Голосовые сообщения

Утром следующего дня я проснулась от звона будильника, который стоял на 7:35. Сегодня учебная суббота. Ненавижу учебные субботы, которые добавились к вещам, которые я ненавижу когда я была в четвёртом классе. Ещё минут пять я ворочалась на кровати, после чего всё-таки смогла найти в себе силы для того, чтобы встать с кровати. Встав с кровати я направилась на кухню, чтобы позавтракать перед школой. Когда я пришла на кухню мама и папа уже сидели за столом и завтракали. Не прошло и двух минут, как родители вновь решили поусмехаться надо мной: «Смотрите-ка, кто наконец-то проснулся! Это же наша коровушка.» — сказал папа с насмешкой, смотря на меня. «Я вот никак не могу понять, зачем ты вообще завтракаешь. Тебе бы поголодать пару дней. Заодно сбросишь лишний вес.» — сказала мама с насмешкой, смотря на меня. Я грустно опустила голову и взгляд, скрестив руки. Хоть подобное и продолжалось уже который год, но я до сих пор не привыкла и мне максимально неприятно. Это началось 3 года назад, когда мне было 12. Сейчас мне 15, как и Алисе. Она даже младше меня на полторы недели. Я не понимаю и наверное, никогда не пойму почему надо мной насмехаются родители за то, чего у меня нет. Я сама по себе очень стройная, возможно даже слишком. Я скорее близка к анорексии, нежели к ожирению. Я медленно прошла на кухню и заняла свободное место за столом. Завтракать мне пришлось под насмешки со стороны родителей. Всё как обычно. Закончив с завтраком я встала из-за стола и направилась в свою комнату, не поднимая ни, головы, ни взгляда, под нескончаемый поток насмешек со стороны родителей. Зайдя в свою комнату, несильно хлопнув дверью я начала готовиться к школе. Сначала я собрала рюкзак. К моему счастью и удаче у меня сегодня всего лишь 4 урока, а именно: музыка, биология, химия и литература. Закончив с рюкзаком я сменила пижаму на белую рубашку с пуговицами в виде чёрных звёзд, колготки нежно молочного цвета и тёмно-синюю юбку чуть ниже колен. Убедившись, что я ничего не забыла я накинула на плечи рюкзак, на котором висели значок с ЛГБТ. флагом и значки с героями различных аниме сериалов и фильмов. Например, Лайт из «Тетради Смерти», которая является моим любимым аниме. Затем я вышла из своей комнаты и направилась в прихожую. Проходя мимо кухни я заметила, что родители ещё завтракают. Они не работают по субботам и воскресеньям. Везунчики фиговы. Дойдя до прихожей я обулась, накинула куртку, сняв её с вешалки, после чего вышла из квартиры и направилась в сторону своей школы. Мне казалось, что уроки длились вечность, особенно химия, которая была последним из четырёх уроков. Стоило мне выйти за ворота школы, как меня окружила кучка хулиганов. Среди них были как мальчики, так и девочки. Я прижалась спиной к забору, прекрасно понимая, что сбежать у меня нет шансов. Я знала, что скорее всего произойдёт дальше. Единственный плюс прижаться к забору — на меня с меньшей долей вероятности попадут капли недавно начавшегося дождя. Классика. Избиение под дождём. Алиса скорее всего, не дала бы меня в обиду. Она неоднократно рассказывала мне о том, что её боятся все хулиганы из её класса и параллели. Всё из-за того, что она ходит на карате с 1 класса. В один момент вперёд остальных хулиганов вышла их лидерша — Лиза. «Вы только посмотрите на неё. Она видимо, думает, что мы не отстанем от неё, если она прижмётся к забору.» — сказала Лиза, смотря на своих друзей. Затем Лиза сделала 3 шага ко мне. «Солнце, это так не работает.» — сказала Лиза, схватив меня за подбородок, оттянув от забора и смотря в мои глаза, с ухмылкой. Потом Лиза заметила мой телефон в кармане моей куртки, отпустила мой подбородок и достала его оттуда, после чего якобы случайно уронила на асфальт. От этого телефон разбился в хлам. «Ой. Какая же я неуклюжая…» — саркастично начала Лиза, но не успела договорить, поскольку я перебила её, сказав так, чтобы только она: «Сука.» «Что ты сказала, Элли?» — спросила Лиза, смотря мне в глаза. «Что ты — неуклюжая сука.» — ответила я ещё не в полный голос, смотря Лизе в глаза. «Повтори, я не расслышала тебя.» — потребовала Лиза, смотря мне в глаза. «Что ты, Лиза — неуклюжая сука.» — сказала я уже в полный голос, смотря Лизе в глаза. Я решила, что мне уже нечего терять, да и нет смысла даже мечтать о том, что