Мой принц

Нин Инъин счастливо напевала и кивала головой в такт музыке. Кружка с чаем на ее столе остывала, но ей было все равно, так как ее глаза были прикованы к экрану компьютера, который показывал видео из ее любимого плейлиста. — На что ты смотришь, Инъин? — Спросил Мин Фань, остановившись у ее стола, все еще держа в руках стопку папок. Нин Инъин усмехнулась. — Видео с прослушиванием Шэнь Юаня. Я никогда не могу насытиться этим. Глаза Мин Фаня заблестели. — Значит, ты тоже фанатка Шицзуня? — О боже, Мин Фань, ты тоже фанат Шицзуня? — Взвизгнула Нин Инъин. — Разве он не самый великолепный? Мин Фань гордо усмехнулся и потер нос. — Я его фанат с самого первого эпизода! Ци Цинци вошла в кабинет, стуча каблуками, и ухмыльнулась, остановившись перед столом Нин Инъин. — Первый эпизод? Любители. Вы знаете, кто сделал первую фотографию, загруженную на его Weibo? — Агент Ци, у тебя есть фотографии того дня? Пожалуйста, я заплачу! — Ахнула Нин Инъин. Му Цинфан вышел из кладовой с чашкой горячего кофе в руке. — О чем вы говорите? — Доктор Му, ты смотрел «Дорогу к идолам"? — Спросила Нин Инъин. Му Цинфан слегка улыбнулся и спокойно отхлебнул кофе. Он достал телефон и показал свой новый скринсейвер — скриншот, на котором Шэнь Юань танцует в сверкающей бело-зеленой куртке во время выступления в третьем раунде. — Это шоу, в котором участвует наш специальный агент, конечно, я должен следить за ним. Я слышал, что идолы часто тренируются так сильно, что они травмируют себя, мне нужно убедиться, что Шэнь Цинцю не переусердствует. Нин Инъин мечтательно прижимала к груди фотографию Шэнь Юаня в рамке. — Но Шицзунь всегда выглядит легко и грациозно. — Не могу дождаться, когда увижу дебют, — хлопнул в ладоши Мин Фань. — Когда это будет, Цинци? — Спросил Му Цинфан. — По плану, это должно быть через месяц… Дверь внезапно распахнулась, и Нин Инъин взвизгнула, уронив фотографию в рамке. Му Цинфан тут же сунул телефон обратно в карман. Мин Фань быстро помог убрать товар, который выстроился на столе Нин Инъин. Шэнь Цинцю вошел в кабинет в джинсовой куртке, черной шляпе и черной маске. Достаточно было одного взгляда, и любой мог сказать, что он знаменитость, так как наряд едва мог скрыть его привлекательную внешность. На самом деле, он выглядел еще более похожим на знаменитость, пытающуюся замаскироваться под нормального человека. Шэнь Цинцю снял маску и шляпу, затем посмотрел на Нин Инъин. — Босс внутри? Нин Иньин откашлялась и слегка обмахнулась веером. — О? Ах, гм, да. Он внутри. Пожалуйста, подожди, я ему сообщу. — Если он внутри, я просто войду… — Нет! — Выпалила Нин Инъин. Он нахмурился и посмотрел на нее. — У него гость? Другой агент? — Нет, но… — Нин Инъин пыталась придумать, как задержать его, пока нажимала кнопку под столом, чтобы предупредить Юэ Цинъюаня. — Ши… эм, агент Шэнь, разве ты не занят подготовкой к своему дебютному шоу? Какую песню ты будешь петь? Шэнь Цинцю пожал плечами. — Кто знает. — Что значит «Кто знает»? Разве ты не собираешься подписываться? — Спросила Ци Цинци. Он бросил на нее угрожающий взгляд. Шэнь Цинцю кипел. — Я не подпишу этот дурацкий контракт, — твердо заявил он, прежде чем открыть дверь в кабинет Юэ Цинъюаня. Шэнь Цинцю, не обращая внимания на панику и ужас на лицах своих коллег, вошел в кабинет Юэ Цинъюаня. Он наконец-то смог получить выходной день после того катастрофического объявления окончательного состава дебютирующих членов группы. После этого их засыпали пресс-конференциями со СМИ, интервью, встречи по поводу