Собираемся в школу

      — Стой спокойно, — Итачи аккуратно прикрепляет какой-то совсем уж дурацкий значок на курточку Саске, который позволял над собой издеваться только потому, что не хотел обижать своего чрезмерно заботливого брата.              А Итачи и рад стараться: отряхивает с напряженных маленьких плечиков несуществующую пыль, проворачивает куксящегося Саске вокруг, чтобы получше разглядеть, хорошо ли сидит обновка с фамильным гербом на проглаженной спине.              –Нии-сан! — Саске морщится, но руки в лямки тяжеленного рюкзака всё же продевает: как-никак, а он — мужчина! Да и брат так сосредоточенно собирает его в школу…              Итачи тем временем облегченно вздыхает: вот же ж счастье — портфель надежно закреплен и спадать не собирается! Парень даже стирает со лба несколько капель пота, накопившихся за время его страданий из-за всего этого раздражительного утра, полного лихорадочных сборов.              Действительно какое-то сумасшествие! Ему пришлось вставать аж в шесть (!) утра, дабы приготовить завтрак трем проглотам, двое из которых не собирались, по всей видимости, идти по своим домам. И если Саске еще адекватно поел, то Сакура с Наруто настолько оборзели, что заперлись в ванной и, вооружившись зубными щетками — причем, чужими! — стали «бороться». Юные дзюдоисты, блин.              У Итачи слов не хватает, чтобы выразить всё свое возмущение по этому «детскому» вопросу. Что вообще прикажете делать? Ругаться? Им плевать. Бить? Жалко что-то… Других воспитательных методов он, к счастью для этих хитрюг, не знал.              Пока что.              Между тем, стоило только ослабить бдительность — и нате, пожалуйста: Харуно Сакура тихой сапой выгребает из ванной и незаметно для бедного Мадары, чинно-благородно утопающего в мягеньком, удобненьком креслице, вцепляется релаксирующему мужчине прямо в черные патлы. Не раздумывая о последствиях, конечно же.              А они не заставили себя долго ждать: Учиха Мадара терпеть не мог всяких выкрутасов, особенно «шуток» детей. Особенно если вытворяла всё это Харуно Сакура, бесившая его даже больше, чем Узумаки и все Учихи вместе взятые. Себя Мадара, естественно, в расчет не брал — слишком идеальный.              Итачи даже смотреть не надо — громовой бас разозленного донельзя Учихи-старшего проносится по дому сдувающей всё на своем пути волной. Сакура, что интересно, удерживается. А как же: у Мадары, между прочим, хорошие волосы — с такими не пропадешь, если еще и хорошенько их так придерживать.              Вот только скрежещущий зубами Учиха её радости не разделяет:              — Да отцепись уже от меня! — Мадара психованно трясет головой, пытаясь стащить мелкую обезьянку с лохматой макушки.              Впрочем, сколько не ори, а толку — ноль. Эту истину Итачи впитал в себя еще лет в пять, когда увидел, как один мальчик выклянчивал у родителей сладкое — причем, порцию эдак десятую, — а они, извинившись перед продавцом, решили проблему радикальным, но ужасно действенным способом — воткнули в рот малыша несчастную соску.              — Давай я лучше заплету тебя, Мадара-кун! — Харуно ходит по тончайшему льду. Вот на цыпочках прямо — это видно по одним только сузившимся зрачкам Учихи-старшего.              Сейчас будет буря.              Но каково же удивление Итачи, когда вместо психа и заплаканной Сакуры он видит, как Мадара спокойно, уравновешенно, без всякого раздражения усаживается в кресле поудобнее, откидывая голову на спинку и благостно утыкаясь взглядом в газету.              Недолго, однако, длится его счастье: юной Харуно очень скоро надоедает плести косички. Да и Обито, который появляется буквально из ниоткуда вместе с бесноватым Наруто за шкирку (кажется, Узумаки не удалось проторчать в ванной больше получаса), не добавляет вдохновения.              Поэтому, видимо, Сакура хватает со стола горячий бутерброд Учихиного приготовления и, проглатывая его одним махом, «вдруг» вспоминает про свои обязанности, тут же ляпая жирными пальцами доверчиво подставленную голову мужчины.              Весь вид Мадары просто кричит о его страшных муках — правда, на него уже особо не обращают внимания: Наруто, держа по вилке в каждой руке, нечаянно путает вилку от розетки (!) с кухонным прибором, отчего Обито, зазевавшись, получает по самое «не хочу».              Кричит он, конечно, как не успевший зарыть голову в песок страус, когда тому угрожает страшнейшая опасность. Вот только быть шарахнутым электрическим током или оказаться заеденным каким-нибудь хищником — немного разные вещи. И первая, безусловно, в сто раз важнее.              