I Hate The Rain

День 1.

Прошло несколько часов с тех пор, как Зак нашёл послание, написанное для него на песке. Но не успела головная боль покинуть его, как он начал бегать без передышки. Бегать, осматривая окрестности, пробираясь между деревьями и выкрикивая имя друга. Ему было наплевать на всё, даже не ходячих, которых он мог привлечь своими воплями. Хотя уже сейчас голос Зака стал невероятно хриплым, а ноги отказывались его слушаться. Он еле добрёл до машины и тут же упал в траву, просто наблюдая за облаками на небе. В какой-то момент его взору помешал чей-то знакомый силуэт. Это был зеленоглазый парень, который не сказал ни слова, лишь бросил обеспокоенный взгляд и, глубоко вздохнув, лёг рядом. Они так и лежали молча, греясь в лучах заходящего солнца, пока парень в очках не произнёс: — Ты не можешь лежать здесь вечно. И продолжил тихонько наблюдать, как темнеет небо над головой. На шоссе никого не видно, и только оставшиеся в живых птицы иногда нарушали картину. — Могу. — Нет, если ты хочешь найти его… Зак больше ничего не сказал, и русый парень тоже. Лучше было обойтись без разговоров — возможно, им обоим нужно отдохнуть. Но завтра они найдут А.

День 2.

Они пролежали на траве до самого восхода солнца. Спать на земле не особо хорошая идея, но бросить брюнета он не мог. На утро второго дня зеленоглазый вернулся к машине, но лишь для того, что бы схватить один из самых тяжёлых рюкзаков и вернутся с ним туда, где до сих пор валялся Зак. Он порылся в сумке и вытащил две небольших кастрюльки. Те ребята были действительно хорошо экипированы. От всех этих путешествий и частых грабежей они находили нужные вещи, которые помогали при выживании. Парень соорудил небольшой шалаш из найденных неподалёку камней и веток, в миг зажёг спичку и развёл костёр. Затем быстро подвесил кастрюлю над огнём с помощь оставшихся веток и бечёвки. Он устроился недалеко от Зака, который так неподвижно и лежал, не проронив и слова, только глубоко вздыхая и изредка моргая. Но со вчерашнего вечера парень решил не беспокоить его, не отрывать о тягостных раздумий. Зеленоглазый налил немного воды в кастрюлю, а затем насыпал порцию риса, которую нашёл в рюкзаке. Он не мог вспомнить, когда в последний раз варил для кого-то, ведь его никогда не назначали поваром в прежней группе. Всегда этим занимался один высокий и в меру упитанный мужчина, который и таскал этот тяжеленный рюкзак. Хотя, парень в очках не менее часто замечал, как заглядывает через плечо, наблюдая за готовкой. Когда согруппники видели это, то начинали пронзительно на него кричать и лишали порции, как будто наблюдение было чем-то запретным или стыдным. В итоге парень начал сам себе готовить. Просто на всякий случай… Его всегда беспокоило это «на всякий случай». Иногда казалось, что все его действия были обрамлены преследующим его кружевом «на всякий случай». Оно было как проклятье, оставаясь осадком в каждом его слове, в каждом его действии. Он влился в группу — на всякий случай, — он терпел издёвки долгие месяцы — на всякий случай, — он сбежал с парнем, которого видел раз в жизни — на всякий случай. Русоволосый накрыл кастрюлю крышкой и начал открывать консервы. Но были ли его решения правильными? Почему он считает, что брюнету можно доверять? Может быть, ему стоило пойти на поиски своих «друзей», а не плакать в углу чёртовой забегаловки. Ведь, может быть, он такой же как те ребята. Может быть, рано или поздно, он бы влился в семью. Может быть, если бы он не пошёл в ту ночь на странные звуки из амбара, он бы не сидел посреди мёртвого шоссе, не зная, что делать. Может быть… — Что ты делаешь? Но все сомнения в миг улетучились, когда он встретился с карими глазами. Он не осознавал, что происходит в его голове, ему будто стало стыдно, и парень вновь устремил взгляд в землю. Русоволосый оторвал крышку банки консервов и поставил её прямо в огонь. Потом он обернулся, чтобы посмотреть на Зака, который, пошатываясь, подошёл к нему и теперь сидел рядом с парнем. — Рис с мясом, — объяснил он, поправляя очки. Его пальцы на мгновение заплясали на ручках кастрюли, прежде чем он поставил её на землю, немного вдавив в песок. И, после, сняв с плеча свою сумку, начал что-то в ней искать. Как и у Зака, у него тоже была личная сумка, полная важных ему вещей. Старый альбом, полный воспоминаний, компас, запасная одежда и непонятная книга без обложки, прочтённая сотни раз — это были вещи, которые он держал при себе и которые имели для него большое значение, держали его сердце. — Дэррил, — произнёс Зак, читая вышитое на ремне сумки имя. Хотя зеленоглазый и удивился, услышав своё имя из уст парня, это рано или поздно должно было произойти. Его взгляд тут же переместится на Зака, и он увидел бирку, висящую на бутылке с водой, которую тот повсюду носил с собой. — Зак, — сказал парень. Зелёные глаза Дэррила вновь встретились с глазами Зака, и оба парня залились звонким смехом.

