Это почти синонимы

В Йокогаме каждый пятый не спал по ночам, если смотреть на количество проданного снотворного. Ну, или Дазай таблетками развлекался. Это в целом абсолютно неважно. Чуе заснуть помогало… ничего. У парня была постоянная бессонница, бороться с которой не было ни сил, ни желания. Он смирился с ней также, как и с собственным одиночеством. Ему уже далеко не пятнадцать, а родственной душой и не пахло. О том, что она ему по умолчанию положена, говорила идиотская надпись на левом бедре: это почти синонимы Эту фразу его половинка должна была сказать в момент «наивысшего чувства влюблённости». Когда Чуя только прочёл эту ересь в научной статье, чуть ли не матом орал. Чуе с понятностью фразы конкретно так не повезло. Даже у Акутагавы было вполне понятное «босс, вы в порядке?» Очевидно же, что это кто-то из подчиненных, а там только Хигучи на него облизывается. По своим же словам Накахара мог понять прекрасное нихуя. Чуя размышлял о бренности бытия и растущих ценниках на вино, когда зазвонил его телефон. Рыжеволосый даже не удивился имени на экране. Дазай Кто ещё мог позвонить ему в четыре утра? — У тебя найдётся, чем обработать рану? — Ты, придурок, меня с больницей или Йосано не перепутал? — Йосано ставит меня в черный список по ночам, а до больницы далеко… — Блять. Ты где-то рядом? — У тебя перед подъездом. — Жди. Чуя надел на ноги тапки и спустился вниз. Действительно, Дазай нашёлся на ближайшей скамейке. Бедолага полулежал и шипел от боли в правой ноге. Ещё бы! Детектив выглядел так, будто его пожевали в самом буквальном смысле. Чуя выругался, но помог раненому детективу подняться по лестнице в квартиру. — Иди на кухню, скумбрия, — Чуя захватил аптечку и прошел следом. Осаму сел на стул и закатал остатки брюк до колена, — Как ты умудрился, блять?! Голень парня выглядела отвратительно. Чуя залил всё антисептиком и стёр большую часть крови чистым полотенцем. На бледной коже отчётливо виднелись следы зубов. — Я только собирался с моста в речку спрыгнуть, как какой-то идиот решил, что спасти меня — хорошая идея. Спустил, сука, пса с командой: «Фас!» Накахара даже рассмеялся, представив эту картину. Парень щедро намазал рану заживляющей мазью с антибиотиком и наложил повязку. — Всё. Завтра сходи и сделай уколы от бешенства, суицидник. Чуя взял с полки сигареты и зажигалку. Табачный дым обжигал внутренности и приятно отрезвлял. Из коридора лениво и сонно выполз Пират. Кот осмотрелся и подошёл к Дазаю с вполне выразительным протестом: — Мяу! — Слышь, двуногий, ты мне давно не нравишься. Усёк? — А может договоримся? — Осаму, казалось, понимал полосатого. Ну, или делал вид. Кот-отморозок подошёл к миске и недвусмысленно продолжил странный диалог: — Мяу! — Беру взятки едой. Хрень жрать не буду, не проведёшь. Чуя усмехнулся и потушил окурок в пепельнице. Он кивнул Дазаю, мол, холодильник в твоём распоряжении, а сам пошел в гостиную выбирать фильм. Ложиться спать всё равно было уже бессмысленно. — Эй, вешалка, а ты зачем так ублюдочно молоко открыл? Оно ж проливается… И зачем он только впустил этого суицидника в свою жизнь? Хотя… Без него определённо было бы тоскливее. Чуя прокричал в ответ, что это у Дазая жизнь ублюдочная, раз в пять утра ему больше заняться нечем. — Ну и чёрт с ней, — Дазай прохромал к Чуе и устроился рядом на диване, — Зато ты меня любишь. — Люблю я вино, скумбрия. А тебя — терплю. — Это почти синонимы. А ещё у меня есть доказательства, Чуя… На экране замелькали кадры, но Чуя даже не замечал, что происходит в фильме. В его голове засели эхом слова бывшего напарника. Те самые, что были выбиты судьбой на бледно-молочной коже. Те самые, которые Чуя мечтал услышать всю свою жизнь… Вопрос слетел с губ прежде, чем Чуя вообще успел задуматься. — А ты меня? — Что? — Ты меня любишь, Осаму? Дазай даже не особо растерялся. Чуя смотрел на своего новоиспеченного соулмейта предельно серьезно и понял очевидное. — Ты… знал, что мы родственные души?! Что у тебя за надпись? Показывай, блять! Детектив снял рубашку и размотал бинт на левом запястье. Чуя даже рассмеялся, увидев фразу… Скумбрия, сука, не смей подыхать на моих руках! — Ты сказал это на одной из миссий Двойного Чёрного. Меня тогда сильно зацепило, помнишь? — Осаму говорил тихо и старался не смотреть в глаза Чуе, — Впрочем, это неважно. — Почему ты мне не сказал? — А что я мог сказать? Прикинь, вешалка, мы с тобой родственные души, но я тебя не люблю. Прикольно, правда? Чуе даже стало жаль Дазая. Он не хотел бы попасть в такую ситуацию, вот только… — Ты любишь, скумбрия. Ты произнес фразу. — Ты… ты точно уверен? — Дазай, блять, я прожил двадцать с хреном лет со словами про синонимы на бедре! Я уверен на все сто! Дазай улёгся на колени Чуе и выдохнул. — Чуя, я не уверен, что моё «любить» совпадает с твоим. Мне нравится раздражать и доводить тебя больше, чем Куникиду. У меня нет желания заботиться о… — задумался Осаму, — Да вообще ни о ком. Я знаю, что могу доверять тебе почти как себе. И я точно знаю, что не позволю тебе умереть. — И почему это? — усмехнулся Чуя. — Без тебя мне станет смертельно скучно. — Это и значит любить, скумбрия. Просто любовь твоя такая же ублюдочная, как и ты. За окном стало совсем светло. Дазай уснул, а Чуя досматривал фильм. Рыжий чувствовал себя расслабленно и спокойно, гладя по голове своего напарника друга парня?! Да неважно. завтра они вместе разберутся, что делать дальше