концепций дебютного альбома и песен, даже план эстрадных реалити-шоу. К счастью, начальство все еще обсуждало детали контракта, так что, хотя формально дебютирующие члены клуба уже приступили к работе, им еще предстояло подписать официальный контракт. И Шэнь Цинцю точно не подпишет никакого контракта с лейблом звукозаписи. Его первоначальным намерением было расследовать дело торговца людьми, а не стать лицом группы! Заключительный эпизод «Дороги к идолам», в отличие от предыдущих эпизодов, был прямой трансляцией со сцены, устроенной как открытый концерт. Таким образом, вся нация, которая смотрела шоу, знала, кто был победителем, в тот момент, когда оно было объявлено. Все тренеры, включая самого Ло Бинхэ, сфотографировались с Шэнь Юанем и выложили его в социальные сети своим миллионам подписчиков. В одночасье он стал огромной звездой. До этого Шэнь Цинцю мог ходить, где хотел, без особых помех. Сегодня утром, когда он ехал в метро, его засыпали поклонники, преследовавшие его, чтобы сфотографировать, несмотря на то, что он уже принял меры предосторожности с маской и шляпой. Шэнь Цинцю ненавидел толпу, но Шэнь Юань должен был быть милым, невинным, дружелюбным молодым идолом. Он был вынужден проглотить свой гнев и удовлетворить просьбу фанатов, прежде чем пробраться в здание агентства, используя свои годы обучения в качестве секретного агента. Черт побери, надо было просто взять такси. Как бы он ни был зол на Юэ Цинъюаня, Шэнь Юань был личностью, которую он создавал и играл очень тщательно в течение последних трех месяцев. Он не хотел тратить впустую все свои усилия, ломая характер — на случай, если ему когда-нибудь понадобится использовать его снова. Первое, что увидел Шэнь Цинцю, как только вошел в комнату, было то, что Юэ Цинъюань изо всех сил пытался закрыть свой ящик. Мужчина побледнел, как только заметил присутствие Шэнь Цинцю, и выдавил из себя неловкую улыбку. — А, Сяо Цзю. Ты не сказал мне, что приедешь. — Цинцю, — напомнил он Юэ Цинъюаню. — Моя работа закончена, ты получил отчет. У меня ведь больше ничего нет, верно? Я бы хотел взять отпуск на две недели, начиная с сегодняшнего дня. Юэ Цинъюань моргнул. — Куда ты собираешься? — Подальше от людей, — возразил Шэнь Цинцю. — Но… а как же твой дебют? — Этого не будет, я не подпишу контракт. Я специальный агент, а не долбаный поп-идол! — Прошипел Шэнь Цинцю. — Как ты смеешь… Сколько голосов ты купил, чтобы я прошел? — Я голосовал честно, ни один голос не был куплен! — Юэ Цинъюань защищался. — Значит, ты все-таки голосовал! — Мы должны были убедиться, что ты сможешь остаться, пока торговец не будет пойман, — рассуждал Юэ Цинъюань. — Никто не говорил, что я должен выиграть первое место и присоединиться к дебютной группе! — Это было твое собственное обаяние и талант, Сяо Цзю. Твои поклонники голосовали за тебя, потому что верили в твою силу, неужели ты собираешься их разочаровать? — Настаивал Юэ Цинъюань. — А публика не удивится, почему лидер группы и победитель шоу вдруг решил не дебютировать? Шэнь Цзю бросил на него убийственный взгляд и, схватив его за галстук, притянул к себе. Юэ Цинъюань сглотнул. — Почему бы нам не поговорить о том, как ты разочаровываешь меня, Юэ Ци? Ты думаешь, я не видел, как ты держал баннер с моим именем и лицом во время финального тура живого концерта? Юэ Цинъюань тяжело сглотнул. — Сяо Цзю… Ци Гэ хотел поддержать тебя только на тот случай, если тебе будет трудно на сцене… Шэнь Цинцю саркастично улыбнулся. — Поддержать меня? Тогда сделай что-нибудь с