Проклятый Эсиарх. Чёрная месса в Илине

Вэй Усянь чернокрылый Эсиарх, что обитает в регионе Илин вот уже более пяти сотен лет. Мир находится в состоянии войны из-за амбиций Ордена Вэнь. Союз Орденов в отчаянном положении, их военная операция по «Аннигиляции Солнца» с каждым годом захлёбывается всё сильнее, что вскоре они будут не способны даже на партизанскую войну. В размышлениях над дальнейшими действиями, совет из четверых лидеров и их свиты в обсуждении решаются на последний шанс. Шансом является попытка попросить помощи у божественного монстра – чернокрылого бедствия Эсиарха Вэй Усяня. Но если у них получится заинтересовать Его, то какой ценой? У всех был этот вопрос, но не было времени неспешно прощупывать почву и заранее узнавать возможный ответ… * В главном зале тайного поместья клана Лань, что был спрятан ещё глубже в горах, чем Облачные Глубины, все сидели как на иголках и были напряжены сильнее, чем струны гуциня затянутые до предела. Причина волнения всех и каждого была в ожидании одного важного и опасного гостя. Секунда в секунду тут появился ровно в полдень, в вихре иньской Ци и чёрных перьев, которые тем не менее вернулись обратно в два маховых крыла из шести пар. То был Он – мировое бедствие, шести-парно чернокрылый Эсиарх Вэй Усянь. -Какая мёртвая тишина в зале, неужто я опоздал? – съязвил Вэй Усянь складывая крылья за спиной, чем лишь незначительно уменьшил их в размере визуально. -Кхм, прошу простить нам наше немое оцепенение, многие впервые видят ваше превосходительство и очарованы божественной красотой… - первым подал голос Цзинь Гуаншань. -Довольно лести, тем более такой дешёвой. Изложите суть вашего желания, а я отвечу «чего» это будет стоить, - поморщившись, с ноткой презрения произнёс Вэй Усянь, обрывая хвалебные речи заклинателя. -Если в двух словах, мы проигрываем эту войну с момента, как этот выродок Вэнь откуда-то достал тёмный артефакт управляющий мертвецами! – гневно высказался Цзян Чэн. -Поэтому мы просим вас, господин Вэй, помочь переломить ход битвы, чтобы мы уже могли низвергнуть власть Ордена Вэнь и покарать Вэнь Жоханя за совершённые грехи, - более спокойно продолжил в вежливой манере Лань Ванцзи. -Что ж, суть мне ясна. Нахожу ситуацию даже забавной. Ведь артефакт тот получил от меня. Причём заплатил хорошую цену за него, - хищно усмехаясь, довольно прищуривая глаза промолвил Вэй Ин. Попытку Цзян Чэна встать и сказать пару ласковых слов пресекли ближайшие сторонники среди которых была и сестра Янь Ли, затыкая братцу рот, уж её-то ладонь он не осмелится болезненно укусить. -Что ж, теперь понятно откуда такой перевес в силе… - почти-что спокойно промолвил Не Минцзюэ. -Не значит ли это, что нам нужно предложить цену вдвое выше, чем та, что была оплачена за артефакт подобной силы? Позвольте же нам узнать, что именно дал вам Вэнь Жохань, господин Вэй, - идеально повторил спокойствие и хладнокровие своего брата, Лань Сичэнь. В ответ Вэй Усянь взмахнул ладонью и с помощью Ци создал точную иллюзорную картину красивого юноша омеги. -Это моё сокровище, омега Вэнь Нин. Он отличается от посредственных омег тем, что оказался рождён Эсиархом, а рождённые непосредственно из чрева таких созданий люди просто идеальные слуги! Правда они обычно привязчивы к своему родителю, но коль тот мёртв, они обычно умирают следом, их максимум это прожить не более года и умереть в конце от истощения, как физического, так и морального. Но Вэнь Нину повезло пере-привязаться ко мне… - говорил об этом чернокрыл с такой страстью, что пронизывала душу слушателя, касаясь всех фибр души и конечно же чресел не в последнюю очередь из-за резко усилившегося концентрата феромонов, провоцирующих сильное возбуждение