я сегодня вернусь домой целой и невредимой. Лиза влепила мне знатную затрещину, после чего ухмыльнулась и развернулась к своим друзьям. «Избейте эту лесбиянку с ненормальным музыкальным вкусом и дурными манерами!» — приказала Лиза, указывая на меня пальцем, перед тем, как уйти в сторону ближайшего торгового центра, который находился буквально напротив ворот школы. Хулиганы синхронно прохрустели шеями и костяшками пальцев, после чего приступили к выполнению приказа Лизы. Избиение продолжалось довольно-таки, долгое время, пока вся моя одежда не оказалась в грязи, а в некоторых местах даже появились дырки + к тому моменту я полностью промокла под дождём. На моём теле появились различные раны: царапины ссадины и синяки и т. д. Моё лицо было полностью разбито, нос, брови и подбородок оказались сломаны. Вместо лица у меня было кровавое месиво. А ушли хулиганы лишь тогда, когда я потеряла сознание на сравнительно недолгое время. Я пробыла в отключке всего лишь 3 минуты. К тому моменту, как я окончательно очнулась хулиганов уже и след простыл. Подобные избиения происходили каждую субботу. Иногда я могла встать на ноги сразу, а иногда нет, например, как сегодня. Меня избивали за то, что я толстая, являюсь лесбиянкой, за то, что у меня якобы ненормальный вкус в музыке. В то время, как все остальные слушают БИ-2 и pyrokinesis мне было достаточно голосовых сообщений от Алисы. Она была моей неизлечимой болезнью. Очнувшись я приподнялась на локтях и попыталась доползти к своему телефону, но резкий приступ кашля помешал мне спустя пару секунд. Приступ прошёл спустя 3 минуты. Немного придя в себя после приступа кашля я заметила на асфальте пятна крови. Я уже успела привыкнуть к подобным последствиям постоянных избиений. Мне оставалось лишь смириться с тем, что никто ни за что не станет мне помогать, даже родители, что уж говорить о прохожих и учителях. Спасибо, российский менталитет. Спустя некоторое время мне всё-таки удалось кое-как доползти до телефона. Удивительно, что я вообще смогла сдвинуться с места, поскольку всё моё тело ныло и болело, но я забила на это. Боль — всего лишь чувство, которое вполне реально перетерпеть. Мне было пофиг на то, что эти твари избили меня, меня волновало лишь то, что они разбили мой телефон, превратив его в кусок металлолома. Родители явно наорут на меня и накажут за то, что я разбила телефон, купленный за 17000 рублей. Это было неизбежно. Я кое-как встала на ноги, отряхнулась, вытерла лицо бумажным платком, предварительно достав его из упаковки, которая лежит в одном из карманов моей куртки и положила то, что до этого было моим телефоном в левый карман куртки. Обернувшись, чтобы посмотреть на то, в каком состоянии остался рюкзак после избиения я удивилась, поскольку он всего лишь немного запачкался и был мокрый от дождя. Дырок не было. Значки никак не пострадали. Тяжело вздохнув я направилась домой. Зайдя в квартиру я медленно и аккуратно разулась и сняла куртку, переложила телефон в верхний карман рубашки, после чего повесила куртку на вешалку и направилась в свою комнату, надеясь, что родители меня не заметят. Все мои надежды ушли коту под хвост. Стоило мне пройти мимо кухни, как мама преградила мне путь, встав передо мной. «Смотрите-ка, кто вернулся. Это же наша актриса погорелого театра!» — воскликнула мама с насмешкой, смотря на меня. Я грустно опустила голову и взгляд. Затем мама приподняла моё лицо за подбородок и сказала с насмешкой, рассматривая моё лицо: «На этот раз раны и синяки получились по реалистичнее, чем в прошлый раз.» Я не поднимала взгляд, делая вид, что ничего не слышу и не всё нормально. Мама заметила разбитый экран моего телефона буквально, в следующую минуту и отпустила мой подбородок, после чего достала телефон из кармана моей рубашки. " Серёжа, иди сюда! Срочно!» — воскликнула мама, слегка повернув голову в сторону кухни, в которой находился папа. Папа очень быстро пришёл к нам, примерно через 10-15 секунд. «Что такое, Марина?» — спросил папа, смотря на маму, заинтересованно выгнув бровь. «Всё просто. Наша дочь умудрилась разбить в хлам телефон за 17000 рублей.» — ответила мама, смотря на папу и показывая ему телефон. Примерно две минуты папа рассматривал мой телефон, после чего начал на меня кричать. Спустя несколько секунд к крикам папы