Между мирами

      Она выглянула за дверь и радостно сообщила ему:       — Канада, Ванкувер две тысячи седьмой год, двадцатое декабря.       — Что-то знакомое? — спросила Доктор, когда они шли среди толпы.       — Пока нет? — отозвался Дэнни, оглядываясь. — Я ищу подвох, — честно признался он.       — Ты будешь очень удивлён, но его может и не быть, — Доктор уступила дорогу спешащей девушке. — Мы можем заглянуть в художественную галерею, погулять в парке Стэнли и посидеть в кафе. И никаких космических кораблей, враждебных существ и всего в этом роде.       Дэнни недоверчиво посмотрел на неё.       — Пожалуй, это отличный план, если начать с кружки горячего шоколада.       Часы на кирпичной стене, вдоль которой протянулась гирлянда из мерцающих разноцветных огней, показывали без двадцати четыре. Зал постепенно наполнялся людьми — небольшие компании, пары с детьми, одиночки. Доктор бросала на них быстрые взгляды и возвращалась к своему остывшему шоколаду. Общение не клеилось. Дэнни смотрел в пустоту, в его тёмных глазах мерцали огоньки искусственного света.       — О чём задумался? — она попыталась вернуть его в реальность донельзя банальным вопросом.       — Я помню такие вечера, — он нехотя отвёл взгляд от гирлянды. — Вернее, нет, я помню ощущение от таких вечеров. Оно мне не нравится.       — Почему?       — Я не помню, — Дэнни грустно рассмеялся. — А может быть и нечего вспоминать. Из того, что подкинула мне память складывается не очень хорошая картина.       Доктор прищурилась.       — И это хороший повод начать новую жизнь, — завершил он свою мысль. — А что ты скажешь?       — Я скажу, что тебя штормит, — серьёзно ответила она.       — Понимаю, — кивнул Дэнни, — то надо, то не надо, наверно, я такой человек.       — Но воспоминания продолжат возвращаться, захочешь ты этого или нет, Дэнни. И ты не сможешь всё время бежать, — она отставила в сторону кружку с остывшим шоколадом.       — Почему? — удивился он. — Ты же бежишь.       Доктор отстранилась.       — Ты живёшь на колёсах, как говорят здесь, постоянно куда-то летишь. Я мог бы, — Дэнни опустил глаза и понизил голос.       — Что ты мог бы?       — Остаться с тобой, — он выглядел смущённым, — насовсем.       — Ты не понимаешь, что это значит, — сказала Доктор.       — Чувствуешь себя неуязвимым?       Дэнни вздрогнул. Этот голос начинал звучать всё более и более издевательским.       Чуть не столкнувшись с официанткой, он выбежал на улицу. Ответ Доктора он не услышал, как не слышал летящие со всех сторон звуки города. Дэнни схватился за перила, как за соломинку. Ему казалось, что он сейчас задохнётся, сердце стучало где-то в горле. Нет, он совсем не чувствовал себя неуязвимым.       — Когда я был в его возрасте моим родителям не приходилось гадать где я, — с печалью в голосе говорит молодой мужчина, — я играл в футбол с друзьями.       — А когда я был в его возрасте, — отвечает Дэнни, — я пытался не попасть в тюрьму.       — Папа был сволочью, десять лет я прожил между его кулаком и твоим личиком, — на этот раз Дэнни отчётливо видит лицо говорящего, одетого в тюремную робу.       — Я тебе не верю.       — Родители мертвы, не имеет значения во что ты веришь.       — Дэнни, я не знаю, что мне делать. Что мы будем делать? — тот же человек, теперь он плачет. — Дэнни, как нам теперь жить?       Тёплые руки обхватили его запястья и он услышал голос Доктора, зовущий его по имени. Образы прошлого начали таять.       — Ты права, — всё ещё задыхаясь ответил Дэнни. — Меня штормит.       — Сейчас пройдёт, — она взяла его за руку.       И действительно, стало легче, воздух нашёл дорогу в лёгкие, разум стал проясняться. Вместе с ясностью пришло чувство стыда. Он попытался высвободить свою руку, но Доктор не отпустила.       — Что? — коротко спросила она.       — Кажется, у меня есть брат, — Дэнни неуверенно посмотрел на неё.       — Хорошо.       — Я хочу уйти отсюда.

***

      На следующий день, а может через день, в ТАРДИС время имеет свойство стираться, Дэнни застал Доктора в глубоком раздумье. Она называла это место лабораторией, на него же оно действовало угнетающе, вероятно, из-за чёрного сосуда, в котором теперь находилось неведомое существо, завладевшее его телом и разумом.       Дэнни обошёл вокруг длинного стола и сел напротив Доктора. Она устало взглянула на него.       — Я должна кое-что прояснить.       — Звучит тревожно, — признался он.       — Да. Не перебивай, пожалуйста. Ты ведь знаешь, как я могу помочь. Я могу помочь тебе с воспоминаниями, мы даже можем пробовать глубокий гипноз. Я могу отвезти тебя в любую точку мира, если это нужно и тебе это поможет. Я могу помочь тебе найти твой дом. Но я не представляю, что делать с этим, — Доктор развела руками. — Я не смогу помочь, если ты сам не можешь понять, что тебе нужно. Ты не можешь остаться насовсем, как ты выразился, Дэнни, я не слепая, я поняла и пока у тебя не появились ненужные иллюзии, нет, — она наклонилась к нему. — Нет, ты понял?       — Понял что?       — Не надо ко мне привязываться, особенно романтически. Ты меня не знаешь и, нет, не узнаешь, у тебя нет столько времени, — отрезала Доктор. — Я тебя не выгоняю, моё предложение помощи всё ещё в силе, но ты должен сам разобраться с тем, что ты хочешь.       — Что будет когда ты мне поможешь или не сможешь помочь? — напряжённо спросил Дэнни.       — Ты вернёшься к своей жизни.       — А ты?       — За меня переживать не стоит, — быстро ответила Доктор.       — Заведёшь себе другого человека, чтобы не было скучно?       Ответа на этот вопрос не требовалось. Дэнни вышел из лаборатории. Если бы была дверь, то он бы точно ей хлопнул. Ему казалось он имеет полное право злиться и неважно, что это право он никак не мог обосновать, или не хотел, что в его случае — одно и то же.       Доктор неопределённо покачала головой и вернулась к своим вычислениям.       ТАРДИС материализовалась в исландской глубинке. Через пару минут Доктор вышла, держа подмышкой прибор, напоминающий складной зонтик. Здесь она встретила Дэнни, плюс-минус несколько сот метров. Сверившись с данными, она двинулась прямо на северо-восток.       Дэнни покинул ТАРДИС, когда силуэт Доктора превратился в точку на горизонте, не то чтобы он всматривался. Обойдя машину времени, прислонился к ней спиной и поднял воротник, дабы спастись от ветра. Дэнни намеревался извиниться за свой неуместный поступок как только Доктор появится, но в то же время не был против если ожидание даст ему немного времени. Недавно он понял о себе, что ненавидит быть неправым, но в то же время некая установка не позволяет ему не признавать своих ошибок. Дэнни хотел быть правильным, у него это не всегда получалось, но он пытался. Следуй правилам и всё будет под контролем…будет в какой-то степени. Наверно, таким образом он упрощал себе жизнь. Но что-то неуловимо менялось.       Доктор появилась с первыми сумерками, когда в воздухе появилась лёгкая дымка.       — Как раз перед дождём, — она задумчиво взглянула на Дэнни.       — Послушай, прости, я не должен был так с тобой разговаривать, — он приоткрыл дверь в ТАРДИС.       — Идём, тебе будет интересно, — она вошла внутрь. — Идём, сейчас начнётся дождь, а к ночи будет шторм. К тому же, я выяснила откуда именно ты попал в Исландию и сейчас мы направимся прямо туда. Хотелось бы в тот же временной промежуток, но увы. Место ведь тоже неплохо, да? — и не дав ответить. — Нью-Йорк, Манхэттен.       ТАРДИС качнуло и Дэнни чуть не упал вперёд себя, вовремя вцепившись в Доктора.       — Я понимаю, что новость сногсшибательная, но держи себя в руках, — пошутила она.