способное перетечь в течку у омег и гон у альф. -Воистину это невероятно, - согласился с оценкой гостя Цзинь Гуаншань, находясь в прострации от мысли насколько это невероятный омега, рождённый не абы кем, а Эсиархом! -Боюсь мы точно не сможет предоставить даже одного такого омегу, не говоря уже о том, чтобы перебить подобную цену двойным экземпляром, - резонно подметил Лань Ванцзи. –Поэтому надеемся, что вас заинтересует что-нибудь ещё, что мы в силах вам предложить, господин Вэй, - вторил ему Лань Сичэнь. Чернокрыл в это мгновение сотворили себе уютный трон и присел, кладя руки на стол и лениво постукивал коготками в глубоком раздумье о том, чего бы такого попросить. Длились эти думы уже почти час, пошёл второй, начался третий и тут нервы начали сдавать даже у главы Не на пару с главой Цзян. -Что же вы молчите почтенный? – гадко ухмыляясь, с ноткой язвительности промолвил Цзян Чэн. -Да так, думаю о том, что мне банально ничего не интересно из того, что у вас есть. Тем более твоё хамское поведение мне не нравится, но я не так мелочен, чтобы лично тебя убить, пусть это сделает армия Жоханя. Кстати, ты вроде бы потерял культивацию из-за техники сжигания ядра? Ну значит позднее потеряешь и остатки души, когда лютые мертвецы ею полакомятся, - лениво, но с гадкой ответной ухмылкой промолвил Вэй Усянь. Только чудом собственной силы воли Цзян Чэн сдержался и не продолжил язвить в ответ, чувствуя, что вот-вот отключится из-за перенапряжения, которое испытывает как альфа в присутствие Этого альфы. -Значит, мы так и будем терять время, если в итоге с нас нечего взять? – хмуро спросил остальных в зале Не Минцзюэ. -Я думаю мы даже слишком спешим, уважаемый господин Нэ, - ответил Лань Сичэнь. -Я солидарен с братом. Полагаю, раз у нас нет ничего ценного из материального, остаётся только одно – наша гордость. Господин Вэй ждёт, чтобы мы сами попросили о вассалитете? – спросил Лань Ванцзи с укоряющей ноткой в голосе. В ответ раздался раскатистый смех и длился почти полторы минуты. -Истинна близка к тем, кто холодно мыслит. Но всё же ускользает даже от самых праведных. Мне безусловно нужно развлечение, достаточно сочное и весомое, чтобы превзойти сочного омегу в постели. И нет лучшего способа меня развлечь, чем вам унизится предо мной. И я размышлял, чего хочу, а большинство из вас не сделали и шагу, лишь двое из Лань почти угадали верный ответ… Прервавшись, чернокрыл встал и воспарил вверх, снимая одеяния, являя взору альф, омег и женщин свою красоту неприкрытую ничем. Затем грациозно опустился на стол и вальяжной походкой обошёл по кругу, пока не остановился напротив братьев Лань. -Стань моим покорным альфой наложником и услаждай мне, тогда солнце падёт и угаснет, - красивым слогом промолвил свои условия Вэй Усянь, а в обозначение, к кому из двух Ланей тот обращается, чернокрыл поднял ногу к лицу Лань Ванцзи. От ответной реакции младшего господина Ланя зависело то, будет ли скреплена сделка с бедствием или им стоит готовится к собственным похоронам, на которых возможно даже сыграет прощальную мелодию сам чернокрылый Эсиарх, само собой в качестве насмешки… * У Лань Ванцзи всего одну минуту протекала мысленная дилемма при взгляде на Вэй Усяня снизу-вверх, но в конечно итоге в действительности у него не было выбора, кроме как подчиниться и опустить голову, чтобы поцеловать стопу сверху. После этого действа, нога чернокрыла мягко, но быстро прошлась по щеке, добралась до виска и подцепила коготком большого пальца лобную ленту, снимая её с головы заклинателя. Удерживая её на одном большом пальце, словно орёл в когтях свою добычу, Вэй Усянь чуть нагнулся и с помощь нейтральной Ци подтолкнул вещицу себе в руки. -Тебе это не