Всадники Апокалипсиса

      Рекомендую для прочтения главы: House of the Rising Sun - Jeremy Renner.       28 февраля 2005 года. Великобритания. Вечно-окутанный дождём Лондон, как всегда, мрачен и холоден. Капли дождя стремительно падали с неба, разбиваясь об асфальт и образовывая лужи, порой слышалось как вода звонко стекает по водосточным трубам или канализациям, как хлюпали лужи, по которым проходились люди, разговаривающие по телефону или друг с другом, в своих ботинках премиум качества, дабы те выдерживали постоянную дождливую погоду в городе; как капли бились о натянутый материал зонтов, и как машины, проносящиеся по дороге, разбрызгивали лужи в разные стороны, изредка сигналя, покаместь те стояли в пробках. Эти звуки очень редко покидали этот город. Настолько редко, что смело можно сказать, что они являются частью Лондона.       Однако, сегодня он был не столь повседневным и серым. В городском родильном доме, в одной из палат, где ещё несколько минут назад раздавались истошные женские крики, раздался негромкий детский плач. На этот свет родилась маленькая девочка с тёмно-русыми волосами и тёмными, практически чёрными, как и у всех младенцев, глазами, которые вскоре начнут принимать свой истинный, небесный цвет. Через несколько мгновений, хрупкое тельце оказалось на руках молодого человеке, сидящего у кушетки, на которой устало лежала его супруга. Родителями, только что родившегося, создания являлась молодая пара - Брюс и Барбара Арунделл.       История этой пары началась молниеносно, и также быстро начала обретать всё новые и новые обороты. Однажды вечером, дабы укрыться от грозы, Барбара пожаловала в один из ресторанов родного города. Сделав заказ на лёгкий ужин, она попросила подозвать к себе сомелье, который, как она подумала смог бы помочь ей с выбором алкоголя на вечер. Тогда англичанку не поставили в известность, что сомелье того ресторана не было на рабочем месте в тот день. Но отказывать клиенту было дурным тоном, ведь так? Да, это так. Так и посчитал официант, работавший в этом заведении, поэтому решился и отправил к девушке своего хорошего друга, по совместительству бармена ресторана, коим и оказался Брюс. Юноша отлично разбирался в алкогольных напитках, их сервировке и подаче, поэтому у него не возникло проблем с консультацией по выбору вина для столь очаровательной дамы, как Барбара. Их разговор был чутким и весьма приятным для них обоих, несмотря на то, что они лишь выбирали напиток для девушки. Когда вечер близился к концу и смена Арунделла закончилась, тот вышел на улицу, на которой уже не бушевала гроза, где сразу же столкнулся с сегодняшней гостьей их ресторана. У них завязался разговор, за которым Брюс взял на себя смелость провести Барбару к её дому. Как оказалось, погодные условия сводят любящие сердца вместе. Совсем скоро молодые люди начали свои отношения, быстро перетёкшие в их помолвку. Пара была очень молода, однако серьёзно настроена на своё будущее, карьеру, создание семьи и наследников.       Новоиспечённым родителям не пришлось морочить голову над именем своей дочери, ведь ещё заранее выбрали имя для плода своей любви - Элизабетт. Элизабетт Арунделл.       Два года совместной жизни и брака прошли весьма спокойно. Брюс поднимался вверх по карьерной лестнице, добиваясь повышения на работе и заработке премий за свои труды. Барбара работала реставратором на дому, поэтому она находила время и на уход за дочерью и на работу. Арунделлы жили в уютной трёхкомнатной квартире, неподалёку от работы парня, безо всякой роскоши, но их устраивала и такая жизнь. Денег хватало на всё: и на жильё, и на пропитание, и на одежду, и на вещи не первой потребности (к примеру подарков). Но белая полоса их счастливой жизни продлилась недолго. Брюса подставили. Вот-вот молодой человек