Противостояние любви.

      Саске Учиха был любимцем всех учителей. В четырнадцать лет он выигрышно смотрелся на фоне остальных альф своего класса. Высокий, подтянутый, с развитой не по годам мускулатурой, тёмными, чуть удлинёнными волосами и чёрными как ночь глазами, горящими холодным блеском. Омеги сходили с ума от мыслей о нём, старшеклассницы мечтали хоть раз оказаться в его постели. Девушки не давали ему прохода, постоянно приглашая на свидания, глупо надеясь стать для него единственной. Саске не понимал, как можно променять целый розарий на одну розу? Он мог влюбить в себя лишь взглядом, а после - растоптать чьё-то сердце презрительной усмешкой. Альфы его уважали, омеги боготворили, беты боялись, а девушки… девушки таяли, пытаясь растопить сердце холодного принца. Это была его территория, его второй дом…        Но однажды всё изменилось. Ещё никто не видел, как на поразительно красивом лице проступают судорожные эмоции, льдинки в глазах тают, а с губ срываются ругательства. И пусть это больше похоже на бешенство и ярость, никто и никогда не удостаивался даже этого… — Сегодня в наш класс придёт новенькая, — Наруто, лучший друг Саске, развалился на стуле, закинув одну ногу на другую, — говорят, она очень милая… — Да ты что? — усмехнулся Саске, рассматривая вырез на блузке Аюми, который находился как раз напротив его глаз. Девушка сильно наклонилась, пытаясь что-то ему шепнуть. — и насколько она ми-илая?... — Саске, я могу тебя попросить? — прошептала брюнетка, нервно сглатывая и не сводя мутновато-зелёных глаз с безразличного лица. — Конечно. Только если это будет в моих силах, — на слова Учихи Наруто чуть не расхохотался, с трудом сохраняя на лице скучающее выражение, периодически бросая взгляды на дверь. — Мои родители сегодня уезжают… вечером, — лоб Аюми покрылся испариной, а уголки губ неприятно вздрогнули, кривя рот в улыбке. — ты не мог бы мне помочь с уроками?       Брюнет тяжело вздохнул, прикрывая глаза, будто обдумывая предложение, на самом деле стараясь не высказать в лицо этой четырнадцатилетней идиотке всё, что он думает о таких вот малолетних дурах. Внезапно хлопнула дверь в помещение, и послышались громкие шаги. — Здравствуйте, позвольте вам представить вашу новую подругу. Её зовут Сакура Харуно, — произнёс тихий голос их классного руководителя, мистера Какаши Хатаке, — прошу любить и жаловать…       Учиха резко распахнул глаза, рукой отодвигая загораживающую обзор Аюми, всё ещё ожидающую ответа, и замирая с широко распахнутыми, ошеломлёнными глазами. Возле учительского стола стояла молоденькая омега с яркими, изумрудными глазами, пушистыми розовыми волосами и улыбалась… От этой улыбки сердце альфы впервые сбилось с ритма, он и сам не понял, как его губы дрогнули в ответ, только… омега не смотрела на него! Она быстрым взглядом обвела класс, равнодушно встретилась с тёмными глазами Саске, отчего-то поморщилась и повернулась к руководителю. — Я могу занять последнюю парту? — Конечно, Сакура, проходи, — мистер Какаши кивнул и сел за свой стол, начиная урок.

***

      Вокруг Харуно столпились ученики, наперебой расспрашивая её об увлечениях, о жизни, о планах на будущее. Они купались в её свете, старались незаметно прикоснуться, получить индивидуальную улыбку. Всё это невероятно злило Саске, вызывая глубоко в груди глухую ярость. Как эта омега может не замечать его? Впервые альфа не знал, как поступить. Сакура резко развернулась на каблуках, поднимая на Учиху сияющие глаза, и в её волосах заиграли лучи солнца, наполняя их светом, от улыбки защемило сердце и появилось непонятное томление. — Ты всегда улыбаешься? — грубовато спросил Саске, делая шаг в сторону замершей девушки. Розовласка перестала улыбаться, уже вопросительно смотря на высокого альфу, от одного взгляда, которого становилось холодно и неуютно. — Нужно быть намного серьёзнее и внимательнее выбирать круг общения. Сядешь со мной - помогу влиться в коллектив, — уже увереннее продолжил Саске, презрительно осматривая двух альф из параллельного класса, вопрос об отчислении которых за неуспеваемость уже однажды поднимался на школьном совете, — я Учиха Саске, — Сакура нахмурилась, взглянув на самоуверенного альфу исподлобья. — Знаешь, Саске, я сама вправе выбирать, с кем мне общаться, а с кем нет. Так вот, с тобой я разговаривать не желаю, — окинув равнодушным взглядом оцепеневшего альфу, Харуно подмигнула Наруто, стоящему рядом с брюнетом, и прошла мимо, помахав им обоим рукой. — Ты пожалеешь, — тихо произнёс Саске, сжимая кулаки. В его ушах продолжали звучать не совсем вежливые, равнодушные слова, а затем они затопили его сознание… Со стороны казалось, что альфа спокойно отнёсся к такому поведению девушки, и только близкий друг видел, что в душе Учихи бушует неконтролируемая, почти бешеная ярость. И началось… Саске изводил Сакуру на занятиях, они спорили на каждой перемене, стоя друг напротив друга, и воздух вокруг них искрил от напряжения. Они стали непримиримыми врагами.

