Порядочный студент

Малькольм изучал свидетельства некой Н. Олден уже неделю и сравнивал, читал, исправлял и думал. Много думал. И пришел к выводу, что что-то тут определенно не сходилось. Во-первых, все записи касательно прочесывания местности, которое он проводил, были уничтожены. Малькольм догадывался, кто мог это сделать и почему. Не нужно было бы уничтожать записи, если бы в них не содержалось ничего компрометирующего. Детектив отчетливо помнил выходящих из леса Абрахама и девушку в голубом платье. Если подозреваемый – Абрахам, значит и эта компрометирующая информация, скорее всего, касалась его. Во-вторых, девушка упоминала нож. Нож, который пару месяцев назад обнаружил Седрик и из-за которого он встретился с главным подозреваемым. Но никто в полиции об этом ноже не знал, зато о его связи с этим ножом знал подозреваемый и если он всплывет как аргумент в его деле, то Эйб сразу поймет, что Малькольм как-то связан с полицией. Понять его роль в деле, с учетом, что он не состоит в основном штабе полиции Оксфорда, будет довольно легко. Поэтому прежде, чем использовать нож как аргумент нужно точно убедиться, что подозреваемый и есть убийца. В-третьих, самый основной аргумент свидетельницы – свитер, цвета ржавчины. Н. Олден сказала, что не видела лица убийцы, но видела такой же свитер на Абрахаме, и соответственно, сделала вывод, что он и есть маньяк. Девушка утверждала, что видела процесс убийства и закапывания тела, но боялась, что маньяк её видел и опасалась преследования и только сейчас набралась смелости. Малькольму это не показалось странным, потому что детектив на своем опыте убедился, что люди полны иррациональных страхов и необъяснимых переживаний. Это и есть та единственная черта, которая отличает нас от машин и делает ценнее, чем они. И хотя, по долгу работы, Малькольм презирал эмоции людей, он все же считал, что нет большей кузницы для искусства, чем чувства. В любом случае, что-то здесь было нечисто и Малькольму предстояло выяснить, что именно. *** Полицейская машина остановилась около кромки леса. Из неё вылез следователь и Седрик, глаза и уши Малькольма, с заднего сиденья показалась Нэнси. - Вы точно помните это место? – спросил следователь. - Такое не забудешь, - с всхлипом ответила девушка. - Хорошо, тогда показывайте, - скомандовал следователь. Нэнси шаткой походкой огибала коряги и выпирающие корни, подгибала ветки и морщилась от попадающих в рот волос хвоста. Следователь и Седрик шли за ней внимательно переглядываясь. Малькольм оповестил Седрика касательно своих сомнений, кроме, пожалуй, ножа. В момент, когда Малькольм рассказывал об этом Седрика кольнуло чувство вины. Ведь эта свидетельница строила ему глазки. Девушка была очень симпатичная, он не смог отказать и проболтался о том, что в городе появился детектив. О не рассказал, конечно же, о том, кто это и где он обитает, естественно. Малькольм так настаивал на анонимности, так что он просто выдал ей факт о приезде детектива. Чтобы Малькольм не злился. Нэнси вышла к недострою. Пыльный серый дом, двухэтажный, с небольшим крыльцом и протоптанной дорожкой, но с железной дверью и окнами. Дом казался пригодным к жилью, но явно был заброшен пару десятилетий, весь заросший. Нэнси победно улыбнулась, но мгновенно вернула на лицо унылую мину, когда следователь и стажёр с ней поравнялась. Седрик включил видеокамеру (по настоянию Малькольма) и сказал: - Пойдемте? Нэнси ещё раз всхлипнула для профилактики, и следователь взошел на крыльцо. Открыл железную дверь (замок был вырван с корнем) и вошел на первый этаж. - Здесь должен быть алтарь, - кивнула Нэнси. – в той комнате, я там из окна видела, с небольшого холмика рядом. Следователь кивнул и прошел в соседнюю комнату. - Большой алтарь, из дерева и со свечами, пропитан кровью, вы не пропустите, - слишком заинтересовано шептала Нэнси. Первым зашел Седрик с видеокамерой, следователь чуть помедлил и вошел следом. Нэнси стояла на входе и мялась. Она, честно сказать, ожидала более бурной реакции. - Ну что там? – крикнула, не выдержав, она. - Тут ничего нет, - ответил Седрик. Сердце Нэнси ухнуло вниз.