День 3.

— Пошли, Зак. Кажется, дождь начинается, — крикнул Дэррил. Парни уже выбегали из леса и приближались к машине. Пока Зак расставлял сборщики воды, русоволосый быстро закинул их сумки в багажник, запрыгнул на водительское сиденье и открыл другую дверь, чтобы второй парень мог тут же забраться. Окно было открыто, и Зак испугался, когда на него попали несколько капель воды, пока закрывал окно, истерично крутя ручку. На секунду послышался смешок Дэррила, но темноволосый успел услышать и обидеться, поэтому решил, игнорируя друга, просто листать каналы на радио, но, как на зло, ничего кроме шума не услышал и опять выключил приёмник. Но улыбка не сходила с лица зеленоглазого, и в конце концов он начал обыскивать бардачок, чтобы хоть немного улучшить настроение Зака. Раз уж радио не работает, им нужно как по-другому включить музыку, чтобы оживить вечер. Наконец он вытащил кассету. Очевидно, она осталась от прежнего владельца машины. Дэррил сдул пыль с панели и вставил кассету в VHS порт. Несколько секунд ожидания и в салоне заиграла музыка группы Queen. Когда у него ещё был дом и интернет, парень никогда намеренно не слушал Queen, но именно сейчас Дэррил не возражал наткнуться на кассету с величайшими хитами группы. — Господи, я так давно их не слушал, — потянулся Зак, он уже забыл, как сильно скучал по ритмичным мелодиям рока. Какое-то время темноволосый смотрел в окно, прежде чем его глаза закрылись, и он, прислонившись к стеклу, заснул с улыбкой на лице.

День 4.

Each morning I get up I die a little.

(Каждое утро я встаю и немного умираю)

Когда Зак проснулся на следующее утро, и его голова лениво оторвалась от холодного,как лёд, стекла, первое, что он сделал — оглядел машину. Но… но она была пуста, никого не было, и музыка уже не играла. Он посмотрел в окно, потом на сиденье, где должен был сидеть зеленоглазый, прежде чем в панике вылезти из машины. Страх быстро рос в нём, скручивая мышцы и сдавливая грудь. Где Дэррил, где Дэррил, где этот чёртов Дэррил? Почему люди продолжают покидать его именно в момент, когда он привязывается к ним? Почему ему суждено путешествовать в одиночестве?

Can barely stand on my feet. Take a look in the mirror and cry.

(Я едва стою на ногах. Смотрюсь в зеркало и плачу)

Сердце Зака уже готово выпрыгнуть из груди. В страхе он распахнул багажник, чтобы… Просто убедится. Если А там не было, может там был бы Дэррил, но единственное, что он увидел, были их рюкзаки с припасами. Но-но его сумки не было рядом с сумкой Зака. Мир резко стал плыть перед глазами.

Lord what you're doing to me?

(Господи, что ты делаешь со мной?)

Облокотившись руками на край машины, Зак поник. Он словно начал тосковать по тем временам, когда ещё не встретил А: когда всего несколько недель назад он был ни от кого не зависящей пылинкой в мире полном беспредела, чем сейчас. Он стал таким слабым, а может всегда был таким. Ситуация почти комичная, сначала А испарился без вести, и он остался с Дэррилом, а теперь Дэррил ушёл. — Эй, Зак, я тут!

