Один или же на двоих?

      Ночь. Яркая луна освещала город Свободы. На улицах стояла мертвящая тишина, совсем нехарактерная для Мондштадта, был слышен лёгкий порыв ветра, что наигрывал нежную мелодию. Весь Мондштадт уже спал, но лишь два парня отдавались страстям под бледными лунными лучами, что так и проникали сквозь окна.       – Подожди.. – промычал путешественник во впивающиеся губы алхимика. Итэр попытался оттолкнуть Альбедо от себя, чтобы тот дал хоть каплю воздуха. Алхимик так и жаждал блондина. Позабыв обо всем, даже о нехватке кислорода напарника, нехотя, но пришлось отстраниться от желанных губ, вопросительно посмотрев в яркие глаза напротив.       Путешественник вдыхал воздух и, виновато опустив глаза, взял чужие ладони, образуя подобие цепочки:       – Я так не могу..       И снова эта неловкая тишина. Но алхимик не потерял самообладание, лишь со своей обычной гримасой спросил:       – Так это и есть твой ответ?       Итэр испуганно посмотрел в глаза, в которых ещё не дотлевала надежда:       — Нет же, всë не так! – выкинул блондин, наблюдая за Альбедо, уже поднявшего свой плащ со стула, но все же алхимик не хотел оставлять ситуацию как есть, поэтому повернулся обратно к путешественнику, искренне желая, что тот ответит взаимностью или хотя бы даст шанс.       – А как?..       Итэр не знал, что сказать. Мысли запутались, он уже и сам не мог разобраться в своих чувствах: то ли любит Сяо, что спасал его далеко не один раз в трудные моменты, то ли Альбедо, который всегда находил время для поддержки, волновался о его самочувствии... И оба дарили ему свою любовь.       Алхимик так и не дождался ответа Итэра, но терять близкого человека он не хотел.       – Говорю же, не торопись, разберись со своими чувствами, – на прощание, выдавливая слабую улыбку, произнес Альбедо.       Путешественник хотел сказать что-то ещё, но алхимик уже скрылся за дверью, оставляя блондина, который так и сидел на кровати под тусклыми лучами луны, провожать печальным взглядом Альбедо. Эта ночь для Итэра была подобна самой страшной пытке.

