Переходные воспоминания

POV Томоэ Мои глаза обманывают меня. Я знаю, что они должны. Но яростное биение моего пульса противоречит моей отчаянной воле. Т/и устрашающе стоит на краю пустынной городской улицы. Ветер дует над безжалостными нищими 20 этажками над дегуманизированной бетонной пустошью. Я подхожу ближе, инстинкт поглощает разум. Она шмыгает носом и хрипит. - Меня покинул этот мир. Я поняла это за время моего недолгого пребывания здесь. Мой собственный отец не мог нести бремя моей заботы. Так бесполезно, что я не смогла спасти собственную мать. Все, что я любила, все, что я лелеяла, было высосано из моих легких, и теперь, когда мне нечем дышать, у меня нет причин оставаться здесь. Как чума, все, к чему я прикасаюсь, увядает в угрызениях совести. Мой мир запятнан кощунственным фильмом, передо мной дорога отчаяния. Я не была достойна быть дочерью. Я не достойна быть богиней. Я никогда не смогу любить.” Она задыхается на последнем слове, сплевывая, как будто ее горло было залито огнем. Ее глаза взрываются неистовыми слезами. Увидев ее страдания, мое сердце разрывается. Это моя вина. - Я слаба. Я больше не хочу быть обузой.” Ее крики эхом разносятся по затянутому пеленой небу. Я чувствую, как мои губы дрожат, заметная хмурость берет верх над моим стоическим поведением. Я должен это исправить. - Это неправда. Ты не слабачка. Несмотря на то, что с тобой обошлись несправедливо, ты продолжаешь продвигаться вперед с непоколебимой решимостью. Ты должна продолжать бороться с застойным течением, которое является этой ужасной жизнью. Именно эта сила заставляет вишни цвести. Именно эта решимость делает бога богом.” Я умоляю, чтобы мой голос дошел до нее. Ее крики смягчаются, выражение лица становится вялым. Она слегка улыбается, вытирая распухшие глаза. - Ты когда-нибудь считал меня красивой?” Этот вопрос всемогущ, так как он запечатлевает его суровость в моем уме. Я стыдливо краснею, стискивая зубы. На мгновение я смущенно отвожу взгляд. До моих ушей доносится веселый смех, и я снова смотрю вверх. Она меняет равновесие, наклоняясь еще ниже, и я вижу, как ее дрожащая фигура падает со звездного неба. Подобно лепестку розы, трепещущему на земле, она ниспадает каскадом с несравненной элегантностью. Мое сердце прыгает вперед в безумном ужасе. Прежде чем я успеваю подумать, мои ноги толкают меня вперед с нечеловеческой силой. В течение нескольких секунд я взобрался на край здания и прыгнул к моей драгоценной леди. Она падает подо мной, крепко зажмурив глаза, и на ее лице появляется жуткое выражение покоя. Я чувствую, как слезы заливают глаза, прокладывая мучительную дорожку вдоль щеки. Эмоция, незнакомая мне, реакция, редко видимая. Медленно я набираю силу, пока не могу коснуться ее пальца своим. Я дико хватаюсь, с силой обхватывая ее запястье. Я притягиваю ее к себе, прижимая к груди. Земля приближается пугающе, и я окружаю ее тело своим. Я готовлюсь к удару. Когда мы сталкиваемся с твердым бетоном, мое тело принимает на себя весь удар силы. Моя хватка вокруг нее слабеет, боль ломит мои конечности. Дрожа, я сажусь. Оторвав от меня свое лицо, я замечаю, что она больше не просыпается. Она потеряла сознание от непреодолимого страха и тревоги. Слезы радости сменяют слезы тоски, и я радостно улыбаюсь. Вытирая испарившиеся капли с ее лица, я шепчу давно просроченные извинения. - Ты самая красивая девушка в моих глазах. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Ваш POV Я слегка шевелюсь, мои глаза привыкают к яркой комнате вокруг меня. Я борюсь, пытаясь освободиться из плена пуха и шерсти. Когда я выхожу из постели, то замечаю, что Кей и Ами уже исчезли. Слегка потирая висок, я собираю воедино события прошлой ночи. Мое сердце болит в груди, тошнотворная судорога поднимается в животе. Я тянусь к тумбочке, чтобы сделать глоток воды, но моя рука сначала находит записку. Знакомый сценарий неоспорим. Пожалуйста, позавтракай, а потом приходи к нам на пляж. -Томоэ Изнутри исходит тепло, и я с удивлением осматриваю тумбочку. Гордо стоит тарелка, украшенная тостами и стаканом апельсинового сока. Улыбка, скользящая по моим губам, безвозвратна. Я действительно глупа. Вчера вечером Томоэ впервые сделал мне комплимент. Меня не ругали и не игнорировали. - Вот именно. Теперь у меня новая семья. Я не могу сдаться в этом неумолимом