I've spent all my years in believing you

(Я отдал все свои годы, веря в тебя)

Дыхание парня буквально остановилось, когда он резко повернул голову в сторону знакомого голоса, глядя на пустую на первый взгляд дорогу. Он прищурился, вглядываясь в мыльный горизонт, и тут же на него нахлынула волна облегчения. Осознание так сильно и так яростно пришло к нему, что он чуть не упал с ног на землю. Опять это отвратительное чувство, тошнота и головокружение его не отпускали последние несколько дней. Но Зак просто стоял на месте и смотрел на Дэррила вдалеке. — Боже, ты идиот, у меня чуть сердце не остановилось! Что ты там делаешь?

But I just can't get no relief. Lord.

(Но я не получаю никакого утешения, Господи).

Не успел он получиться внятного ответа, как Зак рванул к другу, не ощущая даже земли под ногами. И только он добежал до Дэррила, как тот схватил темноволосого за руку и дальше куда-то повёл, не сказав и слова. Вдруг он остановился на перекрёстке и неестественно нахмурился, уставившись на гравий и грязь на дороге. На асфальте было нарисована, наверное, баллончиком большая буква «А» и стрелка налево.

Somebody, somebody. Can anybody find me somebody…

(Кто-нибудь, кто-нибудь. Может ли кто-нибудь найти мне…)

— Господи, это же он оставил! Он оставил это мне! Чувак, он показывает нам, куда идти! — О, боже. Зак, погоди, успокойся. Не может же быть такого… — Ну, чуваак! Ты только посмотри — кто ещё в здравом уме мог написать «А» на земле в полукилометре от нашей машины? Он хочет, чтобы мы его нашли! — Ладно, ладно. Но мне не нравится, что он направляет нас на запад. — Давай, Дэррил! У нас есть шанс найти его!

Can anybody find me somebody to love?

(Кто-нибудь может найти мне любовь?)