***

      — Вот твой северный город, — Доктор подтолкнула его вперёд.       — Центральный парк, — озираясь, ответил Дэнни. — Я знаю это место.       — Ура! — она улыбнулась.       — Что здесь произошло?       — Это мне пока не удалось выяснить, — голос Доктора вновь стал серьёзным. — Кто-то, может что-то, телепортировало тебя…нет, не то, скорее, отбросило подальше, но формально телепортировало, да. Ты оказался не в то время, не в том месте. На самом деле, тебе повезло, что это оказалась Исландия, а не, допустим, Тихий океан или дикие джунгли. Это объясняет потерю памяти, травму и твои панические атаки. Может быть со временем я смогу сказать точнее, кто или что это было и, надеюсь, что смогу высчитать время, ох это будет сложно даже с имеющимися данными. Ты скажешь что-нибудь или так и будешь стоять с открытым ртом?       — Спасибо, — Дэнни спустился с холма и вышел на асфальтированную дорожку, от фонарей струился тусклый свет.       Доктор последовала за ним, поднимая ворох опавших листьев.       — Пожалуйста.       — Помнишь, ты говорила, что в моей жизни должно было быть что-то хорошее? Здесь точно было что-то хорошее. Если я действительно помню, — он ускорил шаг. — Здесь невероятно красиво осенью на рассвете в ясную погоду.       Идти пришлось недалеко. Буквально за поворотом Дэнни потянул Доктора за рукав. Они остановились посреди поляны. Не раздумывая, он лёг на землю и устремил взгляд в небо. Понаблюдав за ним несколько секунд, Доктор сделала то же самое.       — Знаешь, ночью здесь тоже красиво, и погода ясная. Вон там, — она указала пальцем в южную часть неба, — находится Водопад огня. Не буквально, это название планеты, её ещё называют планетой рассветов, вообще, у неё много названий. О, там невероятно красивые рассветы, ты должен это увидеть.       — А тебе стоит увидеть этот скромный земной рассвет, — улыбнулся в ответ Дэнни.       Восхода солнца они ждали молча, лишь изредка переглядываясь. Лучи пробились сквозь запутанные ветви деревьев, заставляя листья вспыхнуть красными языками пламени. Часть их подхватил ветер и они угольками посыпались на землю. Доктор перевернулась на бок.       — Ты приходил сюда с кем-то?       — Да, но это не имеет никакого значения, — он прикрыл глаза от яркого света или желая что-то припомнить. — Она была в джинсовой куртке с вышитой на воротнике красной розой и я помню смех, это всё.       — Но ты был счастлив?       — Да, пожалуй, был, — он повернулся к ней.       В его глазах не читалась уже привычная болезненная напряжённость. Они светились радостью. Доктор сдержанно улыбнулась.       — Если мы пойдём прямо, а потом свернём налево, то выйдем на Пятую авеню. Можем прогуляться по городу, — предложил Дэнни. — Если у тебя нет неотложных дел конечно же.       — У меня есть машина времени, — многозначительно напомнила Доктор, поднимаясь и отряхиваясь от листьев. — Мы можем отложить пару дел, а потом вернуться к ним.       Нью-Йорк по праву называется городом, который никогда не спит. Раннее утро, а улицы уже были наводнены машинами, людьми, шумом и запахом гари. Доктор и Дэнни умудрялись прогуливаться в вечно несущемся потоке, не замедляя его и не подстраиваясь под его ритм. Офисные и административные здания, пара магазинчиков. Они шли вперёд, словно маршрут был им хорошо известен. Дэнни вспомнил, что в неприметной кафешке вкусный кофе, а в магазине через дорогу продают комиксы, но никто из работников этих заведений его не вспомнил.

***

      В то же самое время в здании ФБР, в отделе по поиску пропавших на одиннадцатом этаже, держа в руках стакан с горячим кофе, в аппаратную вошла высокая блондинка.       — Здравствуйте, агент Спейд, — поприветствовала её девушка, сидевшая перед монитором. — Сегодня ваша очередь?       — Доброе утро, Люси, — Саманта сделала глоток и поморщилась.       — Стандартный прогон? — уточнила Люси и, понизив голос, — вы не сдаётесь.       Это была рутина. Они делали это каждый день вот уже почти пять лет. Дэнни не мог просто исчезнуть. Саманта терпеливо ждала, как и неделю назад, и месяц, и год, ждала трёх слов: «Ничего. Мне жаль». Она махнула рукой Вивиан, улыбнулась Мартину, кивнула Джеку, рассеянно посмотрела на свой кофе, вспомнила, что хотела купить новые кроссовки, а у Мартина в следующем месяце день рождения. Совершенно не связанные друг с другом события. Саманта не сразу расслышала ответ Люси:       — Есть.       — Что, Люси? — агент Спейд отставила в сторону стакан.       — Дэнни, — голос Люси дрогнул. — Камеры в Центральном парке засекли его.       — Не может быть. Вот так просто?       Саманта взглянула на экран. Два человека. Мужчина и женщина шли по дорожке в Центральном парке как ни в чём не бывало. Он почти не изменился, разве что немного отросли волосы и он небрежно смахивал их набок, даже куртка та же.       — Спасибо, Люси, скинь на мой компьютер, — Саманта пулей вылетела из аппаратной. — Мартин, — остановила она агента Фитцджеральда. — Позови Джека и Вив.       — Что с тобой, Сэм? — неуклюже улыбнулся тот. — Ты словно призрака увидела. — Увидела, — ответила она. — Быстрее, Мартин, — и почти шёпотом добавила. — Дэнни…       — Центральный парк, чтоб его, — Джек оторвался от экрана.       — Он и пропал в Центральном парке, — заговорила Вивиан.       — Как будто провалился сквозь время, — нервно усмехнулся Мартин.       — Он и неизвестная женщина, — Саманта держала в руках распечатанный портрет Доктора, — вышли из парка в районе Пятой авеню. Их засекли ещё несколько городских камер возле метро и около суда. Последний раз в восемь пятьдесят семь на перекрёстке у библиотеки.       — Это было семь минут назад, — ответил Джек, посмотрев на часы. — Так, Саманта иди к Люси, отследите их маршрут в реальном времени. Мартин, попробуй получить данные с камер магазинов и кафе, мимо которых они прошли. Елена…ах, да. Мы с Вивиан поедем к библиотеке. Всё, за работу. Я, чёрт возьми, выясню, что произошло.       — Они заходили минут пятнадцать назад, но ничего не купили, — молодая темноволосая девушка вышла из-за прилавка и взглянула исподлобья на агента Фитцджеральда.       — Было в их поведении что-то необычное? — нетерпеливо спросил Мартин.       — Кроме наряда этой леди? — продавщица усмехнулась. — Мужчина спросил, знаю ли я его. Это достаточно странно.       — Хм. А они говорили между собой?       — Возможно, я обслуживала покупателя, слышала только, что он назвал женщину доктором — «идём, доктор», как-то так.       — Доктор и всё? Без фамилии?       — Странно, правда?       — Мда, спасибо, — Мартин вышел из магазина.       — Джонсон, — ответила на звонок Вивиан. — Да, Мартин. Поняла, мы как раз у библиотеки.       — Что там? — нетерпеливо спросил Джек, когда она закончила разговор.       — Дэнни спрашивал у продавщицы, помнит ли она его. Женщину, которая была с ним, он называл доктор. Возможно, она его врач.       — Значит, он ищет себя. Потеря памяти? У врача есть фамилия?       — Просто доктор. Это объясняет почему он не пытается выйти на связь.       — Но не объясняет его исчезновения. Где он был всё это время?       — Его где-то держали, — предположила Вив.       — Может быть, но пока всё выглядит так, будто Дэнни провалился сквозь землю в этом чёртовом парке, а потом тем же путём вернулся. Что-то не сходится. Вернись в офис и подними записи с камер за тот период, я попробую что-то выяснить здесь и в парке.       — Джек, — агент Джонсон заговорила мягче. — Это не твоя вина.       — Езжай в офис, Вив.       — Мы его найдём. Он не может просто исчезнуть.       — В прошлый раз произошло именно это, — ответил Джек.       Прогулка привела их на пустынную набережную. Дэнни спустился к воде и вдохнул слегка задымлённый воздух. Ничего не происходило и Доктору казалось, что пространство вокруг них сгущается. Однако, напряжение ощущала только она, как и непреодолимое желание пойти и проверить. Дэнни был дома и это, возможно, очень вероятно, затуманивало его разум.       — Ты не против если я отойду? — спросила Доктор.       — Что-то не так? — он обернулся и напряжённо посмотрел на неё.       — Не знаю, но когда мы были у библиотеки мне что-то показалось.       — Это связано со мной?       — Почему ты так решил?       — Не знаю, — смутился Дэнни. — Я забыл, что мир не крутится вокруг меня       — Надо вернуться в ТАРДИС и проверить, лишним не будет, — Доктор сделала вид, что не замечает его смущения.       — У тебя же есть эта штука — дистанционное управление.       — Мне не кажется, что светить ТАРДИС — хорошая идея.       — Ладно, пошли, — неохотно согласился Дэнни.       — Ты можешь остаться, если хочешь, — она поспешила остановить его. — Я только проверю кое-что, это недолго. Если только ты не хочешь…       — Нет, мне лучше пойти с тобой, — он нервно осмотрелся.       То, что почувствовала Доктор — это внимание. Сейчас их искал каждый полицейский на Манхэттене, а за парком наблюдали агенты ФБР. Её чутьё распознало это как угрозу. Хотя вряд ли уж это было настоящей угрозой, по крайней мере тем, что она привыкла считать таковой. Глядя на неё, Дэнни тоже встревожился.       — Нигде никакого покоя, — посетовал он. — Интересно, что на этот раз.       — В Ванкувере было спокойно, — возразила Доктор. — Думаю, нам лучше сменить маршрут, пройдём вдоль берега насколько это возможно, потом свернём. Что бы это ни было, я думаю, так будет разумнее.       — Ты говоришь мне, что за нами следят? — Дэнни на всякий случай обернулся, за спиной никого не было, кроме камеры видеонаблюдения на одном из складов.       — Нет, конечно нет, можешь считать это предчувствием. Всего лишь предчувствием, ага.       — Думаешь, в Нью-Йорке есть инопланетяне? — не унимался он.       — Как минимум я, — серьёзно ответила Доктор. —

