Летние зарисовки

Яблоки

-Только, пожалуйста, держи крепче. Наступил сбор яблок. Красные, белые аппетитные яблочки свешиваются маленькими гроздьями с ветвей. Внутри дерева наплели свои сети пауки. Солнце то и дело слепит в глаза, пробиваясь между маленькими листьями. Тук, тук, тук. Одно за другим аккуратно опускаются яблоки на дно ведра. Только бы не ударить. Ведь они такие хрупкие. А заботимся о них, словно о хрустальных. Я стою на старенькой лестнице и стараюсь очень-очень быстро срывать каждое из них. Миша держит эту лестницу, облокотившись на яблоню. И вот эта конструкция уже шатается. Особенно в те моменты, когда моего держателя лестницы кусают комары. Руки путаются в ветках, которые немного царапаются. Но на это уже давно не обращаю внимание. -Я сейчас, осталось совсем немного. Последняя веточка...

Велосипед

Передо мной проносятся старые деревянные домики. У одного редкий и покачнувшийся забор. Следующий весь зарос травой. Разбитые стекла, немного озлобленные голодные собаки в будках, яркие цвета чередуются с блеклыми и тёмными, маленькие дети возле крыльца, лужайки с полными цветами, гуси. Красный обшарпанные велосипед мчится по дороге, которою дорогой то назвать сложно. Большие ямы полностью наполнены дождевой водой. И остаётся лишь искать наиболее сухие дорожки. Небольшие камешки попадают под колеса, я не удерживаюсь на тропе и проезжаюсь по луже. Грязные брызги летят на цветные шорты и погрызенные собакой сланцы. Солнечные лучи пробиваются сквозь надвигающиеся тёмные тучи. Вот-вот польет очередной дождь. Уехала далеко от дома, поэтому приходиться поторопиться. Становится душно, и пахнет чем-то горелым.

Работа с деревом

Опилки летят во все стороны. На бревна, пол, инструменты, меня. Несмотря на разгар дня, в ограду попадает ничтожно мало света. Здесь определенно царство пыли и разрухи. Но что-то в этом есть. Я держу доску на столе, чтобы не съехала, пока папа проходит по ней лобзиком. До этого времени я даже не знала, что звук лобзика настолько противный. Но к нему привыкаешь. И вскоре ты даже забываешь, что он приносил тебе такой дискомфорт. А просто кайфуешь от дребезжания. Папа, тоже в опилках, делает размеренные движения. Прошёлся по одной стороне, перевернул на бок, снова прошёлся, отложил. Его немного отросшая щетина и усы покрываются пылью и заметно темнеют. Дабы обезопасить свои руки, я нашла себе огромные рабочие перчатки, которые спадывали в месте запястья, но все равно смотрелись нормально. Я отряхиваю их, и опилки снегопадом опускаются на пол. Они все-таки классные. Такой странной формы, с одной стороны острые, ярко-жёлтые квадратики, которые маячат перед нами в надежде очередного взлёта.

Сбор урожая

Сырая земля. Очень сырая земля. Но копать картошку все равно надо. Миша снова и снова наседает на вилы, вытаскивает темный слипшийся ком и разбивает его. Время ближе к вечеру, поэтому комары кусают нещадно, как звери. И мельтешат стайками прямо под глазами. Пахнет дымом от бани. А еще костром. Так приятно и невероятно по-летнему. Кто-то жарит шашлык... На соседнем участке уже давно играет альбом Любэ. И точно также стучит о дно ведра картошка. Вдалеке слышится шумный разговор подвыпивших мужчин. Суббота как никак. Август. Бабушка и я делаем словно зеркально каждое действие. Нашел, отряхнул, кинул. И снова, и снова. Земля липнет к перчаткам и никак не хочет расставаться с новыми знакомыми. Сапоги все больше вязнут в земле, как в болоте. -Катя, ведро отнеси. Уже полное. И я беру это несчастное, измученное за день ведро, тащу его через участок и опрокидываю на ленты. Да, это определенно приятная усталость. Быстро раскладываю картошку и спешу обратно на грядку.

Дорога

Капли стекают одна за другой по лобовому стеклу. Уже практически ничего не видно, когда Миша включает быстрый режим дворников. -Как сегодня заливает. Прямо Форрест Гамп. Спокойствие. Первое слово, которое приходит на ум во время поездки с ним. И так хочется ехать и ехать, куда-то очень далеко. Только с ним. Шум колёс едва ли может перебить громыхание неба. А в машине звучит бодрая музыка. Этот родной дяденька выглядит таким милым и маленьким, когда подпевает песням. И я вместе с ним начинаю петь. А в голове одна мысль: как же круто, мой брат, мой, старший... такой умный, сильный, красивый. И мы едем прямо как Винчестеры. Только дело у нас не опасное, не рисковое и я не пацан под 2 метра. Просто ехать домой. Вдвоём. Так хочется, съездить с ним на машине дальше Юго-Камска. Только с ним. Кайфовать от музыки, быстрой езды, разговоров, смеяться со смешных названий посёлков. И чувствовать невероятное счастье от проведённого времени. Что будет дальше без понятия. Уедет. Уедет в Москву. Больше не будем каждый вечер сходить друг с другом с ума. Не будем разговаривать о всяком с кроватей перед сном. Не будем петь, сбивая друг друга от работы. Ну это потом. А пока я продолжаю ехать по ночной трассе, и в груди все также отбивает ритм Корж. Потому что музыка здесь всегда почти на максимум. Как и все остальное.