Зак еле как надел рюкзак, он был таким тяжёлым, ведь парень хотел запихнуть в него столько вещей, сколько можно, схватил бейсбольную биту, посмотрел на себя в зеркало заднего вида, убирая под кепку волосы, и закрыл дверь. Он бросил взгляд через крышу машины туда, где стоял Дэррил с не менее тяжёлой сумкой через плечо, поправляя свои очки, пока зеленоглазый не сказал: — Мы ведь вернёмся обратно, как только найдем А, верно? — Ну, надеюсь, что так. Этих слов было достаточно для Дэррила. После чего парни посмотрели друг на друга и пошли вниз по дороге. Но уже через несколько минут, перебивая тишину, Зак начал рыться в своём рюкзаке с бейсбольной битой под мышкой и вытащил злаковый батончик. Он предложил его другу, но тот вежливо отказался, потому открыл упаковку и стал тихонько жевать, пока они шли под палящим южным солнцем. Вокруг было подозрительно тихо, и темноволосый не заметил, как Дэррил начал о чём-то рассказывать, парень был сосредоточен совсем на другом: на странных шорохах из глуби леса, которые не давали ему покоя. — Дэррил, берегись! — крикнул Зак, прежде чем резко развернуться и снести своей битой голову с плеч мертвеца. Гвозди размозжили череп, покрывшись густой кровью, и, споткнувшись, тело упало на землю. Но не успел парень вытащить биту из гниющих остатков, как краем глаза заметил целую толпу ходячих. Тут же что-то с свистом пролетело около него, и попало между глаз одного из зомби. — Я понял! — Дэррил метнулся вправо, достал новую стрелу для арбалета и даже не заметил восхищающееся лицо Зака. Темноволосый лишь улыбнулся и, значительно посмелев, направился прямо в толпу, зная, что за ним есть человек, который прикроет. В этом кровавом танце они стояли спина к спине. Алая жидкость капельками текла по лицу Зака, пачкая рубашку и покрывая коркой ржавые гвозди, пока оба парня просто пытались отдышаться. — Офигеть, чувак! Это было чертовски круто, — Зак усмехнулся, его лицо уже болело, настолько долго парень не мог избавиться от искренней улыбки. Дэррил лишь пожал плечами, хотя хотел заключить друга в крепкие объятия, но стекающая по одежде кровь остановила его. После трёх лет борьбы с зомби, которых человечество раньше видело только в фильмах, постоянные схватки стали скорее забавной игрой, чем угрозой для жизни. Это звучит плохо… даже нездорово, все это понимают, но мертвецы быстро стали обычным явлением. С приближением четвёртого года люди уже начали делать ставки: какие же сюрпризы им предоставит будущий год. И Зак не был исключением, только раньше он выживал в одиночестве, а сейчас за его задницу беспокоится и А, и Дэррил. Хотя Зак с Дэррилом понимали друг друга намного лучше, но это не означает, что темноволосый собирается бросить А. Солнце уже садилось, и парни искали убежища в придорожном мотеле, увидев большую букву «А», нарисованную на стене одного из зданий. Зак забежал в вестибюль и, перепрыгнув через стол ресепшена, начал разглядывать различные ключи, на которых висели бирки с цифрами номеров. — Какое твоё любимое число? — Хватай 14. — Отличненько, — Зак поискал глазами нужный номер, сунул руку в крошечный шкафчик, и, схватив ключ, побежал обратно к Дэррилу. Настоящая проблема прежнего маршрута темноволосого заключалась в том, что он всегда просто шёл вперёд, никуда не сворачивая и держась в основном шоссе, поэтому ему редко приходилось заставать отели и спасть на чём-то, что мягче земли. Однако теперь, когда парень шёл с абсолютно другой целью, он осознал, что многого лишал себя эти годы. Зак положил ключ в карман спортивок и, тыкнув Дэррила в бок, сказал: — Кто последний, тот спит на полу. И тут же рванул к одному из крошечных домиков на стоянке, услышав в след лишь звонкий смех и слова: — Это нечестно! Темноволосый естественно добежал первым и спрятался за углом, чтобы пошутить над другом. И не успел Зак одуматься, как его план провалился: его в итоге напугал Дэррил, да так, что парень свалился на землю. Он не обижался, только засмеялся в унисон с зеленоглазым. Когда они наконец отперли дверь и проверили, что всё в порядке, парни скинули сумки с уставших плеч и упали каждый на свою кровать. — Ты говорил, что не хочешь идти на запад. Почему? — спросил Зак парня в очках, пытаясь начать хотя бы самый мелкий разговор, чтобы заполнить тишину, которая наполнила комнату. Но русый парень, кажется, не услышал его, лишь быстро встал с кровати и стал что-то осматривать. После Зак потянулся к своему рюкзаку и, вытащив фонарик, включил его, тем самым помогая другу разобраться есть ли всё-таки клопы в матрасе или нет. Дэррил ничего не нашёл и со спокойной душой вновь лёг на кровать, после произнеся: — Я хочу попасть в Нунавут. Там слишком холодно для зомби. Если я доберусь туда, то жить будет легче, почти свобода. — Да ладно, кто тебе такое рассказал? — В Канаде очень много маленьких общин, в которых можно остаться. И я встречал людей оттуда, которые решили посветить жизни, рассказывая нам, людям с юга, о подобных местах. — Ого, — Зак долго просто смотрел на Дэррила, пытаясь представить себе снежное общество, где все помогали друг другу. На секунду, и только на секунду, он жаждал этого — ощутить семью вокруг себя. — Мы с А тоже шли на север, но без ясной причины… Ладно, не буду говорить за него, это я шёл без ясной, просто шёл, чтобы выжить. И вновь тишина повисла между ними, но это не помешало Заку продолжить: — Теперь я тоже хочу в Нунавут. — Хорошо, Зак, — тихонько посмеялся Дэррил, выключая фонарик. — Но сейчас нам надо выспаться. — Спокойной ночи. Я люблю тебя! — Ночи. — Поцелуешь меня на ночь? — Ладно… подожди, что? Нет! — ПОЖАЛУЙСТА. — Нет, — и Дэррил кинул подушку в парня, который заливался заразительным смехом. — Я сказал спокойной ночи, маффин. — Приятных снов, — Зак убрал воображаемую слезу, прежде чем резко провалился в царство Морфея.

День 5.

