Бывают дни

— Я бы попросил вас быть более сдержанными, — второй помощник режиссера обводит глазами основной каст и останавливается на главных виновниках этого стихийного собрания, — вы же не хотите повторения истории с «Неукротимым»? Актеры второго плана согласно кивают, переглядываются и уверяют руководство в собственной непогрешимости. Гун Цзунь едва заметно качает головой, а Чжэхань делает вид, что ему и вовсе вся эта лекция ни к чему. «Быть сдержаннее» думает Гун Цзунь и ласкает партнера взглядом, «баюкает» в крепких руках. Репетируя сцену за сценой, накатывает на Чжэханя волной, сминает личное пространство и скрывает их от любопытных взглядов за широким, белоснежным веером. «Быть сдержаннее» вспоминает Чжан Чжэхань и встает на цыпочки, чтобы поправить Саймону волосы, щекочет мягкой кисточкой аристократический профиль, скользит ладонью по спине, тычет пальцем в бок, укладывает голову на плечо, теребит складки ханьфу. Тело Гун Цзюня помнит десятки таких прикосновений, а жаждет еще больше, всякий раз наполняясь звенящей радостью. Бывают дни когда Саймон физически нуждается в объятьях партнера, без них он чувствует себя страшно одиноким среди круговерти стаффа. Он придумает безобидные розыгрыши, шутит и дурачится, только бы видеть как смеются глаза «А-сю», как тянется рука, чтобы ухватить Цзюня за плечо, остановить это «форменное безобразие», поймать нарушителя и притянуть к себе на несколько секунд дольше, чем того требуют приличия. Бывают дни когда лао Чжан «беременеет» смешинкой и съемки превращаются в комик-шоу. — Оставь уже нашу семью в покое, дед, мне не так много осталось! — Чжэхань задыхается смехом и валится на спину, утягивая за собой Саймона. Стафф делает вид, что ничего не происходит, а они возятся друг с другом словно молодые щенки, пока «Е Баи» закатывает глаза, забывает реплики и размахивает мечом, беззлобно матерясь. Бывают ночи, когда все что нужно Гун Цзюню, это упасть в объятья Чжэханя, поглаживать подушечками пальцев по бедру и ощущать как руки, бережно обнимающие его, слегка дрожат. Он хитро улыбается, считает вспышки камер и старается не думать о том, сколько поводов для «компромата» появится завтра в сети. Они танцуют на мосту и меньше всего это похоже на фильм о боевых искусствах. Чжан течет сквозь руки Гуна словно вода, шутливо склоняет голову, ускользает и приближается в ритме влюбленного сердца. Это невозможно не заметить, трудно игнорировать и нельзя остановить. Бывают дни когда Чжэхань переходит все границы и смотрит на Гуна так, что тот едва успевает закрыть их веером и тихо шепчет: «Хватит, лао Чжан, ты сведешь меня с ума, а нас обоих под монастырь». В такие моменты Чжэхань непростительно, запредельно, бесстыдно красив. Он перестает быть кокетливым, провоцирующим и смешным, а становится просто счастливым.