контрактом, мне все равно. В голосовании должна быть какая-то фальсификация, сделай его публичным, чтобы группа была распущена. Даже без него эти ребята как-нибудь выживут. Гунъи Сяо был красив и талантлив с хорошей личностью, он уже мог дебютировать в качестве идола. Как и другие молодые стажеры, которые очень усердно работали, чтобы улучшить свои навыки и завоевать сердца своих поклонников. Шэнь Цинцю, честно говоря, было все равно, потому что как насчет его собственного здравомыслия? — Ну… начальство не хочет, чтобы ты уходил, — сказал Юэ Цинъюань. Шэнь Цинцю прищурился. — Что ты имеешь в виду? — Торговца поймали, но он был всего лишь посредником. Он лишь часть организации, вовлеченной в круг. Мы уже допросили этого человека, похоже, что среди крупных шишек звукозаписывающего лейбла есть кто-то, также причастный к торговле людьми. Шэнь Цинцю отпустил своего начальника и глубоко вздохнул. — Ты хочешь, чтобы я также проник в компанию. — Да. — Как один из записывающихся. — Да. Стол задрожал, и едва прикрытый ящик случайно выдвинулся, открыв вид на световые палочки, значки, фотокарточки и мини-фигурки персонажа, очень похожего на Шэнь Цинцю. — …Ци Гэ. — Шэнь Цинцю сладко улыбнулся, почти напоминая улыбку Шэнь Юаня. — Да, Сяо Цзю?

***

Мин Фань и Нин Инъин вздрогнули, услышав громкую звонкую пощечину и чей-то поток проклятий. Затем на некоторое время воцарилась тишина, прежде чем Шэнь Цинцю вышел, выглядя в десять раз более раздраженным, чем был, когда вошел. Он посмотрел на Нин Инъин. — Где Ци Цинци? — Агент Ци пошла за документами… — ответила Нин Инъин и указала на общий кабинет агентов. — Скажи ей, чтобы встретила меня на стоянке. Я больше не поеду на метро, — сказал Шэнь Цинцю и вышел из офиса. Нин Инъин просунула голову в кабинет своего босса и сочувственно поморщилась, увидев Юэ Цинъюаня, тяжело опустившегося на стол с красным отпечатком ладони на лице. — Нин… Не могла бы ты заказать мне билет на дебют? Нин Инъин усмехнулась. — Значит, это произойдет?

***

Ладно, Шэнь Цинцю был полон решимости сделать это как можно скорее. Если он не сможет избежать контракта и дебюта, он попытается хотя бы оставить все после одного дебютного альбома. Они были на ранней стадии дебюта, их фэндом был не так силен и не так велик, как другие группы, и все же было много фанатов. Если бы Шэнь Цинцю мог сделать все правильно и быстро, он мог бы уйти, не создавая слишком большого шума. Компания, ответственная за управление деятельностью группы, уже собрала всех девять дебютировавших членов для первого обсуждения условий контракта. Шэнь Цинцю мог бы воспользоваться этим шансом, чтобы выяснить людей из компании, которые были вовлечены в торговлю людьми. К счастью, поскольку речь шла о контракте, он также мог пригласить Ци Цинци на встречу в качестве своего агента. — Ты выглядишь таким раздраженным, улыбнись, агент Шэнь. Я имею в виду… Шэнь Юань, — усмехнулась Ци Цинци. — Заткнись. — Это не то, что сказал бы Шэнь Юань. — Пока мы не выйдем из этой машины, Шэнь Юаня не будет. Ци Цинци въехала на подземную парковку и ухмыльнулась. — Ну вот мы и приехали, так что постарайся, Сяо Юань. Шэнь Цинцю глубоко вздохнул. Помни, это миссия, это миссия. Он вышел из машины, и так случилось, что Гунъи Сяо тоже только что приехал. Их глаза встретились, и выражение лица Шэнь Цинцю сразу же смягчилось, когда «Шэнь Юань» взял верх. Он с энтузиазмом махнул рукой и подбежал к Гунъи Сяо. — Сяо-Гэгэ! Гунъи Сяо улыбнулся и обнял его еще крепче. — Как прошел короткий отпуск, Сяо