— Я думаю он шёл в ту сторону! — предположил Зак, указывая на «А», выведенную на земле со стрелкой рядом. Она указывала направо. Развернувшись на пятках, парень увидел перед собой Дэррила, пристально смотрящего на него. Выглядит будто он пытается решить сложную головоломку, но Зак не понимает зачем. В этот знак не заложен глубокий смысл, для чего так детально его анализировать? Он повернулся назад и, подхватив свой рюкзак, направился дальше. Он не удосужился хоть на секунду повернутся и проверить идёт ли за ним Дэррил. Страх острой иглой побежал по его венам. Что если это правда, что если Дэррил не идёт за ним? Что если, повернувшись назад, Зак не увидит его? Что если он вообще не реален? Просто плод его больного воображения? Зак резко повернулся, и почувствовал, как камень на его плечах раскололся — Дэррил следует за ним. Как только парень в очках нагнал его, темноволосый слегка прижал свою руку к ладони напротив. — Зак, ты в порядке? — Я в пооолном порядке, просто хочу удостовериться что ты реален. — О божечки. Зак, зачем? Хоть это и не очень похоже на него, Зак решил не отвечать. Это было очень сложной и деликатной темой для него, и он не желал отяготить ей чужие мысли. Зак эмоциональный человек, это более чем очевидно, но, он правда пытается не обременять других людей тем, что считает важнее обычной грусти из-за того, что что-то из его мыслей не произошло. Это он мог выражать открыто. Зак не хотел становиться обузой для Дэррила из-за страха вновь остаться в одиночестве, поэтому он держал рот закрытым, и мог лишь пожать плечами. Он просто вновь развернулся и продолжил идти. — Эй, смотри! Посмотри туда! — крикнул Зак через несколько минут молчания зеленоглазому, который всё время просто стоял на месте, сверля его спину взглядом. Впереди, на капоте старой белой машины, была нарисована толстой черной линией буква «А». Именно в этот момент Зак остановился как вкопанный. До этого момента ничто по-настоящему не поражало его, даже его собственное больное воображение. А сбежал. Он же просто ушёл. Он исчез. Словно ветер, но оставив странные подсказки. Он делал метки. Почему? Какой смысл делать всё это, если ты просто хотел уйти на несколько часов. Неужели это ловушка. Как только Дэррил догнал Зака, положив свою руку ему на плечо, он вопросительно посмотрел на его отстраненный взгляд. — Зак, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Дэррил. — Это неправильно. Так не должно быть. Чувак, мы должны вернуться… — темноволосый повернулся, пытаясь оттолкнуть Дэррила от себя, но его друг не позволил ему так легко сорваться. Русоволосый, сжав в тонкую линию свои губы, только крепко обнял Зака, не давая попытки выбраться из миниатюрного плена. Нельзя же ему позволить уничтожить весь прогресс, которого они достигли в пути. — Зак, боже мой, мы никуда не пойдём! Просто послушай меня! — голос Дэррила впервые за всё время стал резким, когда он удерживал сопротивляющегося парня на месте. И Зак настолько испугался, что он в миг успокоился. Дэррил весь их путь почти не участвовал в нём — он просто шёл вместе с Заком, потому что ему больше ничего не оставалось, и он был слишком напуган, чтобы делать что-то в одиночку. Но теперь, когда дневной свет уже пятый раз опускался за молочный горизонт, Дэррил наконец понял, что это путешествие значило для него гораздо больше, чем он думал изначально. Оно стало почти миссией, квестом, который нужно выполнить. Его сердце болело каждый раз, когда Зак терял надежду, его тело жаждало следующего движения, которому они посвятят себя. Было слишком поздно поворачивать назад, и Дэррил не собирался отпускать Зака, пока они не найдут его друга, чтобы тот не замышлял в этих проклятых знаках. — Мы прошли очень далеко, потратив невероятное количество времени, чтобы просто так вернуться ни с чем? Мы собирались найти А, и мы это сделаем, — Дэррил отстранился и пристально посмотрел на темноволосого. Как только их взгляды встретились, его рука медленно отцепилась от плеч Зака, и он повернулся, чтобы продолжить, казалось бы, бесцельно идти. Хотя впереди был небольшой городок, и всё указывало на то, что, скорее всего, там будет следующая подсказка. — Хорошо, хорошо. Дэррил замер от этих слов. — Правда? — Да, я сказал же, хорошо! Вдруг по улице эхом пронёсся звук битого стекла, это Зак своей битой разбил окно со стороны входа. Дверь была заперта, и это был лучший