Возможность для Сэма

— Слышал, брат твой вернулся из колледжа. Выперли, что ли? Кев уронил перед Дином запотевший бокал с ледяным пивом, почесал свой обритый затылок. Фрэнк, задремавший было на соседнем стуле, поднял нечесаную голову и обвел мутным взглядом почти пустой в этот час бар. Выдал глубокомысленно: — Че, блять, мелешь такое? Сэмюэль у нас умный мальчик, и не бухает, как вы, обалдуи. Соскучился по брату поди. Погостит и обратно съебется, — кивнул, соглашаясь сам с собой, опрокинул в рот стопку водки. Дин поморщился. Эту русскую отраву он попробовал только раз — сразу после того, как Светлана навялила Кеву ящик этой бурды. Невыносимая гадость, после которой не только ноги отказываются ходить, но и мозги берут выходной. — Он туда не вернется, — покрутил в пальцах стакан и отставил в сторону, вздохнув с сожалением. Выпьешь пару глотков, и Сэмми неделю будет ворчать про алкоголь еще до полудня, плохие привычки и нездоровую пищу. Наверняка уже сварганил на завтрак белковый омлет. Сразу, как вернулся с пробежки. Фрэнк на такое заявление вытаращился и даже, кажется, умудрился за секунду протрезветь. Кев перестал протирать бокалы и замер. — Это как еще, блять, понимать?! Стэнфорда открывал ему любые возможности... Прессовали небось? Вот же подлые суки. — Спроси сам у него. — Дин отодвинул стул, поднимаясь. Бросил на стойку пару смятых купюр. — Я это с ним обсуждать не собираюсь. — Так вы поссорились, что ли? — буркнул Галлагер в уже удаляющуюся спину. Пожал плечами, ухватываясь за отставленный полный бокал. — И когда успели? * Дин взбежал по рассыпающимся ступеням, толкнул не запертую дверь. Та заскрипела, приоткрываясь. Сэмми — отвратительно свежий и бодрый, с волосами, мокрыми после недавнего душа, в капельках влаги, поблескивающих на голой груди — мурлыкал что-то под нос, помешивая жарящийся бекон в сковородке. Подлизаться, что ли, решил? Не пройдет. — Вернулся уже? Кофе будешь? Наливай, я только сварил. А завтрак подожди. Еще две минуты, и будет готово. — Не голоден, — буркнул Дин, усаживаясь за стол. Но все же благосклонно принял кружку с дымящимся напитком из рук младшего брата. В колледже тот вытянулся еще больше, и теперь смотреть на него приходится, задрав голову. Даже стоя с ним рядом. Не зря Кроули — хозяин автомастерской, прозвал его лосем. Вытянулся и, кажется, стал еще красивее. Сэм прикусил нижнюю губу, наблюдая, как брат попробовал кофе. Черный, без сахара и каких-то добавок, в меру крепкий, густой. Суровый, как и сам Дин Винчестер. Саус Сайд — не для слабаков. Они с самого детства знали про это. С того дня, как мама погибла в пожаре, а отец допился до зеленых чертей, желтоглазых демонов и привидений. Года не прошло, как очутился в психушке. И если б не Бобби, заменивший мальчишкам отца, их ждал бы приют или улица. Впрочем, улица, возможно, была бы предпочтительней гетто. — Дуешься? Дин фыркнул в кружку, расплескивая кофе себе на штаны. Зашипел и вскочил, стряхивая горячие капли. — Вот еще. Твоя жизнь — тебе и решать. Решил бросить колледж — да флаг тебе в руки. Думал, буду круглосуточно ныть о том, что хотя бы у одного из нас был шанс вырваться из этой помойки, и он его благополучно просрал? Так вот, я не буду. Он сам прогуливал школу, чтобы работать. Помогал в мастерской Кроули, развозил пиццу по выходным. Признаться, и не только ее. Делал все, чтобы у Сэмми была какая-то еда, кроме разваренных макарон, и приличная одежда для школы. Чтобы умница Сэмми выглядел как все нормальные дети из нормальных семей, а не как какой-то бродяга, чтобы