(Недо)камин-аут

      Намджун давно привык к странностям Тэ, даже находил их очаровательными, но всему есть предел. - Ты совсем умом тронулся?! - Слегка повысил он голос от удивления, - Юнги тут причём вообще?! И с чего вдруг мне с ним трахаться?! Охренеть у тебя фантазия! - Не надо вот тут мои умственные способности комментировать и голос на меня повышать! - Не остался в долгу Тэхён, - а на фантазию не жалуюсь, спасибо! Только я не это имел ввиду вообще-то.       Намджун смотрел на него и совершенно не понимал, что творится в этой распрекрасной голове. Обнаженный Тэхён уже сидел у изголовья кровати беззащитно обняв колени и выглядел бы мило, если бы не горящий необъяснимым гневом взгляд исподлобья. Он был похож на загнанную в угол, но готовую к атаке зверушку. Лидер протянул к нему руку, желая успокоить, пригладив растрёпанные волосы, убрать с глаз чёлку, которую тот безуспешно попытался сдуть, но Тэхён дёрнулся в сторону, не позволяя. - Ну и что ты имел ввиду? - Намджун устало вздохнул, поняв что самому ему такое поведение любимого разгадать не под силу. Он осторожно придвинулся к спинке кровати с другой стороны, прислонился к ней и сделал незаинтересованный вид. Он видел в какой-то передаче про приручение одичавших животных, что желательно вести себя максимально нейтрально, показав своё дружелюбие, но и не сильно досаждая вниманием, чтобы не раздражать животное, а позволить его любопытству взять верх над страхом и самому пойти на контакт. Он невольно улыбается такому сравнению: забавно, что такое приходит ему в голову сейчас, Тэ-Тэ бы наверное обиделся. Но, кажется, это срабатывает. - Ишь, разулыбался! Приятное что-то вспомнил? - Его зверёк идёт на контакт ехидно и немного агрессивно.       Тэхён не собирался истерить или по-бабски закатывать сцены, но голос его предательски дрожит и он ничего не может с этим поделать, только добавить в него немного злости. - Если было так хорошо, нафига было сюда приезжать?! Ещё и ко мне идти!       Намджун стукается головой об изголовье, потом ещё раз. Хочется раз десять постучать, может тогда что-нибудь сложится в голове из тэхёновых слов и станет понятнее его поведение. Тот уже даже забыл, что они находятся в номере Намджуна. - Детка, объясни мне так, чтобы я понял: где и с кем я, по твоему мнению, мог уже потрахаться, и откуда такие выводы? - Понемногу теряет терпение Джун. - Я же ещё и объяснять должен?! - Фыркает Тэ, но всё же вносит ясность: - Тут видимо очень гостеприимный народ и нравы свободные - Европа же! Подогнали вам там девочек для расслабона. Обычное дело, тут наверное. А ты по девочкам поди соскучился, всё я да я...       Лидер потряс головой, пытаясь уложить слова Тэхёна в своей голове. Младший никогда раньше его не ревновал. Абсолютно. И никогда не вспоминал, что до него у Джуна были только девушки (но кажется, про себя немного гордился, что тот ради него сменил ориентацию, как он считал). - Детка, ну и с чего ты взял, что мне интересны девочки? Даже если бы нам действительно их предложили, я бы оставил такое "угощение" Юнги... - "и уехал к тебе" ему договорить не дали. - Я тебе не детка, хён! - Продолжал вредничать Тэ. - То есть ты озвучил свои предпочтения и тебе мальчика подогнали?       Намджун понял, что пытаться понять этот бред бесполезно, да и нервы у него всё же не железные, терпеть эти нелепые обвинения дальше. Это обидно в конце концов, разве он давал повод? Он резко разворачивается и дёргает обнажённые лодыжки, роняя сидящего Тэ-Тэ на спину, тут же нависая сверху, привычным движением закидывая одну его ногу себе на поясницу и придавливая к постели всем телом. Он вдруг осознает, что несмотря на перепалку (а возможно и из-за неё) снова возбуждён, а от такой позы член моментально встал ещё крепче. Джун никогда не собирался брать Тэ-Тэ силой, но сейчас, будто не видя других аргументов или понимая их бессмысленность, он удерживает одну из отталкивающих его рук одной рукой, второй направляя его к уже растянутому им ранее анусу. По собственной сперме он легко скользит внутрь одним движением, ловит освободившейся рукой другое запястье Тэхёна и вжимает в постель. Распятый под ним Тэхён перестаёт трепыхаться, но Намджун всё ещё зол, он снова остервенело толкается в поверженное тело, будто желая того усмирить. - Зар-р-раза такая! - Рычит он. - Блядь, даже когда мы ругаемся я хочу тебя! А после нескольких грубых фрикций он постепенно осознаёт, что практически насилует своего малыша, а у самого почему-то зажмурены глаза. И немного боится их открыть, остановившись.