***

      Утро нового дня. Ранние птички уже распевали звонкие песни, которые нёс по всему Тейвату нежный ветерок; город казался умиротворенным... Умершим. В Мондштадте не осталось практически никого из-за странного инцидента: когда «жилки» странного «метеорита», подобные венам, начали излучать необычайно ярко-кровавое свечение, людей эвакуировали из города, во избежании возможного нанесения вреда здоровью населения.       Сонный путешественник же, наоборот, отправился в город, зевая на каждом шагу. Не выспался, пытался разобраться в своих чувствах, но так и не нашёл ответа в своём сердце, его тянуло и к Адепту, и к алхимику... Оба завораживали и искушали, заставляя сердце биться с бешеной скоростью. Безысходность всей сложившейся ситуации ошеломляла. Путешественнику пришлось выбрать суровую реальность.       «Погнаться за одним — разбить все надежды другому. Может, выбор и ошибочный, но, видимо, такова воля Архонта»,– рассуждал всю дорогу блондин.       Дойдя до городской площади, Итэр вернулся в реальность и даже удивился, увидев перед собой алхимика, что так внимательно изучал «метеорит». Альбедо, погрузившись в свои мысли, не сразу заметил подошедшего сзади путешественника, но позже с обычной, невыносимо приятной улыбкой поприветствовал того:       – Доброе утро, – алхимик, заметив ужасно тёмные мешки под глазами Итэра, сразу же поменялся в лице, сделав серьёзный вид. – Видимо, у кого-то оно не совсем доброе.       Альбедо тяжело вздохнул: не хотел он видеть любимого человека таким измученным, теперь же его грызёт совесть, что он во всем виноват:       – Прости, насчёт вчерашнего... Просто забудь, что я сказал, хорошо?       У блондина как будто сердце в пятки ушло — эти слова от Альбедо он хотел слышать в последнюю очередь. Итэру оставалось лишь нервно покусывать свои бледные губы, похрустывая костяшками тонких пальцев.       Заметив это, алхимик резко сменил тему разговора на обсуждение подозрительного камня, поворачиваясь спиной к парню:       – Я попросил расколоть его на две половины, но... Как видишь, идея была не очень хорошая, – присев на корточки, Альбедо набрал в колбу странную субстанцию ярко-алого цвета, что вытекала из камня. Вскоре, обратно встав, алхимик посмотрел на путешественника, мельком поглядывая на жидкость.       – Проследи, чтобы никто не подошёл, да и сам не приближайся. Оно, скорее всего, безвредно, но... – алхимик одарил Итэра легкой ехидной улыбкой: он точно, что-то не договаривал. – Можешь на себе проверить, ради опыта, конечно же.       Когда Альбедо уже скрылся из поля зрения парня, путешественник продолжал стоять в смятении, обдумывая предложение принца. Однако, маленькая подружка вырвала его из своих мыслей.       – А Паймон всегда знала, что он какой-то подозрительный! – возмущалась феечка прямо над ухом путешественника. – Видал, какая хитрая улыбка? Как будто замышляет что-то!       Итэр лишь бросил строгий взгляд на своего вернувшегося компаньона. Та в удивлении отлетела назад — никогда она ещё не видела друга таким раздражённым.       – Вы оба какие-то странные, – фыркнула Паймон, перемещаясь к камню.       Путешественнику всегда было интересно: каково это, так легко моментально оказываться там, куда душа пожелает.       – Ого... – Паймон с интересом разглядывала жидкость в камне. Кого не завораживал бы вид нежно переливающейся красно-оранжевой жидкости, что стекала по внутренним стенам камня. — Приятно пахнет... Паймон нравится. Итэр, а это съедобно? – подружка вопросительно посмотрела на путешественника, пока тот устало смотрел куда-то вдаль. Нежный ветерок колыхал растрепавшуюся небрежную косу, его верхние и нижние ресницы соприкоснулись, так и тянуло в сон.       Паймон сложила свои ручки на груди, показывая всю злость — какой раз Итэр витает в облаках и не слушает феечку.       – Ух, Итэр! – возмущалась она до той поры, пока её взгляд не зацепил ту «прелестную» для неё гущу в камне, малышке пришла прекрасная идея как отомстить путешественнику.       Паймон окунула пальчик в жидкость, зная, что оно безвредно, так как случайно подслушала небольшой монолог алхимика. И, не понимая последствий, воспользовалась моментом. Когда Итэр совсем мысленно потерялся в пространстве, сунула ему эту подозрительную жидкость в рот.       И секунды не прошло, как путешественник рефлекторно отскочил назад, нечаянно проглотив неведомую субстанцию. Он хотел отругать Паймон, но вкус не был отвратительным, наоборот — сладким. Итэр хотел спросить, что дала ему та, но фея лишь молчаливо бросила взгляд на камень.       Блондина бросило в дрожь. Он подождал появления каких-либо симптомов — ничего. Путешественник широкими глазами посмотрел на Паймон, ожидая хоть какого-то утешительного ответа, но увы.       – Как странно... – прошептал парень сам себе, взявшись за подбородок. – Зная Альбедо, я думал, будет нечто странное, но тут ничего... Весьма неожиданно, — рассуждал Итэр, пробуя больше необычной жидкости.       — Всё-таки попробовал, — позади послышался знакомый голос.       Путешественник обернулся и заметил алхимика, держащего в руках какие-то бумаги по исследованию.       — Ну что? Как себя чувствуешь?       — Обычно.       — Точно? — теперь он питал ещё больший интерес к Итэру. — Как странно. Возможно, в моих записях с исследования какая-то ошибка, или же на тебя не действует...       Путешественник вздохнул с облегчением: слова алхимика как гора с плеч. Итэр незамедлительно ответил:       — Действительно. Раз так, то я, пожалуй, пойду выполнять сегодняшние поручения от Катерины?       — Конечно, но если почувствуешь себя странно — незамедлительно возвращайся.       — Хорошо, — путешественник ещё несколько секунд стоял, сверля взглядом то алхимика, то странный камень и обратно, только после отправился в гильдию.