Мой принц

Шэнь Цинцю ворочался с боку на бок. Он нахмурился, подняв руку, чтобы заслониться от яркого утреннего света, который больно слепил ему глаза. Он вздохнул и поискал подушку, чтобы схватить и обнять. Шэнь Цинцю замер, когда понял, что то, что он притянул к себе, было не его любимой подушкой, а теплой мускулистой плотью. Он медленно открыл глаза и вытаращился, когда его взгляд встретился с парой сосков, в комплекте со следом укуса на боку и идеальными мышцами живота. — Доброе утро, Сяо Цзю. Пара губ прижалась к его лбу. Лицо Юэ Цинъюаня все еще было таким же красивым, несмотря на то, что он едва проснулся. Он сел и потянулся. Шэнь Цинцю все еще смотрел, все еще потрясенный — потому что, черт возьми, что он сделал, проснувшись в комнате Юэ Цинъюаня? Юэ Цинюань встал и схватил халат, который лежал на полу. Он направился к тазу с водой, чтобы умыться. Шэнь Цинцю оставался в своем положении неподвижно целых десять секунд, прежде чем, наконец, поднял одеяло, молча проклиная свое полное обнаженное состояние. Как он мог быть таким беспечным, напиться и переспать с человеком, с которым поклялся никогда больше не связываться? Хуже всего то, что он помнил, как это делал! Вчера вечером перед встречей пиковых лордов, кто-то почему-то подумал, что было бы хорошей идеей подшутить над своими боевыми братьями и сестрами, подлив им в чай самый крепкий алкоголь, который у него был. Лю Цингэ затеял драку с Ци Цинци. Шан Цинхуа пел и танцевал под песню, которую Шэнь Цинцю никогда раньше не слышал («Это Леди Гага, как ты ее раньше не слышал?!» — выл он). Вэй Цинвэй начал плакать, как старик, собирающийся выдать замуж свою дочь, в то время как Му Цинфан в неожиданном повороте сюжета рассказывал грязные шутки. Что же касается Шэнь Цинцю? Он потерял всякую сдержанность и рациональность и забрался на колени Юэ Цинъюаня, требуя ответов на вопросы, которые он давно задавал, но никогда раньше не слышал того, что хотел. О, и он также признался Юэ Цинъюаню и рассказал о том, как он был опустошен тем, что Юэ Цинъюань не был тем, кто лишил его девственности. Это могло бы привести к их нынешней ситуации. Юэ Цинъюань был на грани отклонения ци, когда он признался во всем, что Цю Цзяньло сделал с ним в пьяном состоянии, и чтобы отвлечь внимание человека, он попросил Юэ Цинъюаня заменить эти плохие воспоминания новыми. Цю Цзяньло был мертв, и Шэнь Цинцю отомстил. Тем не менее, Шэнь Цинцю теперь официально убил свою репутацию, сидя на коленях Юэ прошлой ночью. У него было сильное желание пойти и содрать шкуру с Шиди за то, что он подсыпал в чай, а потом навсегда уйти в уединение. По крайней мере, к тому времени, когда они начали целоваться, они добрались до спальни Юэ Цинъюаня, так что Шэнь Цинцю не нужно было поджигать гору или сбрасывать какое-то стирающее память зелье в реку, где все набирали воду. Он оделся со скоростью света — даже не потрудившись завязать волосы — и выбежал из комнаты. Шэнь Цинцю летел на своем мече — только чтобы понять, что с Сю Я что-то не так, и потерял равновесие. Последняя мысль, которая пришла ему в голову перед тем, как он упал с меча и расколол себе череп, была: Черт, неужели Юэ Цинъюань действительно сказал ему прошлой ночью, почему он никогда не возвращался? Неужели он был слишком пьян, что пропустил это? Какая упущенная возможность узнать причину его обиды и страданий. И что за жалкий способ умереть, когда пиковый лорд падает с меча и раскалывает себе череп. Конечно, даже Лю Цингэ, вероятно, пожалел бы его. [Инициация системы…] [Пробуждение пользователя завершено.]