способ попасть внутрь, если под ковриком не оказалось ключа. Зак не был большим поклонником так врываться в дома, он постоянно пугался мелких осколков, которые могли впиться в его кожу, но с этим он ничего не мог поделать. Была бы такая возможность, парень бы тут же хватал метлу с совком, а лучше бы вообще пылесос, ради того, чтобы убедится, что точно никто не поранится об блестящий осколок. Как раз в тот момент, когда Зак собирался открыть дверь с другой стороны, просунув руку через окно, он услышал до боли знакомый крик откуда-то сверху. Парень тут же вытащил руку и посмотрел вверх, хотя его взгляд был полностью затуманен. Раздался резкий глухой удар, что-то упало на крыльцо дома. Зак тихонько подошёл, прищурил глаза и понял, что шум был из-за лома, который упал по догадкам темноволосого с крыши. Вдруг Зака поразило осознание, он тут же направился к двери, почти её выломав, и ворвался в дом. Это не просто лом. Это был лом А. Он сразу же поднял глаза, пытаясь решить, какая дверь приведёт его к входу на крышу. Взгляд Зака упал на дверь с левой стороны, недолго думая, парень вошёл в новую комнату и… Бинго, там была лестница наверх. Темноволосый тут же рванул на крышу по спирали, поднимаясь всё выше и выше с каждым шагом. Наконец, Зак открыл творило и вылез на крышу. Но не успел парень встать на ноги и осмотреться, как у него закружилась голова, и он чуть не упал на землю. На противоположном краю крыши стоял знакомый силуэт, ветер снял с него капюшон, и, ей богу, за ушами можно было увидеть душки очков. Зак узнал в нём своего потерянного друга. — Боже правый! — Зак резко выдохнул, облокотившись на свои колени, его легкие пытались поймать хоть капельку свежего воздуха, ведь парень всё время почти не дышал. До сих пор Зак не мог поверить, что ему удалось выследить француза. Выдохнув и выпрямив спину, Зак медленно подошёл к А и хотел было коснуться плеча парня, но его пальцы только провалились сквозь то, что должно было быть кожей. Его сердцебиение участилось, когда он дико замахал руками, пытаясь почувствовать любую часть А, которую он мог увидеть перед собой. Тут Зак попытался схватить его за руку, прикоснуться к бледной коже, но она быстро начала гнить. Персиковый тон медленно двигался вниз, превращаясь в капли, как будто с А стекал воск, прежде чем кровь появилась под ногами француза, и он сам побелел как фарфор. Зак в ужасе отшатнулся назад, его глаза пробежали по фигуре. И тут А повернулся к нему, кожи не было на его лице, из глаз и ушей лились водопады крови, пока и мышцы не стали стекать вниз, обнажая скелет под ним. — А… А! — Зак едва смог прокричать его имя, глядя на открывшееся перед ним зрелище. Он упал на колени, взяв в руки жидкость, из которой раньше состоял его друг, в надежде всё исправить… но только горькие слёзы стекали по щекам парня в этот момент. — Зак! Зак, ты в порядке? — темноволосый едва мог расслышать голос Дэррила сквозь собственный ужас, который гремел в его ушах. Хотя ему казалось, что его глаза уже открыты, они каким-то чудом открылись снова. И перед его взором уже не было той страшной картины, а лишь зелёные и невероятно обеспокоенные глаза. Он, кажется, лежал не коленях Дэррила, и из уголков глаз до сих пор лились горячие слёзы. Зак резко вскочил, осмотревшись, понял, что они остановились прямо напротив дома, на крыше которого он был всего несколько секунд назад, но А там не было. Темноволосый испытал одновременно облегчение и невероятный ужас. — Т-там был А, богом клянусь… — Посмотри на меня. Зак, это был всего лишь сон, там нет А. Вот, лучше выпей воды. — Нет! — Боже мой… Зак! Попей уже, пожалуйста! — Дэррил демонстративно протянул свою флягу с водой, после чего парень сделал большой глоток. Зак был зол неизвестно на что, и вода и правда помогла потушить часть пожара у него в груди. — Сейчас лучше? — Немного. — Хорошо. А теперь тебе нужно отдохнуть… Кроме того, я… Короче, прости. Я не должен был кричать на тебя сегодня, да и, в общем, всегда. Не хочу превращаться в придурка в твоих глазах, — но к тому времени, как извинения Дэррила выплыли в ночь, Зак уже сопел, и так прекрасно зная, что зеленоглазый не такой. Глубоко вздохнув, Дэррил решил, что ему не помешает присоединиться к Заку. Они оба отчаянно нуждаются во сне. Так что, только в этот раз, он ляжет рядом с Заком и тоже крепко заснёт.

День 6.

Но когда они проснулись, все их вещи пропали…