***

— Да что ты в нём нашла? — улыбнулась Харуно, весело глядя на симпатичную омегу с светлыми волосами, — у него вместо сердца ледяная сосулька! А голосом можно заморозить целый город. — Сакура, — приложила ладони к груди Ино, — Саске такой красивый… Я мечтаю, чтобы он обратил на меня внимание. Неужели он тебе ни капельки не нравится? — хитрый взгляд в сторону удивлённой розовласки, сидевшей на подоконнике. — Нравится? Да у меня от него изжога и несварение! Если бы я хотела найти себе пару, выбрала бы кого поинтереснее… Учиха, бесшумно приблизившийся к разговаривающей парочке, зло скрипнул зубами. — И вообще, на улице и так холодно, зачем мне ещё и лишний ком снега рядом! — заливисто расхохоталась Сакура, облизнув губы. И альфа не сдержался. — Харуно, ты так смеёшься, что скоро сюда нагрянет бригада санитаров, чтобы забрать одну невменяемую принцессу! — растянул губы в самодовольной усмешке Учиха, но глаза оставались ледяными. — ты в курсе, что неприлично так широко расставлять ноги… Хотя, ты и приличия — это нонсенс! — Как ты меня назвал?! — зашипела от негодования розовласка, подаваясь вперёд. — сам ты ледяной принц! — Спасибо за высокую оценку! — Саске прошёл мимо, больше не оборачиваясь. — Ненавижу! — зашипела омега, спрыгивая с подоконника и закидывая лямку от сумки на плечо. — И я тебя… ненавижу, — тихо, чтобы никто не расслышал, прошептал альфа.

***

      Летние каникулы пролетели очень быстро. Саске слетал с родителями в Испанию, погрелся под лучами палящего солнца, приобрёл потрясающий золотистый загар. Только мысли об одной омеге всё чаще посещали его голову. Ему хотелось стереть её вечную улыбку, показать всем вокруг, что та пустышка!

***

— Какая прелесть, — оцепенел Наруто, хватая за рукав белой рубашки замершего Учиху, во все глаза глядевшего на компанию у школы, — я её хочу… — Если приблизишься хоть на метр — уничтожу! — рыкнул брюнет в сторону друга и широким шагом пошёл к одноклассникам. Там, забравшись на перила и весело болтая ногами, обутыми в высокие сапоги, сидела Сакура. Её волосы были собраны в маленький хвостик, короткие чёрные шорты обтягивали узкие бёдра, а красная футболка с короткими рукавами оголяла одно точёное плечо. — Сакура, я тебя люблю, давай встречаться! — умильным голосом вещал Киба, альфа из их класса, и протягивал ладонь в сторону улыбающейся омеги. — Киба… — начала Сакура, но тут же замолчала. — Исчезни! — рыкнул Саске, убийственным взглядом припечатав мгновенно стушевавшегося альфу. — Кого я вижу-у-у, — протянула Харуно, неосознанно морщась, что ещё больше привело в ярость закипающего от негодования Учиху. — Ледышка покрылась грязью… Тебе не идёт!       Схватив за руку обнаглевшую омегу, Саске стянул её с перил и на буксире потянул в школу. Не слушая никаких возражений, альфа буквально пролетел по коридору, ни на кого не обращая внимания. — Ты что себе позволяешь? — тихо произнёс он, впихивая сопротивляющееся тело в туалет, — ты во что вырядилась? Как шлюха… — Что-о-о?! Ты кого шлюхой назвал? Да паломничество в твою постель всех желающих… — Ты следишь за мной? — удивлённо произнёс Учиха, втягивая носом сладковатый запах, исходящий от омеги. В его висках застучала кровь, а низ живота напрягся. — Больно надо! — смутилась омега, выдёргивая руку из захвата, — в правилах школы не указано, как должен одеваться каждый ученик! — Это упущение, — приближаясь к начавшей пятиться Сакуре и яростно сверкая чёрными глазами, сказал Саске, — я обязательно подниму этот вопрос на школьном совете. — А зачем оно тебе? — упираясь спиной в стену и нервно сглатывая, пробормотала омега. — У тебя скоро течка? — внезапно вжавшись всем телом в Харуно и обхватив её за талию, выдохнул альфа. — Нет, но… да какого чёрта! — Сакура резко дёрнула ногой, попадая Саске по коленку, — отпусти меня! — Ты умопомрачительно пахнешь… — Учиха, ты нюх потерял? — омега отпихнула от себя удивлённого своими же словами альфу и выбежала из туалета. — Боюсь, наоборот, обрёл…