нужно, потому что теперь ты и эта вещица всецело мои, - широко усмехнувшись, промолвил чернокрыл, демонстрируя острые зубы и в такт этому блеснули алым пламенем глаза. Лань Ванцзи понимал, чего хочет этот монстр, и ради победы, а также благополучия в будущем Ордена Лань, Лань Чжань вновь подавил свою гордость альфы, принимая это унижение с покорностью. -Всё именно так, я всецело принадлежу вам, господин Вэй. -Н-н-нет, так не пойдёт… - изящное холодное спокойствие поколебалось горечью и отчаянием в голосе Лань Сичэня. –Прошу вас, хотя бы… - договорить ему не дал…вовсе не чернокрыл, а Лань Ванцзи! Лань Чжань сейчас искреннее ненавидел брата за его беспокойство о себе, поскольку тот решил ради «спасения» нарушить веселье чернокрылу и обречь всех здесь на проигрыш в войне с Вэнями. Они уже потеряли многих из семьи Лань, Облачные Глубины, многое из наследия…но они потеряют всё, если не воспользуются последним шансом! -Хах, ты прямо мысли мои читаешь, верный наложник. Но я не забыл, что вы все должны мне весёлое унижение самих себя. И я придумал, что хочу видеть! Первое, вы все упадёт в ноги Лань Сичэню и поцелуете их, можете голые стопы, можете через ботинки, тут вольны выбирать. Второе, касается конкретно тебя Цзян Чэн, ты приласкаешь сестру ртом в паху, чтобы она кончила. И всё это необходимо сделать здесь и сейчас. Я хочу шоу! Развеселите меня! – огласил чернокрыл свои два условия для прочих, ибо ещё одно персональное уже выполнено новым наложником в лице Лань Ванцзи. -А почему же вы не упомянули самого Лань Сичэня, господин Вэй? – изумлённо спросил Цзинь Гуаншань. -Потому что он уже получит персональную двойную дозу унижения сначала от того, что на его глазах я забираю его брата, а потом ему будет тяжело и стыдно смотреть вам в глаза после всего случившегося, - в конце объяснений чернокрыл начал заливисто, но не громко хохотать. -Хорошо, нам всё ясно, - с виду спокойно и холодно промолвил Не Минцзюэ, а затем встал и направился в сторону Сичэня. Остальные также солидарно встали и отправились к заклинателю в траурно белых одеждах, правда в отличие от Не, в полном молчании, поскольку про себя они тысячу раз проклинали нечестивое бедствие в лице чернокрыла. По очереди каждый театрально опускался на колени, словно перед великим императором и целовал правый кончик ботинок. Уже на третьем кандидате – главе Цзян, Лань Сичэнь напоминал пудовый помидор и старался дышать ровно, но сердце уже прыгало в груди как бешенная белка. -Неплохо, весьма искренне, - язвительно пошутил Вэй Усянь. –Теперь главное блюдо. Не стесняетесь, ведь инцест дело семейное и приятное. Как гласит воля Истока, люби отца своего и сына и брата! – оживлённо добавил чернокрыл. Цзян Чэн позволил себе лишь тихо прошипеть сквозь зубы, а затем подошёл к сестре, мягко положил ладони на плечи, взглядом попросил прощение, а затем опустился на колени, приподнимая подол ханьфу, в чём красная как вишня Янь Ли лишь помогала. «Конечно другая часть гласит использовать женщину, но Цзян Чэн и сам инструмент, как и его сестра, паршивая самка…» - предвкушал другое веселье. Параллельно с тем, как неуклюже пока-что пытался Цзян Чэн возбудить и довести до предела сестру, Вэй Усянь решил проверить покорность и умения Лань Ванцзи, прильнув пахом с полу-возбуждённой плотью к лицу альфы-наложника. На сей раз внутреннее сопротивление было ещё короче предыдущих, и Ванцзи покорно сразу же взял за щёку, подготавливая себя через медитативный контроль тела к тому, чтобы заглотить член полностью. Сосал механически посредственно, но именно это и служило прикрытием. Эсиарх выпустил концентрированный феромон похоти, такой силы, какой в мгновение ока затуманил разум всем присутствующим. И