мог достичь повышения с сомелье на более высокую должность, но некому неизвестному потребовалось подставить его, обвинив в том, что тот собирался обсчитать клиентов, подсунув вместо вина за круглую сумму, самое дешёвое в ассортименте ресторана. Вот так просто, из-за одной неразберихи, перечеркнулись все планы Брюса на успешную карьеру и обеспеченную жизнь. К его счастью, Барбара не разгневалась на того и не стала отчаиваться, ведь была уверена в том, что её муж быстро найдёт достойную работу, что они не осядут на дно и уж точно не прибудут к нищете. На тот момент в голове молодого человека, подобно зажжённой лампочке, загорелась одна мысль. Тяга Брюса к алкоголю с точки зрения профессионального подхода и искусства зародилась в нём ещё в самом начале подросткового возраста. Уже тогда он начал интересоваться разновидностью алкоголя, распознанием вида напитка лишь по запаху, правильными сосудами для напитка каждого вида и их правильной сервировке. Возможно, эта самая тяга была у него наследственностью. Брюс был не чистым англичанином, а на половину и греком. Близкие родственники в Греции заведовали не одним предприятием по производству и продаже алкоголя, известными по всему миру. Арунделл хотел самостоятельно добиться своей цели, не полагаясь на помощь родителей или родственников, кое все являлись влиятельными людьми в сфере бизнеса. Но теперь фортуна отвернулась от него. Отныне, характеристика и резюме с его, уже бывшей, работы не сулили ему другой достойной работы, как в этом его уверяла жена, ведь причиной увольнения являлся "обсчёт клиентов", а уж с такими рекомендациями ты вряд ли попадёшь в престижный отель столицы Великобритании. Жизнь поставила его в тупик, сподвигнувший его, наверное, впервые в жизни, обратиться за помощью к своим родственникам.       У лучшего люксового ресторана Лондона сегодня половину дня бушевала самая настоящая, что ни на есть, суматоха. У входа были припаркованы два длинных чёрных и идеально чистых лимузина с затонированными стёклами, словно только-только приехали из автосалона. Ко входу заведения, по обоим его сторонам, стояли ограждения, у которых всё время роились журналисты, папарацци и репортёры, щёлкающие вспышками своих объективов и камер и порой выкрикивающие или тараторящие чьи-то имена и фамилии. Что же стряслось? Всего-навсего 10-летие винной корпорации "Red&White". Вы всё правильно поняли, на дворе уже 2017 год. Прошло 10 лет с того момента, как Брюс Арунделл потерял свою работу и принялся за воздвижение собственной новой корпорации. Не без помощи семьи, Брюс не просто создал то же предприятие своих родственников, живущих в Афинах, но построил с нуля новую компанию, также относящуюся к бизнесу их семьи. Все эти годы мужчина трудился над созданием и процветанием своей компании, чтобы она возрастала в продажах и рейтингах, чтобы продукция его компании была наилучшего качества и пользовалась спросом во многих странах, не только в Англии. И он достиг успеха. Брюс являлся чуть ли не самым молодым бизнесменом в мире и живым примером того, что добиться колоссального успеха можно не просто имея гору денег, а имея упорство, целеустремлённость и огромное желание к реализации своей мечты. Празднование уже длилось примерно пару часов, однако всё ещё не ослабляло хватку. В главном зале, освещённым блеском гигантской хрустальной люстры, в углу помещения играл оркестр с классической музыкой. У стен стояли длинные столы с закусками или перекусами и продукцией компании, либо аккуратно выставленной по столу, либо бережно выстроенной в башню из бокалов. Гостей на юбилее фирмы было несказанно много: мужчины, одетые во фраки или костюмы; женщины, также облачённые в костюмы или вечерние платья. В конце, по центру зала, где находился тент с эмблемой и названием компании, и