***

      Вивиан просматривала эти записи не один десяток раз. Дэнни идущий по ночному парку, в его руке бутылка с водой. Вот он поравнялся с парочкой и обошёл их. Камера запечатлела, как он пересёк поляну, резко остановился. Агент Джонсон хорошо изучила язык тела своего коллеги. Дэнни что-то насторожило. Возможно, это был какой-то звук, он опустил голову, так он прислушивался. Дэнни несколько раз обернулся вокруг себя и вышел из поля зрения камеры. Именно в этот момент что-то случилось. И все пять лет они пытались понять что.       А на другое утро в офисе Джека раздался звонок. Они нашли мобильный телефон, бумажник, пустую пластиковую бутылку, пуговицу от рубашки Дэнни и кровь. Не так много, чтобы делать определённые выводы, но достаточно, чтобы бить тревогу. Ни свидетелей, ни подозреваемых. Вивиан была уверена, что кто-то напал на него, но кто и как они ушли из парка незамеченными выяснить не удалось. А уж они пытались.       — Мы смотрели это тысячу раз, — сзади подошла Саманта.       — Что он увидел, Сэм? — прокручивая один и тот же момент раз за разом, спросила Вивиан. — Смотри, он искал путь к отступлению.       — Бей или беги.       — Как будто его окружили.       — Надеюсь, что очень скоро мы сможем его спросить об этом, — ободряюще ответила Саманта.       — Странно, что на других камерах ничего. Вот он выходит из кадра, но не появляется в кадре следующей камеры. Именно в этом месте слепая зона три метра. То, что произошло, произошло в этих трёх метрах.       — Мы обшарили весь парк, — агент Спейд присела на стол. — Джек прав, как сквозь землю.       Джек не был виноват в исчезновении Дэнни. Да, их последний разговор трудно назвать хоть сколько-нибудь дружеским. И то, что случилось, произошло не из-за этого злосчастного разговора, но Джеку не давало покоя что последние слова, которые услышал от него Дэнни были: «Будешь и дальше лезть в пекло — добром это не кончится, и не зли меня».       Куда бы пошёл Дэнни? Возле его бывшей квартиры сейчас дежурили агенты, в парке его не было, в библиотеку они не зашли.       — Мэлоун, — раздражённо крикнул в трубку. — Понял, не приближайтесь, — нажав на сброс, набрал номер Саманты.       — Спейд, — Сэм ответила на звонок под пристальным взглядом Вивиан. — Они уверены? Мы с Вив выезжаем.       — Что?       — Дэнни в компании той женщины видели в парке, полицейские следят за ними. Пошли.       — Я не инопланетянин с суперчутьём, но тот человек идёт за нами от самого фургончика с мороженым, — прошептал Дэнни, наклонившись к Доктору.       — Я вижу, до этого за нами шёл парень в форме, — ответила она.       — Давай спросим, — он резко развернулся.       — Стой, — перехватила его Доктор. — Это просто человек, я проверила.       Дэнни недоверчиво посмотрел на неё.       — Ты жил в этом городе, отсюда ты пропал, всё гораздо проще, чем я думала, — она провела рукой по его щеке. — Тебя ищут.       — Я что-то сделал?       — Ты пропал без вести, Дэнни, не думаю, что тут есть что-то ещё, — Доктор взяла его под руку. — Ты хочешь узнать о себе, мы можем остановиться и позволить тебе найтись, а можем оторваться и вернуться в ТАРДИС. Только не паникуй.       — Но я не знаю, — растерялся он. — Я не думал, что это будет так быстро. Если меня искали, то уже нашли, зачем следить?       Человек, следовавший за ними остановился, чтобы завязать шнурки. Дэнни перевёл взгляд с него на Доктора, затем крепко обнял её.       — Спасибо, Доктор, думаю, что мне лучше остаться и всё узнать.       — Ты не обязан это делать сейчас, если не готов, — ответила она.       — Ты ведь можешь незаметно вернуться в ТАРДИС, — то, что подразумевалось как вопрос, прозвучало утверждением. — Ты была права, я не могу остаться с тобой. И про мои романтические иллюзии ты тоже была права. Иди, тот парень уже десять раз развязал и завязал шнурки.       — До свидания, Дэнни, — она слегка отстранилась.       — Прощай, Доктор.       Они разошлись в разные стороны. Дэнни заметил, что преследователь продолжил идти за ним. Возможно, за Доктором пошёл кто-то ещё, но она точно никого не приведёт к ТАРДИС, Она была права, действительно права, во всём. Мимо пробежала группа детей, какая-то женщина задела его плечом и извинилась. Дэнни почувствовал, что у него начинает кружиться голова. Как нельзя кстати он заметил пустующую скамейку и поспешил к ней.       Это просто паническая атака, от этого не умирают. Дэнни старался дышать медленнее. Ничего не происходит, всё хорошо. И всё действительно было хорошо. Издали доносились звуки большого города и детский смех, кто-то играл на саксофоне.       — Дэнни, — рядом с ним остановилась женщина. — Дэнни Тэйлор.       Память услужливо подбросила ему её образ:       — Добро пожаловать в команду.       — Вивиан, — ответил он.       — Да. Я присяду?       В этом не было необходимости, но Дэнни пододвинулся к краю скамейки.       — Мы искали тебя, — мягко заговорила Вивиан. — Очень долго искали.       — Теперь нашли, — Дэнни посмотрел на неё, пытаясь вспомнить что-то ещё. — Прости, я помню твоё лицо, твоё имя, но не знаю кто ты.       — Меня зовут Вивиан Джонсон, я из ФБР, занимаюсь поиском пропавших, — ответила она. — Мы несколько лет работали вместе.       — Я тоже из ФБР? — недоверчиво спросил Дэнни.       — Да. Ты совсем ничего не помнишь?       — Этого не помню.       — У тебя будет время вспомнить, — ободряюще проговорила Вивиан. — Вся команда искала тебя, мы не сдавались все пять лет.       — Пять лет? — испуганно переспросил он. — Но прошло совсем немного времени.       — Нет, прошло пять лет, — она взяла его за руку. — Мне очень жаль, Дэнни.       Дэнни зажмурился и шумно выдохнул.       — Всё будет хорошо.       Тон Вивиан был по-матерински заботливым. Нужно начинать кому-то верить.       — Что будет дальше? — осторожно освободив свою руку, спросил он. — Какие твои действия?       — Я должна отвезти тебя в больницу.       — А потом?       — А потом будут нужны твои показания, всё, что ты помнишь о том, что случилось. Но это потом, пока не стоит думать об этом.       — Хорошо, идём, — согласился Дэнни.       На выходе из парка их ждала высокая светловолосая женщина. Когда они встретились взглядом, её глаза расширились.       — Саманта Спейд, — а голос дрогнул.       Дэнни не помнил её, поэтому только кивнул и протянул руку.       — Дэнни не всё помнит, — деликатно заметила Вивиан, открывая дверцу машины.       — Я понимаю, — поспешила ответить Саманта, глядя на него. — Я очень рада видеть тебя, Дэнни.       Она пропустила слово «живым». Дэнни снова кивнул.       Дорога до больницы была долгой и тихой. Ни Вивиан, ни Саманта, которая вела машину, не проронили ни слова. Дэнни чувствовал их страх. Страх сказать или сделать что-то лишнее. Это не добавляло оптимизма, не то что бы он вообще был.       На следующий день в офисе все чувствовали себя странно. Появление Дэнни через пять лет оказалось шоком, как и то, что он не помнит никого из них, кроме Вивиан и то смутно. Все утешали себя мыслью, что ему нужна семья, как раз в этот момент с ним был брат. Но никто не озвучивал общую мысль, что они тоже семья Дэнни, в какой-то степени даже больше, чем Рафи.       — У нас новое дело? — почти с надеждой спросил Мартин, когда Джек вышел к команде.       — Пока нет, — ответил агент Мэлоун. — Мне звонил Рафи. Физически Дэнни в порядке, но его психическое состояние вызывает опасения. Пять лет просто выпали из его жизни, неизвестно справится ли он с этим.       — Почему никто не говорит, что и сам Дэнни выпал из жизни на эти пять лет? — спросила Сэм.       — О чём ты? — задал вопрос Мартин.       — Я о том, что он не изменился. За пять лет люди меняются.       — Господи, Сэм, это всё, что тебя волнует?       — Нет, не всё. Меня волнует, какого чёрта все делают вид, что ничего не изменилось? И почему никто из нас так и не опросил Дэнни? — агент Спейд повысила голос. — Джек, кто-то из нас должен быть там. Со всем уважением, Рафи его брат, но мы всегда были ему ближе.       — Осторожнее, — предупредила Вивиан.       — Отлично, Сэм, поезжай, — подвёл итог спора Джек. — Поезжай в больницу и будь там, я предупрежу о твоём приезде, только поменьше эмоций.       — Я спокойна, — ответила Саманта, поднимаясь из-за стола. — Мне нужно уйти отсюда.       — Что это с ней? — спросил Мартин.       — Сейчас все на взводе, — грубо ответил Джек. — Пусть Сэм занимается делом Дэнни, если понадобится я вызову Елену из отпуска.