если троицу из старшего Ланя, Не и Цзиня, Вэй Усянь сдержал с помощью своей Ци, не позволяя им отдаться примитивному желанию сношаться, то в случае с Ванцзы наслаждался резко улучшившимся навыками оральных ласок и параллельно услаждал себе зрелищем того, как Янь Ли разомлела и ослабла от жара похоти не меньше братца, отчего охотно легла на пол, раздвинула ноги и вскоре оказалась жадной течной сукой на члене, в последствии повязанной. Вэй Усянь лишь незначительно поспособствовал при помощи Ци, чтобы эта вязка прошла успешно не только как акт, но и как последующее зачатие. Это будет наилучшее унижение до конца времён самому Цзян Чэну, ну и роду Цзян. Главным образом потому, что ребёнок будет гарантировано без духовных способностей, обычный человек, и дай-то случай, чтобы ещё и здоровым. Здесь Вэй Усянь не стал вмешиваться, и портить несформированной жизни будущее ещё и плохим здоровьем. «Будет особенно сладко, если у него естественным образом помутиться разум от горя, чтобы в итоге тот убил плод инцеста» - предвкушал третий акт веселья, если таковой сценарий решит случиться. Заметив подвижки младшего Ланя в помутнённом сознании вот так сразу сесть себе на член, Вэй Усянь сковал того божественной нитью и привязал за эту же нить к полу. Но это действие заклинателя подогрело желание соблазнится и устроить себе ещё одно шоу, которого он не оговаривал с главами Орденов. «Впрочем, они и не вспомнят, поэтому моё небольшое нарушение условий можно будет опустить» - не собирался даже ни на йоту терзаться, просто не хотел портить имидж может и злого, коварного, но способного держать слово монстра. Поэтому он накрыл барьером только Янь Ли, чтобы её беременость не прервалась из-за жёсткого многочасового сношения четырьмя альфами, а вот Цзян Чэна можно было бы хоронить, если б не тот факт, что чернокрылу не выгодно, чтобы кто-то что-то заподозрил, поэтому все серьёзные травмы и синяки он позднее исцелит, а пока можно наслаждаться тем, как беднягу трахают во все дыры, порой по два в задницу, иногда двое хотели-таки порвать рот, была даже сладкая удушающая вязка горла! Что примечательно сладко, так это то, что в некоторые моменты сознанием Цзян Чэн выныривал из марева похоти, но лишь из-за инстинктов слабого альфы, который напуган присутствием трёх настолько возбуждённо агрессивных альф! Эти воспоминания Вэй Усянь решил не столько стирать, сколько убрать ну очень далеко в подсознание и запечатать. Печать начнёт слабеть через два года, а дополнительным условием дальнейшей ломки будет наблюдение за «обрезанными рукавами», Чэн-Чэну начнут сниться кошмары, в которых его грубо и яростно насиловали Не Минцзюэ, Цзинь Гуаншань и Лань Сичэнь! Под конец с удовлетворением рассматривая тяжело и медленно дышащего главу Цзян, который весь измазан спермой, которой не меньше литра внутри тела, в кровоподтёках от укусов во время вязок, синяках от рук и редких ударов в моменты панического неподчинения. Всё это великолепие было приятно лишь пару мгновений, но вскоре Вэй Усянь утратил интерес к сломанной игрушке. Да, когда воспоминания вернутся, Цзян Чэн сломается как личность, поймёт, что ему даже нравилось происходящее сегодня, да и в целом будет подавлен и надломлен нескольким фактами. Что касаемо троих кобелей, лежат без сознания вымотанные не меньше своей «игрушки», но явно ОЧЕНЬ довольные, отчего не меньше был доволен и чернокрыл. «Что ж, время закруглятся и позднее взять своего нового наложника в более подобающих условиях» - с небольшой ноткой сожаления, что празднество так быстро кончилось, Вэй Усянь прибрался и использовал талисман групповой телепортации, чтобы переместить себя и добычу прямиком во дворец Фумо, что стоит на горе Луан Цзан.