***

— Доброе утро, Сяо Цзю. Шэнь Цинцю был почти уверен, что слышал эту же самую фразу от того же самого человека в том же самом тоне раньше — примерно за несколько минут до своей смерти. Он оглянулся и увидел те же соски и тот же след от укуса. Что, черт возьми, только что произошло? Система 444: Не паникуй, пользователь. Эта система вернула тебя к жизни. Неужели в него только что вселился демон? Неужели демон дал ему фальшивое видение его смерти? Система 444: Это не фальшивое видение. Ты действительно умер, но эта система возродила тебя. Ты можешь называть меня системой смерти. Система 444: Приятно познакомиться. ✧◝(⁰▿⁰)◜✧ Шэнь Цзю закрыл глаза и помассировал виски. И снова, как и прежде, Юэ Цинъюань поцеловал его, пожелав доброго утра. Система 444: Пользователь должен быть хорошо осведомлен, если это демоническая одержимость. Система 444: Если ты все еще не веришь мне, то можешь попытаться снова прыгнуть к своей смерти, но нет никакой гарантии, что я буду достаточно великодушна, чтобы снова оживить тебя. Юэ Цинъюань встал, чтобы принести воды для умывания. Шэнь Цзю сел, на этот раз не торопясь оценить ситуацию более спокойно, а не паниковать, как раньше. Хорошо, что происходит? Кто ты и почему я слышу твой голос? Система 444: Это будет трудно объяснить в терминах, понятных людям этого времени, но ты можешь просто думать обо мне как о духе. Система 444: Передо мной стоит задача сохранить жизнь тебе и твоим близким. Система 444: Ты можешь игнорировать меня, но это приведет к смерти Юэ Цинъюаня и разрушению горы Цан Цюн. Теперь ты мне угрожаешь? Система 444: Тот, кто принесет разрушение секте, — не я, а Ло Бинхэ. Ло Бинхэ? Этот маленький звереныш?! Я знал это, я должен был устранить эту грязь… Система 444: Ты никогда не сможешь убить Ло Бинхэ. Ло Бинхэ — сын этого мира, которому суждено процветать и править всеми. Система 444: Без вмешательства системы пользователь обречен умереть как человеческая палка за оскорбление сына мира. Шэнь Цинцю прищелкнул языком. Так что же эта система делает, спасая такое отребье, как он, которому все равно суждено умереть, как вредителю? Разве не стоит придерживаться кого-то лучшего, как Юэ Цинъюань, или кого-то более героического, как Лю Цингэ? Система 444: Оскорбления Ло Бинхэ не исчезнет, даже если ты умрешь. Его обида не будет легко стерта. Если ты умрешь, Юэ Цинъюань может превратиться в человеческую палку. Шэнь Цинцю затаил дыхание. Юэ Цинъюань вернулся, улыбаясь, неся с собой чашу с водой. Он сел рядом с Шэнь Цинцю. — Умойся, Сяо Цзю. Обычно Шэнь Цинцю огрызнулся бы на этого человека за то, что тот так его назвал, но сейчас он не мог произнести ни слова опровержения, потому что система объясняла ему что-то важное. Система 444: Система даст миссии, которые в конечном итоге помогут спасти тебя и все, что тебе дорого. Система 444: С каждой завершенной миссией ты будешь вознагражден одним очком жизни. Ты можешь использовать их, чтобы продлить чью-то жизнь. — Сяо Цзю? Цинцю? Понимая, что, общаясь с системой 444, он, возможно, отстраняется от Юэ Цинъюаня, Шэнь Цинцю опустил руки и умылся. Вода была подогрета, как и ожидалось от внимательного Юэ Цинъюаня. Да и какая ему польза от долгой жизни? Он уже был культиватором на пути продления своей жизни. Система 444: Пользователь может быть и да, но Юэ Цинъюань, возможно, долго не проживет. Система 444: Ты забыл, что хотел продлить его жизнь как можно дольше? Он это сделал? Когда? Система 444: Прошлой ночью. Пользователь загадал желание, выслушав исповедь Юэ Цинъюаня. Центральная система была так тронута любовью между вами двумя, что послала меня спасти тебя и Юэ Цинъюаня от вашей судьбы! (｡･ω･｡)♡ Система 444: Будешь ли ты слушать эту систему сейчас? Черт, неужели Юэ Цинъюань действительно сказал что-то важное прошлой ночью? Было ли это как-то связано с тем, почему он так и не вернулся? Он был проклят короткой жизнью или что-то в этом роде? Иначе зачем бы Шэнь Цинцю вдруг загадал такое желание, настолько сильное, что даже вызвал этого духа? — Цинцю? — Юэ Цинъюань снова позвал его. Он выглядел обеспокоенным. — Ты в порядке? Может быть, у тебя болит тело? Система 444: В любом случае, вот первая миссия! [Миссия: Попросите Юэ Цинъюаня поцеловать вас. Награда: 1 очко жизни] Черт возьми, нет. Система 444: Буду любезна напомнить, что пользователь упадет со своего меча через десять минут. Система 444: Без очков жизни ты умрешь. — Цинцю? Шэнь Цинцю сжал кулаки. — Шисюн Чжанмэнь. — Да? — …Поцелуй меня. Юэ Цинъюань выглядел ошеломленным. Однако удивление тут же сменилось восторгом, когда он обхватил ладонями лицо Шэнь Цинцю и нежно поцеловал его. [Поздравляю! Одно (1) очко жизни получено!] Боже, как же он разозлился, увидев эту яркую улыбку на лице Юэ Цинъюаня. Но если Шэнь Цинцю был достаточно безумен, чтобы пожелать падающим звездам или каким — либо божествам там, наверху, долголетия Юэ, какая бы причина ни была дана ему — которую он, к сожалению, стер из своего мозга вместо воспоминаний о езде на члене — должна быть достаточно хорошим объяснением. Он прочистил горло. — Я возвращаюсь на свой пик. — Ты не останешься позавтракать? — спросил Юэ Цинъюань. — Не нужно, — произнес Шэнь Цинцю. Чем дольше он пробудет здесь, тем больше нелепых вещей