***

      В больнице пахло антисептиком и дёгтем, Дэнни был рад наконец отделаться от общества своего брата. Нет, Рафи старался, проблема в том, что он мало что мог рассказать, оберегая чувства Дэнни, врач сказал никаких потрясений, а всё их детство и юность было сплошным потрясением. От этого всё нарастающая неловкость стала совсем невыносимой и Рафи сделал лучшее, что мог сделать в тот момент — он просто ушёл на работу.       Когда к нему в палату вошла Саманта, Дэнни смотрел в окно. Погода была под стать настроению — шёл сильный дождь.       — Насколько дерево вырастает за пять лет? — спросил он не оборачиваясь.       — Не знаю, — ответила Сэм. — Деревья растут медленно.       — Мой брат что-то от меня скрывает.       — Рафи оберегает тебя.       — А меня нужно оберегать? — Дэнни обернулся и пристально посмотрел на неё.       — Дэнни, которого я знала, не нуждался в этом, — Саманта вгляделась в его лицо.       — Что-то не меняется, верно? — он сел на широкий подоконник. — Может сядешь.       — А можно, — она последовала его примеру. — Я не собираюсь тебя оберегать, чтоб ты знал.       — Спасибо. Расскажи мне, кто я. Нет, расскажи о Дэнни, которого ты знала. Интересно, осталось ли у меня с прежним собой что-то общее.       — Дэнни, которого я знала, — Саманта задумчиво подняла глаза к потолку, — без сомнения очень эмпатичный и внимательный парень. Часто делал поспешные выводы, умел признавать ошибки, но не собственные слабости. Дэнни, которого я знала, — она посмотрела на него, — подбадривал меня в тот момент, когда ему самому было в разы хуже. Умел хранить тайны. Никогда не осуждал меня, хотя было за что. Не любил водить машину и, говоря между нами, — Сэм улыбнулась, — водил он так себе. И я думаю, что он недооценивал себя.       — Почему?       — Он приложил много усилий, чтобы оказаться там, где он был, но у него не было стремлений получить лучшую должность или снять квартиру побольше. А когда я спросила почему он не хочет повышения, он посмотрел на меня и спросил — зачем. Как если бы я спросила, почему он не хочет полететь на луну. В этом мы с ним похожи.       — У Дэнни, которого ты знала, была девушка?       — Дэнни, которого я знала, как-то сказал мне, что он не трепло, поэтому я не знаю подробностей, — Саманта засмеялась.       — А мы с тобой? — неуверенно спросил Дэнни. — У нас ничего не было?       — Нет, никогда, даже намёка, — она смутилась.       — Прости.       — Нет, ничего, это нормальный вопрос, — Саманта улыбнулась. — Мы были друзьями и мне нравилось с тобой работать. Мне кажется, что иногда ты, как и я, олицетворял себя с человеком, которого мы ищем.       — Я помню, как рассказывал какой-то девушке о том, что мои родители умерли, когда мне было одиннадцать. Её звали Клэр, кажется, она винила себя в смерти своей матери.       — Клэр Меткалф, — тут же вспомнила Саманта. — Ты принял это дело очень близко к сердцу. На следующее утро у тебя были красные глаза, — она выдержала паузу. — Чтож, теперь твоя очередь, расскажи мне, что произошло?       — Однажды я просто очнулся посреди поля, не имея ни малейшего представления как там оказался и с обрывками собственной личности, — неоожиданно легко ответил Дэнни. — Понимаешь, воспоминания иногда приходят, но они бессвязные и без контекста от них мало толку.       — Думаю, что могу немного помочь с контекстом, — Саманта достала телефон. — Я покажу тебе видео, которое было снято перед тем, как с тобой случилось то, что случилось. Врач говорит, что с тобой нужно общаться осторожно и не нагружать, но так как я пообещала тебе, что не стану оберегать тебя, — она включила воспроизведение и передала ему телефон. — Это снято в парке.       Дэнни послушно посмотрел короткое видео один раз, другой, третий. Он снова и снова нажимал на повтор, но в конце концов молча вернул телефон Сэм.       — В поле зрения других камер ты не появился, — она наблюдала за его реакцией. — Мы нашли твой телефон, бумажник, пластиковую бутылку, кровь, больше ничего. Тебя что-то напугало. На тебя, возможно кто-то напал.       — Прости, я не помню, — Дэнни виновато посмотрел на неё.       — Ничего, — Сэм положила руку ему на плечо. — А женщина, которая была с тобой, блондинка в странной одежде, когда мы увидели тебя на камерах видеонаблюдения ты был с ней, похоже вы довольно близки.       — Когда я очнулся в поле, мне было очень плохо, она Доктор, она помогла мне встать на ноги. И помогала мне понять кто я. Мы были в разных местах, пока Нью-Йорк не показался мне знакомым и тут наши пути разошлись. Я всегда буду ей благодарен, но нет, мы не близки ни в каком смысле.       — А её имя?       — Она называла себя просто Доктор, — честно ответил Дэнни. — Она очень эксцентричная и необычная женщина, мягко говоря.       — Мы не смогли её найти после того, как вы расстались в парке.       — Я не знаю что сказать, — он развёл руками.       — Она исчезла также бесследно как ты, ты можешь допустить, что она причастна к твоему исчезновению? — Саманта почувствовала, что давит, но этот вопрос было необходимо задать.       Дэнни задумался, но быстро спохватился, опасаясь, что его раздумья могут быть неверно истрактованы:       — Нет, не могу.       — Но ты не помнишь, что произошло.       — Не помню, но зачем ей это?       — Ты сам сказал, что она необычная.       — Необычная, но не жестокая.       — Хорошо, — улыбнулась Саманта. — Но я скажу честно, что попробую проверить эту версию. Всё-таки плохо, что она просто ушла и мы не можем поговорить с ней. Она могла бы многое прояснить.       Дэнни посмотрел на неё глазами побитой собаки. Сэм захотелось обнять его, но прежнему Дэнни это бы не понравилось, поэтому она сдержала неуместный порыв.       — Я не чувствую, что прошло пять лет? — заговорил он спустя несколько минут. — Месяц, не больше. Но может быть что-то было до того момента, как я очнулся, я о том, что мне трудно оценить продолжительность. Но пять лет, это кажется так много. Так странно.       — Ты смотрел видео, хотя, — Саманта снова взяла телефон, — хотя там может быть плохо видно, всё-таки качество так себе. Это фото сделано незадолго до твоего исчезновения. Посмотри его, а сейчас, — она вытащила из кармана зеркальце, — посмотри на своё отражение. Ну что?       — Что? — Дэнни с непониманием глядел на собственное отражение. — Мне побриться надо.       — Да, не помешает, — согласилась Сэм, — и если тебя немного подстричь… Прошло пять лет, Дэнни, но ты не изменился, как будто и правда прошёл месяц.       — Я не знаю что сказать, — он говорил искренне.       Саманта посмотрела ему в глаза, как бы безмолвно переспрашивая, он видел её замешательство. Рафи не говорил ничего подобного.       — Думаю, об этом следует спросить моего врача, — устало ответил Дэнни. — Уверен у него будут какие-то соображения.       — Я буду честной, Дэнни, мне трудно представить какие бы то ни было соображения по этому поводу. Все остальные предпочитают делать вид, что этого несоответствия нет.       — И никто не хочет меня видеть.       — Это непросто, — Саманта посмотрела ему в глаза. — Я думаю, они просто не знают, как себя вести.       — Наверно, ты права, — улыбнулся Дэнни. — Врач говорит, что если со мной всё будет в порядке, то меня выпишут.       — Это очень хорошо.       — Да, хорошо, только мне некуда идти. Я знаю, что мой брат захочет забрать меня в свой дом.       — Но ты не хочешь этого?       — Совсем не хочу.       — Я подумаю, чем смогу помочь, — ответила Сэм.       — Спасибо, — неожиданно Дэнни обнял её.       — Ну пока не за что, — она похлопала его по плечу. — Давай я официально запишу твои показания.       — Было бы что записывать, — он усмехнулся.       — То, что есть, — Саманта отстранилась от него и включила диктофон. — Ты готов?       Саманта вернулась в офис вечером и застала одного Джека, по давней традиции засевшего в своём кабинете. Она положила телефон на стол и включила компьютер, намереваясь расшифровать запись. Это не должно занять много времени.       — Почему ты не дома?       Вездесущий Джек, Сэм вздрогнула.       — Тебе не кажется, что это может подождать? — уставшим голосом спросил он. — Тебе не надо домой?       — Я думаю, что могу себе позволить задержаться на час, — она продолжила заниматься своими делами. — Мне нужно расшифровать запись показаний, Джек, это недолго.       — Что там?       — Вопросов меньше не стало, — Саманта включила воспроизведение и стала быстро печатать.       Джек сел рядом и напряжённо слушал.       — Нам нужно найти эту женщину, — сказал он, стоило записи прерваться. — Она знает больше, чем он.       — Как бы это не растянулось ещё на пять лет, — не глядя на него ответила Саманта. — Он такой потерянный. Что с ним будет?       — Адаптируется к новой жизни и будет жить дальше. Он не один, у него есть семья и мы. Никто не говорит, что это просто, но он всегда был сильным.       — Непросто, — повернулась к нему Сэм, — я о том, сколько может выдержать один человек?       Джек не ответил.       — Тебе следует встретиться и поговорить с ним, — продолжала она. — Лучше это сделать до того, как он выпишется из больницы.       — Я учту это.       — Серьёзно, Джек, сделай это. Вы не очень хорошо расстались, но вряд ли это имеет значение сейчас. Он даже этого не помнит.

