Мой принц

Офицер, который должен был показать Шэнь Юаню окрестности, был довольно тощим парнем с грязным хвостиком и толстых очках. Шэнь Юань никогда бы не поверил, что Шан Цинхуа был старшим офицером, проработавшим здесь почти десять лет, если бы не его удостоверение. Он казался слишком робким для человека, работающего в правоохранительных органах. Они добрались до офиса, где Шэнь Юань должен был встретиться со своими новыми коллегами. Шэнь Юань уже встречался с Юэ Цинъюанем, начальником отдела общественной безопасности и уголовного розыска, когда получил письмо о назначении. Юэ Цинъюань улыбнулся ему и подарил маленький кактус в качестве подарка на его первый рабочий день. Этот мужчина оказался настоящим красавцем, он был добрым и симпатичным. Шан Цинхуа представил его своим коллегам. Там были Му Цинфан, врач, работавший исключительно на бюро общественной безопасности; Ци Цинци, единственная женщина-офицер в их отделе и отвечающая за допросы; Вэй Цинвэй, отвечавший за оружие и техническое обслуживание оборудования; Лю Цингэ, который был одним из лучших бойцов с самыми высокими показателями по захвату преступников; а также Ло Бинхэ, который был самым младшим членом, пока не пришел Шэнь Юань. Лю Цингэ взглянул на него и нахмурился. — Ты новенький? На мой взгляд, не очень. — Я окончил академию с высшими баллами и прошел всю подготовку. Так уж случилось, что я тоже прошел собеседование. Лю Цингэ фыркнул. — В реальном мире это ни хрена не значит. — Прошу прощения? — Довольно, Лю Цингэ, — сказал Вэй Цинвэй и подошел к Шэнь Юаню. — Приятно познакомиться, Шэнь Юань. Меня зовут Вэй Цинвэй, и я отвечаю за вооружение. Идем за мной, я все покажу. Молодец, Шан Цинхуа, можешь возвращаться на свое место. Шан Цинхуа зевнул и пожаловался, что ему надоело гнить за своим столом. Как человек, ответственный за прием и передачу всей информации, он почти не покидал своего рабочего места. Вэй Цинвэй привел Шэнь Юаня в кладовую. — У тебя ведь были уроки стрельбы? Шэнь Юань кивнул. — С обычным оружием. — Доминаторы — это эксклюзивное оружие нашего департамента, больше его нигде не достать. Работает так же, как обычные пистолеты, траектория и все такое — за исключением того, что он не пускает пулю в кого-то, и ты не сможешь стрелять просто в кого-то, — объяснил Вэй Цинвэй. — Ты ведь знаешь о системе, верно? Шэнь Юань снова кивнул. Система — таинственная сущность, существовавшая с тех пор, как Шэнь Юань помнил себя, — отвечала за определение коэффициента преступности человека и его оттенков. Коэффициент преступности раскрывал потенциал человека совершить преступление — любое число, превышающее 100, превращало оттенки человека в мутные, и чем темнее их оттенки, тем больше вероятность того, что они совершат преступление. Доминаторы были оружием, предназначенным для оценки и создания эффектов, соответствующих оттенкам человека. Гражданское лицо с четкими оттенками не пострадает, преступник с мелкими и средними преступлениями будет только парализован, в то время как человек, совершивший серьезное преступление, мгновенно умрет. Предположительно, это был способ избежать того, чтобы офицеры не злоупотребляли своей властью, стреляя в невинных людей, хотя единственным ведомством, которое использовало это оружие, было их, поскольку оружие все еще находилось в испытательном периоде. — Ты хорошо понимаешь, как это работает. Это не должно быть слишком сложно, — сказал Вэй Цинвэй. Он сделал паузу на мгновение, затем