попросит его сделать дух, и тем больше ему напомнят о том, как бесстыдно он вел себя прошлой ночью. Однако Шэнь Цинцю перестал одеваться на полпути, когда поднял свой меч и осмотрел его. Он нахмурился. — Что-то не так… Шиди Цинцю? — спросил Юэ Цинъюань. Он был уверен, что что-то испортило его меч, когда он упал раньше, но Шэнь Цинцю не мог чувствовать ничего странного от Сю Я, и как владелец, он знал свой меч лучше всех. Он отрицательно покачал головой. — Тебя это не касается. Юэ Цинъюань опустил глаза. Шэнь Цинцю проигнорировал его жалкое выражение лица и улетел. На полпути он снова почувствовал это. На том же самом месте, где он упал раньше, он почувствовал, что дух Сю Я в смятении, заставляя Шэнь Цинцю потерять контроль. Через долю секунды он уже снова падал. Система 444: Хочешь использовать свои очки жизни? Ну конечно, ублюдок!!! [Одно (1) очко жизни использовано.] Шэнь Цинцю крепко зажмурился. Он готовился к удару и к тому, чтобы проклясть систему, если она не выполнит обещания. Но кто-то смягчил его падение, мягко подхватывая в воздухе. Шэнь Цинцю моргнул и открыл глаза. Он был ошеломлен, увидев обеспокоенное лицо Юэ Цинъюаня. — Ты в порядке, Сяо Цзю? Он не потрудился поправить этого человека. — Что только что произошло? — Я почувствовал беспокойство и пришел сюда, — сказал Юэ Цинъюань, идеально приземлившись на землю. Он опустил Шэнь Цинцю на землю и огляделся, осматривая окрестности. Они приземлились прямо на вершине того, что должно было быть одним из гротов Пещер Духов на пике Цюндин. — Здесь избыток духовной энергии. — Это, конечно, прямо над Пещерами Духов, — указал Шэнь Цинцю. — Я чувствую себя немного неуравновешенным. Разница мизерна для тех, кто не знаком с ней, но небольшое изменение может вызвать отклонение Ци, если не быть осторожным, — сказал Юэ Цинъюань. — Я знал, так как провел там больше года. Шэнь Цинцю замер. Что? Зачем кому-то проводить здесь больше года, даже ради самосовершенствования? Когда это было? Шэнь Цинцю не мог припомнить, чтобы когда-нибудь видел, как Юэ Цинъюань входил в уединение даже больше, чем на месяц или два. — Цинцю? — Юэ Цинъюань нахмурился. Он держал Шэнь Цинцю за руку. — Прости, что снова заговорил о прошлом. Ты ведь не любишь об этом говорить, правда? Нет, пожалуйста, продолжай, — подумал Шэнь Цинцю. Он хотел знать, что забыл прошлой ночью. Система 444: Все, что нужно сделать — это спросить. Шэнь Цинцю стряхнул его руку. Система 444: Трус. Хрен вам. Система 444: Это вызов? [Миссия: Пригласите Юэ Цинъюаня на чай. Награда: 1 Очко Жизни] Шэнь Цинцю продолжал идти. Система 444: Все вот-вот лопнет. Ты снова раздолбишь себе голову. Он остановился. Этот проклятый дух действительно угрожал ему! Что это за садистская система?! Система 444: Я — система смерти, помнишь? (◍•ᴗ•◍)✧*。 Система 444: Называть меня садистом — это так подло. Меня послали сюда, чтобы дать тебе шанс. Шэнь Цинцю стиснул зубы и обернулся. — Шисюн Чжанмэнь, я помню, что есть задание, которое нужно выполнить. Может, обсудим это за чаем? [Поздравляю! Получено одно (1) очко жизни!]

***

— Почему вы двое здесь? — Шэнь Цинцю щелкнул веером. Ци Цинци и Лю Цингэ лишь беспечно шагали, оба держали свои мечи наготове и выглядели готовыми к бою. — Чтобы присоединиться к миссии, конечно, — сказала Ци Цинци. Шэнь Цинцю нахмурился. — Предполагалось, что эта миссия заключается в том, чтобы я оценил учеников. — Тогда нет никаких проблем, даже если мы придем, верно? Просто игнорируй нас и иди дальше, — сказал Лю Цингэ. — Меня об этом не предупредили, — запротестовал Шэнь Цинцю. — Это решение было принято в последнюю минуту и одобрено Шисюном, — сказал Лю Цингэ. Он посмотрел на лошадей. — Лошадей не хватает. Неужели твои ученые ученики не умеют считать? Шэнь Цинцю впился взглядом в Мин Фаня, который чуть не завизжал и побежал за лошадьми. Классический Мин Фань и его мелочные издевательства, которые Шэнь Цинцю обычно игнорировал, но он не хотел терять лицо здесь. Ци Цинци отмахнулась. — Нет необходимости доставать лошадь для меня. Я могу поехать в карете с Шисюном Шэнем. С каких это пор Ци Цинци начала обращаться к нему должным образом? Шэнь Цинцю вспоминал, что, если это не было официальным мероприятием, Ци Цинци никогда не проявляла к нему никакого уважения. С Лю Цингэ было еще хуже. Эти двое все еще не уважали его, так как они нагло ввязались в миссию, в которой не должны были участвовать, но спорить с этими двумя требовало больше энергии, чем игнорировать их, поэтому Шэнь Цинцю решил относиться к ним как к воздуху, как они очень просили. Их прибытие было встречено господином, который попросил их о помощи, мастером Чэном. Его окружали наложницы — девочки-подростки, которые вполне могли быть его внучками. Шэнь Цинцю не стал утруждать себя разговором со стариком, он позволил Мин Фаню говорить, а сам отвернулся в отвращении. Ци Цинци и Лю Цингэ, вероятно, позже снова плюнут на его грубость, но ему было все равно. — Ого, это и есть печально известный меч Сю Я? Вы не только выглядите таким царственным и способным, вы еще и красивый… К удивлению Шэнь Цинцю, повелитель пика Сяньшу и повелитель пика Байчжань внезапно встали перед ним, заслонив его от старика. — Вы хотите еще что-нибудь сказать, мастер Чэнь? — спросила Ци Цинци, ее аура была пугающей. Мастер Чэнь сглотнул. — Мы рассчитываем на вас, Бессмертные Мастера, — сказал он и поспешил прочь. …Система. Система 444: Система 444 к твоим услугам. 