Секрет Небес: Между светом и тенью

"Шепфа-мааал... Что было однажды, то будет и дважды... У погибели твоей Один глаз красный, другой голубой"

***

      Ворочаясь без сна, я вспоминаю слова Немезиды, когда мощный взмах крыльев заставляет меня вздрогнуть, и натянуть одеяло до подбородка. – Спишь? – его тёмная радужка вспыхивает странным свечением, когда он показывается в оконном проёме, свесив ноги с подоконника.       Я отрицательно качаю головой, и смутившись своей наготы, прошу незваного гостя отвернуться. – Да чего я там не видел? Ты уже обнажалась предо мной, забыла? – брюнет нехотя отворачивается, пока я закутавшись в простынь, распахиваю створки шкафа.       "О, милый друг, сколько же раз ты не давал мне ударить в грязь лицом... Кажется, наряды появляются здесь, как по волшебству. Интересно..." – Кхм... Вики?       Я наспех натягиваю первую попавшуюся ночную сорочку, и старательно изображая безразличие, отвечаю: – Да? – Ты разговаривала со шкафом. С ума сойти...       Секунду я осознаю последние пару минут, и из лёгких вырывается нервный смешок. – Задумалась, с кем не бывает. – Я серьёзно, Уокер. Неважно выглядишь. – Не самый лучший комплимент для девушки, – я картинно закатываю глаза, не желая признавать очевидное.       Молодой мужчина неспешно шагает по полуразрушенной комнате, очевидно собираясь с мыслями. Я покорно жду, но в конце концов моё терпение лопается. – Зачем ты здесь? – мой голос дрожит, разрезая ночную тишину, и Мальбонте наконец отвечает, глядя мне прямо в глаза. – Знаешь, я не должен был целовать тебя там, на крыше. Помнишь? – он быстрым движением руки приглаживает волосы, растрепавшиеся после полета. – Помню. Твой поцелуй сложно забыть... – прикусив язык, я паникую и опускаю ресницы.       Мужчина молчит, и в этой пугающей тишине лишь стук моего сердца отдаётся пульсацией в висках. Когда Мальбонте нерешительно шагает ближе, будто боясь меня напугать, я отступаю. – Бонт...– пытаясь унять дрожь, я обнимаю себя руками, и склоняю голову, чтобы не показать своих слёз. – Позволь, я всё же закончу, Вики. Тот поцелуй. Я украл его без разрешения, но ты поддалась мне. Я взял, что хотел, потому, что всегда беру что хочу, а ты позволила мне это сделать. Почему?       Его грубая ладонь застыла у моей щеки, не решаясь прикоснуться. – Я ожидал чего угодно, но не ответного поцелуя, – его зрачки становятся круглыми, словно блюдца, когда я мельком смотрю на него. Один глаз его светится огненным пламенем, а другой цвета весеннего неба. – Я... Я не могу... – снова опуская глаза, я судорожно ищу себе оправдание, и не нахожу. – Накричи на меня, ударь, прокляни меня, Вики, только не молчи! – полуангел-полудемон исступлённо сжимает мои хрупкие предплечья, ища в честных глазах ответы на все свои невысказанные вопросы.       Его опущенные уголки рта, горящие глаза, тёмные, изогнутые брови – всё это испепеляет меня, кроша в пыль. Повисает звенящая, давящая тишина. Я говорю, что мне больно. Когда ты и противник равны по силе, всё становится полем боя. – Я обязательно выиграю эту войну - с тобой, или без тебя. Но с тобой это будет проще, слаще и гораздо приятнее. Наши души переплетены тысячами нитей, их невозможно оборвать, сколько ни пытайся, судьба уже связала нас... Будешь ли ты моим врагом или союзником, решать только тебе. Вонзишь ли ты нож мне прямо в сердце или же спасёшь от погибели? Я даю тебе свободу выбора, так на какой ты стороне? – Ты нужна мне в этой битве, Вики Уокер...       Мои слёзы капают на мраморный пол, а крылья предательски подрагивают от переживаний. – Почему ты плачешь? – его идеальные брови с сожалением хмурятся, прекрасное лицо склоняется к моему, и я на мгновение вижу в нём Бонта. Да, с тёмными волосами и разными глазами. Но это был он. Бонт, которого я успела полюбить. – Эта война не даёт нам никаких шансов, прости, – мягко оттолкнув мужчину, я распахиваю окно. – Уходи. – Что? Нет! НЕТ! Я хочу знать, почему, чёрт возьми, ты помогала Бонту, но не хочешь помочь мне? Ведь я – это он! А он – это я! Мы единое целое, понимаешь? – его крепкие ладони прижимают меня к нему, стиснув в кольце объятий так сильно, что мне не хватает воздуха.       Задыхаясь, я утыкаюсь носом в его широкую грудь, и тихо шепчу: – Мне жаль, что ты жил, не зная любви. Если бы ты только знал, как мне жаль... Снедаемый жаждой мести, застилающей взгляд. Душа, одержимая жаждой отмщения, лишается чувства справедливости, целиком опустошается...       Его объятия на миг ослабевают, и я отстраняюсь, напоследок невесомо коснувшись ладонью его лица. – Ты не должен превращать свою жизнь в орудие мщения, нанося вред, в первую очередь, только лишь себе самому, Мальбонте. Твоя месть уничтожит всех, кого я люблю. Я не могу на это пойти. Прости, но я не стану помогать тебе.       Мужчина морщится от обиды, совсем как ребёнок, словно мои слова причиняют ему физическую боль, и стремительно шагает к окну. – Прощай, Вики.       Он хочет сказать что-то ещё, но в последний момент отворачивается, взлетая. Остаток ночи лишь луна остаётся безмолвным свидетелем моих горьких слёз.