добавил. — Просто будь осторожен с Ло Бинхэ. Шэнь Юань был озадачен. — Почему? — Он не элитный офицер, как мы, а силовик — латентный преступник. Отца арестовали и посадили в тюрьму. Его оттенки всегда серые, но он хорошо себя ведет и очень искусен, поэтому он здесь. Это означало, что он был здесь из-за своих способностей, но подвергся дискриминации и был назначен гражданином второго сорта с зарплатой ниже, чем у Шэнь Юаня, только потому, что его семья имела криминальное прошлое. Мир был несправедлив даже при существовании якобы нейтральной системы, которую Шэнь Юань втайне ненавидел. Для него не имело смысла, что неизвестная им сущность оценивает их ценность. Было много таких людей, как Ло Бинхэ, которые были помечены как скрытые преступники — люди, которые потенциально могли совершать преступления, но никогда этого не делали — просто потому, что кто-то из их близких сделал что-то ужасное. Они не могли найти подходящую работу или получали более низкую зарплату за ту же работу. Шэнь Юань и Вэй Цинвэй вернулись в кабинет. Юэ Цинъюань сообщил им, что у них есть новое дело. — Ограбление в кафе-мороженом «Джей-Сити». Преступник — мужчина в черной кожаной куртке, синих джинсах и черной шапочке. Он взял в заложники беременную женщину. Лю Цингэ и Ло Бинхэ, возьмите с собой Шэнь Юаня, чтобы показать ему как работаете. Шэнь Юань слегка поморщился, следуя за двумя мужчинами. Ло Бинхэ не сказал ему ни слова с самого начала, пока Лю Цингэ насмехался над его ростом. Теперь ему предстояло выполнить свое первое задание с этими двумя недружелюбными, но чрезвычайно высокими и красивыми мужчинами. Они оба выглядели так, словно набили себе пару мускулов. Мир слишком несправедлив! За рулем сидел Ло Бинхэ, и Шэнь Юань заметил, что Лю Цингэ несет два доминатора, и только после того, как они добрались до места, свирепо протянул один Ло Бинхэ. Шэнь Юань удивился, почему Ло Бинхэ не выдали оружие раньше. Потому что он был силовиком, а не элитным офицером? Как несправедливо, что он также должен рисковать своей безопасностью и преследовать преступников! Вокруг магазина уже были полицейские из другого отдела. Шэнь Юань поморщился, тоже наблюдая за ситуацией. Грабитель был вооружен дробовиком и сделал беременную женщину своим щитом. Он также, по-видимому, находился под воздействием опьяняющего вещества. Ло Бинхэ прицелился в грабителя и прищурился. — Коэффициент преступности цели равен 198. Я иду, офицер Лю. — Хорошо. Приготовь свой доминатор, Шэнь Юань, — приказал Лю Цингэ, также доставая оружие. На сцену выскочил Ло Бинхэ. Грабитель нацелил пистолет на Ло Бинхэ, но промахнулся из-за быстрого движения. Стиснув зубы, он потащил беременную женщину прочь из магазина. Ло Бинхэ прицелился из своего доминатора и выругался, когда грабителю удалось убежать. — Что ты делаешь, Ло Бинхэ?! — крикнул Лю Цингэ. — Парализующий эффект становится бесполезным из-за наркотика в его теле, — сказал Ло Бинхэ. — Я буду преследовать и арестую преступника. Трое полицейских преследовали грабителя всю дорогу от кафе-мороженого до переулка, за которым следовал мост. Грабитель явно действовал теперь лучше под воздействием наркотиков. Он даже не обращал внимания на крики беременной женщины от боли, вызванной тем, что ее неохотно тащили. Шэнь Юань нахмурился, заметив, что ее туфли упали и ноги кровоточат. — Ты не можешь уйти далеко, неся с собой заложника. Сдавайся! — рявкнул Ло Бинхэ. Он снова направил свой доминатор вверх. — Я думаю, это