Банальная ненависть

Неделя пролетела с ужасающей скоростью. В воскресное утро тишину леса нарушил гул вертолета, а через пятнадцать минут в домик ворвались две красивые женщины, за которыми медленно вошел Феликс. Картина, представшая перед их глазами, умилила обеих дам, а зеленоглазого сопровождающего заставила высоко поднять брови. На пожеванном диване сидела Шарлотта и читала книгу, на полу, удобно устроившись в ногах девушки и положив руки на ее колени, Вилар готовился к экзаменам. При этом синеволосая бестия легонько теребила одну из светлых прядей своего соседа. - Привет! – поздоровался парень, отрываясь от учебника и радуясь, что сладостная пытка закончилась. От прикосновений девушки хотелось мурчать. - Здрасти, - выдавила из себя Брант. - Доброе утро! Я вижу, вы поладили, - произнесла мать Шарлотты, широко улыбаясь. – Милая, - обратилась она к дочери, - почему ты в таком виде? – женщина недобро взглянула на наряд девушки – мужские шорты и рваная футболка, сползшая с одного плеча. - Меня устраивает, - синеволосая бестия вздернула носик. - Ох, сколько я ее просил одеваться женственней, без толку, - выдохнул парень, получив коленкой по ребрам. - Ничего, Себастьян! Перевоспитаем, - госпожа Брант улыбнулась. - Вы бы в следующий раз стучали, а то мало ли чем мы могли тут заниматься, - произнесла Шарлотта, проводя пальцами по шее своего жениха, отчего у того побежали мурашки по всему телу. - Шарлотта! – мать девушки аж побагровела. - Успокойтесь, - улыбнулась госпожа Вилар, - влюбленные все такие. Ладно, детки, собирайтесь! Возвращаемся домой! Вертолет рассекал лопастями холодный воздух над горами. В салоне было шумно, поэтому все молчали. Себастьян, измотанный утренними проверками на стойкость, вырубился, прислонившись к стеклу. Брант долго наблюдала за спящим парнем, вспоминая прошедший месяц, а затем осторожно уложила его голову к себе на плечо. За всем этим безмолвно наблюдал Феликс, который не произнес ни одного слова за все пребывание в охотничьем домике. Его зеленые глаза перехватили алмазное сияние глаз Шарлотты. Девушка отчего-то смутилась, но взгляда не отвела. Молодой человек усмехнулся и отвернулся к окну, разглядывая пейзаж. Брант поджала губу и обеспокоенно скосила взгляд на дремавшего Себастьяна, ей не понравилось то, как Феликс отреагировал. Неужели он что-то заподозрил? Шарлотта проснулась рано. Необходимо было подготовиться к выходу в «свет», точнее в школу. Девушка с радостью распахнула дверцы шкафа. Одежда приветливо встретила ее своими яркими, привычными красками. Никаких идиотских оборочек и кружавчиков. Она выудила из глубин гардероба штаны цвета хаки и черную майку. Ярко-зеленый бюстгальтер, любимые кеды с крокодилами, наушники. Волосы Брант забрала в хвост. Густо накрашенные ресницы, блеск. Сумка через плечо. Девушка скептически осмотрела себя с ног до головы в зеркале. Осталась довольна. Грохоча по лестнице, она «скатилась» вниз, где ее мать готовила завтрак. — Мам, не напрягайся, я поем в школе, — Шарлотта направилась к дверям. — Милая, ты бы переоделась… — женщина покачала головой, осматривая наряд дочери. — Я нормально выгляжу, — со вздохом ответила бунтарка, она махнула рукой и закрыла дверь. Девушка вылетела за ворота и нос к носу столкнулась с зеленоглазым принцем. По обыкновению, Себастьян был в костюме и при галстуке. Брант хмыкнула и уселась на его байк, припаркованный у забора. — Чего стоим? Кого ждем? Поехали, муженек! — ухмыльнулась синеволосая бестия. — И тебе утра доброго, — вздохнул Вилар, мысленно передергиваясь от приветственного обращения Шарлотты. Черно-зеленый байк влетел на территорию школы и вызвал бурю эмоций у школьников. Визг толпы девчонок в коротких юбочках оглушил новоприбывших, напрочь отбив желание посещать данное заведение, носящее гордое название элитной школы. Парень стащил с себя шлем и помог девушке спуститься. Когда Шарлотта сняла с головы шлем, по толпе ненормальных фанаток прошелся ропот. Визги стихли, уступая место гробовой тишине, а затем возмущенному шепоту. — Она его девушка? — Бред… — Это же Брант! — Она и Себастьян? Вы шутите? — Чушь полнейшая… Гомон давил на нервы. За месяц оба объекта обсуждения так привыкли к тишине, что полностью забыли каково это — школа. Шарлотта раздраженно повела плечами. Ее нервировали