трибуна с несколькими микрофонами, стояли несколько мужчин. Этакие "серьёзные дядьки в дорогих костюмах", обсуждающие бизнесные дела, среди которых был и сам Брюс, а рядом с ним девчушка лет 12, с тёмно-русыми волосами, завязанными в элегантный низкий пучок, голубыми глазами, слегка подкрашенными с помощью косметики, одетая в тёмно-синее платье практически до пола и стоявшая в невысоких каблуках, в тон к её платью. Это была Элизабетт. Ну, или как её любил называть отец - голубка. За эти 10 лет девочка выросла, начинала походить и внешне, и характером на своих родителей и взрослеть. За весь вечер, Бетт уже порядком наслушалась комплиментов от незнакомых ей мужчин и женщин, что слегка её раздражало, однако она была примерно воспитана, поэтому лишь с лёгкой улыбкой вежливо их благодарила. Этот вечер был идеальным и ничто не могло помешать ему. Два глухих выстрела в воздух. Крики и возгласы всех присутствующих в помещении. Элизабетт вздрогнула в унисон с Брюсом и оба устремили обеспокоенные взоры своих, одинаково голубых, очей куда-то в начало зала, выискивая источник звука. Но не успели они этого сделать, как раздался очередной выстрел, заставивший русоволосую отшагнуть назад, становясь ближе к своему отцу. На этот раз пуля летела не прямо вверх, а под углом в 45 градусов. Снаряд попал точно в толстый канат, держащий люстру под потолком. Верёвки начали трещать, люстра раскачиваться, а хрусталики падать один за одним с неё. Люди начали разбегаться из центра зала к стенам, стараясь убежать в иные комнаты заведения, его коридоры, или вовсе покинуть здание. Мужчина схватил дочь за плечи и развернувшись вместе с ней спинами к центру зала, прикрыл её сзади и отбежал вместе с ней к двери, ведущей в длинный коридор, с множеством помещений для персонала. Он мигом распахнул дверь и ладонью подтолкнул дочь в спину.       -Голубка, беги и не оглядывайся!       -Нет!,- юница отошла от входа и развернулась лицом к отцу. -Папа, я никуда без тебя не уйду!,- прокричала та, сквозь выстрелы, глядя на того глазами, радужка которых потемнела от слёз, подступающих к глазам, полными страха, заточённому в них.       Арунделл взял дочку за плечи и слегка наклонился к ней, так как та была почти на полторы головы ниже его. Заглянув в голубые глаза, такие же, как и у него самого, Брюс начал проговаривать всё уже спокойно, дабы хоть немного успокоить ту.       -Элизабетт, я клянусь тебе, что ты не уйдёшь без меня и мамы отсюда. Но сейчас вспомни, что ты сильная и послушная девочка, поэтому сейчас просто беги, не оглядываясь,- мужчина бережно, но быстро поцеловал ту в лоб и вновь заглянул в её очи. -Мы найдём тебя и уйдём отсюда только все вместе.       Быстро сглотнув, Бетт лишь кивнула отцу и самостоятельно распахнув дверь, забежала в коридор. Подобрав обеими руками многослойное платье, она быстро побежала по неосвещённому коридору, в конце которого горела лишь единственная лампочка. "Неужели нельзя было включить больше света в этом чёртовом коридоре?! Сатаны на них нет!" -, думала про себя Арунделл, покаместь бежала и слышала, как за дверью коридора приглушённо повторялись выстрелы пушек и крики людей. От внезапно подскочившего адреналина, кровь в жилах закипала, а уши гудели, из-за чего Бетт лишь отдалённо слышала стук своих каблуков, громко бьющихся о плитку пола. Подбегая к пересечению двух коридоров, который являлся последним на дороге Элизабетт, она начала тормозить быстрыми шажками, стараясь не поскользнуться. За прозрачной дверью запасного выхода девочка увидела двух, (благо) стоящих спинами к двери мужчин с оружием. Испуганно подняв брови, Бетт покрутила головой в разные стороны и убежала в один из тёмных коридоров, паралельно проводя рукой по стене по левую сторону от себя. Почувствовав, как стена ушла из-под руки, что