South Side Forever

Поднявшись на второй этаж дома Галлагеров, в их спальню, Йен увидел, как его муж сидит на кровати, прижимая к голове завернутые в полотенце кубики льда. По сравнению с Липом, на Микки не было ни царапины, однако он знал, что голова брюнета, вероятно, раскалывалась от удара. Прислонившись к дверному косяку, Йен заметил, что муж даже не собирается обращать на него свое внимание. — Вставай. — Зачем? — Ты хоть раз можешь просто сделать так, как я прошу, не устраивая допросы? Как ребенок, которым он иногда бывал, Микки неохотно поднялся с кровати, делая вид, что это самая трудная для него вещь в мире, в то время как Йен, развернувшись, направился в ванную, довольный тем, что Микки последовал за ним без каких-либо жалоб. Как только оба оказались в ванной, Йен закрыл дверь и отодвинул занавеску, демонстрируя горячую ванну, ожидающую брюнета. — Что это за хрень? — Ванна. — Я, блядь, знаю это, умник. Думал, Лип сказал, что горячей воды нет. — Нет. Но я позвонил Ви и спросил, могу ли я воспользоваться ее плитой, чтобы вскипятить немного воды. Добавил в нашу холодную воду и… — Знаешь, я мог бы просто принять душ в доме Ви, раз уж она разрешила тебе воспользоваться ее плитой. Рыжий, как огорошенный, уставился на мужа, удивляясь тому, что каким-то образом даже не подумал об этом. — Слушай, ты хочешь принять ванну или нет? От тебя воняет хлоркой, но если ты отказываешься, я бы с удовольствием и сам принял теплую ванну после сегодняшнего. — Думаю, это не будет казаться так по-гейски, если я один в ванне, — ответил Микки, почесывая бровь большим пальцем. — Заткнись и раздевайся. Заметив ухмылку на лице Микки, рыжий стал наблюдать, как муж раздевается. Его джинсы упали на пол, и на минуту Йен забыл, что брюнет все это время разгуливал без нижнего белья, после того, как он использовал свои боксеры в качестве плавок в бассейне. Ванна была заполнена лишь наполовину, но как только Микки залез и опустился в нее, вода поднялась до его груди, остановившись на линии чуть ниже его сосков. Усевшись на краю ванны, Йен потянулся к мужу с мочалкой в руке. — Что, теперь и мыть меня будешь? — Только если ты этого хочешь. Микки не ответил «да», но и не отказался. Йен знал, что он был обижен на него, однако тот факт, что брюнет не бросился к нему с кулаками, как он делал, когда они были подростками, вместо того, чтобы использовать слова, лишь показало, как далеко Микки продвинулся с тех пор. — Сядь чуть вперед. Демонстративно закатив глаза, Микки сделал, как сказал Йен, который уже понял по лицу брюнета, что тот просто устал спорить. Возможно, именно поэтому он позволил Йену заботиться о себе таким вот образом, показывая ту сторону своего характера, которую рыжий редко видел. — Ты в порядке? — В плане чего? — Я о драке. — Пожалуйста, блядь. Моя голова ударялась о вещи гораздо тверже, чем толстая черепушка Липа. Йен знает, что комментарий был предназначен для того, чтобы показать всю крутость Микки, но после историй о своем воспитании с Терри, которыми он поделился на прошлой неделе, Йен понимал, что речь больше шла о том, что он пережил и как выжил, чем о том, с кем он дрался. Опустив мочалку в воду, он нежно провел ею по спине Микки. Он неторопливо сжимал шею мужа, делая при этом легкий массаж, а услышав сорвавшийся с губ брюнета тихий стон во время того, когда Йен начал разминать узел у основания шеи, не смог сдержать улыбку. — Я сказал Липу, что если он снова ударит тебя, я убью его. Микки повернул голову в сторону, чтобы видеть лицо рыжего. — Серьезно? — Мик. Лип, может быть, и мой брат, но ты мой муж. Он не имел права так на тебя кидаться. — Ну, я типа как