Юань? Я должен был вернуться домой и встретиться с родителями, а ты? Шэнь Юань улыбнулся, его щеки слегка порозовели. — Я должен был встретиться со своим Ци Гэ. Знаешь ли ты, что мой Ци Гэ на самом деле собирал всю мою продукцию? Он даже тайком пришел посмотреть последнее живое шоу и даже не сказал мне! Гунъи Сяо рассмеялся. — Тебе следовало бы хорошенько поколотить его за то, что он хранит секреты! — Ну конечно! Ци Цинци: … Он, конечно, это и сделал. Некоторые из членов группы уже прибыли, каждый с менеджером из своего развлекательного агентства. Вскоре к ним присоединилось начальство из управляющей компании. Шэнь Цинцю заметил среди них президента Чэня и был немного удивлен. Президент Чэнь был владельцем Ханьхуа, был ли он также крупным акционером здесь? Этой информации не было ни в одном из файлов, полученных Шэнь Цинцю. Пока они обсуждали условия контракта, Шэнь Цинцю, извинившись, на минутку удалился в ванную. Он вышел из конференц- зала — и вместо этого начал искать офис высшего руководства. Все большие шишки были на совещании, так что это был его шанс проникнуть и получить информацию. Ему удалось пройти через двери и персонал компании. Он уверенно расхаживал по комнате. Нерешительность только привлечет больше внимания. Обнаружив, что на верхнем этаже управления нет людей, он улыбнулся. Он остановился, заметив, что дверь, ведущая в кабинет директора, заперта. У него был только гостевой пропуск вместо карточки персонала, поэтому он не мог его открыть. Впрочем, он мог догадаться, что это за пин-код. Здание было относительно новым и использовало RFID-систему блокировки дверей, которую можно было отпереть вручную даже без карты. Шэнь Цинцю открыл панель. Он слегка прищурился и ухмыльнулся, обнаружив на сенсорном экране малейший след отпечатков пальцев. Он уже собирался открыть дверь, когда услышал приближающиеся шаги. Шэнь Цинцю прищелкнул языком. Ну что ж, когда дело доходит до проникновения, первый план все равно редко срабатывает безупречно. Он глубоко вздохнул, немного смягчил выражение лица и отошел, придав лицу озабоченное выражение. Он чуть не выругался про себя, когда наткнулся в коридоре на Ло Бинхэ. Ло Бинхэ удивился, увидев его. — Шэнь Юань? Что ты здесь делаешь? Шэнь Юань смущенно улыбнулся. — Прошло много времени, Ло Лаоши. Я здесь на совещании, и только что пошел в туалет, и… э-э, я не помню, где находится конференц-зал. Ло Лаоши, что ты здесь делаешь? Ло Бинхэ улыбнулся. — Производственное совещание по драме, я здесь, чтобы сначала поприветствовать знакомого. Это место может сбить с толку, я думаю. Показать дорогу? — Я не хочу беспокоить.… — Все в порядке. Конференц-залы находятся на одном этаже, мы можем пойти вместе, — сказал Ло Бинхэ и, взяв его за руку, повел к лифту. Шэнь Цинцю заметил, что у него другая карта доступа. Это была служебная карточка, а не гостевая. — Ло Лаоши, я думал, что ты из «Северных развлечений». Это ведь не дочерняя компания этой компании, верно? Откуда у тебя служебная карточка? — Это не так. Мне ее мать одолжила. Она работает в Хуаньхуа, и агентство является дочерней компанией этой компании. Генеральный директор также является крупным акционером, — сказал Ло Бинхэ. Опять же, этого не было в предоставленном ему досье. Возможно, эта информация не была включена в него, но он должен был перепроверить ее с Юэ Цинъюанем позже. Как бы то ни было, будучи ребенком известной актрисы и сам давний исполнитель, Ло Бинхэ должен был знать многое из того, что происходило за кулисами. Шэнь Цинцю