🙂 Неужели я сделал что-то еще, чего не помню в ту ночь? Система 444: О какой ночи ты говоришь? В ту ночь. Ту, когда я напился и вспоминал только глупые вещи вместо важных. Я не могу придумать причину, почему они вдруг меняют свое отношение, почему они вдруг ведут себя так, как будто… они защищают меня. Я что-то сделал с ними? Система 444: Все, что нужно сделать — это спросить. Нет. Система 444: Для того, кто проповедует о том, чтобы быть элегантным ученым, ты определенно отстой в общении с другими. Система 444: Ты боишься Лю Цингэ или Ци Цинци? Черт побери, нет! Система 444: У тебя такое худое лицо для того, у кого когда-то ничего не было. Может быть, мне стоит отнять у тебя все. Человеку, которому нечего терять, нечего бояться. Шэнь Цинцю сжал кулаки. Ты не должна прикасаться к Юэ Цинъюаню, я выполняю все твои дурацкие миссии! Система 444: Кто сказал, что я что-то сделаю с Юэ Цинъюанем? 🙂 Система 444: Я могу позволить тебе свободно бегать, ничего не делая. Ты либо умрешь от очередного глупого инцидента, либо умрешь с оторванными конечностями, оплакивая своего лидера секты. Система 444: Только очки жизни спасут от грядущих несчастий, которых будет предостаточно. Значит, тот балл, который он получил, пригласив Юэ Цинъюаня, все равно придется потратить? Эта садистская система! Как же тогда будет достаточно очков, чтобы продлить жизнь Юэ Цинъюаня?! Система 444: Ты можешь принимать ежедневные задания, и эта система будет вознаграждать очком каждый день. Десять очков — и жизнь Юэ Цинъюаня может быть продлена на десять лет. Ежедневное задание? Система 444: Случайные. Система 444: Это может быть так же тривиально, как попросить кого-нибудь принести чай, или так же трудно, как сражаться с демонами. Система 444: Только после того, как ты согласишься, ты не сможешь пропустить, когда тебе заблагорассудится. Сражаться с демонами? Шэнь Цинцю мог это сделать. Он скорее сделает это, чем попросит Юэ Цинъюаня об утреннем поцелуе, как какая-нибудь глупая молодоженская пара. Я принимаю это. Система 444: Хороший выбор, пользователь! Я знала, что ты умный. (◡ ω ◡) Система 444: Скоро появится ежедневное задание. А пока вот миссия! [Миссия: Разгадать тайну убийства в городе Шуан-Ху. Награда: Два (2) Очка жизни.] Наконец-то Шэнь Цинцю должен был что-то сделать! Культиваторы собрались в гостинице, которую они зарезервировали. Шэнь Цинцю вручил своим ученикам несколько талисманов, приказав им искать подсказки. Нин Инъин, конечно, удобно забыла, что они были на задании, и вместо этого вытащила Ло Бинхэ прогуляться. Шэнь Цинцю ждал в своей комнате с чаем, анализируя отчет. Он мог бы сказать, что тот, кто ответственен за это дело, был демоном. Для человека было бы почти невозможно совершить такие преступления и остаться незамеченным. Ци Цинци присоединилась к нему за столом, а Лю Цингэ стоял, прислонившись к стене. — Ты не собираешься расследовать это дело, Шисюн Шэнь? — спросила она. — Оно предназначено для того, чтобы испытать учеников. В любом случае, я уже кое-что выяснил о преступнике, — ответил Шэнь Цинцю. — Действительно? — Скорее всего, это работа демона, который принимает облик человека — все жертвы — красивые женщины, с которых сняли кожу, — объяснил Шэнь Цинцю. — Подобные случаи были зафиксированы восемьдесят лет назад. — Ты изучал дела восьмидесятилетней давности? — Лю Цингэ недоверчиво посмотрел на него. Шэнь Цинцю ответил ему свирепым взглядом. — Полагаю, такому человеку, как ты, трудно понять, что не все можно решить с помощью грубой силы. Лю Цингэ бросил на него сердитый взгляд. — Шэнь Цинцю, ты… — Довольно, Шиди Лю. Шисюн Шэнь, конечно же, не хотел смеяться над тобой. У него другой стиль, и он прав — бывают моменты, когда ты должен спланировать свое сражение, — остановила их Ци Цинци. Она улыбнулась. — Наш Шисюн Шэнь — ученый, он не любит людей, которые используют только силу, помнишь? Лю Цингэ отступил назад и, казалось, успокоился. Шэнь Цинцю был ошеломлен. Он уставился на Ци Цинци. — Почему ты… — он замолчал, не находя слов. — Что? — Спросила Ци Цинци. Почему ты вдруг стала добра ко мне? — Он хотел спросить. Система 444: Просто спроси. В чем проблема? Разве тебе не любопытно? Система 444: Вечные размышления не дадут ответа. Система 444: Ци Цинци — это не Юэ Цинъюань. Она говорит то, что думает. — …Почему ты так добра ко мне? — выпалил Шэнь Цинцю. Услышав его вопрос, повелительница пика Сяньшу выглядела так, словно у нее вот-вот отвалится челюсть. Одна рука с носовым платком взлетела к ее глазам, и она театрально шмыгнула носом. Шэнь Цинцю был озадачен еще больше. Он сказал что-то странное? Даже Лю Цингэ выглядел встревоженным. Ци Цинци вытерла те маленькие слезинки, которые у нее были. — Пыль попала мне в глаза, не волнуйся, Шисюн. — О, — пробормотал он. На самом деле он не волновался… — Я просто говорила правду. В конце концов, наш Шиди может быть неразумным, — сказала Ци Цинци. Кто-то с мозговой клеткой, наконец-то согласившийся с ним. Этого было достаточно, чтобы порадовать Шэнь Цинцю. Он довольно напевал, не замечая восторга на лице Ци Цинци.