присоединились крики мамы, создавая цунами, почти оглушая меня. Это продолжалось на протяжении 20 минут. «Ну, всё. С этого момента ты на домашнем аресте на месяц!» — последняя фраза папы, на которой цунами из криков закончился. Да они издеваются! Почему я постоянно огребаю за то, в чём не виновата?! Я не сильно топнула ногой и ушла в свою комнату. Зайдя в свою комнату я сильно хлопнула дверью, после чего легла на кровать лицом в подушку и начала сильно бить кулаками по кровати, в то время, как подушка постепенно намокала от моих слёз. У меня было ощущение, как будто внутри ничего нет, будто мне выпотрошили все внутренности. Мне было невыносимо больно от того, что меня постоянно обвиняют и наказывают толком не разобравшись в ситуации. Также, особую боль мне доставляло то, что сейчас я не могу написать Алисе и пожаловаться, как делала до этого, поскольку мой телефон превратился в кусок металлолома и находится у родителей. Я смогла более, менее успокоиться только через полчаса. Я лежала на кровати и прерывисто дышала, изредка всхлипывая. К тому моменту родители ушли в гости к своим друзьям. Это я поняла по тому, что пару секунд назад входная дверь очень громко хлопнула. «За что мне всё это?» — чуть ли не крича спросила я, продолжая прерывисто дышать и всхлипывать. Я понимала, что мне никто не ответит. Это был недо-крик от безысходности и усталости от жизни вообще. Если присмотреться к моим рукам, то можно было заметить шрамы от порезов. Я резала себя каждую субботу, тогда, когда родителей не было дома. Я делала себе 2-4 довольно-таки, глубоких пореза. 2 мне часто не хватало. Сейчас на моих руках в общей сумме 12 порезов. Сегодня ровно месяц с того дня, как я сделала первые несколько порезов. Алиса знала об этом всём. Она не раз говорила, что мне надо сходить к психологу, но я не решалась на это из-за отмены врачебной тайны, когда дело касается подростков. Наверное, если бы Алиса была рядом, то помогла бы мне успокоиться, и вытравила бы из моей головы мысли о самоубийстве. Она всегда помогала мне успокоиться и пыталась отвлечь меня от мыслей о самоубийстве, когда я писала ей о том, что мне хреново или что-то подобное. Сегодня, сейчас мне было особенно хреново, а я как назло не могу написать Алисе. Сделав пару, тройку глубоких вдохов и выдохов я встала с кровати, сменила порванную и грязную школьную форму на пижамные шорты голубого цвета и белую футболку с принтом разноцветных рыбок по середине, после чего села на кровать, достала лезвие из верхнего ящика прикроватной тумбы и сделала четыре пореза на предплечьях. Сначала на правом, а после на левом. Мне не стало легче… Я слышала о том, что если принять от 2 до 10 грамм «Фенобарбитала», то можно умереть. Надо бы проверить. Заодно, если повезёт, то избавлю своих родителей от проблемы, которая преследует их уже 15 лет, то есть от себя. В аптечке на кухне явно есть это лекарство, поскольку моя мама эпилептик. Я протёрла лезвие бумажным платком, очистив его тем самым от своей крови, а после уже новым платком вытерла излишки крови с глубоких порезов на предплечьях. Затем я тяжело вздохнула, встала с кровати и направилась на кухню. Зайдя на кухню я подошла к шкафчику, на одной из полок которого стояла аптечка и достала её, после чего поставила на столешницу. На то, чтобы найти нужные мне таблетки и взять нужное количество этих самых таблеток я потратила 4 минуты. Затем я поставила аптечку на место и закрыла шкафчик, после чего пошла обратно в свою комнату. Я собиралась принять таблетки в своей комнате, лечь на кровать и заснуть, надеясь не проснуться. Надо бы ещё чем-то запить таблетки, а то я не смогу быстро заснуть из-за того, что они, насколько я знаю очень горькие. К моему счастью, в моей комнате, на прикроватной тумбе всегда стоят стакан и бутылка воды, которая идеально подойдёт для того, чтобы запить ею таблетки. Когда я зашла в свою комнату, то села на кровать, налила воду в стакан, после чего приняла таблетки, запила их водой и легла спать. Мне было немного страшно и чуть-чуть волнительно, но всё это отошло на второй план. На первом плане стояло то, что мне скорее всего, станет легче раз, и навсегда Спустя некоторое время моя душа покинула тело и меня не стало. Мне удалось… Осталось надеяться, что рай существует на самом деле, и я туда попаду.