***

      — Взрослые люди, а ведут себя, как малые дети, можешь себе представить? — Саманта протянула Дэнни стаканчик с мороженым. — Вокруг меня все сошли с ума.       Больничная палата как будто становилась светлее, когда она приходила. Странно, его столько искали, а в результате пообщаться с ним приходили только Рафи и Саманта. Если брат возводил вокруг них ореол напряжённости и недомолвок, так, что Дэнни перестал задавать хоть какие-то вопросы. Саманта же напротив приносила с собой солнечные блики и сверкающие капли дождя, а в этот день принесла шоколадное мороженое. Он не любил шоколадное мороженое, но всё равно был очень ей благодарен.       — Врач говорит, что тебя завтра выписывают, — добавила она. — Уже есть идеи.       — Мне нужно где-то жить и работать, — мрачно ответил Дэнни. — Не думаю, что все пять лет ждали пока я вернусь на работу.       — Если ты захочешь вернуться, то тебе придётся пройти переподготовку, заново сдать нормативы, получить добро психиатра и пройти собеседование, — Саманта старалась быть честной. — Это может занять не меньше года и то при благоприятном стечении обстоятельств. Я узнавала, на случай, если ты спросишь.       — И гарантий нет, — подытожил он.       — Но я думаю, — она задела его плечом, чтобы немного взбодрить. — Думаю, что могу тебе помочь с твоими первыми шагами в большой мир. Не отказывайся сразу.       — Ладно.       — Ты можешь пожить у меня, — Сэм сделала паузу. — У меня просторная квартира, места хватит. Я живу одна.       — Это очень щедрое предложение, — смутился Дэнни.       — Я буду рада компании, — она опустила голову.       — Думаю, что приму твоё предложение, но только на месяц, — ответил Дэнни.       — Договорились, — казалось она рада сменить тему. — Джек не заходил?       Он покачал головой. Саманта раздражённо взглянула на него. Дэнни почувствовал, что она злится. Понимание, что злость не направлена на него, однако, не принесло облегчения. Быть опосредованно вовлечённым в возможный конфликт было вовсе не тем, чего он хотел. А мысль о том, что он и есть причина конфликта заставляла и его тоже испытывать злость. С Доктором было проще, не знать тоже было проще.       Дэнни решил не трогать Саманту, молча вернулся на кровать и закрыл лицо руками. Это можно было бы принять за попытку уйти от реальности и было бы лучше, будь оно действительно так. Так оно хотя бы поддавалось контролю. На самом же деле, он отключался от происходящего вне зависимости от своего желания и совершенно неуместно. Флэш-бэки никуда не девались с тех пор, как их с Доктором пути разошлись. Это по-прежнему были обрывки разговоров и разрозненные образы, иногда они вставали комом в горле, так, что он начинал задыхаться. А ещё он врал на этот счёт своему врачу. Какой смысл говорить об этом, если никакой помощи он не дождётся?       — Чувствуешь себя неуязвимым? — всё тот же голос. — Будешь и дальше лезть в пекло — добром это не кончится.       Дэнни поднял голову и обнаружил, что Саманта сидит рядом и взволнованно на него смотрит.       — Иногда я слышу или вижу что-то из своего прошлого, в эти моменты я отключаюсь, — ответил он. — Моему врачу не обязательно об этом знать.       — И почему же? — не меняя выражения лица, спросила Сэм.       — Я не хочу провести остаток жизни на лекарствах или в психиатрической больнице.       — Если у тебя будут тайны от врача, он не сможет тебе помочь. С каких пор ты не веришь в медицину?       — С тех пор, как я тут. Как на меня смотрят, как со мной говорят. Для тех, кто меня знал, я как вернувшийся призрак, не зря меня никто не хочет видеть. Для всех остальных, — он махнул рукой. — Ах бедный Дэнни Тэйлор, должно быть с ним случилось что-то ужасное. Они смотрят на меня как на безнадёжно больного. Врачи, медсёстры. Одним интересно опробовать экспериментальное лечение, другие спорят смогу ли я жить вне больницы.       — Я не смотрю на тебя как на призрака, — ответила Саманта. — Но я не доктор, я твой друг, а ты не можешь справляться с этим в одиночку.       — Ты не Доктор, — подтвердил Дэнни.       — Та женщина, ей ты доверял?       — Сказать по правде, у меня не было особенного выбора, но я не чувствовал себя так, как здесь.       — А как ты себя чувствовал? — Сэм легонько коснулась его руки.       — Просто человеком.       — Ты влюблён в неё?       Дэнни не ответил.       — Знаешь, она могла бы остаться. Хотя бы на первое время, — Саманта расценила его молчание по-своему. — Это помогло бы и тебе, и врачам, и нам.       — Если бы она могла — она бы осталась.       — Значит, ей есть что скрывать.       Он снова промолчал.       — Дэнни, Дэнни…

***

      ТАРДИС размеренно гудела где-то и когда-то. Доктор, склонившись над микроскопом, рассматривала несколько чёрных капель. На самом деле это было не так важно. Она отстранилась, чтобы проморгаться, когда и эти капли испарились. Стоило признать, что это что-то новое и неведомое, а им с Дэнни в своё время несказанно повезло. Особенно Дэнни, ведь весь удар пришёлся как раз на него. Любитель лезть в пекло.       Доктор всё ещё не была уверена, что оставить его в Нью-Йорке было хорошей идеей, но он сам принял такое решение, пусть и спонтанное. Странно, что она скучала, они провели вместе не так много времени, а учитывая его взгляды, ей стоило бы порадоваться, что всё сложилось так, как сложилось. Но Доктор волновалась. Он вспомнил ещё слишком мало, чтобы она могла быть уверенной в том, что рядом с ним будут те, кто поможет ему.       У Саманты и правда была просторная квартира. Она выделила ему целую комнату, большую часть которой занимал книжный шкаф. Другую его часть заняли коробки с вещами Дэнни, которые Рафи привёз со склада. И весь день, что Сэм была на работе, Дэнни был занят тем, что пытался разглядеть себя в куче вещей. К вечеру он понял три вещи. Первая — у него хороший вкус в одежде. Вторая — ему нравились картины импрессионистов. Третья — работа занимала большую часть его жизни. Это было уже немало. Дэнни аккуратно сложил свою жизнь обратно в коробки и убрал с глаз.       Саманта принесла с собой пиццу и заполнила вечер рассказами о недавнем деле. Дэнни смотрел сквозь неё и слушал. Вернее, он изо всех сил старался слушать, но слова Саманты достигали его ушей, а не разума. Тем не менее, она не заметила этого или не придала значения. Он видел, что она вымотана, поэтому на вопрос, как он провёл день, лишь пространно улыбнулся. Саманта и так сделала для него больше, чем кто-либо, с тех пор, как он вернулся в этот город. Дэнни умел быть благодарным. Это стало четвёртым открытием за день. А ночью, когда он слишком устал, чтобы сражаться с бессонницей и выглянул в окно, ему показалось, что в тени деревьев стоит синяя будка. Отругав себя за всё и сразу, Дэнни вернулся на свой диван и до утра пролежал с закрытыми глазами. Сон к нему так и не пришёл.       Доктору удалось выяснить немало интересного. Дэнни усиленно искали пять лет. Дэнни оказался пропавшим без вести агентом ФБР. Подразделение, где он работал, было довольно сплочённым, неудивительно, что все эти люди не теряли надежды. ФБР искало её — Доктора, она была подозреваемой в его исчезновении.       Дэнни прошёл обследование, но Доктор видела насколько неполным и недостоверным оно было.       — Всё-таки слишком рано, — проговорила она, глядя в монитор.       ТАРДИС зашумела чуть громче, как бы соглашаясь с ней.       — Нет, так мы не поступим, — ответила Доктор и строго посмотрела вокруг себя.