***

Мин Фань пришел, сообщая о следах демонической энергии, которые подтвердили подозрения Шэнь Цинцю, в то же время, когда Ло Бинхэ прибежал, сообщая об исчезновении Нин Инъин. Они отправились искать ее. Шэнь Цинцю последовал за Ло Бинхэ туда, где в последний раз видели Нин Инъин. Он чувствовал, как демоническая энергия становится сильнее. Сколько у меня сейчас очков жизни? Система 444: Одно. Могу ли я использовать его для обеспечения безопасности Нин Инъин? Система 444: Останется ноль. Я получу два, как только эта миссия закончится. Система 444: Как мило, пользователь. К сожалению, просить эту систему сохранить одну смертную жизнь будет стоить больше, чем 1 балл. Но ты оживила меня только одним! Система 444: Ты был спасен Юэ Цинъюанем, используя один балл, чтобы предупредить его об опасности, приближающейся к тебе. В любом случае, пользователь — это особый случай, так как эта система напрямую связана с тобой. Система 444: Система, однако, может помочь в поиске демона очком жизни. Этого было достаточно. Время здесь имело решающее значение, и Шэнь Цинцю не хотел терять ни секунды, подвергая опасности жизнь своей любимой ученицы. Они нашли логово, где была схвачена Нин Инъин. Шэнь Цинцю отпустил ее, рявкнув Ло Бинхэ, чтобы тот защищал ее, пока он будет сражаться с демоном. Вскоре появились Лю Цингэ и Ци Цинци. Бог войны Байчжань, как обычно, не упустил ни одной возможности убить демонов и нанес последний удар кожеделу. Внутри у Шэнь Цинцю все кипело. Этот болван действительно должен был каждый раз красть все внимание. Не то чтобы Шэнь Цинцю так уж отчаянно стремился попасть в центр внимания, но его раздражало, что Лю Цингэ вел себя так, словно Шэнь Цинцю был настолько слаб, что не мог сам прикончить демона. — Я передам мастеру Чэню, что просьба выполнена, — сказала Ци Цинци. Шэнь Цинцю нахмурился. — Это должно быть задание для пика Цинцзин. Мало того, что вы двое пришли сюда, не сказав мне, теперь вы пытаетесь получить деньги за работу моего пика? — Не беспокойся, Шисюн Шэнь, я должным образом передам мастеру Чэню о достижении твоего пика, — заверила его Ци Цинци. Шэнь Цинцю пристально посмотрел на нее. Он огляделся на Ло Бинхэ, который стоял неподвижно вместе с Нин Инъин, наблюдая за спором. — Ты пойдешь с Мин Фанем и доложишь мастеру Чэню. Сейчас же! — Он повернулся, чтобы посмотреть на Ци Цинци, и холодно заметил. — Шимэй Ци не нужно беспокоиться. — Тогда все в порядке. Шэнь Цинцю нахмурился. Почему Ци Цинци была так против его встречи с мастером Чэнем? [Поздравляю! Два (2) очка жизни получены!]

***

Кроме Мин Фаня, который каким-то образом сумел показать что-то, найдя след демона (мальчик мог иметь посредственный талант и был ревнивым придурком, но он также был трудолюбивым работником, который на самом деле выполнял свою работу), все остальные были разочарованием. Особенно Нин Инъин. Шэнь Цинцю ненавидел делать это, но, возможно, пришло время наказать Нин Инъин за то, что она беззаботно бродила и подвергала себя опасности. Обычно он был более снисходителен со своими ученицами и тем более с более молодыми, такими как Нин Инъин, но на этот раз он должен был научить ее быть более осторожной. — Ты поедешь на Сяньшу и целый месяц будешь выполнять работу по дому для своих боевых сестер, — заявил Шэнь Цинцю. — Пожалуйста, не прогоняй меня, Шицзунь! У этой ученицы нет родителей, Шицзунь был моим родителем и моим единственным опекуном! — воскликнула Нин Инъин. Шэнь Цинцю погладил ее по голове. — Этот мастер не бросает тебя, он лишь пытается преподать тебе урок. Слушай и учись у своих боевых сестер. И, надеюсь, вернешься с полезной информацией, потому что Шэнь Цинцю умирал от желания узнать, почему Ци Цинци и Лю Цингэ вдруг стали вести себя с ним менее грубо — если он сделал что-то более неловкое той ночью. Нин Инъин была дружелюбна и, без сомнения, смогла бы заставить учениц поговорить о том впечатлении, которое Ци Цинци сейчас имела о Шэнь Цинцю. Кроме того, у нее был свободный рот, так что вытянуть из нее информацию тоже было бы легко. Система 444: Какой бесполезно сложный план. Все, что тебе нужно было сделать — это спросить. Система 444: Может, напьешься, так будет проще. Говоря о пьянстве, он еще не выполнил своего обещания содрать шкуру с повелителя пика Цзуйсянь живым. Он столкнулся с Му Цинфаном на пути к пику Цзуйсянь. Целитель по случайному совпадению возвращался после того, как взял медицинский спирт, чтобы добавить его в одно из своих лекарств. — Какое совпадение, Шисюн Шэнь. Не хочешь чаю? Я не проверял твои меридианы, ты приближаешься к следующей ступени, верно? Му Цинфан не был ни слишком дружелюбен, ни груб с ним, и поэтому Шэнь Цинцю всегда находил общество этого человека более терпимым по сравнению с другими. Он последовал за господином пика Цяньцао. Целитель осмотрел его и заявил, что он в хорошем состоянии. — Пока ты осторожен, у тебя не должно быть никаких проблем с переходом на следующую стадию, — сказал