мире, я не могу позволить победить себя. Я должнп продолжать жить, потому что именно тогда, когда мы теряем все, мы находим в себе силы двигаться вперед. Как только мы научимся быть сильными, мы будем вознаграждены новыми вещами, которые будем любить и лелеять. Я была вознаграждена. Это именно то место, где я должна быть. Новая уверенность поглощает меня, страсть поселяется в моей душе. Быстро поев и одевшись, я направляюсь туда, где меня ждут друзья. Обжигающий песок щиплет подошвы моих босых ног, и я съеживаюсь. Заметив издали Томоэ, я осторожно приближаюсь. Вдруг мимо меня лихорадочно топает Юки. - Что случилось?” - с беспокойством кричу я. - Эти две человеческие гарпии, которых ты называешь друзьями, взяли на себя смелость сделать меня назначенным мальчиком на побегушках. Я пришел сюда, чтобы повеселиться, а не бегать за соком.” Он пыхтит, и я не могу сдержать смешок. - Не волнуйся, я обо всем позабочусь. Иди веселись!” - хвастаюсь я. Хмурое выражение лица Юки медленно исчезает, сменяясь восторженной ухмылкой. Он молча благодарит меня и мчится обратно к нетронутым волнам. Я разворачиваюсь, направляясь к бару сока в кабане. К сожалению, я не доберусь до места назначения. Современный критянин прервал бы мое путешествие. Я ошеломлена, ошеломлена, когда незнакомый мужчина хватает меня за талию. Запах несвежей ржи и рома окуривает воздух вокруг меня. Я кашляю от удушающего запаха безрассудного пьяницы. - Что такая милая штучка, как ты, делает на пляже одна?” - Он подталкивает меня, лаская потной ладонью по щеке. Мои губы слегка дрожат, а тело волнуется. Я открываю рот, чтобы закричать, но меня легко заставляют замолчать, крепкая рука крепко зажимает мне рот. - Мы не можем допустить, чтобы ты устраивала сцену. Так что будь хорошей девочкой и слушай.” Он воркует, его глаза мягко краснеют от чрезмерного опьянения. Без предупреждения он обхватывает рукой мое бедро, притягивая меня к себе. Его губы надвигаются, угрожая соприкоснуться с моими. Я беспомощно борюсь с ним, мне некуда больше деваться. Внезапно он возится с моим купальником, угрожая раздеть меня. Мое сердце сжимается внутри меня, мысли о моей запятнанной невинности мелькают передо мной. Я смотрю, как странного человека толкают сверху, и он кружится в пьяном танце. Мое зрение наполняется яростным размытием, когда кулак сталкивается со щекой, багровая вспышка вспыхивает в небе. Мой нападающий убегает, и знакомое лицо поворачивается ко мне. Томоэ. Не раздумывая, я бросаюсь вперед и заключаю его в благодарные объятия. Мои дрожащие плечи не показывают никаких признаков успокоения, но это не то, что меня беспокоит. Не сопротивляясь моему прикосновению, Томоэ притягивает меня ближе и утыкается лицом мне в грудь. Его дыхание парит на моей жесткой коже, посылая мелодичное покалывание по моей спине. Он проводит губами по моей ключице, и я замираю, моя кожа воспламеняется подо мной. - Мне жаль, миледи, - его слова ласкают меня в неземном сиянии, пронизывая мое существо, как электричество. Его руки неожиданно теплые, захватывают мою кожу в горячем комфорте. Его объятия успокаивают меня, это мой дом, здесь мое место. Как я могла быть такой глупой? Я подношу руку к его голове в напоминающем трансе, мой разум наполнен туманом узнавания и отчаянной тоски. Томоэ-единственный мужчина, которого я хочу поцеловать. Он единственный, кому позволено ласкать меня так интимно. Я нежно взъерошиваю его белоснежные локоны. Я усмехаюсь про себя. - Он мягче, чем я себе представляла.” Он морщится, но наш смех прерывается испуганными криками измученных пляжников. Наш интимный момент разрушен, и мы высаживаем друг друга обниматься. Мы с Томоэ мчимся к берегу, где из океана вынырнул гигантский кальмар. Он отчаянно бьется, заставляя туристов разбегаться во все стороны. Когда мы приближаемся к демоническому существу, время начинает замерзать вокруг меня. Те, кто когда-то кричал от ужаса, остаются стоиками, как садовые статуи. Даже Томоэ отказывается сдвинуться со своего места рядом со мной. - Это будет твое первое испытание, Бог Земли.” Бестелесный голос ревет с неба. Земля дрожит подо мной, и мое внимание возвращается к Томоэ. Раздраженный вздох срывается с моих губ, и я падаю на колени, не веря своим глазам. Там, где когда-то стоял мой надежный фамильяр, теперь стоит маленький ребенок с