Обито, может, и переигрывает, но его и правда жаль. Наруто же, смешной такой, прячется под стол, наивно веря, что такая «прекрасная» тактика сработает на бедном человеке, испытавшем на себе нехилый разряд.              Мадара вообще, устав ждать, когда к нему обратятся все взгляды, сам выступает зачинщиком, легонько шлепая обнаглевшую Харуно газетой: будет знать зато, как пачкать ему волосы. Правда, он кое в чем ошибается, думая, что Сакура не мстительная девица.              Харуно Сакура не только хитрая, она еще и злобная и коварная, потому что, не теряя ни секунды, тяпает маслянистыми после бутерброда ладошками газетную статью, улыбаясь слащаво. Мадара кривит губы, а потом и вовсе отворачивается от этой «художницы». Чем дальше, тем лучше, как говорится.              Но Итачи и за ними проследить не успевает, и всё из-за Саске, который под шумок стащил с себя школьный портфель и вообще разделся до домашних штанишек. Видно, свободу почувствовал.              Ну ничего, сейчас этим заморышам предоставят равные права! Итачи наравне с Обито (Мадара, обиженный почему-то на всех и вся, участия в процессе не принимает) напяливает на сопротивляющихся мальчишек полный комплект школьной формы, для пущей уверенности еще и строго наказав что Саске, что вертящемуся во все стороны Наруто, были примерными учениками, а не то…              –…Бабайка вас слопает, понятно? — Обито объяснять умеет. Эти двое аж кивают, перепуганные. «Кажется, всё еще работает», — радостно подмечает Итачи, понимая, что еще года так три — и хана всем его братским наставлениям. Саске под «умелым руководством» Наруто точно по другим стопам пойдет.              По стопам человека, способного перечить своему горячо любимому братику!              — А я никуда не пойду! — кажется, Сакура опять делает всё «в свой нос», и Мадару, который до этого даже дремал себе спокойно, всего передергивает, что тут же замечают все остальные. Правда, они предпочитают добровольно отдать зарвавшуюся Харуно в руки этому «монстру», чем что-то доказывать упертому Мадаре.              — Нет, пойдешь! — и какое ему вообще дело, а? Да пусть хоть что делает, Учиху Мадару это касаться не особо должно.              А ведь касается! Касается, несмотря на видимость его отстраненного поведения.              Итачи чуть не начинает смеяться всерьез, стоит Мадаре, тому самому Мадаре Учихе, что является грозой всей деревни — да что там, всего мира шиноби! — подхватить извивающуюся и кусающуюся Харуно Сакуру себе на руки.              Еще бы закружил — и тогда Итачи точно бы уверился в том, что у него сплошные галлюцинации.              — Не дергайся, а, — Мадара пару раз встряхивает недовольную тушку, надеясь её образумить. Тщетно: Сакура не намерена ничего слышать, а в Академию идти — уж подавно.              Но, кажется, у Учихи Мадары новый жизненный лозунг: «Если Харуно Сакура не желает идти — мы её унесем». Ага, как Санта — мешок с подарками, только за одним ма-аленьким исключением…              …эта брыкающаяся девчонка явно не подарок.              Однако Мадара сдаваться пока не собирается, да и вообще вряд ли когда-нибудь сдастся. А всё потому, что он привык побеждать, и даже заляпанные газетные странички не стали для него поводом для злости. Вот еще, не будет он на такую ерунду обижаться!              Сейчас вот донесет Харуно Сакуру до места назначения — и заплетет наконец себе нормальные косички, а не эти загогулины кривые. Хотя, может, оставит…              Саске без слов семенит следом — ну хоть кого-то не пришлось особо уговаривать. Повыпендривался пару раз — всё, хватит. Да и Итачи смотрит — позорно как-то. На Обито, тихонечко поскуливающего в углу и желающего, чтобы и его утешили и приголубили, Саске дела нет.              «Учихи такие Учихи», — качает головой Наруто, таки доедая остатки бутербродов и, вытерев пальцы газетой Мадары-сана (Не, ну, а что?Она ведь уже заляпанная!), срывается на бег, чтобы догнать и перегнать и заносчивого засранца-Саске, и уверенно шагающего Мадару. Наконец, порисоваться перед Сакурой, которая теперь взирала на мир с высоты птичьего полета.              Правда, Наруто слишком наивен: Мадара предусмотрительно перевернул ворчащую Харуно, да так, что она могла видеть только размытые улыбающиеся фигуры Итачи и Обито-сана. Чтобы неповадно было на младшего Учиху вместе с вечно довольнющим Узумаки смотреть, а не то…              …а не то заплетать ему косички в следующий раз будет уже не она. Серьезная угроза от серьезного, знающего себе цену мужчины, не так ли?..