Му Цинфан. — Тебе удалось как следует выспаться? Шэнь Цинцю кивнул. В последнее время у него не было особых проблем со сном, если подумать. — Снять напряжение с души — отличный способ снять стресс. Если тебе нужно поговорить, этот Шиди тоже будет рад помочь. Ладно, это было слишком дружелюбно, даже для Му Цинфана. Они не были так близки друг к другу. Почему Му Цинфан вел себя так? — Я дам тебе чай, который помогает расслабиться. Шэнь Цинцю не отказался от чая, хотя и отказался от разговора по душам. Какая странная вещь для Му Цинфана. [Ежедневная миссия: Заставьте Ло Бинхэ заварить для вас чай. Награда: Одно (1) Очко Жизни] Ах да, этот зверь. Маленький звереныш, который, предположительно, должен был покончить с ним и в будущем сровнять с землей его дом. Теперь он должен доверить этому маленькому зверьку заваривать ему чай? Система 444: Выполнение миссии никогда не приведет к смерти. Система 444: С другой стороны игнорирование миссии… Шэнь Цинцю стиснул зубы. Он пошел в дровяной сарай, чтобы найти своего младшего ученика, который рубил дрова. — Ты! Ло Бинхэ вздрогнул. — Да, Шицзунь! Шэнь Цинцю бросил пакетик с чайными листьями Ло Бинхе. — Завари мне чай. Система 444: Бонусный балл, если используешь его имя. — …Ло Бинхэ. Глаза Ло Бинхэ расширились. Он поспешно поклонился. — Да, Шицзунь! Этот ученик приготовит самый лучший чай! Шэнь Цинцю фыркнул. Ло Бинхэ поспешил в дом, чтобы вскипятить воду для чая. Шэнь Цинцю некоторое время бродил по бамбуковому лесу за своей хижиной. Но почему Ло Бинхэ всегда рубил дрова, каждый день? Система 444: У хозяина действительно должна быть плохая память, чтобы забыть, какой ущерб ты нанес мальчику. Заткнись. Этот демон должен быть рад, что он не решил просто убить его прямо сейчас. — Он не понимал, почему Ло Бинхэ остался здесь, несмотря на все издевательства. Он ведь не мог питать никаких надежд на то, что Шэнь Цинцю внезапно изменится и будет относиться к нему лучше, верно? Может быть, он так же наивен, как прежний Шэнь Цзю, который глупо верил, что Юэ Ци придет и все исправит? Глаза Шэнь Цинцю внезапно заметили что-то висящее на ветке дерева. Он вытащил его. Это был нефритовый кулон, хотя и поддельный. Почему эта штука оказалась здесь? [Поздравляю! Спрятанный предмет, поддельный нефритовый кулон найден! Три (3) очка жизни получены!] Три очка жизни?! Насколько же ценной была эта штука, чтобы вознаградить его тремя очками?! Система 444: Оставь его себе, пользователь. Система 444: Нефрит может повлиять на то, останешься ли ты с Юэ Цинъюанем в живых или нет. Была ли эта штука тайным волшебным нефритовым кулоном? Но он ничего не почувствовал от украшения. Тем не менее Шэнь Цинцю сохранил его. Он вернулся в бамбуковую хижину, где Ло Бинхэ уже стоял на коленях у его стола со свежезаваренным чаем и закусками. Шэнь Цинцю налил себе чашку и попробовал. Он моргнул. Ха. Все это время он и не подозревал, что чай из лекарственных трав может быть таким вкусным. Му Цинфан, должно быть, проделал действительно хорошую работу, выращивая именно это чайное дерево. Система 444: Это тот же самый чай, который ты получал раньше, хозяин. 🙂 Невозможно. Как это могло быть так хорошо? Даже закуска сегодня была такой вкусной! Неужели повара вдруг стали лучше? Система 444: Может быть, взглянешь на того, кто их готовит? Шэнь Цинцю недоверчиво посмотрел на Ло Бинхэ. Как можно сделать еду и чай такими вкусными? Ло Бинхэ не должен здесь заниматься культивированием, он должен просто открыть чайный домик! Система 444: 😑 [Миссия: Пригласите Юэ Цинъюаня разделить с вами чай. Награда: Одно (1) очко жизни] Почему, черт возьми, он должен это делать? Он уже получил два очка от миссии и одно очко от того, что заставил Ло Бинхэ заварить чай (плюс бонус от простого произнесения его имени), у него было достаточно, чтобы выжить еще несколько дней. Система 444: Поверь мне, в ближайшее время понадобится как можно больше очков. Шэнь Цинцю прищелкнул языком. Ло Бинхэ испугался. — Тебе это не по вкусу, Шицзунь? Шэнь Цинцю покачал головой. — Позови сюда своего Шибо Чжанмэнь. Ло Бинхэ задрожал. Он вспомнил, что Нин Инъин была отправлена на пик Сянь Шу в качестве наказания. — Меня накажут, Шицзунь? Шизун, пожалуйста, не бросай меня… Мне больше некуда идти… — Молчи, — предупредил его Шэнь Цинцю. Что не так с этими детьми, которые так неохотно уходят и так полагаются на такого дерьмового взрослого, как он? Выглядел ли Шэнь Цинцю образцовой матерью? — Я просто посылаю тебя с поручением, глупое дитя. Уходи! Ло Бинхэ закрыл рот и ушел. Вскоре он вернулся с Юэ Цинъюанем, который выглядел довольно обеспокоенным. Шэнь Цинцю подумал, не рассказывал ли Ло Бинхэ что-нибудь о нем Юэ Цинъюаню. Это не было новостью, что он не был лучшим человеком, чтобы быть рядом с детьми, но лидер секты всегда закрывал на это глаза из-за чувства вины за то, что бросил его. Шэнь Цинцю втайне жалел об этом, он хотел, чтобы Юэ Цинъюань мог хотя бы сказать что-нибудь, чтобы