***

      В то утро у Саманты был выходной. Она планировала посетить врача, заглянуть в парикмахерскую, так что до пяти вечера Дэнни мог её не ждать. Ему повезло проспать до обеда, после чего его разбудил неуверенный звонок в дверь. На пороге стоял мужчина лет пятидесяти в серой рубашке и мятых брюках. Мужчина выглядел растерянным.       — Должно быть, мы знакомы, но не волнуйся, я не помню тебя, — равнодушно сказал ему Дэнни. — Саманта вернётся ближе к вечеру, у неё дела. Я могу ей что-нибудь передать.       — Господи, Дэнни, — ответил мужчина.       И этот голос прошиб Дэнни насквозь, сколько раз он возникал в его памяти с одним и тем же дурацким вопросом.       — Чувствуешь себя неуязвимым?       Теперь голос обрёл лицо. Жёсткое, от того было странно видеть на нём страдальческое выражение. Дэнни инстинктивно попятился назад и упёрся спиной в стену, чем ввёл владельца голоса в замешательство.       — Джек, — представился гость. — Мы работали вместе.       Это должно было многое объяснить.       — Большой начальник? — спросил Дэнни.       — Не очень, — признался Джек. — Саманта не говорила, что ты живёшь у неё.       — Временно.       — Ладно.       — А ей стоило? — Дэнни посмотрел в глаза гостю. — Ты с ней спишь?       — Дэнни! — воскликнул Джек. — Нет, — а потом задал довольно глупый вопрос. — А ты?       Дэнни посмотрел на него с лёгким презрением.       — Это значит нет?       — Это значит, мне не нравится тема разговора, — ответил Дэнни.       — Но ты её начал.       — Но ты пришёл к ней домой в выходной день.       — А ты здесь живёшь, — Джек наконец вошёл и захлопнул за собой дверь. — Не так я представлял себе наш первый за пять лет разговор.       Дэнни хотел ответить, что вообще никак не представлял никаких разговоров, но спохватился, решив, что это будет грубо. Хотя нельзя сказать, что желания нападать на этого человека не было. Инстинкты кричали о необходимости защищаться, а нападение, как выяснилось, лучшая защита. Тем не менее, он промолчал, позволив Джеку войти в квартиру, затем расположиться на диване в гостиной. Если ему хочется подождать Саманту — пусть ждёт.       — Мне очень жаль, что всё так произошло, — с сочувствием произнёс Джек.       — Да, — сдержанно ответил Дэнни.       — Мы выясним, что именно случилось.       — Это что-то изменит? — он посмотрел на Джека.       — Кто знает, Дэнни. Как ты вообще?       — Я злюсь.       — Ты имеешь на это полное право, — заверил его Джек.       — Это не помогает.       — Но это одна из стадий принятия.       — Это бред, Джек, и ты это знаешь.       — Чем ты занимаешься целыми днями? — Джек мельком взглянул на часы.       — Сплю, читаю Достоевского и смотрю в окно. Пробовал смотреть телевизор, но, кажется, я не готов.       — И как тебе Достоевский?       — Ужасно, но он отвлекает от пустоты, — Дэнни попробовал улыбнуться, вместо этого получилось лишь скорчить гримасу.       — Что-то вспоминается?       — Неособо. Например, в моей памяти остался твой голос, но, тебя самого я не могу вспомнить.       — Мы не очень хорошо расстались, — признался Джек.       — Да, — кивнул Дэнни. — Ты кричал на меня, наверно, я накосячил.       — Такое есть, — ответил агент Мэлоун. — Ты подверг опасности нескольких человек, включая себя. Сейчас я понимаю, что это моя вина, мне стоило сразу направить тебя к психотерапевту, а не допускать к оперативной работе, ты был не в порядке. Но люди не растворяются в воздухе, всегда есть след.       — Значит и в моём случае он был, просто вы не увидели его.       Джек прищурился, этими словами Дэнни задел его за больную мозоль. Он подавил желание схватить его за грудки и сказать, что они обшарили всё миллиметр за миллиметром, заглянули под каждую травинку и допросили каждого, кто хотя бы заговаривал с ним, а сколько было отсмотрено видеоматериала…       — Хорошо, — сдержанно ответил Джек. — А если я предоставлю тебе материалы по делу, а ты попытаешься найти то, что мы упустили? Может быть это поможет всем нам.       Это было не по правилам, но Джеку Мэлоуну всегда было чихать на правила.       — Был бы рад, но разве это не запрещено?       — Уверен, я смогу что-нибудь придумать, — Джек снова посмотрел на часы. — И, пожалуй, начну прямо сейчас.