не издевались и не дразнили. Конечно, Дин за него любому бы морду набил. Он и бил, но травлю брата старался исключить всеми способами. Он заботился о Сэме всю свою жизнь. Столько, сколько сам себя помнил. Он прогуливал школу, потому что это был единственный шанс не сдохнуть им с голоду и обеспечить будущее для Сэмми. — Тебе было четыре, когда случился пожар... Дин дернул скулой. Он не любил вспоминать о том дне, когда на руках вынес маленького брата из горящего дома. На спине до сих пор остался ожог. Сэм любил водить по нему пальцами ночью, целовать грубый шрам и шептать, что Дин — вся его жизнь. Дин — весь его смысл. — Я помню. — А мне было ровно полгода. Я имею в виду, что не помню мать и почти не помню отца. Моя семья — это ты. И без тебя... Там, в Стэнфорде... я был каким-то уродом. Дин, я не вписался. Мне плохо одному, без тебя. — А как же Джессика? Наивная попытка младшего брата устроить нормальную жизнь с треском провалилась, не продержавшись даже полгода. Впрочем, пытался ли он или скорее делал вид? — У нее день рождения даже в один день с тобой. Дин, все кончено очень давно. Это глупо, что сейчас ты ревнуешь. Ревнует, о да. В день, когда брат по телефону осторожно, запинаясь через каждое слово, сообщил ему о девушке, с которой решил жить в одной комнате, Дин напился в "Алиби", как свинья. Как Фрэнк Галлагер в свои лучшие годы. Напился и разбил машину, врезавшись в столб. Бросил ее на обочине. Дома стены колотил кулаками и выл, сжавшись в комок в углу между кроватью и распахнутым в зиму окном. Надеялся, может, подхватит воспаление легких и сдохнет? Хотя тараканы живучие, а он и есть — таракан. — Да очень мне надо, — буркнул Дин, опуская глаза. Врать брату у него всегда не особо-то получалось. — Не злись. — Сэм подошел к нему сзади, опустил руки на плечи, чуть сжал и в макушку ткнулся губами. — Я взял академ, вернусь к учебе в следующем году, если... ты поедешь со мной. — Издеваешься, что ли? Я и студент? — Думаешь, в Пало-Альто нет автомастерских? Кроули здесь без тебя вполне обойдется, а мы откроем свою. Уедем из гетто, как всегда собирались, но вместе. Будем жить, как нормальные люди. Дин закрыл глаза, щекой прижимаясь к руке младшего брата. Под веками защипало. Вот глупость. — Не думаю, что у нас выйдет, братишка. — Выйдет, если ты будешь верить, как верю я. В наше будущее, верить в нас. Верить, что мы справимся. Мы всегда ведь справлялись. После смерти матери, после того, как отец загремел в психушку и вскоре там умер, после гибели Бобби от случайной пули во время одной из бандитских разборок. После того, как они потеряли Чарли — их солнышко и названную сестренку. — У нас остались лишь мы. Это глупо и невозможно — мне быть одному, без тебя. — Сэмми... — у Дина в горле комок, который не выходило никак проглотить и сказать хоть что-нибудь брату. — Сэмми. Блять... "Сэмми, я пил тут без тебя беспробудно, я лез на стены и столько раз едва не погиб в перестрелках. Мог думать лишь о том, как ты там. А еще днем и ночью представлял тебя с этой Джессикой. Особенно ночью. Извелся. Трахал девочек из борделя Светланы. Подбирал с похожей прической и брал их сзади. Забыться не вышло ни разу". — Сэмми... — Не говори ничего, хорошо? Я все знаю. Ты только скажи, что согласен. — Согласен на все. "Я мог тебе отказать? Хоть когда-нибудь, Сэмми?" Затащил к себе на колени — и правда вырос лосяра, нетерпеливо содрал с брата футболку, помог стащить следом свою. Ему так его не хватало. В губы впился жадно губами. Винчестеры вместе. Это главная константа их жизни.