Богатыри и олени

Пользователя звали SwordEmperor, и Ваня повстречал его на одном из форумов, посвящённых закупкам на ebay. Местом жительства он указал Италию, общался на ломаном английском, но гугл-переводчик и не такое хавал, и вскоре Ваня разобрался, что одиннадцать тысяч постов тот набрал, консультируя новичков по самым разным вопросам: чем точить, как хранить, какой сувенирный клинок реально привести к состоянию, когда можно разрубить им… ну, допустим, свиную тушу. Ещё самоназванный император комментировал боевые сцены в фильмах, такие темы Ваниным интересам соответствовали гораздо больше, чем рубка свиней, и неудивительно, что их первый и последний диалог состоялся в одной из веток, посвящённой переснятым «Трем мушкетёрам». «Ты говно, и драться не умеешь!» — содержательно написал Ваня. Иностранец, видимо, переводил тем же гуглом, потому только через четыре минуты ответил: «Хочешь проверить?» «Приезжай, если не ссышь!» — пригласил Ваня и дописал: «Не перевелись ещё богатыри на земле русской!» Итальянец не ответил. Он ушел в оффлайн и больше в тот вечер не появлялся. Не появился он и на следующий день, и даже через два. Зато через неделю раздался звонок в Ваниной квартире, после чего из-за двери раздалось очень громкое и невнятное: «Пошли выйдем». Разумеется, открывать Ваня, как хороший мальчик, не стал, ведь мама учила никогда не впускать незнакомцев. Вот только незнакомец явно имел своё мнение на этот счёт — позади раздались громкие удары и страшный треск, после чего деревянная дверь оказалась буквально обрезана по прямоугольнику и выбита со своего места. На пороге стоял какой-то разъярённый хмырь, засыпанный снегом по самую макушку, и угрожающе взмахивал перед собой привязанным к левой руке здоровенным мечом. — Vоi! Тут дзывьет русски богéтыр Ванья Ершов? — пришелец прошёл в коридор, занося с собой с улицы снег и оставляя грязные следы от армейских сапог на свежевымытом полу. — Я приель драть с тéбия! Ваня на секунду почувствовал себя героем старого фильма, где мир оказался красочной компьютерной программой. Он даже попытался заглянуть незваному гостю за спину: не мелькнёт ли на лестничной площадке агент Смит в тёмных очках, но нет, неизвестный мужик оказался не сбоем в матрице, а вполне себе реальным существом, которое одним отработанным движением схватило его за шкирку и потащило прочь из квартиры. По дороге мелькнул родной подъезд, двор и даже переправа через залив, а кричащий ругательства на неведомом языке незнакомец продолжал тащить его всё дальше в заснеженные поля. Ване было страшно. Иностранец поставил его на ноги и встряхнул на всякий случай, чтоб не упал раньше времени. — Fermati ровно, русски богéитыр, драть тéбия saró! — Я не Сара, я Иван, не надо меня драть! — юный тролль явно поумерил пыл в сражении и на всякий случай сделал шаг назад, но далеко уйти не успел. Картинка перед глазами странным образом кувыркнулась, будто Ваню подкинули вверх, а потом он убедился на личном опыте, что голливудские режиссёры не наврали: отрубленная голова действительно может увидеть свое падающее тело, из которого алым фонтаном хлещет кровь. Правда, недолго.

***

Скуало чертыхнулся и привычным движением отряхнул меч, который покрылся кровью от одного совершенно неловкого движения. «Русский богатырь» оказался полным фуфлом, ради которого не стоило тащиться через две границы, но за восемь лет знакомства с Интернетом он так и не научился жаловаться модератору, по-прежнему предпочитая все личные разногласия решать самостоятельно. В детстве это работало. Сейчас он стоял посреди заснеженного поля и вместо душевного спокойствия имел неказистый труп, необходимость тащиться в обратную сторону в полярную ночь по морозу, от которого почти не спасали два слоя отличного термобелья, и перспективу проходить с большой острой железякой через таможню. Опять. Скуало почувствовал, как закипает по новой, кровь неприятно прилила к вискам, грозя мигренью, но к счастью на ум пришла одна занятная техника, которой обучил его Луссурия. Сосредоточься на одной самой важной проблеме. Остальные выкинь из головы и больше никогда о них не вспоминай. Сосредоточиться не получилось. Прямо в серые глаза мечника уставился олень. Нет, не тот, каких полно в каждой стране, а настоящий такой олень с рогами и копытами, а ещё густой шерстью. Животное безмолвно смотрело на него, что-то медленно пережёвывая. Скуало посмотрел на небо, по которому зеленоватыми всполохами разлилось северное сияние, а потом на морду северного оленя, что с укором в своём оленьем взгляде смотрел на него, и громко чертыхнулся. Сын снегов и леса явно уловил его отчаяние и повернулся боком, подставляя свою спину и словно приглашающе смотря. Варийский капитан ещё раз осмотрелся на всякий случай, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей — да и кто им потом поверит? — и забрался на мохнатую спину, аккуратно придерживаясь за шею, чтоб не упасть и не обезглавить ненароком ни в чём не повинное животное. За шесть с лишним часов олень довёз его до финской границы и сбросил в снег, вновь уставившись своим пронзительным оленьим взглядом, а затем внезапно молвил голосом человеческим: «Чтоб я тебя, долбоёба криворукого, тут больше не видел».