***

      Джек привёз две дюжины коробок с материалами дела спустя четыре дня. Они заполнили оставшееся в комнате свободное место. Для удобства Саманта выделила свой ноутбук и магнитную доску.       Дэнни узнал, что покинул дом под вечер и шёл в парк пешком. Никаких звонков и сообщений. Купил воду в небольшом круглосуточном магазинчике, продавец назвал его спокойным и вежливым. Влюблённые в парке его даже не запомнили.       Два часа одиннадцать минут. Дэнни снова просмотрел запись перед своим исчезновением, после чего проверил метеорологический архив. В этой части острова наблюдалось незначительное и кратковременное усиление ветра. Ничего не доказывает, но он сделал пометку об этом.       Куча бессодержательных показаний. Дэнни не заметил, что время перевалило далеко за полночь. Джек не врал, была проделана огромная работа и задействовано очень много ресурсов. Он ещё раз перепроверил погоду, за двенадцать часов до случившегося над Манхэттеном пронеслась гроза, температура воздуха упала на десять градусов, но к вечеру снова поднялась. Дэнни составил таблицу, где малейшие перепады были расписаны по минутам. Наутро Сэм застала его спящим перед работающим ноутбуком.       — Он проверяет погоду, — Саманта вошла в кабинет Джека, плотно прикрыв за собой дверь.       — И тебе доброе утро, — проворчал он, отрываясь от бумаг. — Тебя это беспокоит?       — Я не понимаю, — она села напротив него.       — Он говорил с тобой? Строил теории?       — Нет.       — Так что тебя беспокоит? — Джек отложил ручку.       — Что мы упустили что-то важное? Но проверка погоды не имеет смысла, — Сэм обернулась, услышав шаги за дверью, но двое агентов прошли мимо.       — Перестань так его опекать. Он поделится с тобой, если найдёт что-то важное, — заверил её старший агент. — Как с поисками его спутницы?       — Никак, её нет ни в одной базе, но мы продолжаем искать. Дэнни больше не говорит о ней. Я не знаю, может быть он на самом деле больше ничего не знает, а может быть скрывает.       К вечеру следующего дня Дэнни понял, что зашёл в тупик. Единственное, что могло ему помочь — память, но как он ни пытался, ничего. Он закрыл ноутбук и в задумчивости остановился перед исписанной доской.       — Есть идеи? — спросила Саманта.       Дэнни не слышал как она вошла, так что был застигнут врасплох.       — Ты напугала меня, — признался он.       — Прости, — она встала рядом с ним. — Так есть идеи?       — Зачем я пошёл в парк?       — Хороший вопрос, — Сэм кивнула на небрежную стопку бумаг. — В этом деле всё странно. Я заметила, что ты проверял погоду.       — Надеялся, что это поможет вспомнить хоть что-то, — соврал Дэнни. — Бесполезная трата времени.       — Но ты попытался, — улыбнулась ему Саманта. — Тебе стоит отвлечься, давай я сделаю чай.       Он не ответил.       — Дэнни, доска никуда не денется.       — Я боюсь, что поспешил, Саманта, — он посмотрел на неё. — Я могу доверять тебе?       — Можешь.       — Что ты не передашь это остальным.       — Можешь, — повторила Сэм, но уже не так уверенно.       — Я часто думаю, что ошибся — я решил остаться, хотя мог уйти вместе с ней. Наверное, спустя столько времени мне здесь не место. Я обуза.       — Ты не обуза, Дэнни.       — Разве?       — А какая жизнь у тебя была бы, если бы ты остался с ней? — спросила Саманта.       — Откуда мне знать. Когда находишься в постоянном движении, всё кажется проще. Но я остановился и что мне остаётся, кроме как утонуть в этом болоте?       — Ну ты чего? — Сэм обняла его.       — То место, где я очнулся, я сказал тебе, что не помню где это. На самом деле, я знаю, это была Исландия.       — Хорошо. Это уже что-то.       — Наши путешествия с Доктором, — продолжал Дэнни, — мы не ездили по континенту, как я сказал тебе под запись. Мы были в Лондоне, Ванкувере и чёрт знает где.       — Так, а почему ты сразу не мог сказать правду? — Саманта почувствовала, что ей становится страшно.       — Потому что я не хочу провести жизнь в психиатрической больнице.       — Не вижу связи, — она постаралась, чтобы её голос звучал уверенно. — О чём ещё ты не говорил? Как её настоящее имя?       — Я не знаю, — быстро ответил Дэнни. — Она представилась как просто Доктор.       — Ты должен знать, что мы её ищем. Ты чего-то боишься? Тебя запугали? Кто-то угрожал тебе? Ты же знаешь, что сейчас мы сможем тебя защитить.       — Дело не в этом.       — Я вижу, что ты хочешь что-то рассказать, — Сэм погладила его по щеке. — Послушай, никто не отправит тебя в психиатрическую больницу. Никто не причинит тебе вред. Но я не смогу помочь, если ты будешь молчать.       — Хочу, но, Саманта, это находится за гранью твоих полномочий, ты не сможешь ничего сделать.       — Так, — она не отрываясь смотрела в его глаза. — Я, кажется, поняла.       Совершенно нет, но он не стал её разубеждать.       — Скажи мне правду, ты действительно не помнишь, что было между событиями в парке и Исландией? Если есть хоть малейшее воспоминание, чувство, что угодно, скажи мне.       — У меня очень болела голова, — ответил Дэнни, — как после падения или удара. Если хочешь, как если бы меня схватили за шкирку в парке и зашвырнули в Исландию. Вот такое чувство.       Саманта отнеслась к данному обещанию более, чем серьёзно. У всего должно быть объяснение. Даже если бы Дэнни был убеждён, что его похитили инопланетяне, даже у этого было бы объяснение. К её облегчению Дэнни мыслил достаточно ясно, чтобы не делать такие выводы, он по-прежнему что-то скрывал, но явно больше от того, что сам был сбит с толку.       Теперь можно было быть уверенной, что произошедшее было похищением. И у похищения вырисовывалась цель, нельзя сказать, что Саманте были по душе различные теории заговоров, но вот уже четыре часа она сидела на форуме и читала о «тайных организациях».       Если гипотеза была верна, то она должна была найти что-то, что в сочетании со словами Дэнни обрело бы некую форму.       На следующий день Джек пригласил её в свой кабинет, настоял на том, чтобы она села и протянул папку.       — Мы должны закрыть дело, — начал он. — Сейчас ты поймёшь почему. Я подключил кое-какие свои связи в разведке, тот человек напряг ещё людей, а те других людей. Доктор. Это, с позволения сказать, имя напрямую связано с тайными военными организациями Соединённого Королевства. У нас есть их названия, но мы не имеем понятия что это, кто они, кто такая или такой Доктор. Мы не найдём её, потому что такого человека вроде как не существует. И да, та часть про космические исследования очень неправдоподобна, — он сделал паузу, давая Саманте возможность ознакомиться с материалами. — Мы не можем продолжать расследование, нам не дадут.       — Другими словами, — Сэм вернула ему папку, — ты говоришь, что до этого Доктора у нас руки коротки.       — Грубо говоря, да. Я уничтожу эти файлы, ты не можешь обсуждать то, что узнала с командой. Дело будет закрыто, никаких подозреваемых у нас нет, зацепок тоже нет.       — А как же Дэнни?       — Мы его нашли, но, как следует из его медицинского заключения, он не может предоставить нам больше информации, чем уже предоставил, — тихо говорил Джек.       — Ты не понимаешь, Джек, как же Дэнни? Что если он что-то вспомнит?       — Это вряд ли, Сэм, даже если, его состояние психики, ты же знаешь, — Джек поморщился. — Мне это тоже не нравится, но мы ничего не можем сделать кроме как помочь ему вернуться к нормальной жизни. Завтра я отправлю людей, чтобы они забрали коробки с материалами его дела. Больше никаких наводящих вопросов, Сэм, пусть живёт сегодняшним днём, так всем будет лучше.       — Джек, это неправильно, — безнадёжно ответила Саманта. — Как я понимаю, мы ни о чём не говорили.       — Да.       — Но это же Дэнни, Джек.       — Возвращайся к работе, — сглотнув ком в горле, проговорил он. — Иди работай.       В квартире было темно и тихо. Саманта бросила ключи и сумку на тумбочку и прошла в комнату. После разговора с Джеком её съедала тревога.       — Дэнни, — крикнула она.       Заспанный и сбитый с толку Дэнни появился из своей комнаты. Щёлкнул выключатель. Вид у Саманты был взволнованный и болезненный.       — Что случилось? — он бросился к ней. — Что такое?       — Дэнни, прости меня.       — За что? — Дэнни попытался высвободиться из её объятий, но это было совсем непросто. — Что случилось, Саманта? — он погладил её по спине. — Что случилось?       — Я не могу тебе помочь, — ответила она.       — Ладно, — Дэнни скрыл смущение. — Ты и так много для меня сделала. Саманта, всё в порядке.       — Ты не понимаешь, — Сэм положила голову ему на плечо. — Джек закрыл твоё дело, ты был прав, за всем этим стоит нечто, до чего мы никак не можем дотянуться. Оказалось, что для всех очень кстати, что ты ничего не помнишь. А я не смогла рассказать ему о нашем вчерашнем разговоре, потому что это только усложнило бы всё.       — Я понимаю.       — Чёрт, нет, — она отстранилась и посмотрела в его глаза. — Ты не понимаешь.       — Саманта, я знал, что вы не найдёте Доктора, я же говорил об этом.       — Чёрт, чёрт, — Саманта шумно выдохнула, собираясь с мыслями. — А я на что-то рассчитывала. Мне казалось, с той информацией, что ты мне дал и с нашими ресурсами, мы сможем хотя бы приблизиться к пониманию того, что произошло. Но сегодня Джек вызвал меня в кабинет, твоя Доктор связана с какими-то организациями, засекреченными делами и исследованиями, ты знал это?       — Нет.       — Правда? — переспросила Сэм.       — Правда, но меня не шокирует эта информация, — ответил Дэнни. — Доктор она…       — Эксцентричная, гениальная, ты говорил, — она перебила его. — И ты влюблён в неё.       — Нет, Саманта, я не влюблён.       — Ты защищаешь её, думаешь я не вижу как ты тщательно выверяешь что можно сказать, а что нет? Я вижу и не могу тебя винить. Но ты мог быть частью засекреченных исследований и даже не помнишь об этом.       — Она спасла мне жизнь, — не согласился Дэнни. — В Исландии. Мы встретились случайно, началась пурга и она просто спасла меня.       — Это то, что ты помнишь, — Саманта прижала его к себе. — Я не говорю, что она сделала что-то плохое, лишь то, что ты не помнишь всего.       — Я оказался не в том месте и не в то время. Мне повезло, что наши пути пересеклись, в противном случае меня могло не быть здесь. Это факт, это я знаю, что было до, — он коснулся своего затылка, — отдаётся болью где-то здесь и больше ничего. Ты не должна заглядывать в чёрную дыру и пытаться обрести утерянный контроль. Этот мир слишком большой и по большей части холодный. Можно сойти с ума, если заглянуть в открытый космос. Я не хочу, чтобы ты погружалась в это, у тебя есть своя жизнь — стабильная работа, в которой ты хороша. У тебя есть такой теплый и уютный дом. Это твоё настоящее, твоё здесь и сейчас. Я очень благодарен тебе за всё, что ты для меня сделала и делаешь, но меня нет здесь и сейчас. Доктор, если не считать нескольких видеокадров и пространных рассказов, практически не существует, её нет в твоём мире, как и всего того, что связано с ней. Я же остался там пять лет назад. Чем больше ты будешь пытаться вытащить меня оттуда, тем дальше будешь от своего настоящего.       — Ты говоришь страшные вещи, — Саманта обхватила его лицо руками.       — Я хотел бы, чтобы меня запомнили таким, каким я был, — он закрыл глаза, сдерживая слёзы. — Дэнни, которого ты знала, а не вот это всё.       Он аккуратно убрал её руки и бесшумно вернулся в свою комнату.       Саманта не спала ночью и слышала доносившиеся шорохи. Едва уловимый шум того, что остаётся от жизни человека. С рассветом всё стихло, она сделала себе крепкий кофе и заглянула к Дэнни. От недавнего беспорядка не осталось и следа. Коробки были аккуратно заклеены скотчем и отставлены в сторону, доска сложена, ноутбук на подоконнике. Дэнни спал, прижимая к себе подушку, его непривычно отросшие волосы разлохматились. Сэм подняла плед с пола и укрыла его.       В то утро она сделала два важных телефонных звонка, доехала до офиса и, не пересекаясь с командой, поднялась на пятнадцатый этаж. Вернувшись домой, Саманта столкнулась с Дэнни в дверях и силой затолкала его обратно в квартиру. Он бросил на пол дорожную сумку. Никаких эмоций.       — Я думала над тем, что ты сказал мне, — Сэм сбросила телефонный звонок. — Я в состоянии принимать какие угодно сложные решения. Ты был прав, я не должна, но ты не учёл, чего я сама хочу. У меня замечательная жизнь, но в моём настоящем не хватает одного — моего старого друга, — она снова сбросила звонок. — Хочешь знать, кого я вижу перед собой? Дэнни, которого я знала. Мой друг не останется один в большом и холодном мире.       — Ты не серьёзно, — растерянно проговорил Дэнни.       — Более чем серьёзно, — она опять нажала на сброс. — У меня стабильная работа, поэтому я взяла отпуск, весь отпуск, который мне задолжали, пусть мне пришлось обратиться чуть-чуть повыше. Джек недоволен, держу пари, но он это переживёт. И ты никуда не уходишь.       — Отлично, — ответил он без энтузиазма. — И что мы будем делать?       — Заглядывать в чёрную дыру, — Саманта подтолкнула его вглубь квартиры, попутно набирая сообщение на своём телефоне.       — Начнём прямо сейчас?       — Сначала я сделаю чай, — она отбросила телефон. — Всё ещё любишь мяту?       Если рассматривать чёрную дыру, как философское сравнение, то интересно сколько раз они с Самантой уже это делали. Дэнни хотел бы вспомнить. Память изобразила перед ним укрытое снегом поле и он поёжился, будто снег попал под воротник. Он припоминал лицо Вивиан, голос Джека столько раз врывался в его сознание, Мартин в его памяти был раненым и распростертым на мокром асфальте, но Саманты не было нигде. Если только, когда в него стреляли, возможно, это она взволнованно звала его по имени.       — Итак, чёрная дыра, — Сэм поставила на стол кружки с ароматным чаем. — Далёкая?       — Неотвратимая, — ответил Дэнни. — За горизонтом событий всё будет разрушено.       — Говоришь как астрофизик.       — С космосом пришлось познакомиться гораздо ближе, чем, — он замолчал, выбирая подходящее слово, — просто довольно близко и всё.       — Какие-то эсперименты, исследования? — напряглась Саманта.       — Образ жизни Доктора, — пряча глаза под ресницами, ответил Дэнни. — Она там…дома.       — Не поняла.       Как она была далеко, несмотря на всю свою открытость, пожалуй, дальше была только Доктор. Дэнни снова запутался, не понимая собственных чувств. И хорошо, что Саманта так рано вернулась, что он не успел уйти и, одновременно с этим, жаль. Хорошо пить мятный чай в тёплом доме старого друга, жаль, что эта дружба скрыта за плотной пеленой тумана. Дэнни попробовал шагнуть навстречу, в неизвестность.       — В космосе, — он сделал робкий глоток чая и обжёг язык. Главное, что ответ звучал непринуждённо, также непринуждённо он смотрел Саманте в глаза. Она видела в этом взгляде что-то своё, у него не было предположений. Однако, и неловкой паузы не возникло, Саманта медленно отвела взгляд, так, чтобы это было естественно и не выглядело попыткой спрятаться. Наверно, она никогда не пряталась.       — Это трудно для понимания, — Дэнни мысленно сделал ещё один шаг.       — Да уж, — согласилась Сэм, снова взглянув ему в глаза. — Дай мне минутку.       Он кивнул, не говоря ни слова.       На самом деле ей потребовалось гораздо больше, чем минутка. Во всяком случае, чай успел остыть, а в окно лился ослепляющий солнечный свет.