бесполезно? — спросил Лю Цингэ. — Его коэффициент преступности вырос до 297, достаточно. Он поднял свой доминатор и прицелился в грабителя. Но прежде чем он успел нажать на курок, Шэнь Юань внезапно закричал: — Стой. Лю Цингэ сердито посмотрел на него. — Ты с ума сошел? Стреляй, Ло Бинхэ! Ло Бинхэ нажал на курок. Он не успел выстрелить. Он задохнулся, когда почувствовал, что его собственное тело теряет ощущения и вместо этого падает на землю. Шэнь Юань бросился на грабителя, пнув его ногой в бок, пока тот отвлекся. Шэнь Юань притянул женщину к себе, чтобы смягчить ее падение. Лю Цингэ зашипел и выхватил свой собственный доминатор, стреляя в грабителя, который собирался схватить свой дробовик. Человек превратился в ничто, оставив только одежду и пистолет. Лю Цингэ глянул на теперь уже парализованного Ло Бинхэ, затем сердито посмотрел на Шэнь Юаня. — Ты хоть понимаешь, что натворил? Застрелил собственного коллегу? — Мне очень жаль, но точность доминатора в определении определенного места на теле цели спорна. Я не могу рисковать, причиняя еще больший вред гражданскому, — сказал Шэнь Юань. — Доминаторы влияют только на преступников! — Доминаторы влияют на тех, у кого высокий коэффициент преступности, не обязательно на преступников. Достань свой доминатор и направь его на эту женщину, — сказал Шэнь Юань. Лю Цингэ нахмурился. Он все равно сделал, как было сказано. Его глаза мгновенно расширились. — Коэффициент преступности 205. — Это невозможно. Как может… она тоже скрытая преступница? — У него перехватило дыхание. Даже выше, чем у грабителя раньше! Шэнь Юань покачал головой. — Уровень стресса также может повлиять на оттенки и, следовательно, на коэффициент преступности. Эта женщина не только беременна, ее собственная жизнь и жизнь ее ребенка были под угрозой, и она испытывала огромную боль. Я уверен, что ты слышал о людях, которые убивали из чувства самозащиты. Я уверен, что если у этой женщины хватит сил сопротивляться, она попытается ранить грабителя, чтобы убежать. Причинение вреда кому-то само по себе является преступлением, но система и доминаторы не способны видеть сквозь это. Лю Цингэ долго и пристально смотрел на него, его взгляд был сложным. В конце концов он пристегнул свой доминатора и повернулся. — Вызови скорую. Напиши письмо, чтобы объяснить свои действия начальнику Юэ, и сделай отчет тоже. — …Да, офицер Лю. Парамедики немедленно приехали, чтобы спасти женщину. Шэнь Юань запрыгнул в машину скорой помощи, везущей Ло Бинхэ обратно в больницу. Он держал Ло Бинхэ за руку, пока тот укладывался на носилки. — Прости, офицер Ло. Я запаниковал, потому что… у меня нет оправдания. Прости, что я тебя подстрелил. Ло Бинхэ медленно покачал головой. — Ты поступил правильно. Я никогда этого не замечал… Я бы убил ни в чем не повинного гражданского, даже не подозревая об этом, если бы не ты. Спасибо. — Знаешь, ты не должен так легко прощать меня, — сказал Шэнь Юань. — …То, что ты сказал, правда? — прохрипел Ло Бинхэ. — Что? — На этот коэффициент преступности влияет стресс и… люди, которые совершают самооборону… латентные преступники… Шэнь Юань усмехнулся. — Об этом есть множество исследований. Неизвестные машины не судят о нашей ценности. Ты не должен называть себя скрытым преступником, даже если это то, как правительство называет тебя. Ты — офицер, который добрался сюда своими собственными навыками. Я безумно уважаю это. Уголок рта Ло Бинхэ слегка приподнялся, и он сжал руку Шэнь Юаня в ответ.

