Решение проблемы

Пауль уже давно хотел попробовать что-то новое. Не то, чтобы что-то в их отношениях его не устраивало. Ни в коем случае! Рихард был прекрасен! Но… С ним он всегда был так мягок и нежен, что иногда Пауль начинал завидовать тем, на кого кого вынудили поднять голос. В постели всё было тоже прекрасно. Но… Рихард был так осторожен, что Пауль считал себя какой-то стеклянной статуэткой или новым телефоном в руках ребёнка. Да, пауль хотел попробовать BDSM, очень сильно хотел. Но сказать своей второй половинке решиться не мог. Как бы он себя не уламывал, не обещал себе сказать непременно сегодня, всё откладывал. Но его мысли и желания незаметно для него самого стали проявляться. В компании фанатов он мог начать заигрывать с какой-нибудь девушкой, когда Рихард стоял у него за спиной. Или "забыть" сделать что-то, о чём тот просил. Странно подмигнуть официанту, спорить на пустом месте на репетиции, швырнуть что-то в Круспе. Этот список можно продолжать ещё очень долго. На все такие действия Рихард подозрительно щурился, но не отвечал.

~*~*~

Pow Рихард Я, конечно, всё понимаю, но это уже начинает переходить все границы. И ведь специально нарывается. Вижу, что хочет грубости. Ещё немного, Пауль, и я тебе покажу жёсткую руку. Сегодня после концерта решили поехать на афтепати, отметить удачное шоу. Мы заранее сняли бар, куда только что доехали. Народу полный зал, в осном фанаты. Слово «сняли» в нашем случае означало «никаких фотографов, репортёров и т.д.». Красотки в мини-юбках, люди постарше, кто-то уже пьяный, кто-то лишь начал. Решил покурить в более спокойном месте подальше от танцпола, оставляя Пауля в свободном плавании. К тому же, на публике мы — коллеги, и этим всё сказано. Ухожу в свои мысли о покупке новых струн на гитару. Что-то меня начинает раздражать, знаете, бывает такое ощущение, скапливающиеся на языке. Поднимаю взгляд, вскинув голову, и сразу же натыкаюсь на фигурку Ландерса, сидящего на барном стуле спиной ко мне и в открытую самым наглым образом флиртующего с какой-то брюнеткой. Ну всё, Паули, это была последняя капля! Pow Пауль Всю дорогу до отеля Рихард мне и слова не сказал. Боже, я флиртовал с какой-то фанаткой, я не узнаю себя. И зачем мне это было нужно? Я даже имени её не запоминал. Нас разместили в три шикарных номера, почти квартиры. Флаке с Оливером, Дум с Тиллем и мы. Наш номер был на самом верхнем этаже высотки, кроме нас здесь никто не был заселён. Просто мы изначально просили номера с полной звукоизоляцией, а они были распределены так. В лифте я не мог поднять на Ришу глаза. Рихард открыл дверь номера, пропуская меня вперёд. Я скинул ботинки и остановился спиной к своей половинке. Услышал щелчок замка, а после властный голос: — В спальню. Живо! Pow Пауль Я слышу его приказ и как можно быстрее иду в спальню. Неужели сейчас произойдёт то, что я так долго желал. Но, сейчас я чувствую себя действительно виноватым. Рихард идёт следом за мной. Я несмело поворачиваюсь к нему. — Раздевайся. О боже, боже. Его голос пробирает меня до мурашек. Не смею перечить ему. — На кровать, в коленно-локтевую. Быстро! Я восхищён. Это не игра. Это страшно и страстно, больно и желанно. Его глаза горят тёмным пламенем, его слова врываются в мою душу и сознание. Я отдаю себя на растерзание, заслужил. И сам это понимаю. Кровать подо мной почти не прогибается, в отличие от меня под Рихардом. Я готов уже стонать в голос, а он меня ещё даже не тронул. Рихард медленно подходит ко мне и резко хватает за волосы на затылке, впечатывая в матрас. Я раскрыт и беззащитен перед ним. Он наклоняется и шепчет в ухо: — Дорогой мой, Паули, ах эта форма имени заставляет чувствовать меня ещё более беспомощным, и Рихард нагло пользуется этим сегодня твоё поведение вышло за все рамки допустимого. Я бы мог оставить тебя в клубе с новым увлечением. — Нет! — я перебиваю его, отчаянно смотря в глаза. — Нет? А что же мне следует делать? — Накажи меня, — слова вырвались сами, и это было так правильно. Рихард довольно хмыкнул, прямо мне в загривок. От его горячего дыхания импульсы удовольствия взрывают каждую клеточку моего тела. — Что ж, ты сам попросил. Я слышу звон пряжки ремня, по моей коже пробегают мурашки. Рихард, не томи, прошу. Это ожидание хуже пытки. Свист, и первый удар ложится на мои ягодицы. Я прогибаюсь в спине ещё больше, впиваясь пальцами в простынь. Второй шлепок не заставляет себя ждать. Жар растекается по моей коже. Постепенно удары становились сильнее. На пятнадцатом я застонал в голос от прошедшего по моему позвоночнику желанию: — Ещё! — Этого ты хотел? Отвечай! Я согласно