***

      Ночь. Два часа девять минут. Минус пять лет. Доктор щурилась, рассматривая фонарь, в котором не было ничего примечательного. То, что она собиралась делать было рискованным, ещё чуть-чуть и это вмешательство в ход времени. Тень дерева всё ещё скрывала её.       Два часа десять минут. Доктор заметила Дэнни. Он медленно шёл по асфальтированной дорожке. Вокруг не наблюдалось ничего подозрительного. Она медленно направила в его сторону звуковую отвёртку.       Два часа одиннадцать минут. Доктор почувствовала слабые колебания воздуха и заметила синий отблеск справа от Дэнни. Дэнни тоже его заметил и свернул с дорожки.       — Зачем? — еле слышно спросила Доктор, зная, что не получит ответа.       Он подошёл ближе к странному явлению, ещё ближе. Свечение погасло, а Дэнни откинуло в сторону. Пространство пошло волнами и он скрылся меж ними, так и не достигнув земли.       — Вот чёрт, — Доктор бросилась назад к ТАРДИС.       Ей удалось записать всё, теперь оставалось считать данные.       Данные были интересными.       — Отдача, — констатировала Доктор, глядя на экран. — Но от чего? Почему обыкновенный межпространственный портал так отреагировал на живое существо по ту сторону? Мы можем вычислить куда вёл этот портал? — она потянула на себя рычаг. — Не можем. Ладно. Значит не сейчас.       Будь тут Дэнни, она сказала бы ему, что он слишком близко подошёл к открывающемуся порталу, по неизвестной причине тот захлопнулся, выкинув его в Исландию. Возможно, причиной схлопывания был даже не он, а какие-то иные обстоятельства — то, что случилось по ту сторону. И если открывается дверь, значит, кто-то хочет переступить порог. Дверь так и не открылась, поэтому у Доктора было мало данных о том месте. Фактически, они отсутствовали. Всё, что она знала — там очень холодно, а во Вселенной очень много холодных мест.

***

      Мир, в который он попал оказался до крайности негостеприимным. Тьма, холод, шквалистый ветер, непрекращающийся дождь. Тьма и холод — не такая уж проблема. С ветром тоже можно было мириться, но брести по колено в воде, которая к тому же и пребывала становилось невыносимо. Всё тело болело, Локи поминутно сплёвывал кровь. Единственная тропа, которую удалось нащупать, была слишком зыбкой и далёкой, а у него не нашлось сил, чтобы её открыть. Он отчаянно нуждался в безопасном и спокойном месте, чтобы восстановиться. Хотя бы восстановиться, о том, чтобы набраться сил пока не шло и речи. Но кругом была лишь пустошь и бесконечный дождь.

***

      Дэнни стоял у окна и наблюдал за прохожими. Он дома — в своём городе, на своей планете, в конце концов, и в своём времени. Разговор с Самантой прошёл лучше, чем он мог рассчитывать. Она поверила, Дэнни увидел это в её глазах, но вопреки ожиданиям, это не дало ему чувства собственной уместности. Всё ещё что-то было неправильно.       Дэнни узнавал суету, шум, вкус мятного чая, звуки работающего телевизора — Саманта смотрела новости. Тепло солнечных лучей на коже не спасало его от всепоглощающего холода. Он смотрел на раскалённый шар в небе, а видел чёрную дыру, ощущая её приближение, всем своим существом.       Сэм дремала под прогноз погоды. Дэнни прикрыл дверь в комнату и, тихо собравшись, покинул её дом.       У него не было плана, он имел смутное представление о том, куда направляется. Потерявшись в толпе, он доверился своему чутью.       Доктор влетела в ТАРДИС, словно ураган и запустила двигатель, только после этого позволив себе отдышаться.       — Занесла нелёгкая, — она усмехнулась и обвела взглядом ТАРДИС.       Улыбка тут же сошла с её лица. Некому было разделить её эмоции от средневековой Испании.       Доктор молча открыла свои расчёты. Несмотря на отсутствие Дэнни, ей всё ещё хотелось разгадать загадку. Сейчас она работала над координатами портала. Выборка всё ещё была слишком большой.

***

      Дождь прекратился как-то внезапно. Локи осознал это, когда на разъяснившемся небе взошли звёзды и осветили тьму. По правую руку вдали виднелись горы и он направился к ним. Если повезёт, то, возможно, он найдёт какую-нибудь пещеру, а нет, так хоть защитится от ветра.       Ночь здесь была длиннее, чем ночи в мирах, которые он знал. Это означало, что он находился на задворках планетарной системы. Знать бы ещё какой. Уровень радиации тоже был достаточно высоким. У этого был плюс — вряд ли в таких условиях возможно разнообразие жизненных форм, это давало шанс избежать нападений. Но также это ясно давало понять, что необходимо искать выход с этой планеты. Но первым делом горы.       Ноги привели его на берег Гудзона. На противоположном берегу загорались огни, кипела жизнь. Дэнни приблизился к воде и посмотрел на своё отражение.       — Хватит себя жалеть, Тэйлор, — сказал он себе. — Этим ты ничего не изменишь. Всё. Хватит.       Дэнни показалось, что отражение смотрит на него обидчиво, и он рассмеялся.       Это было хорошо, что он так ни с кем и не сблизился, а Саманта теперь всё поймёт. Безмолвный уход позволит ему не цепляться за туманное прошлое, а двигаться дальше. Может быть он вернётся, а может быть и нет. Это не казалось ему чем-то важным.       Повезло. Локи нашёл пещеру и теперь плутал по каменным лабиринтам. Он отлично ориентировался в пространстве и неплохо видел в темноте. Несколько раз его глаза выцепили образчики наскальной живописи, но письмена не принадлежали ни одному из языков, которые он знал, а он знал много языков. В конце концов, Локи зашёл в тупик. Грязно выругавшись, он прислонился к холодной стене и сполз вниз.       Где-то рядом завывал ветер, камень слабо вибрировал. В воздухе стоял тяжёлый металлический запах. Локи медленно погрузился в глубокий сон, снова переживая падение.       Не совсем понимая зачем это делает Дэнни вернулся в парк. Без труда нашёл дорожку, по которой шёл десять лет назад в ночь своего исчезновения. Вот оно — тот самый фонарь, те же деревья. Не происходило ничего необычного. Звуки ночного города, шум листвы, тусклый искусственный свет. Порыв ветра, казалось, прошёл прямо насквозь и Дэнни поёжился. Холод смешался со страхом. Он сошёл с тропинки. Здесь, всё произошло прямо здесь. Дэнни вытянул руку вперёд. Ладонь наткнулась на невидимую стену. Преграда была хорошо осязаемой и холодной. Во рту появился противный металлический привкус. Он не разглядел, но пространство в месте соприкосновения пошло мелкой рябью.