***

Юэ Цинъюань спокойно принял его отчет, сказав, что ему не о чем беспокоиться. Беременная женщина отправила в департамент письмо с благодарностью офицерам, спасшим ей жизнь, с обещанием вскоре прислать и фотографию ребенка. Шэнь Юань был просто рад, что и мать, и ребенок в безопасности. Женщина должна была пройти через терапию, чтобы помочь с травмой и очистить ее оттенки, но Шэнь Юань будет благодарен, если она не будет немедленно помечена как скрытый преступник из-за кратковременного стрессового опыта. — И все же не стоит использовать доминатор против собственного коллеги. Предупреждение или, может быть, даже удар сделает свою работу, — напомнил Юэ Цинъюань. Шэнь Юань решил сохранить лицо Лю Цингэ, умолчав о том, что тот проигнорировал его предупреждение и приказал Ло Бинхэ стрелять. Сам Шэнь Юань считал, что его следовало наказать. Стрелять в Ло Бинхэ, зная, что его оттенки обычно серого цвета, было рискованным шагом. Если бы Ло Бинхэ был в сильном стрессе, он мог бы случайно убить его. Шэнь Юань был почти уверен, что не получит никакого наказания, потому что он был элитным офицером, в то время как Ло Бинхэ был скрытым преступником. Ло Бинхэ не оставался в больнице слишком долго — ему нужна была только инъекция вместе с надлежащим отдыхом, чтобы противостоять парализующему эффекту. Шэнь Юань приехал за ним в день выписки. Ло Бинхэ выглядел удивленным. — Ты здесь из-за меня? — спросил он. Шэнь Юань застенчиво улыбнулся. — Я чувствую себя виноватым, позволь мне хотя бы загладить свою вину. Ты голоден? Я угощу тебя. Ло Бинхэ улыбнулся. И, черт возьми, он был так красив. Они пошли в один из любимых ресторанов Шэнь Юаня. Шэнь Юань много расспрашивал о Ло Бинхэ — в какой академии он учился, о его любимых телепередачах, любимых книгах, музыке, которую он слушал, о его любимой еде. Ло Бинхэ жил простой жизнью, воспитывался в сиротском приюте после смерти матери и ареста отца. Он мало рассказывал о своей семье, что было вполне понятно, но ему было довольно любопытно узнать о собственной семье Шэнь Юаня. — Я слышал, что твоя семья входит в число тридцати самых богатых людей в нашей стране, — сказал Ло Бинхэ. — Кто тебе это сказал? — Шэнь Юань рассмеялся. — Я живу относительно комфортно. Я не хочу сгибаться на вещах, которые не получил сам. — Значит, да, — усмехнулся Ло Бинхэ. — Тогда почему ты идешь со мной? Шэнь Юань моргнул. — Почему? Что в этом плохого? Разве я тебе не нравлюсь? — Нет, дело не в этом! — быстро возразил Ло Бинхэ. — Просто… ты элитный офицер, а я скрытый преступник. Я слышал от офицера Шана, что ты не только преуспел в школе, но и был довольно знаменит тем, что постоянно имел чистые белые оттенки. В то время как наличие ясных оттенков было чем-то предположительно нормальным для всех — мутные и сероватые оттенки указывали на криминальный потенциал, наличие чистых белых оттенков все время было чем-то необычным. Ведь у людей были взлеты и падения, стрессовые времена и хорошие времена. Шэнь Юань, однако, приобрел довольно хорошую репутацию в своей академии, поскольку он всегда появлялся с чистыми белыми оттенками в каждой ежемесячной оценке. Его криминальный коэффициент никогда не превышал 50. — Разве я не говорил тебе, чтобы ты перестал называть себя латентным преступником? Ты сделал что-то не так? Ло Бинхэ пожал плечами. — Большинство людей хотя бы раз в жизни делали что-то не так. — Хорошо, ты только что доказал мою точку зрения. Мне нравится общаться с приятными людьми, а не с людьми с ясными оттенками, — сказал Шэнь Юань. Ло Бинхэ уставился на него широко раскрытыми глазами. Затем он внезапно отвел взгляд, когда жар пополз по его лицу. — Офицер Ло? Ло Бинхэ кашлянул. — Ничего. Мы сейчас не на дежурстве, пожалуйста, зови меня по имени. — Только если ты тоже будешь называть меня по имени. — …Шэнь Юань, — попытался он. Шэнь Юань кивнул. — Ло Бинхэ. — … — …Почему ты покраснел, Ло Бинхэ? Эй, вернись, не убегай! Эй, ресторан в этой стороне! — Шэнь Юань рассмеялся.