обозначало то, что голубоглазая наткнулась на дверь, она нащупала в темноте ручку и надавив на неё, толкнула дверь. Забежав в какую-то подсобку, девочка мигом нажала выключатель на стене и закрыла за собой дверь. Прижавшись спиной к двери, она слегка сощурилась от непривычного света, а после, уже привыкнув к нему, взглянула на потолок, в центр которого был встроен лишь единственный светильник. "Серьёзно?!" -, вновь подумала про себя та, в очередной раз подмечая жуткую экономию на освещении. Нет, сейчас это не волновало Арунделл больше всего, просто она пыталась отвлечь себя от всего происходящего, но выстрелы и голоса людей, доносящиеся из-за дверей, не помогали ей в этом.       Отведя взгляд от потолка, Бетт убежала в угол небольшой комнаты и уперевшись в него спиной, облегчённо выдохнула. Бровки непроизвольно начали сдвигаться к переносице, а глаза накапливаться солёными слезами. Закрыв лицо ладошками, русоволосая скатилась вниз по стенам, усаживаясь в углу комнаты, рядом с какой-то бочкой, из-за которой были видны лишь её ножки, обутые в тёмные туфли. Обняв руками колени, девочка опустила голову и старалась плакать беззвучно, дабы не издавать лишних звуков. Тело её содрогалось от неистового ужаса, конечности переставали слушаться, если бы ей стоило сейчас что-нибудь произнести, то язык точно бы "заплёлся", а мозговая деятельность словно была нарушена. Сознание Элизабетт отключилось на несколько мгновений. Создавалось впечатление, что она стояла рядом с отцом буквально секунду назад, а сейчас уже плачет и дрожит в углу небольшой комнаты. Она сидела и пыталась вторить в своих мыслях голос папы, ласково проговаривающий, что всё закончится благополучно, что уйдёт она отсюда только вместе со своими родителями и никак иначе. Её с ног до головы окутывал страх, не позволяющий здраво мыслить, блокирующий сообразительность, которая сейчас наверняка помогла бы Бетт забаррикадировать вход, так как защёлки дверь не имела и выключить свет, надеясь, что эту комнату не станут проверять, раз в ней выключен свет. Она ничего не смогла сделать, лишь забиться в угол в предистерике.       С громким ударом, дверь слетает с петель, медленно падая на пол. Вздрогнув, Арунделл приподняла голову и ещё сильнее забилась в угол, прижимаясь к бочке. В следующий миг, кто-то наступил на дверь, которая прохрустела под весом этого человека, и прошёл в комнату. За этим человеком зашёл ещё один, это вновь можно было опознать по треску древесины. Двое мужчин были облачены в чёрную униформу, с множеством накладных карманов, бронежилетами, ботинки на шнуровке, балаклавами и шлемами поверх них. Оба медленно развернулись, осматривая периметр и вдруг остановились на Элизабетт. Парни мигом направили на неё свои пушки, а девочка лишь вжалась головой в колени, прикрывая её руками. Кричать было бесполезно, её никто не успеет спасти.       -Говори где твой отец, маленькая дрянь!,- послышался грубый мужской голос.       -Я-я...,- заикнулась Бетт, не поднимая головы и сглотнула. -Н-не знаю...       -Говори, иначе вам обоим не жить!,- русоволосая лишь ещё больше зажмурилась и вновь вздрогнула.       -Ладно,- послышался такой же грубый, но уже более тихий голос. -Это всего лишь ребёнок, с неё ничего не возьмёшь,- второй парень приложил палец к курку и тихо произнёс. -Выполняем приказ и уходим.       