. А вроде… — Неужели я такой мудак, что андроиды становятся девиантами, чтобы заткнуть меня? — Да, — не моргнув ответил Ричард. — Но сейчас ты самый замечательный человек, с которым я рад работать, я рад узнавать каждую новую твою сторону, готов терпеть некоторые выходки и мне приятно присматривать за тобой. Так здорово, что мы поладили. Твой EQ — эмоциональный интеллект — значительно повысился, а сам я преуспел в выражении собственных эмоций, потому что многому научился от вас. Спасибо, что ты есть, Гэвин.       Рид потерял дар речи. Какого чёрта это выглядело как самое романтичное признание в любви? Накатило смущение, он почувствовал, как покраснел до самых кончиков ушей. — Да ладно тебе, катись к чёрту с такими речами, я же ничего не сделал, — пробормотал он себе под нос. — Спасибо. — Теперь мой вопрос, — сказал Ричард, прерывая поток бесконечного ворчания. — Какой у тебя типаж мужчин?       Просто безобидный вопрос. Ничего страшного, если он ответит. — Ой, ну с этим всё просто: высокий, накаченный, тёмные волосы и светлые глаза. По характеру любой, но отстранено холодный мне нравится больше, — ответил Гэвин и понял, какую же херню сейчас сказал.       Это же блядское описания Ричарда. Он сжал волю в кулак и сделал вид, что его абсолютно не волнует приподнятые в немом вопросе брови андроида. Проехали. — Хорошо, а твой? Что тебе вообще нравится? — Я не знаю, — призадумался андроид. За всё время он так и не сменил свою позу. Ничего, научится. — Я никогда не влюблялся, но, пожалуй, мне нравятся весёлые, умные, преданные своему делу люди. Мне нравится, когда интересно: взрывной характер тоже относится к этому. Я знаю, что люди в некоторых случаях тугодумы — это нравится тоже.       Гэвин сравнил список характеристик и почти всё сошлось. Кроме тугодума. Он был вполне догадливым малым. — Я слышал, что андроиды — копия людей. Как у вас с половыми признаками, а? — самое важное он услышал, а этот вопрос задал из-за любопытства. Зад уже заныл от долгого сидения и он позавидовал способности Ричарда не уставать. — За исключением некоторых моделей, все андроиды — копия людей. И я не исключение, — Ричард подвинулся к нему поближе, заглядывая в глаза. — Позвольте отпраздновать с вами хэллоуин, у вас выходной и у меня тоже. Это не вопрос, но просьба. Хочу поглубже окунуться в человеческую культуру. Если ты позволишь.       Ричард взял руку Гэвина и сложил их руки в замок. Что? — Конечно.       Он никогда ему не откажет.