должен продолжать поддерживать с ним связь, чтобы выкопать всю грязь, чтобы он мог выбраться из этого ада как можно скорее. Он провел его в зал заседаний, и Шэнь Цинцю мило улыбнулся ему. — Спасибо, Ло Лаоши. Пожалуйста, позволь мне угостить тебя едой в ближайшее время. — Это я должен ухаживать за тобой, как старший, Сяо Юань, — быстро сказал Ло Бинхэ. — Я желаю всего наилучшего на твоем дебютном шоу. Не забудь позвонить мне, — улыбнулся Ло Бинхэ и протянул Шэнь Цинцю листок бумаги. На нем был его номер и ID в WeChat. Шэнь Цинцю помахал ему рукой, когда он уходил на свою собственную встречу. Интересно, когда Ло Бинхэ успел достать этот листок бумаги и написать на нем свой номер телефона? Они все время были вместе. Неужели он все время носил с собой бумажку со своим номером? Должно быть, он плейбой, — подумал Шэнь Цинцю и вошел в зал заседаний.

***

Лю Цингэ был взбешен. Он только что прибыл в аэропорт после окончания долгой миссии, только чтобы узнать, что Юэ Цинъюань не доступен из-за болезни. Когда он позвонил Юэ Цинъюаню прямо перед полетом, человек выглядел просто прекрасно, а теперь он внезапно заболел? Лю Цингэ попытался позвонить в офис, но никто не ответил. Очень хорошо, если никто не отвечает, тогда они не должны винить его за то, что он послал отчеты с опозданием. Он решил вернуться домой на такси. Таксист — мужчина средних лет — включил радио, и зазвучала попсовая песня. Старик взглянул на него в зеркало. — Молодой человек, ты идол? Почему он решил, что Лю Цингэ — идол? — Нет. — Актер? — Я не работаю в индустрии развлечений, — ответил Лю Цингэ. — Ха, ты достаточно хорош собой, чтобы войти в шоу-бизнес. Надеюсь, ты не против музыки, — рассмеялся таксист. — Я всегда думал, что поп-идолы — это просто красивые лица, но моя дочь постоянно говорит мне послушать эту песню, и она действительно звучит довольно хорошо. Для Лю Цингэ это звучало как довольно обычная поп-песня. С другой стороны, он не был поклонником поп-музыки или любой музыки вообще, он был случайным слушателем большую часть времени. Голоса звучали довольно хорошо, особенно тот, который пел прямо перед хором. Лю Цингэ показалось, что он слышал этот голос раньше, но он не был в этом уверен. Он не был знаком с поп-артистами и никогда не беспокоился о том, чтобы следовать за ними. В лучшем случае он просто слушал плейлист своей сестры, пока они были вместе в долгой поездке. — Звучит неплохо. Голос певца. — Верно. Обычно я не смотрю реалити-шоу, не говоря уже о программах на исключения — слишком много для моего старого сердца, но Сяо Юань действительно хорош в захвате сердец. Все, с кем я разговаривал до сих пор, действительно любят Сяо Юаня. Такой хороший, талантливый молодой человек. Сяо Юань? — Это имя певца? — Так зовут главного вокалиста группы. Шэнь Юань. — А, — сказал Лю Цингэ. Что ж, если ему больше нечем заняться, он посмотрит позже. Прошло много времени с тех пор, как песня привлекла его внимание в первый раз. Лю Цингэ попросил такси высадить его в ближайшем кафе, чтобы сначала набить живот. Он уже был раздражен, и возвращение в офис, чтобы писать отчеты, не заставит его чувствовать себя лучше. По крайней мере, хорошая еда поднимет ему настроение. Он заказал высокую чашку кофе со льдом и попросил двойную порцию эспрессо, чтобы получить дополнительный заряд кофеина, который, как он знал, позже понадобится ему для написания отчета. Он сел, ожидая приказа. Он поднял глаза и заметил на стене телевизор с плоским экраном, транслирующий живое музыкальное шоу. Несколько