Неизвестный надавил на курок и в унисон с выстрелом, послышался протяжный крик Элизабетт. Крохотная подсобка быстро была поглощена фиолетово-чёрной вибрирующей волной. Тела мужчин отбросило в стены, выбивая из их рук оружие. Одному посчастливилось, и он просто влетел в стену, в то время как другой влетел в некий старый дряхлый стеллаж с множеством коробок и прочим хламом, которые в тот же миг с грохотом начали падать с полок, кои, в свою очередь, и вовсе начали разламываться. Пуля, прежде летящая в девчушку, сменила своё направление вслед за энергетической волной и попала в грудь стреляющего, пробивая его жилет и оставаясь в его теле, постепенно начинающее кровоточить. Около минуты комнатка была погружена в тишину, прерывающуюся лишь нервными вздохами и всхлипами русоволосой, забившуюся в угол. Когда страх смерти всё же отошёл на второй план, Арунделл осознала, что, кажется, то, что должно было произойти, не произошло. Неуверенно подняв голову, очи голубоглазой вмиг расширились. Увиденная картина повергла юное создание в дикий шок.       -Элизабетт! Элизабетт, где ты?!,- отголоски матери в коридоре, последнее, что девочка чётко помнила после её необъяснимого выживания, до момента, когда та уже оказалась с мамой на улице.       Поздний вечер. У лучшего люксового ресторана Лондона бушевала самая настоящая, что ни на есть, суматоха. У входа были припаркованы автомобили скорой медицинской помощи, полицейских и пара-тройка других автомобилей, которые включали в себя и машину телевизионщиков. Ко входу заведения, по обоим его сторонам, стояли ограждения, у которых роились гости сегодняшнего мероприятия, проходившего в заведении, журналисты, папарацци и репортёры. Что же стряслось? Всего-навсего внезапное нападение на ресторан, торжествующий в честь 10-летия винной корпорации "Red&White", закончившееся ранениями нескольких людей и критическим состоянием здоровья главы корпорации.       Толпа людей, образовавшаяся лишь за несколько минут, стояла и наблюдала, как медбратья погружают каталки с окровавленным мужским телом в неотложку. Вслед за врачами в автомобиль заскакивала плачущая женщина, а неподалёку стояла девочка в тёмно-синем платье, судорожно вытирающая слёзы, без остановки льющиеся из её небесных глаз. Ребёнок был окружён взрослыми, явно являющиеся ответственными за неё на ближайшие несколько часов. Девчушка просила маму остаться с ней, не уезжать, но все её уговоры оказались тщетны. Двери скорой помощи громко закрылись и машина, включив сирены с мигалками, тут же тронулась, покидая место происшествия.       Весь последующий месяц, в семье Арунделлов, прошёл уныло и печально. За жизнь Брюса боролись десятки врачей на протяжении двух недель, однако их старания не увенчались успехом... Через неделю, после смерти мужчины, состоялись и его похороны. Вся семья оплакивала и скорбила молодого человека, однако были и те, кто больше всех вместе взятых переживали смерть любимого человека - супруга и дочь. После потери мужа Барбара совершенно отчаялась. Жизнь потеряла былые краски и смысл, стала мрачной и угрюмой. Отныне,на женщину взвалилась куча обязанностей, которые ранее выполнял супруг, включая и управление корпорации "Red&White". Барбара с головой погружалась во всю, предназначенную ей, работу, дабы выкинуть из головы образ любимого Брюса, а по вечерам, оставаясь в одиночестве, топила своё горе в бутылках хорошего алкоголя. Занятая другими обязанностями, она почти и не уделяла времени для родной дочери. Но Элизабетт это уже вовсе не заботило. Девочка также поникла после потери отца. Она днями сидела в своей комнате, изредко выходя из неё, дабы спуститься к трапезе или сходить в свою любимую библиотеку на другом конце особняка. Всё время её голова была загружена мыслями и вопросами о прошедшем: о смерти отца и о том, что всё же произошло тогда в подсобке.       Время шло, боль и печаль постепенно утихали, но отношения между матерью и дочерью не стали прежними. Они изменились. После ухода отца стали ледяными и чёрствыми.       