Эмоциональное выгорание

Потерять свой путь это нормально.

***

Эмоциональное выгорание — понятие, введённое в психологию американским психиатром Гербертом Фрейденбергером в 1974 году, проявляющееся нарастающим эмоциональным истощением.

***

      Шу Куренай является статным парнем с белой гривой и алыми словно рубин глазами. Он является обладателем хорошего, накаченного тела. Его стиль одежды всегда изыскан, он подбирает одежду четко по моде, но при этом зная о погоде. Он никогда не показывает свою боль на всеобщее обозрение, всегда решает всё сам, но даже у таких успешных людей, как Куренай случается эмоциональное выгорание.       Человек просто ненавидит себя за всё, он не понимает, а зачем нам нужно жить, если мы всё равно умрем? В такое время человек может абсолютно ничего не чувствовать и пялиться половину дня в стену, пытаясь собрать мысли воедино. Такие люди чаще всего подвергаются бессоннице, у них пропадает аппетит и они не видят смысла жить дальше. Все их маленькие проблемы кажутся им огромными и что они никогда не решатся. — Шу? Шу! Ты оглох? — пытается докричаться до альбиноса голубоволосый парень, который уже три часа наблюдает за тем, как Куренай складывает какие-то листки в папку, пытаясь открыть нормально файлы, но не получается это сделать и тот пытается снова никак, но он вовсе не бесится от этих злополучных файлов. Хотя, раньше из уст парня могла пролететь парочка отборных матов в попытке засунуть лист в файл, а потом его бешенство, которое так сильно заводило обладателя сиреневых глаз. Но сегодня такой сцены Широсаги наблюдать не мог, Куренай словно выжат… У него нет сил на бешенство, которое так сильно заводит Луи. Широсаги считает милым, когда Шу злится или в бешенстве, он так мило дует щечки, если у него не получается засунуть лист в нужный файл, а потом голубоволосому приходилось помогать и показывать «по новой», как это делается, будто альбинос и сам не знал этого. — Луи, выйди из кабинета, пожалуйста, — тихо просит Куренай, не обращая никакого внимания на Широсаги, который хочет помочь с файлами. — Я, конечно, понимаю, что ты директор этой компании и сам распоряжаешься указаниями, но… Шу, что с тобой? — сиреневоглазый садится перед алыми глазами, пытаясь прочитать по глазам, что творится у Куреная в голове, но всё, что он видит это усталость и крик о помощи в его глазах, — Ты сам не свой… — О чем это ты? Со мной всё в порядке, — Шу выдавливает из себя глупую улыбку, пытаясь доказать парню напротив, что с ним всё в порядке и беспокоится не о чем. — Не ври мне, Шу, — Широсаги злится, он не любит, когда дорогой ему человек врёт ему прямо в глаза. Почему он не может попросить помощи у Луи, если его, что-то беспокоит? Голубоволосый хватает руки парня напротив, сжимая в своих ладонях, как бы давая знак, что всё хорошо и тот может обо всём ему рассказать. — Я серьёзно, Луи, правда, я в порядке, — Куренай выхватывает свои руки из ладоней своего парня. — Вальт сказал, что ты уже третий день подряд не ешь. Шу, почему? — Прошу… Оставь меня одного… Прошу, уходи! — Куренай закрывает лицо руками, не желая слушать. Он же попросил Вальта не говорить об этом, он же знает, как Луи за него волнуется.       Шу резко вскакивает со своего места и стремительно идет к двери. Он не хочет, чтобы Луи видел его таким, таким слабым и уязвимым. Он не вправе во время эмоционального выгорания сдерживать слёзы, это происходит не по его воле. Он идет к двери, пытаясь не расплакаться от своей же ничтожности, что даже не может сдержать слёз перед дорогим ему человеком. Широсаги никогда не видел, как альбинос плачет. Он всегда его видел сильным, напористым. В общем, как Куренай показывал себя для него еще и нежным, заботливым, добрым. В основном это Шу видел, как голубоволосый плачет всегда, пытаясь успокоить его и сказать, что жизнь не стоит на месте и всё будет хорошо, что все беды они вынесут вместе.       Луи резко хватает, пытающегося уйти парня за запястье, прям у самой двери, а тот хочет вырваться из сильной хватки, но Широсаги не позволит просто так уйти ему. Голубоволосый прижимает парня к двери, нависая над ним. — Шу, что тобой сейчас движет? — тихо говорит Луи, прижимая Куреная в деревянную дверь, которую он не успел открыть, оставшись в закрытом помещении с человеком перед, которым он в первую очередь не хотел показаться сентиментальным и расплакаться у него в объятиях. Шу хочет выбраться, толкая парня, но Широсаги намного сильнее.       Сиреневоглазый останавливает взгляд на пухлых вишневых губах. Он касается губ парня, проверяя реакцию, но Шу вжался в дверь и не реагирует совсем. Луи углубляет поцелуй, пытаясь сделать так, чтобы Куренай ответил на него, его язык смело и бесцеремонно проникает в рот, и, поддавшись его напору, Шу все же отдался, не противился, а даже отвечал на поцелуй, а слёзы хаотично лились по щекам из закрытых алых глаз. Разорвав поцелуй, Широсаги сразу смотрит на покрасневшее в слезах лицо альбиноса. — Шу, — шепчет он, целуя открытую шею алоглазого, который в свою очередь запрокинул голову, наслаждаясь поцелуями в чувствительном месте, иногда делая тяжелые вздохи, слёзы всё еще льются непонятно почему и что Широсаги сделал не так? — Шу, — уже прикусывая мочку левого уха, шепчет Луи, параллельно пальцами стирая с щеки соленые слёзы. — Х-хватит, — выдыхает Куренай, пытаясь собраться с мыслями. — Почему ты плачешь? Скажи мне, не говори, что всё в порядке, у тебя ничего не в порядке. Пожалуйста, если тебя, что-то тревожит скажи мне, не скрывай, не пытайся справиться один с этой болью, ведь у тебя есть я, — Широсаги обнимает за тонкую талию алоглазого, а тот в свою очередь уткнулся в плечо своего парня. — У меня эмоциональное выгорание, — только и смог выдавить из себя парень, Широсаги обнял парня еще крепче, пытаясь спасти его от реального мира.