Капля Яда

— Гиксос, ты цел? — спросил Кефер, войдя в лабораторию. — Да, мой фараон. Чувствую себя гораздо лучше, но, думаю, пару дней я не смогу полноценно ходить. — Разумеется, тебе нужно время для восстановления. — после фразы Кефер подошёл к Осирису. — Осирис, даю тебе поручение наблюдать за здоровьем Гиксоса. — Конечно, Кефер, он полностью под моим присмотром. Арилия и остальные стояли у входа и слушали, о чем переговариваются Кефер и учёный. Но больше всех ухо в остро держала Арилия. Она с ноткой страха смотрела на Осириса и на пробирку с ядом, что была у него в руках. — Ах, да, фараон... — учёный посмотрел на Кефера. — Что такое, Осирис? — Яд оказался каким-то странным. Он как будто старый. Возможно, скорпион оказался не слишком здоров. В будущем, желательно, надо осмотреть их логово, возможно, этот больной скорпион там не один. — Благодарю тебя, Осирис, этим мы займёмся позже. "Чёрт! Чёрт! Чёрт! Только бы они не отправились туда, ведь в этом нет ни грамма необходимости!" — кричала про себя Арилия, стараясь не выдавать себя. Кефер направился к выходу. — Пойдёмте, воины, уже поздно. — произнес Кефер и указал рукой уже на синее, с горящей луной, небо. — До завтра, Кефер. — произнесли Рамзес и Апис, и направились к выходу из Пирамиды. Их дома находились чуть дальше. Гор направился по этажам к своим покоям. — Арилия, ты выглядишь напуганной. Что-то случилось? — Кефер заметил напряжённость на лице лаборантки. — Я... Я нет, всё хорошо, Кефер! — Арилия нервно забегала глазами и выдавила из себя улыбку. — Просто столько эмоций испытала за день... — Понимаю. Сейчас ступай спать — сон поможет тебе восстановить силы и нервы. — Хорошо, Кефер. И спасибо. — Арилия помахала рукой и направилась к своей комнате. Зайдя в нее, она первым делом открыла окно для проветривания. Пока ветер обдувал помещение, она расправляла постель. "Пронесло. Надеюсь, Осирис не подыграл мне и точно не понял, что яд из Тёмной Пирамиды. Колбу тоже не рассмотрел, наверное... Завтра перелью яд из этой пробирки в обычную пустую и дело будет замято!" — размышляла про себя девушка. Закрыв окно, она плюхнулась на кровать. Все тело будто мигом приковало к постели, и, еле найдя силы на то, чтобы перевернуться на бок, Арилия уснула. — Несчастный Эксатон, твои мумии и преспешники постоянно портачили, но только сейчас тебе взбрело в голову наказать виновных за побег Арилии и мальчишки... — шептал про себя Кароан, стоя у стола своей лаборатории с каким-то прибором в руках. Он был очень похож на прибор Осириса, который он использовал, чтобы вычислить предателя, с помощью перемотки времени, но этот был более темным. — Как тебе не повезло, что в твоей Пирамиде есть мастер, который может обломать все твои планы. Кароан что-то делал в настройках этого прибора. Было видно, что он перематывал дату и время. "Сейчас посмотрим, сработает ли." — произнес про себя Кароан. Мужчина перевел время на несколько часов назад и внимательно посмотрел в экран. Через пару мгновений, с пафосной улыбкой, он выключил прибор. "Все, как я и хотел. Теперь прибор будет работать с погрешностью на два дня, и если Эксатон попросит меня показать события сегодняшнего дня, прибор покажет то, что было два дня назад и я избегу разборок с Тёмным Фараоном." — учёный выдавил из себя смешок и направился в тронный зал. Честно сказать, ему не нравилось быть на службе у Эксатона, но с характером Кароана только тут ему и место. Мужчину раздражало то, что ему приходится выполнять все прихоти своего повелителя и постоянно сталкиваться с его агрессией. В мыслях были идеи мести, но пока он не хотел их осуществлять. — Я давно жду тебя здесь. — с сердитым лицом произнес Эксатон. — Давай сюда. Кароан молча протянул Тёмному фараону прибор и внимательно стал наблюдать за его действиями. Потыкав кнопки, Эксатон со злобой стал смотреть в экран. — Ну же, почему никого нет... — говорил Эксатон, уже с яростью сверлив взглядом прибор. Но, простояв так две минуты, на экране так никого и не показало. — Кароан, что это значит?! — из глаз у Эксатона вновь полилось красное пламя. — Это значит, что дети сбежали без посторонней помощи. — абсолютно спокойно произнес учёный. — Но этого не может быть, везде была охрана! — Эксатон взял в руки меч. Кароан с недоверием взглянул на фараона с мечом и немного отошёл назад. — Повелитель, тут я бессилен, прибор был единственной надеждой... — Молчать! — Эксатон запустил мечом в колонну, отчего та пошатнулась и с грохотом упала на пол. — Я окружён идиотами, бесполезными, тупыми идиотами! Учёный с каплей ненависти в глазах смотрел на Эксатона. Снова стоять и терпеть, как тебя сравнивают с грязью. Кароан сжал в руках свой посох. "Если я вступлю в бой с Эксатоном, меня прогонят из Пирамиды. Но терпеть все унижения — свыше моих сил. Понадеюсь на свое благоразумие." Эксатон с недоверием взглянул на учёного. Нехотя подойдя к нему, он отдал Кароану прибор. — Ступай. И я надеюсь, что это не твоих рук дело. Помни, что ты здесь только из-за моей лёгкой жалости к тебе. На твое место с лёгкостью может встать одна лишь Сехмет. — с каменным лицом произнес Тёмный фараон. — Знаю, повелитель. Учёного разъедал гнев, но он не подавал вида. Кароан молча развернулся и покинул тронный зал. Подумать только, свои же союзники относятся к тебе хуже, чем враги. Но быть на стороне золотых... для мужчины это был позор. Не любил он розовые сопли и все эти нежности. Но почему-то, думая об этом, в сердце появлялась еле заметная надежда на то, что в Золотом воинстве хотя бы нервы будут целее. Египтус спал. Луна горела в небе. Полночь. Тишина. Единичные песчинки время от времени пролетали меж камней. Как ни странно, но эти песчинки помнили все с начала времён Египтуса. Сколько сражений они повидали, сколько событий прошло с тех пор. Даже помнились времена правления Ра. И эти песчинки никуда не исчезнут. Спустя тысячи лет, они все так же будут летать от ветра по пустыне, каждый день обогреваться солнцем. Они переживут все войны, всё счастье и всю печаль. И только судьба знает, где они окажутся после завершения всех последних событий жизни.