***

Шэнь Юань полагал, что многолетнее сотрудничество смоет все негативные представления его коллег о Ло Бинхэ. Очевидно, нет. Кроме Шана Цинхуа, который не заботился ни о ком, кроме своего аниме и Юэ Цинъюаня, который, по крайней мере, приложил усилия, чтобы отправить запросы о повышении зарплаты Ло Бинхэ, все остальные относились к Ло Бинхэ как к второразрядному гражданину. Ло Бинхэ будет выдан доминатор только с разрешения элитного офицера. Его снабдили электрошокером только для самозащиты. Его зарплата была ниже, чем у Шэнь Юаня, несмотря на то, что он начал работать на три года раньше. Самое смешное, что Шэнь Юань обнаружил среди многих других вещей, было то, что вне работы он был изгоем даже среди членов их отдела. Шэнь Юань был сыт этим по горло и с тех пор каждый день присоединялся к Ло Бинхэ за обеденным столом. Он терпеть не мог, когда люди бросали на него странные взгляды, но он достиг своего предела, когда Мин Фань, офицер из другого отдела, указал на это. — Почему ты, элитный офицер, дружишь с латентным преступником? Шэнь Юаню было приказано проверить его оттенки (которые вышли чистыми белыми, как обычно) после того, как он бросил свои палочки в Мин Фаня. Хуже было, когда даже собственные коллеги говорили с ним об этом. — Тебе не следует слишком много общаться с Ло Бинхэ, — сказала ему однажды Ци Цинци, когда он пил кофе в комнате отдыха. Шэнь Юань поднял бровь. — Опять это? Он ничего не сделал, кроме того, что родился от людей, которые оказались в тюрьме. Ци Цинци вздохнула. — Есть причина, почему дети преступников имеют серые оттенки и помечены как скрытые преступники. Конечно, они ничего не совершили, но осторожность не помешает, верно? Это не причинило ему вреда, но, несомненно, причинило бы боль Ло Бинхэ. У него не было других друзей, кроме Шэнь Юаня! — Ты знаешь, что его отца арестовали за убийство? Он все еще в тюрьме, расплачивается за это. Шэнь Юань замер. Затем он хмуро посмотрел на Ци Цинци. Зачем она ему все это рассказывает? — Я думала, ты захочешь это знать. — Это все равно не изменит моего мнения о Ло Бинхэ. Он хороший парень. Ци Цинци зарычала. — Конечно, это так, никто не говорит, что он плохой парень. Просто говорю, что ты должен быть осторожен. — Твои действия противоречат этому. Ты ведешь себя так, будто он — заразный, — тихо возразил Шэнь Юань.

***

Шэнь Юань не получил доступа к высшим файлам, но если это было дело об убийстве, то его не должно быть трудно найти. Труднее всего было узнать имя отца Ло Бинхэ. Ло Бинхэ был вынужден сменить фамилию, чтобы избежать издевательств — шаг, который не очень помог. Ему нужен был только доступ к служебной информации. Для этого он отправился в публичную библиотеку, расположенную чуть дальше по соседству. Не будет ничего хорошего, если его поймают, когда он попытается заглянуть в профиль своего коллеги. Им не разрешалось пользоваться персональными компьютерами на работе, и все, что он делал на рабочем ноутбуке, контролировалось — он обнаружил это, когда Юэ Цинъюань вызвал Шан Цинхуа в свой офис из-за загрузки хентай-аниме. Шэнь Юань действовал быстро — открывал файлы, чтобы найти профиль Ло Бинхэ. Как только он нашел то, что ему было нужно, он немедленно закрыл страницу и открыл другую, чтобы посмотреть дело. Его глаза расширились. Примерно восемнадцать лет назад отец Ло Бинхэ, Тяньлан Цзюнь, был обвинен в убийстве бывшего учителя своей жены. Тяньлан Цзюнь признался в преступлении и был арестован. Он был одним из первых преступников, осужденных по этой системе, и получил пожизненное заключение. Ло Бинхэ отправили в сиротский приют. Что касается мотива убийства? Мужчина ворвался в их дом и напал на жену. Тяньлан