спровоцировал его. — Да, именно так. Понял, что не сможешь ударить меня, поэтому выбрал следующий лучший вариант. — Приблизительно. Убрав руку, Йен вздохнул. — Что? Это правда. Если бы он не ворвался сюда, требуя, чтобы мы продали дом только потому, что он остался на улице, ничего бы этого не случилось. Микки уселся прямо, чувствуя, как напряжение вернулось в его тело. — Ты говоришь так, будто мы и сами не планировали переезжать. — Да, но, когда будем готовы, а не когда этот мудак говорит нам, что делать. Теперь, вместо того, чтобы ждать, пока мы найдем идеальное место, устраивающее нас обоих, мне вдруг сообщают, чтобы я собрал шмотки и переехал в какую-то буржуйскую квартирку в гребаном Вест-Сайде, потому что сейчас она свободна. — Мик. — Нет! Я понимаю, это нечто большее, что у нас было, когда мы росли, и она намного дешевле, чем мы могли надеяться. Но это не мы, Йен, — показывая татуировку на руке, он продолжил. — Lado Sur Siempre. Саут-Сайд навсегда. Даже в Мексике, на свободе, пытаясь устроить свою жизнь. Это был не я. Это не было домом. — А почему это не можем быть мы? Хммм. Почему у нас не может быть кровати, которая больше пружинит, чем матрас? Или камина, чтобы было тепло, когда на улице идет снег. Почему мы должны ограничиваться трещинами в стенах и приборами, которые работают, когда им этого хочется? — Потому что, по крайней мере, сюда я вписываюсь! — слова Микки прозвучали достаточно громко, чтобы их услышал весь дом. Желание Йена поспорить стало уменьшаться, когда он услышал, как эти слова слетают с губ его мужа. Он смотрел, как Микки набирает в ладони немного воды и ополаскивает лицо, водя руками вверх и вниз. — Я знаю Саут-Сайд так же хорошо, как себя. Я знаю, к кому за чем идти, куда ведет каждая дорога, и я знаю, что могу идти по улице без того, чтобы какая-то сука, которая выгуливает свою собачонку, перебегала на другую сторону, чтобы обойти меня, потому что думает, будто я украду ее сумочку. Соскользнув с края ванны, Йен уселся на колени, так что теперь его глаза находились на одном уровне с глазами Микки, и он не смотрел на него сверху вниз, как боялся брюнет, стали бы смотреть на него их соседи в Вест-Сайде. — В Саут-Сайде все равны, чувак. Я имею в виду, конечно, некоторые живут немного лучше, чем другие, но мне не нужно идти по улице с пивом за четыре доллара, и чувствовать, что они беспокоятся, что я украл его. В подтверждение своих слов, Микки принялся растирать чернила на костяшках пальцев, как будто пытался их смыть. — Эй, посмотри на меня. Микки неохотно посмотрел в зеленые глаза мужа. — Мне плевать, что о нас думают. Мне все равно, смотрят ли они на нас свысока или игнорируют, когда мы здороваемся. Все, что меня волнует — это дать тебе жизнь, которую ты заслуживаешь. Наблюдая, как смягчается лицо Микки, Йен понял, что его слова наконец-то доходят до него. — Никто из этих людей никогда не узнает тебя так, как я, они никогда не узнают, через что ты прошел, что преодолел и чего достиг. Но я знаю. Я всегда мечтал иметь больше, чем это место, но также я всегда мечтал иметь его с тобой. Слушая его, Микки потирал нижнюю губу. — Я знаю… знаю, что за последний год многое изменилось. Свадьба, бизнес, попытка реально научиться экономить деньги и быть ответственным. Последнее замечание заставило Микки усмехнуться. — И я знаю, что Терри умер… — Йен не мог не замечать, что эта тема все еще волновала его мужа. — Послушай, ты же сам это сказал. Ты мечтал стать королем Саут-Сайда, и эта мечта осуществилась бы только в том случае, если бы твой отец умер или ушел в отставку, передав семейный бизнес тебе. Ну, знаешь, он умер, и у тебя