крошечными ушками и пушистым хвостиком. Томоэ стал ребенком. Застывший мираж вокруг меня теряет свою вязкость, и туристы освобождаются. Время снова продолжается. Не раздумывая, я обнимаю инфантильного Томоэ и бегу к отелю. Кей и Ами ничего не видят. Добравшись до номера Томоэ и Юки, я укладываю Томоэ в постель. В течение нескольких минут я могу только смотреть в изумлении. Мой цвет лица становится светло-персиковым, его прелесть неоспорима. Его рост не превышал двух с половиной футов, а светящиеся сиреневые глаза смотрели на меня с невинной напряженностью. Хотя он не утратил своего невозмутимого взгляда. Величиной своего гнева жвачные по всей комнате. Его хвост нетерпеливо виляет из стороны в сторону. Я сдерживаю смех, чтобы не расстроить его еще больше. - Я никогда раньше не видел магии трансформации такого масштаба. Даже я не знаю, как это изменить, - Томоэ слегка кашляет и держит голову от боли. - Но если я останусь в таком состоянии дольше, то наверняка умру. Мое тело слишком маленькое и слабое, чтобы вместить мои силы.” Когда он говорит, голос у него пронзительный. Без какого-либо знания ситуации все, на что я способна, - это бесцельно смотреть себе под ноги. Прошло 2 месяца с тех пор, как я стала богиней, и я, наконец, поняла, как мало я действительно узнала. Я бесполезна для Томоэ, как сейчас, это несправедливо по отношению к нему, как к моему фамильяру. Мои мысли кружат в голове неумолимым потоком сомнений и самоуничижения. Слишком поглощенная собственными иллюзиями, я не знаю, что Томоэ заболел. Когда я выныриваю из тумана сна, то замечаю, что он рухнул на кровать. Я немедленно бросаюсь ему на помощь, замечая, что его щеки пылают лихорадочным жаром. Поднося руку к его лбу, я проверяю повышенную температуру. Я лихорадочно смачиваю тряпку в холодной воде, оборачивая ее вокруг кубиков льда. В попытке ослабить напряжение я положила ему на лоб посредственный пакет со льдом. Ему нужно удерживать больше жидкости, чтобы поддерживать свои силы. Я непонимающе киваю себе, ненадолго покидая комнату. Я возвращаюсь с ледяной хлопушкой внизу и продолжаю избавлять ее от упаковки. - Я знаю, что это может быть немного, но я помню, что моя мать всегда давала мне это. Это было единственное, что заставляло меня чувствовать себя лучше, когда я болела.” Я спотыкаюсь на своих словах, моя нервозность разъедает мой фасад. Я протягиваю его ему, запястье дрожит от дурного предчувствия. Что, если я не смогу его спасти? Мое сердце сжимается изнутри, и я хватаюсь за грудь, чтобы избавиться от этой пытки. Мои ногти впиваются в мою знойную кожу, и я отчаянно пытаюсь смягчить неизбежную правду. Я спасаюсь от жгучей боли, когда маленькая рука тянется ко мне, хватая в горсть мою рубашку в сильном рывке. Мои глаза встречают взгляд чистой и абсолютной благодарности. Чарующая фиалка тянет меня за глаза, вглядываясь в мою душу с непривычной интенсивностью. Выражение его лица не дрогнуло, решимость искренняя и непоколебимая. - Спасибо, - выдыхает Томоэ, и на его губах появляется благодарная улыбка. Я заставляю себя страдальчески улыбнуться и кладу голову рядом с ним. Десятки минут я запускаю пальцы в его шелковистые локоны, придумывая любой возможный план. Но я возвращаюсь пустой. Я огорченно вздыхаю, в воздухе витает страх. Через некоторое время Томоэ шевелится, и его пронзительный голос нарушает обреченную тишину. - Если бы ты освободила меня как своего фамильяра, любая магия, направленная на тебя, рассеялась бы. Я бы освободился и от тебя, и от этого ужасного заклинания. - Мои зубы скрипят, а кулаки дрожат. На мгновение я задумываюсь над его предложением, моя единственная забота-его благополучие. Я близка к тому, чтобы сдаться, когда огненная страсть извергается из моей сердцевины, призывая меня дать отпор. Я не могу потерять его. "нет!” - рявкаю я. Его глаза расширяются от шока, умоляя меня продолжать в моем нехарактерном для меня припадке. “Я отказываюсь отпускать тебя, пока не докажу тебе, что я богиня, достойная иметь своим фамильяром дикого лиса. Я не бесполезна! Так что мне нужно перестать вести себя так, как я себя веду. Меня тошнит от сомнений, тошнит от слабости. Так что просто смотри, Томоэ. Я заставлю тебя гордиться мной. Я и не подозревала, что это будет тем несчастьем, которое изменит взгляд Томоэ на всю оставшуюся вечность.