Цзюнь ударил его бейсбольной битой, случайно вызвав смерть мужчины. Су Сиянь скончалась от ран через несколько дней после нападения. Все это показалось Шэнь Юаню нелепым. Вердикт был вынесен после того, как они оценили его оттенки во время допроса — которые оказались 210. Это было примерно то же самое, что беременная женщина, которую они спасли на днях. — Так… абсурдно, — не удержался он. — Ты тоже так думаешь? Шэнь Юань чуть не подпрыгнул, пораженный голосом, который, казалось, исходил от человека, стоявшего позади него. Он обернулся. На вид мужчине было чуть больше двадцати, с чернильно-черными волосами, собранными в свободный хвост, бледно-белой кожей, простым белым кардиганом и черными брюками, с темно-зелеными радужками, отражающими глаза Шэнь Юаня. Он был красив — не так красив, как Лю Цингэ или Ло Бинхэ, но определенно излучал таинственное очарование. — Прошу прощения. Я проходил мимо и не мог не услышать ваших творческих проклятий, — сказал мужчина. Шэнь Юань покраснел. Неужели он высказывал свои мысли вслух? — Мне очень жаль. Я прервал чтение? Мужчина покачал головой. — Ты поднял интересный вопрос. Ты против системы? Шэнь Юань вздохнул. — Не совсем. Идея запретить полицейским стрелять в невинных людей хороша, но я не верю, что машина может вынести справедливое решение. Мужчина выглядел удивленным. — Интересно. Однако люди — существа с чувствами, предубеждениями и собственными представлениями о справедливости. Когда ты имеешь дело с фактами, твои предубеждения и чувства не имеют значения. — Ну, система даже не заботится о фактах. Именно потому, что у людей есть чувства, нас не должны судить машины. Этот случай является хорошим примером — система не может судить, движет ли действие злобой, местью или самосохранением. Недопустимо, чтобы женщина подверглась нападению и умерла, но ее муж был заключен в тюрьму, потому что он пытался спасти ее, и их ребенок навсегда будет считаться гражданином второго сорта из-за этого, — утверждал Шэнь Юань. Мужчина усмехнулся. — Хорошая мысль. Ты первый человек, которого я встречаю, который тоже так думает. Ты студент? Какой университет? И еще один? Глаза Шэнь Юаня дрогнули. — Я не студент. Так получилось, что я офицер. Мужчина выглядел удивленным. Он, вероятно, не ожидал, что Шэнь Юань будет работать в правоохранительных органах, и думал, что он все еще студент университета. После этого Шэнь Юаню, наверное, стоит чаще ходить в спортзал. — Понимаю. Что ж, надеюсь увидеться еще, офицер.

***

Шэнь Юань решил, что ему не следует говорить с Ло Бинхэ об истории его родителей, по крайней мере пока. Он уже чувствовал себя виноватым за то, что вынюхивал что-то вокруг, он подождет, пока Ло Бинхэ не захочет сам открыться ему. Он продолжал дружить с Ло Бинхэ. Чем больше он говорил с ним, тем больше ему нравился Ло Бинхэ. Ло Бинхэ каждое утро заваривал для него чай. Сначала мужчина просто тайком ставил дымящуюся горячую чашку на стол прямо перед тем, как войти. Затем однажды Шэнь Юань застал его за этим занятием, и после того, как Ло Бинхэ застенчиво признался, что делает это, они начали пить чай вместе утром, прежде чем приступить к какой-либо работе. Поначалу дружелюбие Шэнь Юаня почти не подействовало, но через несколько месяцев он заметил, что что-то, похоже, наконец изменилось. Лю Цингэ больше не смотрел на Ло Бинхэ волком. Ци Цинци и Вэй Цинвэй перестали предупреждать его о приближении к Ло Бинхэ. Шан Цинхуа тоже помог, покинув свое гнездо и присоединившись к обеденному столу Шэнь Юаня. Вскоре Ци Цинци, наконец, начала присоединяться к ним. Глаза Ло Бинхэ всегда смотрели на Шэнь Юаня с благоговением. Цю Хайтан, его бывший школьный товарищ — теперь