Капитан Леви и трудности отцовства

— Совсем сдурели?! Как вы могли потерять пять мешков с картошкой?! Бестолочи! Отродья! Придурки без мозгов! Вас разве, что за смертью посылать. Вся элдия бы бессмертным стала! — орал во всю глотку Леви, отчитывая тупых кадетов, которые с самой легкой задачей не смогли справиться. Пусть будут благодарны Йегеру и разведкорпусу — титанов больше нет. Иначе Аккерман бы давно их скормил тем уродам.       Гневно бурча под нос, брюнет подошел к своему столу и сел за излюбленное кресло, придумывая в голове наказание этим оболтусам.       Гробовую тишину в кабинете разорвала тихо скрипнувшая дверь. Леви уже готов был отчитать того смелого солдата, что посмел зайти без стука, но закрыл открывшийся рот, когда увидел чуть смущенную Еву. — Мне уйти? — прошептала боязливо девочка, в свои полных пять, понимая, что папу лучше не злить. — Нет, заходи, зачем пришла? Вы же с мадам Казоку сидели. — мягко, но устало ответил он, поцеловав в макушку подошедшую дочь.       Кадеты, которые только пришли в развед отряд, были в шоке от смены настроения у капитана. Никто не верил, что такой грозный мужчина, как Леви Аккерман, способен так лаского говорить с кем-то. — Мне стало скучно и я сбежала из дома к тебе. Прости меня, — виновато улыбнулась, в голове прикидывая, как бы не налететь на лекцию от отца. — Волшебное слово? — Я весь день не буду выкидывать весь найденный мной запас твоего чая, — и тут у кадетов окончательно отвисла челюсть, почти касаясь пола. То есть, в мире есть кто-то, кто безнаказанно может выкидывать драгоценнейщий чай капитана и после этого не получает от него чапалах со скоростью света? Она, что, богиня или всемогущая? — Неделю и ругать не буду. — Три дня, плюс заставлю Коичи собрать свои игрушки, — искала компромисс, ведь неделю терпеть этот проклятый Сатаной напиток, она не намерена. — Согласен, — коротко проговорил и пожал маленькую ладошку дочки.       Секунда, и пол, под кадетами несчадно ломается из-за их упавшей челюсти.       Кажется, капитан вовсе забыл про провинившихся, обратив все свое внимание на молодую манипуляторшу. — Я у няни Убе украла лак для ногтей! Давай накрашу тебе руки. Ты будешь самым-самым в штабе! — и в кого она такая пошла? Не уж то малюсенькая частичка ген Кенни заиграла? — Хорошо, — обезоружно согласился, увидев умоляющее лицо Евы. Подождав пока мисс маникюрщица устроится удобнее на полу, отдал на ее попечение правую руку и обратил, свой уже холодный взгляд на провинившихся. В голове появилась отличная мысль, от которой Леви усмехнулся. — Солнце, сколько у тебя там цветов? — Хм, раз, два, три, четыре, пять, — остановилась юная Аккерман и подергала папу за штанину, заставив пригнуться к ней и прошептала. — Папочка, а после пяти какое число? — Шесть. — Шесть цветов! — довольно улыбнулась, хваля себя за то, что знает столько цифр. — Хм, хочешь себе новых клиентов? — Да! А кто? — Вот тех дядь видишь? — и показал пальцем на кадетов, наслаждаясь их лицом полным ужаса. — Можешь сделать им отличные ногти? Чтобы еще по ярче было. — Ага, но сперва твою руку закончу. — Безусловно, не спеши, у дядей времени полно, они подождут и будут очень рады ходить с выбранными тобой цветами.       В итоге, трое кадетов ушли под самый вечер. У всех на двух руках и ногах были ярко-зеленые или кроваво-красные ногти с ядовито-желтым вперемешку, увидев которых, все офицеры и солдаты знатно успели поржать. Лишь Леви сидел с немного кривым, но нежно-голубым цветом, который к слову очень шел ему!