показать, что он заботится о том, что делает, потому что даже сам Шэнь Цинцю знал, что делает неправильно. Система 444: Пользователь на самом деле осознает себя. Я удивлена. Система 444: Теперь, если бы только ты мог действовать так, как считаешь правильным, вместо того, чтобы упорно искать свою собственную смерть… Заткнись. — В чем дело, Шиди Цинцю? — тихо спросил Юэ Цинъюань. Шэнь Цинцю глубоко вздохнул. — Чай хороший. Юэ Цинъюань моргнул. Даже Ло Бинхэ выглядел смущенным. — Чай сегодня очень хороший. Я хочу поделиться им с Шисюном Чжанмэнь. Довольная улыбка наконец-то появилась на лице Юэ Цинъюаня. — С превеликим удовольствием. [Миссия: Разделите сладости поровну между тремя людьми. Награда: Одно (1) очко жизни] Три человека? Значит ли это, что ему придется поделиться им с Ло Бинхэ? Самое главное, что на тарелке было десять кусочков сладких клецок. Один останется после того, как они разделят их поровну. Система 444: Ты должен разделить его поровну. …Эта проклятая Система! — Ло Бинхэ, садись и ешь. Ло Бинхэ был потрясен. — Но Шицзунь, как может этот ученик… — Ты сегодня много работал. Садись и поешь, — приказал Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ робко сел. Шэнь Цинцю налил еще две чашки чая своим гостям. Чтобы не было неловко — как будто он нарочно пригласил Юэ Цинъюаня с единственной целью выпить с ним чаю — Шэнь Цинцю заговорил о делах, относящихся к их секте. Ему было гораздо легче думать о Юэ Цинъюане как о своем старшем коллеге, а не о ком-то, кто близко его знал. Юэ Цинъюань неоднократно заверял его, что ему не нужно так сильно беспокоиться и торопить свое развитие. Система 444: Я поражен, что ты все еще настаиваешь на профессиональных рабочих отношениях после того, как оседлал и покусал его… Напоминание о том, что произошло той ночью, было последним, в чем он нуждался. Затем Шэнь Цинцю заметил, что Юэ Цинъюань съел только два куска клецок, в то время как Ло Бинхэ съел только один. Он нахмурился. — Почему ты не ешь больше, Шисюн Чжанмэнь? Юэ Цинъюань усмехнулся. — Тебе надо больше есть, Шиди Цинцю. Кажется, тебе очень понравились клецки. Этого не может быть. — Возьми еще одну, Шисюн Чжанмэнь. — Мне хватит. Затем Шэнь Цинцю перевел взгляд на Ло Бинхэ. — Этот ученик приготовил его специально для тебя, Шицзунь, — сказал Ло Бинхэ. — Ты растешь и нуждаешься в большем питании. Ешь, — повысил голос Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ слегка фыркнул и взял еще одну. Хорошо. Теперь проблема была в Юэ Цинъюане. Система 444: Было бы намного проще, если бы ты просто покормил его. Шэнь Цинцю быстро взял один кусок и сунул его прямо в рот Юэ Цинъюаню, без всяких манер и изящества. Юэ Цинъюань чуть не поперхнулся. Система 444: …В моем воображении все было иначе. Если ты думаешь, что я буду подчиняться всем твоим прихотям, то ты ошибаешься, — подумал Шэнь Цинцю, взяв еще один кусок и запихнув его в глотку Ло Бинхэ. Он разорвал последнюю клецку на три равные части и снова самым неэлегантным образом запихнул их в рот своим гостям. Он почувствовал удовлетворение, увидев удивление на лицах двух людей.

***

Неудивительно, что Система 444 заставляла его выполнять эти дурацкие задания каждый день. Шэнь Цинцю подумал, что запихивать клецки в горло Юэ Цинъюаню было самым странным, что он мог сделать, но нет. Система бомбардировала его новыми заданиями после этого — например, заставить Ло Бинхэ убраться в его комнате, поехать к Юэ Цинъюаню, чтобы поужинать вместе, и всего за три дня до того, как он получил задание постирать вместе с Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю понятия не имел, почему ему поручают такие нелепые задания. Когда Шэнь Цинцю присоединился к нему у реки, Ло Бинхэ заплакал, и по какой-то непонятной причине у него потекли сопли. Шэнь Цинцю узнал, что Ло Бинхэ был вынужден взять на себя всю работу по дому своих старших братьев, и поэтому послал Мин Фаня и друзей, чтобы помочь на другом пике в качестве наказания (назло тому, что ему тоже пришлось это сделать). Он приказал Ло Бинхэ поселиться в его бамбуковой хижине и служить исключительно ему. По крайней мере, так ему больше не будут поручать такие задания, как стирка белья или колка дров — система будет только подсказывать ему, чтобы Ло Бинхэ подавал ему чай и закуски. Ему удалось собрать двенадцать очков, когда он вошел в пещеры духов, чтобы культивировать. Кто же знал, что он столкнется с неистовым Лю Цингэ в состоянии ужасного отклонения ци. Очки, которые он накопил для Юэ Цинъюаня, должны были быть потрачены на Лю Цингэ, если только он не хотел выйти из пещеры с мертвым или с окровавленным трупом Лю Цингэ. По крайней мере, у Лю Цинге хватило порядочности поблагодарить его. Как ни странно. Он ожидал, что человек, возможно, не поверит ему, но Лю Цингэ произнес неловкое «спасибо», прежде чем Шэнь Цинцю покинул пещеру, чтобы найти другую для культивации. Когда он вышел из пещеры, на них напали демоны. Чертовски фантастично. Он