офицер в другом отделе — пошутила, что он стал феей-крестной Ло Бинхэ, которая принесла ему друзей и счастье. Он пожалел об этом. Он не был уверен, действительно ли Ло Бинхэ счастлив. Были моменты, когда Ло Бинхэ выглядел тронутым, но были и моменты, когда он выглядел раздраженным. Возможно, он предпочел бы остаться один, кто знает. — Шэнь Юань, присоединяйся к нам в конференц-зале. У нас важный брифинг, — мрачно сказал Юэ Цинъюань. Шэнь Юань моргнул. Должно быть, это очень важная миссия. Юэ Цинъюань собрал всех сотрудников отдела в конференц-зале, и он редко делал это, за исключением очень важных и опасных случаев. Юэ Цинъюань вздохнул. — Девятый снова сделал свой ход. — Девятый? — переспросил Шэнь Юань. — Террористическая группа. Однако никто не знает точного числа их членов или их лидера. Они действуют, манипулируя людьми для совершения гнусных преступлений. — Как? — ахнул Шэнь Юань. Шан Цинхуа показал ему файлы на планшете. — В прошлом году они заставили школьницу совершить массовое убийство, послав ей оружие. Она убила тридцать учеников и двух учителей. За полгода до этого они организовали налет мятежных подростков на дом политика. Они сожгли дом и его обитателей. — На этот раз мы получили информацию о том, что Девятый планирует пронести контрабандой оружие через корабль, прибывающий в гавань Б-Сити. Лю Цингэ, Ло Бинхэ и Шэнь Юань, вы трое отправитесь туда, — приказал Юэ Цинъюань. — Да, сэр!

***

Ночная гавань была страшным местом. Казалось, они вот-вот столкнутся с призраком. Лю Цингэ бросил доминатор Ло Бинхэ. — Нам троим следует разделиться. Не забудьте предупредить остальных, если обнаружите кого-нибудь подозрительного. Шэнь Юань и Ло Бинхэ кивнули. Троица разделилась и начала исследовать местность. Шэнь Юань вошел в большой склад, не обнаружив там ничего, кроме груза, готового к отправке. Среди него не было оружия, но, конечно, они никогда не узнают, если не откроют все. Он услышал слабые шаги и прищурился. Шэнь Юань шел более тихо, приближаясь к источнику шагов более осторожно. Он почти закричал и беззвучно произнес проклятие в адрес Ло Бинхэ, который тоже слышал то же самое. Он заглянул туда и был удивлен тем, что обнаружил. — Хайтан? — прошептал он. Цю Хайтан обернулась. Она вздохнула с облегчением, увидев там Шэнь Юаня. — Это ты. Что ты здесь делаешь? — А ты? — …Секрет? Два департамента фактически развернули своих офицеров? — Ты одна? Ты тоже рассталась со своими товарищами по команде? Цю Хайтан кивнула. — Нам не следует двигаться большими группами. Мы рискуем быть обнаруженными… Как раз в тот момент, когда она это сказала, мимо нее пролетела пуля, попав в мочку уха. Цю Хайтан закричала, держась за окровавленное ухо. Ло Бинхэ и Шэнь Юань были в полной боевой готовности. — Шэнь Юань, выследи преступника с помощью наших доминаторов! Шэнь Юань активировал свой доминатор. Однако он не обнаружил никого, кроме еще двух фигур, имевших четкие оттенки. Один из них мог быть Лю Цингэ, а другой, возможно, товарищем Цю Хайтан по команде. — Там никого нет, — сказал Шэнь Юань и взял свой передатчик. — Офицер Лю, разведайте снаружи. Преступник мог быть снайпером с большой дистанции! Ло Бинхэ нахмурился. — Снайпер звучит не совсем правильно. Там нет подходящего места для снайпера на дальнем расстоянии, чтобы прицелиться, и позиция леди очень близка… — Но здесь нет никого с серыми оттенками. Ты не можешь просто иметь чистый белый оттенок после того, как застрелил кого-то! — рассуждал Шэнь Юань. — О, ты можешь. Ло Бинхэ издал сдавленный звук, когда почувствовал, как пуля прошла сквозь его руку. Шэнь Юань ахнул и побежал, чтобы оттащить его. Цю Хайтан дрожащей рукой схватила доминатор, выпавший