Любовь Суга-мамочки 2

выбежав из спортзала Сугавара начал поиски Хинаты. Он искал везде, где только мог быть вороненок, но его нигде не было. Коши начало казаться, что Шоё исчез, как мимолетное виденье, ну, или он попал в аварию и находясь в коме видит сон. Отбросив навязчивые мысли, Суга продолжил поиски и заметил рыжую головушку в самом неожиданном месте — в библиотеке. Хината сосредоточенно читал книгу и от усердия его брови сомкнулись на переносице. Коши улыбнулся видя это. Ему было неловко подходить к первогодке и начинать разговор первым, как вдруг он заметил, как по щеке Шоё спустилась одинокая слезинка, потом вторая, третья и вскоре вороненок горько плакал позабыв о книге. Суга застыл, не в силах пошевелиться. Его разум кричал о том, что нужно подойти и обнять, объяснить всё, а тело не слушалось, будто стало ватным. В итоге Хината поднялся со своего места и убежал вытирая слезы на ходу. Коши как молнией ударило и он, схватив убегающего за локоть, притянул к себе в объятия. Парень начал целовать затылок любимого и шептать извинения украшенные объяснением своего раннего непонимания. К счастью Сугавары, он не увидел полуулыбки Хинаты.

***

После случая в библиотеке прошла неделя. Суга вёл себя с Хинатой настолько осторожно и нежно, что был похож больше на мамочку чем на влюбленного семпая. О нем начали пускать и слухи и он заработал себе прозвище «Суга-мамочка», которое использовали даже учителя, обращаясь к нему: " — Итак, тетради соберет мамочка и отнесет ко мне в учительскую. Сдайте их до конца дня.» " — Мамочка, отнеси эти распечатки в класс природоведения.» " — Хей, мамочка, как ты решал вот эту задачу в домашнем задании?» Сугавару это определенно раздражало, но он пытался не злиться, поскольку всеми мыслями пытался быть рядом с Хинатой и предугадать любые проблемы на пути вороненка. — Хината, я приготовил бэнто, давай покушаем. Тебе нужно много питаться, чтобы вырасти. — кудахтал Коши над Шоё, как обычно. — Сугавара-сан, а вы сами поели? — едя купленный в магазине дынный хлеб, спрашивал, как обычно первогодка. — Конечно! — врал Коши и получал за это подзатыльник от догадливого малыша. — Не врите, вы уже похожи на скелет и скоро вас будут звать не мамочкой, а сбежавшем скелете из класса биологии. — Я правда ел… — протянул, хныкая Суга, но получил в ответ лишь строгий взгляд, после чего принимался за еду пуская слезу разочарования.

***

Сказать, что Хинату напрягала такая опека, значит ничего не сказать. Шоё был просто ужасно раздражён такой упрямой родительской опекой и не понимал почему семпай переходил из крайности в крайность, хотя с некоторыми моментами, вороненок готов был согласиться и оставить. Но только некоторые. — Киёко-семпай, вы уверены, что поведение Сугавары-сана нормальное и он должен продолжать так вести себя? — спросил как-то Хината у менеджера. — Хината, этот тугодум не додумается до чего-то нормального, просто потерпи. Я думаю, что Суга не такой тупой, чтобы тянуть с правильным решением. — ответила она и на этом их тайный разговор окончился. К сожалению, Шимизу-семпай была неправа. Родительская опека Коши продолжалась еще две недели, что успело изрядно надоесть Хинате и он решил взять неразумного парня в свои руки. — Сугавара-сан, вы достали. — прижав второгодку к стенке после уроков за школой. — Ч-чего? — оробел Коши. — Вы постоянно переходите из крайности в крайность. Вам не надоело бегать за мной, как курица за цыплятами? — он наклонил свое лицо ближе к лицу семпая и тот смутился пуще прежнего. — Хи… Хината, т-ты чего? Я же…это…за-заботился…вот…как…эм… — запинаясь отвечал Сугавара, пытаясь не смотреть в карие пытливые глаза и на очень близкие розоватые губы, которые внезапно усмехнулись: — А вы оказывается довольно-таки невинный, семпай. Не похоже на того, кто приставал к человеку с которым не встречается… — протянул он и сверкнул глазами. — Ну…я…понимаешь…я…думал…думал и…ну…эм… — завороженно глядя на искорки в глазах Хинаты бормотал пепельный демон. Хината раздраженно вздохнул и припал устами к дрожащим губами Сугавары, прикусывая бледную кожу зубами. Глаза семпая шокировано смотрели в абсолютно спокойные глаза вороненка, в них бушевало непонимание, неловкость и даже страх. Хината же почувствовав брешь в обороне семпая, запустил свой язычок, переплетая его с все еще деревянным языком второгодки. Вороненок ловко управлял танцем, скользя кончиком языка по нёбу и зубам, щекоча семпая и заставляя его дрожать. У того начали дрожать ноги, воздуха не хватало и тут Хината разорвал их поцелуй и облизнул свои припухшие губы: — Хей, мамочка, хватит думать, давай уже действуй.