потратил еще одно очко жизни, чтобы спасти Ло Бинхэ от удара ядом. Какая напрасная трата времени, он мог бы избавиться от маленького зверька раньше, ничего не делая. Система 444: Ло Бинхэ невосприимчив почти ко всем известным ядам в этом мире, в том числе и неизлечимого. Теперь маленький зверек смотрел на него так, словно Шэнь Цинцю подарил ему луну и звезды. Шэнь Цинцю ничего не сделал, только оттолкнул Ло Бинхэ от опасности после предупреждения системы 444. Будь проклята эта штука, она сначала предупредила Шэнь Цинцю, а потом без спроса искупила вину. Если Ло Бинхэ все равно был невосприимчив к яду, то почему его обманом заставили потратить очко, чтобы спасти его?! Система 444: Система дала предупреждение. Это было твое собственное решение — оттолкнуть его от опасности. Это была просто автоматическая реакция — реагировать на предупреждение. Я не собирался спасать зверя. Система 444: Хорошо. ¯\_(ツ)_/¯ Боже мой, эта штука действительно раздражала его! Лю Цингэ появился поздно, как всегда, только для того, чтобы украсть внимание. Как бы то ни было, Шэнь Цинцю был слишком утомлен и расстроен, чтобы даже думать обо всем. Он полетел обратно в свою бамбуковую хижину, чтобы подкрепиться и хорошенько выспаться, но снова упал, случайно задремав на своем мече. Почти год, и, черт возьми, ничего не изменилось. Он вернулся к нулевой точке, и ему снова придется выполнять еще более глупые задания. Шэнь Цинцю проклял систему, потратив последнее оставшееся очко, чтобы не сломать себе шею при падении. — Он все еще без сознания? — робко спросил Шан Цинхуа. Му Цинфан осмотрел своего старшего брата и кивнул. — Так оно и есть. Счастливчик Шисюн Лю передумал и решил последовать за Шисюном Шэнь обратно. В противном случае Шисюн Шэнь мог сломать себе шею и расколоть череп от удара. — С ним все в порядке? Он ведь не в опасности, правда? — обеспокоенно спросил Юэ Цинъюань. — Истощение ци. Он вернется в форму при хорошем отдыхе, — сказал Му Цинфан. Он тяжело вздохнул. — Бедный Шисюн Шэнь. Всегда один нес бремя. Ци Цинци шмыгнула носом, вытирая глаза. — Все это время я удивлялась, почему он так холоден со всеми. Кто знал, что это потому, что он никогда не испытывал доброты, что он не знает, как быть теплым… — Я тоже был виноват в том, что недооценил его. Сегодняшний инцидент определенно открыл мне глаза больше — он не стал бы рисковать своей жизнью, чтобы спасти меня, если бы не потому, что он на самом деле порядочный человек, — заявил Лю Цингэ. — Этот алкоголь оказался чем-то хорошим, в конце концов, — прокомментировал Вэй Цинвэй. Все покраснели, вспомнив ночь, когда был показан истинный цвет каждого.

***

В ту пьяную ночь… — Ци-Гэ! — крикнул Шэнь Цинцю, привлекая к себе всеобщее внимание. Шан Цинхуа перестал петь. Ци Цинци и Лю Цингэ прекратили борьбу. Вэй Цинвэй наконец перестал рыдать. У Му Цинфана кончились шутки. Шэнь Цинцю стучал кулаками по твердой груди Юэ и плакал. — Почему ты бросил меня в тот день?! Почему ты не взял меня с собой! Юэ Цинъюань обхватил ладонями лицо Шэнь Цинцю, его лицо тоже покраснело от алкоголя. — Сяо Цзю… Мне так жаль… — Что даст твоя жалость? Если бы только ты был рядом со мной, я бы не стал мишенью для молодого хозяина и его друзей! Я бы не терпел, когда этот жуткий старик прикасался ко мне! — крикнул Шэнь Цинцю. В этот момент даже повелитель пика Цзуйсянь уронил свою чашу с вином. Остальные недоверчиво уставились на своих старших братьев. — Я должен был бежать из этого ада сам… и когда я думал, что я в безопасности, человек, который принял меня, заставил меня убивать и грабить людей… заставил меня делать вещи, которые я никогда не хотел… — Шэнь Цинцю снова зарыдал. — У меня был такой подонок-учитель. Юэ Цинъюань задрожал. — Я думал, что Ци-Гэ мертв. Если бы ты был жив, то, конечно, не бросил бы меня. Но ты жив… почему ты не вернулся? Ты ненавидишь меня…? — пробормотал Шэнь Цинцю. — Нет… Сяо Цзю. Ци-Гэ никогда не ненавидел тебя. Шэнь Цинцю потерся лицом о грудь Юэ Цинъюаня и крепко обнял его. — Тогда останься со мной? Я не хочу быть один. Ненавижу. Я никогда не могу спать по ночам. Я ненавижу то, что никогда не смогу быть милым ни с тобой, ни со всеми… Ци-Гэ… За этой сценой последовал Юэ Цинъюань, объясняющий, почему он не возвращался, в то время как остальные пьяные заключили договор, чтобы защитить и медленно узнать пикового лорда Цинцзин лучше. О, как они ошибались насчет своего старшего брата, он не родился мудаком! Где-то среди них был рациональный голос, вероятно, трезвый повелитель Пика Кусин, утверждающий, что никто не рождается злым в первую очередь, что боевые братья и сестры должны помочь Шэнь Цинцю развиться и стать более добрым человеком — а не внезапно менять свое мнение и решать сформировать отряд защиты из ниоткуда. Шэнь Цинцю нуждался в хороших друзьях, а не в няньках или телохранителях. Его голос, конечно же, потонул в громком крике Шан Цинхуа: — Черт возьми, да, никаких оскорблений, и я останусь жив!