Очередным дождливым днём, в загородном особняке с огромной территорией, включающей в себя несколько гектаров зелёного луга и леса, раздавался тихий стук каблуков о напольную плитку. Это юная Элизабетт шагала по просторному коридору в сторону библиотеки, чтобы перечитать свой любимый роман, до которого последний раз она дотрагивалась около двух лет назад. Вскоре, тишину огромной слабоосвещённой комнаты прорезал стук девичьих каблуков, а после и её голос.       -Здравствуй, Веном!       Из глубины библиотеки сразу же вылетело чёрное нечто, подлетающее к Арунделл с восторженным карканьем и садясь своими когтистыми ногами на, выставленное ею, предплечье. Девочка сразу же направилась к необходимому стеллажу с книгами, продолжая разговор со своим домашним любимцем.       -Сегодня, мой пернатый друг, мы вернёмся к старой захватывающей истории.       Пройдя к множеству книг, Бетт уже собиралась потянуться свободной рукой за заветной книгой, в слегка подтёртом болотно-зелёном переплёте, но взор её глаз невольно зацепился за другую книгу, стоящую рядом с любимой. Она отличалась ото всех остальных своим обшарпанным видом, на корешке которого невозможно было прочесть даже её название. Русоволосая, не сводя взгляда со сборника, приподняла руку, отпуская ворона в полёт, и выудила из тёмной древесной полки старую книгу. Переплёт издания был чёрным, в некоторых местах посеревший от времени своего существования, а его углы слегка разорваны, обнажая вид на жёсткий картон, скрывающийся под обложкой видавшей виды, на которой виднелись рисунок пентаграммы и надпись"Некромантия". "Как это попало в нашу библиотеку?" -, озадаченная Арунделл медленно отошла к обширному кожаному креслу, стоящему у раскалённого камина и, опустившись в мебель и удобно расположившись в ней, раскрыла книгу. На первой же её странице голубоглазка обнаружила, сложенный в несколько раз, кусок бумаги, озадачивший её ещё больше. Поклав сборник поверх своих ног, девочка аккуратно раскрыла записку в своих руках и принялась пробегаться заинтересованными глазами по её строчкам.       "Голубка, если ты это читаешь, значит мои догадки подтвердились...Я знаю, что у тебя в руках огромная и разрушающая сила, способная спасти или уничтожить всё в этой вселенной. Эта способность передалась тебе от меня. Я малейшего понятия не имею откуда и как она появилась, но теперь она есть у нас обоих. Прости меня, милая, что обременил тебя ею. Пожалуйста, не пугайся её. Знай, что я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе: и с силой, и в жизни. Я уверен, что ты всё сможешь и у тебя всё получится, ты ведь у меня очень целеустремлённая. Люблю тебя, голубка.

Папа".

      С девичьих щёк скатились две слезинки, упавшие на бледно-жёлтую бумагу и размазавшие по ней тёмные чернила. Когда она получила объяснения на некоторые свои вопросы, Элизабетт не испугалась внезапного владения силой, не расстроилась из-за него. Её ребяческое сердце задели строки в письме отца. Он писал и обещал ей, что всегда будет рядом, чтобы помочь, но теперь его не нет... Он не будет рядом и не сможет ей помочь...       Следующие два года юная Арунделл с удовольствием провела за учебниками по некроматии, тёмной магии и их практике. В самом начале своего пути, она даже пыталась выяснить: не бывало ли в их роду ведьм или тёмных магов. Однако, её поиски оказались напрасны. Таковых в их семействе не оказалось, как по линии отца, так и по линии матери. Девочка тренировалась непокладая рук, изучала новые заклинания и вскоре прекрасно овладела своей силой. С каждым днём, благодаря её труду и упорству, сила, таящаяся в ней, росла и крепла.       На территории поместья Арунделлов, в нескольких метрах от самого здания, посреди луга стояло раскидистое и могучее дерево, к которому, не так давно, была возведена дорожка. Под тёмно-зелёной кроной растения, напротив серой могильной плиты, уже поросшей мхом снизу, под чёрным зонтом стояла девушка, а неподалёку от неё, по полю, в густой траве, носились доберманы. Сзади, к девушке подошёл мужчина с таким же чёрным зонтом, облачённый во строгий фрак.       -Мисс Арунделл, Ваша мать попросила вернуться Вас в дом. Через час автомобиль отправится в аэропорт,- произнёс мужчина с лёгкой проседью в волосах.       -Благодарю, Эдвин. Я приду через 10 минут, можете идти,- ответила русоволосая, не разворачиваясь в сторону собеседника.       -Как скажете,- кивнул мужчина и направился обратно, в сторону особняка.       Простояв в своих мыслях напротив могилы умершего отца ещё несколько минут, Элизабетт подняла голову, убирая свободную руку в карман своего плаща и, заглядывая в даль луга, крикнула, обнаруживая взглядом двух чёрных собак среди травы.       -Цербер, Аид, домой!       В эту же секунду доберманы понеслись к своей хозяйке, которая развернулась от гранённого камня и твёрдой походкой неспеша направилась в сторону своего дома. Через несколько часов она окажется в солнечном Торонто, что не могло её не радовать, так как дождливый и любимый ею Лондон уже немного приелся за 14 лет её жизни...       -Не стоит оваций, дамы и господа! Благодарю за внимание,- проговорила Арунделл, прикладывая левую руку к груди и немного склоняя голову в знак благодарности.       -Занятная у тебя жизнь, однако,- негромко произнесла Элисон, поднимая, слегка изумлённый, взгляд на рассказчицу.       -Сочту это за комплимент,- ответила девушка, приподнимая руку с бокалом.       -Предлагаю выпить за Элизабетт!,- послышался голос Вани, приподнимающейся со стула, чью идею всё семейство тут же поддержало положительными возгласами.       По кухне разразился стук стаканов, бокалов и рюмок друг о друга, после которого каждый из присутствующих испил из своего сосуда,возвращаясь на свои места, с которых ранее повскакивали.       -Элисон, этот гаспачо прекрасен,- проговорил Пятый, кидая мимолётный взгляд на сестру и закидывая очередную ложку салата себе в рот.       -Я полностью согласен,- поддержал брата Лютер, продолжающий есть.       Женщина расплылась в слабой улыбке, скрещивая руки и кладя их поверх стола.       -Спасибо, ребята, но этот салат готовила Пенелопа.       -Неужели?,- парень взглянул на девушку, сидящую напротив,и отложил вилку в сторону,беря в руку стакан. -Оказывается, ты не безнадёжна.       Пойнтер же продолжала сидеть на своём месте, грозно смотря на Номера Пять и сжимая в своей руке стакан с прохладным напитком. Прожигая парня взглядом, она и не заметила, как макушка её головы немного начала дымиться. Однако, весьма странное явление не ускользнуло от глаз Номера Четыре и Арунделл (возможно, и всех остальных), которые испуганно посмотрели на её голову. Голубоглазая лишь слабо похлопала подругу по затылку и, когда тот перестал дымиться, убрала свою руку.       -М!,- послышалось мычание Клауса, громко ставящего свой шот на стол. -Пенни, теперь твой черёд!,- воскликнул кудрявый, указывая рукой на Пойнтер.       Кудрявому явно удалось разрядить обстановку, ведь девушка, под одобряющие высказывания, улыбнулась, поворачивая голову в его сторону. Каки историю Элизабетт,все хотели услышать историю Пенелопы. Все, даже Диего, но Пятый продолжал молчать сидеть, лишь наблюдая за развитием всех событий, периодически отвлекаясь на еду.       -Конечно моя история не будет такой захватывающей, как история Бетт...,- не успела договорить зеленоглазая, как вдруг снова послышался голос юноши.       -Тогда зачем её рассказывать?       Вновь посмотрев на Харгривза, Пойнтер глубоко вздохнула и протяжно выдохнула. Сложив свои руки в замок, она поклала их на стол и, продолжая смотреть в светлые глаза напротив своих, расплылась в саркастичной улыбке.       -В ней есть пару интересных моментов. Моя история начинается летом 2005 года...,- вслед за девичьим голосом послышались восторженные свисты и говоры Харгривзов...