посетительниц собрались за столиком поближе к телевизору, чтобы посмотреть его. Он проигнорировал его и вернулся к просмотру своих сообщений коллегам. — И теперь, дебютируя на этой неделе со своей песней, новоиспеченная группа из общенационального популярного шоу «Дорога к идолам» — S9! — Здравствуйте, мы S9! — Цзе-Цзе так счастлива быть в окружении всех этих молодых, красивых мужчин! Можете ли вы объяснить происхождение названия вашей группы? — Это аббревиатура. Так проголосовали наши фанаты, которые хотят, чтобы мы росли. — Ах, просто глядя на вас, Цзе уже видит девять прекрасных богов! Но прежде чем мы увидим ваше выступление, можем ли мы получить конечные три милые позы от нашего милого Сяо Юаня, пожалуйста? Все поклонники хотят пополнить коллекцию гифок. Все покупательницы внезапно разразились громкими визгами, такими громкими, что у Лю Цингэ задергались глаза. Что такого особенного было в этих новых поп-идолах? Все они вели себя так, словно сошли с ума. Потом заиграла песня, и Лю Цингэ понял, что это та же песня, которую он слышал в такси раньше. Наконец он повернулся и тоже посмотрел на экран. Группа молодых людей танцевала и пела. Они двигались довольно быстро, и камера постоянно переключалась с одного члена на другого, так что Лю Цингэ едва мог хорошо рассмотреть их лица. Но один из них показался довольно знакомым. — Ах, Сяо Юань!!! — Крикнула одна из девушек. О. Главный вокалист. Лю Цингэ клялся, что он определенно видел это лицо и слышал этот голос раньше. — Дорогой клиент, ваш напиток и сэндвич готовы, — официантка принесла кофе и сэндвич, уже упакованные на вынос. — О, спасибо, — сказал Лю Цингэ. Он отметил, что посмотрит группу позже, так как песня была довольно хорошей. Кафе было уже близко к зданию их агентства, поэтому Лю Цингэ пошел с едой на вынос в офис. Он небрежно ответил на приветствия нескольких высших чинов, которые заметили его, когда он проходил мимо них. Он добрался до своего этажа и с ужасом обнаружил, что все сотрудники их отдела отсутствовали. Это был не просто Юэ Цинъюань, даже его помощник и другой вспомогательный персонал отсутствовали. Лю Цингэ пошел в кладовую. Нет, Му Цинфан тоже не пьет чай. Он пошел в другую кладовую и не нашел там Мин Фаня, который обычно раскладывал там папки и документы. Что, черт возьми, произошло? Агенты… это было бы понятно, большинство из них все равно редко бывали в офисе, так как часто были на заданиях. Но босс? Его личный помощник? Весь остальной офисный персонал? Где они были? Не может быть, чтобы они все были в отпуске, сейчас не сезон отпусков и не новый год. Лю Цингэ знал бы, если бы была назначена встреча. Он стоял посреди кабинета, все еще в замешательстве. Вскоре из коридора послышались голоса и шаги, приближающиеся к кабинету. — Ах, это было такое хорошее шоу… — Жаль, что оно было слишком коротким… — Но ведь у нас будет больше, верно? После этого Шицзунь появится еще в нескольких музыкальных шоу! — А еще скоро будет фан-митинг… мы должны купить как можно больше альбомов! Его глаза остановились на Юэ Цинъюане, Нин Инъин, Мин Фане и Му Цинфане — все они были одеты в белые рубашки с надписями. Бумажный пакет в его руке упал, когда он увидел веера с лицом своего коллеги. Его коллега, у которого, как было известно, было только лицо отдыхающей сучки или холодная улыбка, так ярко улыбался в печатном веере. Лю Цингэ уронил челюсть, как будто до него наконец дошло, почему «Сяо Юань» выглядит и звучит так знакомо. — …Что, черт возьми, случилось с этим отделом?!