промычал, подставляясь. — Я не слышу! — Да! Да, прошу, ещё! По моим щекам текут слёзы, я цепляюсь зубами в простынь. Но мне так хорошо. Удары проходят плавно и равномерно от бёдер до спины и обратно. Щелчок кожи ремня. Я вздрагиваю всем телом, готовясь к ещё одной красной полосе на пояснице, но не чувствую удара. — Ведь так не интерестно, — полузадумчиво тянет Рихард. И удары становятся хаотичными и порой столь неожиданными. О да. Я давно вскрикиваю в голос и скулю в паузу между. Руки Рихарда точно божественны, я теряю связь с реальностью и не сразу понимаю, когда всё заканчивается. Моё сознание в тумане, моё тело сейчас просит только одно... — Рихард, возьми меня, пожалуйста. Так хочу почувствовать тебя... в себе... Кровать слегка прогибается сзади меня, обозначая присутствие Круспе. Его ладони ложатся мне на красные ягодицы, и я всхлипываю. Он наклоняется и проводит языком в ложбинке. Я громко выдыхаю, вытягивая руку и хватаясь за край натянувшейся простыни. Он толкается в мою неразработанную дырочку совсем легко, лишь намекая на будущее вторжение. Одной рукой он скользит вдоль моей груди, специально задевая соски, и я закатываю глаза. Он знает каждое моё чувствительно местечко. Доходит до рта и я насаживаюсь на его пальцы, обхватывая губами. Рихард рычит позади меня. Когда с его ладони начинает стекать моя слюна, он отнимает руку и приставляет пальцы к проходу. — А как же..? — я не успеваю договорить. — Не заслужил. И он начинает проникать в меня сразу двумя пальцами. Всё происходит медленно и осторожно. За это я ему благодарен, даже в такой ситуации Риш заботится обо мне. У нас было всего несколько раз без смазки. Два пальца разводятся во мне ножницами, совершают возвратно-поступательные движения. Я таю. Рихард сгибает палицы и давит на простату. Я вскидываю голову в немом стоне, мои бёдра дрожат. Вскоре всё исчезает, и я испуганно поворачиваю голову, в тот же момент успокаиваясь. Рихард медленно раздевается, любуясь мной. Мы встречаемся взглядами. — Прости меня… Он наклоняется ко мне и нежно целует. Позу мы не меняем. Начало без лубриканта требует предельного внимания. Он входит в меня довольно резко. И несмотря на боль, я блаженно выдыхаю. Рихард со вторым же толчком находит нужный угол, я всегда удивляюсь, как у него это получается, но не могу долго удержать эту мысль на следующем же движении. Постепенно он ускоряется, я же срываю голос от криков удовольствия. Это двойная порка, и именно это её вторая часть. Его бёдра бьются о мои выпоротые ягодицы. Рих зарывается рукой в мои волосы и тянет на себя, зная, как мне это нравится. Мне настолько хватает его, что я никогда не нуждаюсь в прикосновениях к себе. Рихард переворачивает меня, закинув одну ногу на плечо. Наши губы теперь почти не отрываются друг от друга. В какой-то момент он отрывается от меня, его движения становятся стремительными, подводя меня к столь близкой разрядке. - Рихард! Риш..я сей..ах! ..А! Но Рихард внезапно останавливается. Я испуганно смотрю на него, мои глаза в слезах. Только не это... Пощади, пожалуйста, Риша... Он делает длинный, но тягучий толчок на всю длину, жёстко проходясь по самой чувствительной точке и неотрывно, пристально смотря в мои глаза. Я не могу, не могу! Извиваюсь и пытаюсь насадиться сам, но он фиксирует мои бёдра в стальной хватке своих крепких рук. Ещё один такой толчок и точно в простату. Не могу! Машу головой из стороны в сторону, волосы разметались по смятой простыне, ноги сотрясает крупная дрожь. Не могу! – Ри-и-ихард... – Проси. Снова движение. – Пожалуйста. Пожалуйста! Рихард, позволь мне... позволь мне кончить... пожалуйста... Две секунды, и амплитуда на максимум. Двадцать секунд, и я впиваюсь ногтями в спину Рихарда. Медленно осознаю, что те звуки, которые слышу, это мои непрекращающиеся мольбы не останавливаться. Ещё, Риша... Две минуты, и мои слова привращаются в писк, – Пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – Кончай. Я содрогаюсь всем телом. Утром на лопатках Рихарда сосчитаю десять красных полос. Оргазм выкручивает каждый нерв, спина прогибается в пояснице. Так сладко. Риша продолжает движения, продлевая столь сильное наслаждение. Так сладко поддавать Рихарду, отдаваться в его власть, в его пользование. – Пожалуйста, кончи в меня, Риш...Хочу... И через секунду он рычит моё имя. Мы касаемся лбами и загнанно дышим, пришедшие к пику наслаждения. — Люблю тебя, — шепчу я, гладя его по спине, — прости за всё. — Мне плохо, когда плохо тебе, Пауль. Пожалуйста, не терзай себя больше секретами, — он целует меня так мягко и правильно, что я понимаю всё несказанное без слов.