теперь свой бизнес. Легальное дело, которое процветает, и ты, должно быть, пиздец как гордишься этим, потому что я знаю, это так и есть. Йен провел рукой по волосам, от чего они стали слегка влажными и прилипли к голове. — Перемены могут быть пугающими, поверь мне, я знаю. Но они также могут оказаться полезны нам, Мик. Саут-Сайд — это дом, и он всегда им будет. А учитывая мою семью и наш бизнес, мы будем возвращаться сюда каждый день. Но здесь также есть и призраки прошлого. Воспоминания, о которых нам не нужно напоминать. Может быть, пришло время сделать их достойными памяти в месте, которое не преследует нас. Микки видел надежду в зеленых глазах. Он знал, что Йен говорит правду, потому что частенько не мог свернуть за угол, не подумав о том, кого он избил там, или о месте, где он прятался, когда его отец был в ярости. Но он также улыбался, когда видел переулок, по которому они с Йеном гонялись друг за другом, или туннель под мостом, где он стрелял из своего первого пистолета. Молчание Микки было воспринято как необходимость подумать, поэтому Йен протянул руку, схватил шампунь и вылил немного в ладонь. Не говоря ни слова, он принялся намыливать черные волосы, нежно массируя пальцами кожу головы, и, к удивлению Йена, Микки позволил ему это. — А ты не мог хотя бы сказать мне все это до того, как подписал договор? — слова прозвучали тихо, но в абсолютной тишине ванной Йен все же их расслышал. — Я знаю и мне жаль. Но ты вроде как сбежал от меня, а я знал, что после нашего разговора ты в конце концов придешь в себя. Но к тому времени было бы уже слишком поздно. Йен использовал пену в волосах Микки, чтобы поставить их дыбом, делая ему ирокез и представляя, как будет выглядеть его муж с седыми прядями, когда они состарятся вместе. Брюнет молчал в течение нескольких минут, и Йен забеспокоился, что ему все же придется убеждать его, почему переезд — хорошая идея для них. Однако Микки заговорил, и он не смог удержаться от смеха. — Значит, помидоры, да? Ты планируешь делать свой собственный гребаный соус для пасты или что-то в этом роде? Йен игриво плеснул водой в мужа, замечая, что она уже начинает остывать. — Заткнись. Тебе нравится мой соус для пасты. Потянув Микки вниз так, чтобы он лег, Йен принялся смывать шампунь с его волос. — Мы можем приготовить свежую пасту вместе и разлить соус по бутылкам, так что у нас всегда будет немного наготове. А еще я могу приготовить фаршированные помидоры в духовке или хороший свежий салат. Снова усевшись, Микки затряс головой, как собака, чтобы стряхнуть лишнюю воду с волос, а затем провел рукой по лицу и повернулся к Йену. — Один месяц. Ты сказал, что первый бесплатно, так что, если через месяц мне не понравится, мы найдем новое жилье в Саут-Сайде. Улыбка Йена стала ярче солнца, и как бы эта идея не вдохновляла Микки, ему достаточно было знать, что он сделал своего рыжего мужа счастливым. — Договорились. Наклонившись вперед, Йен впился своими губами в губы Микки, когда почувствовал руку, крепко сжимающую его футболку. Он даже не успел среагировать, как Микки затащил его в ванну вместе с собой, позволяя холодной воде пропитать одежду, из-за чего она стала ощущаться тяжелой на теле. Вода выплескивалась на пол, и Йену, хоть убей, было на это наплевать. Он смеялся, наслаждаясь самодовольным выражением лица своего мужа, когда улегся на него сверху. — А теперь, чтобы сказать мне спасибо, как насчет попрактиковать подводные минеты? Йен почувствовал, как его член дернулся, когда Микки приподнял бровь и прижался своим пахом к его. Ухмыляясь и глядя на мужчину под ним, он не мог дождаться, когда начнется следующая глава их жизни.