взгляды и перешептывания. Дабы развеять все сомнения, она повернулась к Вилару. — Ничего лишнего не подумай! — произнесла девушка, прижимая его к байку и впиваясь в его губы. Блондин ошалел от такого натиска и поначалу слегка завис, пытаясь справиться с бурей эмоций. Но потом его веки опустились, руки непроизвольно стиснули такую желанную девушку в объятиях. Поцелуй был глубоким, шум крови, несущейся по венам со скоростью звука, заглушил восклицания и удивленные крики толпы. Стало жарко и невыносимо больно от переизбытка чувств. Наконец, Шарлотта прервала поцелуй. Оба тяжело дышали. Губы чуть опухли. — Ну, пошли в класс, — произнесла Брант, заправляя несуществующую прядь за ухо. Парень лишь кивнул и последовал за спутницей, держа ее за руку. У него в голове не укладывалось, что Шарлотта сама же нарушает свои правила. Ведь можно было обойтись и без публичного поцелуя. Тем более такого. Сердце до сих пор порывалось вылезти через горло, руки чуть подрагивали… Себастьян уж молчал об остальных органах, на которые влияла необузданная страсть синеволосой. Класс встретил парочку молчанием. Руки расцепились, и каждый приземлился на свое место. Девушка отвернулась к окну, натянув наушники. Вилар лишь вздохнул и стал готовиться к тесту. Неожиданно на его плечо обрушилась рука, знакомый голос ворвался в сознание: — Аха! Попался! — Роберт обогнул товарища и уселся на стул. — Ну, рассказывай… — Что? — блондин уставился в ярко-карие глаза. От Алена так и перло любопытством. — Как что?! Вы ж месяц жили вместе! — на весь класс возмутился брюнет. Взгляды устремились на Себастьяна. Школьный принц обезоруживающе улыбнулся и метнул грозный взгляд на громкоговоритель по имени «Роберт». Тот понял все без слов и ретировался на своё место. На большой перемене, как и полагается всем парочкам, Вилар и Брант обедали вместе, на крыше. К ним присоединились Ален и Андре. Элоиза то и дело краснела, бросая взгляды на кареглазого брюнета. — Вы достали, — не выдержала Шарлотта, отбирая у Элоиза помидорку «черри».  — Шарли, — каштановолосая красавица с обидой посмотрела на подругу. Андре обожала эти маленькие красные «шарики» и никогда ни с кем ими не делилась. — Это месть, — усмехнулась синеволосая и стырила вторую помидорину. — За что? — шатенка надула губки. — За идиотские вопросы… — Шарли, Элоиза не вино… Эй! — Ален офигел от человеческой наглости, которую проявила голубоглазая ехидна, стащив из его коробки с ланчем сэндвич. Себастьян наблюдал за всем этим с ироничной улыбкой. Ему безумно нравилось проводить время вот так, вчетвером, без толпы орущих девиц, которые совали ему еду. Пока он созерцал борьбу Шарлотты и Роберт на вилках за аппетитный омлет Брант, Элоиза пыталась успокоить разошедшихся друзей. Выходило это у нее плохо. В итоге, чтобы закончить ненужный спор, блондин ухватил пальцами лакомый кусочек и отправил себе в рот. — Офигел! — в один голос заорали на него недавние соперники. Да так, что бедный Вилар чуть не подавился. Он закашлялся и побагровел. Шарлотта захихикала. Роберт начал активно колошматить друга по спине. Элоиза совала чашечку с чаем. — Ты меня убьешь, придурок, — наконец, смог выдохнуть Себастьян. — Ой, блин. А надо бы, за омлет! — произнесла Брант, вытирая слезы. — Шарли, разве так можно, он же твой парень! — зашептала Элоиза. — Вот-вот, — поддакнул шатенке Вилар. «Стерва, убить меня хочешь?» — говорил его взгляд, направленный на «любимую» девушку. — Ой, милый, прости, — наигранно проворковала синеволосая: «Все может быть!» — ответила Шарлотта. Ален, следивший за всем этим, пару раз дернулся, как от удара, по спине пробежали мурашки от таких любезностей. — А вы точно встречаетесь? — поинтересовался брюнет. — А что? Не заметно? — подняла бровки Брант. — Тебе нужны доказательства? Такие, как сегодня утром, подойдут? Себастьян нервно сглотнул, вспоминая утреннюю феерию. Он не был готов еще раз пройти через подобное. Нет, блондин ничего не имел против страстных объятий и поцелуев, но не на публике же! Именно с Шарлоттой он хотел быть наедине, чтобы только ему она показывала эту свою сторону… — Ладно-ладно, верю, — произнес Роберт, пятясь назад и краснея. Шарлотта рассмеялась, Элоиза улыбнулась, Себастьян нахмурился. Ему не нравилась эта игра в кошки-мышки, но иначе быть с этой бестией он не мог.