из рук Ло Бинхэ, но издала еще один оглушительный вопль, когда третья пуля прошла через ее бедро. Твердая рука отняла у нее доминатор, в то время как другая рука потянула ее за волосы. Шэнь Юань замер. — Ты… ты… Незнакомец улыбнулся. — Мы снова встретились, офицер. Он действительно был незнакомцем для Ло Бинхэ, но не совсем для Шэнь Юаня. Это было всего пару месяцев назад, когда они впервые встретились, но мужчина слушал длинную болтовню Шэнь Юаня в библиотеке. Мужчина направил доминатор на голову Цю Хайтан. Она кричала и билась, но он крепко держал ее за шею. — Я думал, ты, офицер, уже знаешь, насколько несовершенна система. У Шэнь Юаня пересохло в горле. — Это ты… Девятый? Девятый пожал плечами. — Так меня называют. — …Отпусти ее. Девятый ухмыльнулся. — Попробуй. Шэнь Юань нацелил свой доминатор на Девятого. — Я собираюсь пристрелить тебя. Пусть Хайтан уйдет и сдавайся. Девятый засмеялся. — Попробуй. Нажми на курок. Сделай это. — Коэффициент преступности 42. — …Невозможно, — недоверчиво произнес Шэнь Юань. — А почему это невозможно? Система наказывает невинных людей, почему она не пощадит настоящих преступников? — Девятый поднял украденный доминатор. — На самом деле, я собираюсь в точности продемонстрировать недостатки твоего надежного оружия. Ло Бинхэ упал, парализованный. — Коэффициент преступности 37. Нет, нет, этого не может быть, — в отчаянии подумал Шэнь Юань, снова нажимая на спусковой крючок доминатора. Он читал так много случаев, когда людей ложно сажали в тюрьму из-за решения системы. Он ни разу не сталкивался со случаем, когда человек, столь явно виновный, человек, который буквально только что выстрелил в двух человек из настоящего пистолета, все еще считался невиновным. — Система не наказывает виновных. Она наказывает тех, кто имеет темные оттенки. Ее не волнуют факты, не говоря уже о чувствах. Верно? — Девятый ухмыльнулся и прижал доминатор прямо к голове Цю Хайтан. Она плакала, выла и билась. — Коэффициент преступности 278. — Нет! — закричал Шэнь Юань. БАХ! Шэнь Юань был свидетелем того, как его друг умер, превратившись в ничто на его собственных глазах. Его доминатор, все еще нацеленный на Девятого, издал звук, когда дрожащие пальцы Шэнь Юаня снова нажали на курок. — Коэффициент преступности 22. Как можно… как может человек, который только что… убил кого-то, иметь ясный оттенок? В этом не было никакого смысла. Тяньлан Цзюнь случайно убил кого-то, чтобы спасти свою жену, и все еще находился в тюрьме. Девятый только что убил человека без всякой причины, прямо у него на глазах, но доминатор все еще считал его невиновным. Шэнь Юань упал на колени. — Почему? Девятый пожал плечами. — Кто знает. Твоя подруга потрясающая, правда? Она прошла полицейскую проверку и сохранила ясный оттенок, несмотря на то, что продавала мне информацию, предавая всю нацию. Тем не менее, ее оттенки стали мутными, как только она поняла, что вот-вот потеряет свою жизнь. Губы Шэнь Юаня приоткрылись, но он не мог произнести ни слова. Информация? Цю Хайтан продавала информацию террористу? Девятый направил на него доминатор. Он истерически рассмеялся. — А еще ты просто чудо, да? Твой товарищ по команде парализован, твой друг только что умер, но твой цвет все еще чисто белый. Ты вообще человек? — Он подошел ближе к Шэнь Юаню и прошептал ему на ухо. — Или эта система вообще законна? Они оба знали ответ. Девятый положил руку на плечо Шэнь Юаня. — Выбирай сторону, офицер. Ты и я, мы так похожи. У нас даже фамилия одинаковая, и мне кажется, что быть с тобой было бы не так уж плохо. Единственным звуком, который мог слышать Шэнь Юань, были удаляющиеся шаги Девятого, в тот момент, когда он сам кричал от боли.