***

Прошло 3 месяца…зима… — Поберегись! — снежный ком рассыпался по зимней куртке Саске. Альфа вскинул голову, презрительно осматривая раскрасневшиеся лица учеников. «Ну, кто бы сомневался», — подумал он, безошибочно находя спрятавшеюся за спиной Яманака Сакуру. — Харуно, ты самоубийца, — рассмеялся Наруто, наклоняясь, чтобы собрать снег, — беги! И омега побежала, стараясь не оглядываться на ринувшегося за ней Учиху. — Сакура-а-а, глупо, — даже не запыхавшись, крикнул ей вслед брюнет, —, немного закопаю тебя в снег и всё… — Учиха, да чтоб ты подскользнулся! — провалившись одной ногой в глубокий сугроб и растягиваясь на животе, прохрипела Сакура. Альфа уже не спеша подошёл к замершей омеге и присел на корточки, стягивая с неё вязаную шапку. Наэлектролизованные волосы тут же встали дыбом, а омега возмущённо зашипела: — Отдай! — А ты меня попроси… — Ублюдок! — Неправильный ответ… — Что ты ко мне привязался? — Сакура перевернулась, глядя изумрудными глазами в лицо ненавистного альфы. — Бесишь ты меня… — А все говорят, что ты безэмоциональное чмо! — Что, прям так и говорят? — неожиданно рассмеялся Саске, взъерошивая волосы Харуно. Та замерла, расширившимися глазами уставившись на альфу. — Н-нет, «чмо» — это моё дополнение… — Я так и думал, — вставая и дёргая за руку Сакуру, чтобы поднять, произнёс Саске, — больше так не делай, — отряхнув омегу от снега и надевая на неё шапку, прошептал брюнет. — А если буду?... — Тогда сама будешь виновата…

***

Прошёл ещё один учебный год. Саске и Сакура всё так же переругивались, только окружающие видели, что это уже не ненависть, а что-то другое. 10 класс, два месяца до Нового года — Наш класс обязали поставить новогодний спектакль «Снежная королева», — произнёс мистер Какаши, — Сакура Харуно, я слышал, ты хорошо поёшь, — Саске удивлённо посмотрел в сторону покрасневшей омеги. — Я давно не тренировалась, — пробормотала она. — Да брось, — хмыкнул альфа. — наверняка в душе ежедневно пищишь! — Учиха, от вас я такого не ожидал, — осуждающе покачал головой руководитель, — я хотел дать тебе роль Кая… — Да ему больше роль «оленя» подойдёт! — крикнула Сакура, и все в классе рассмеялись. — Ты!... — Харуно, Учиха, остыньте! Каем будет Наруто, у него хорошие артистические способности, Герда — Сакура, а Снежная королева, — секундная пауза, — достанется Саске. Ученики загудели, как растревоженный улей. — Я не буду участвовать, — спокойно заявил брюнет безразличным голосом. — И слава Богу! Иначе наш спектакль провалится, так и не начавшись, — рассмеялась Сакура, подмигивая Наруто. — Что-о-о?! — Саске вскочил со стула, с презрением посмотрев на довольную омегу, — где там моя корона?

***

      Зрители в зале затаили дыхание, когда Герда, ласково погладив «оленя» — альфу Кибу по шее, начала петь. Вокруг завывала вьюга, сверху сыпался «снег», а за кулисами стояла «Снежная королева» и не сводила глаз с хрупкой фигуры, укутанной в длинное золотистое платье. — Где же ты далёкий зимний край? Без тебя мне плохо, милый Кай!.. Когда дошло до припева, омега резко развернулась, встречаясь глазами с чёрными омутами: — Ты скажи мне, ветер снежный, где мой мальчик белоснежный? Где бредёт он, замерзая, ничего о нём не знаю! Я ищу его по свету, мне поможет только лето… Забрала его другая Королева ледяная.       У Саске перехватило дыхание. Ему казалось, что Сакура поёт только для него… Ноги сами повели его на сцену. Мистер Какаши еле успел остановить парня, пока тот не наделал глупостей. Внезапно Герда замолчала, а носа альфы коснулся сногсшибательный аромат… — Вот блять! — выдохнул он, вцепившись руками в рукав руководителя, — блять! — Учиха, что ты себе?... — договорить он не успел. «Герда» сбежала со сцены в самый разгар спектакля. — Что происходит? — не понял мистер Какаши. — Быстро, опускайте занавес, нужен перерыв! — тяжело дыша и развязывая завязки плаща на шее, рыкнул Саске, отступая вглубь.       Сакура вбежала в пустой класс, громко захлопывая за собой дверь. Платье скрывало влагу, пропитавшую трусы, а в голове билась одна-единственная мысль: «Лишь бы не сорваться!».       Прислонившись спиной к двери, розовласка глубоко задышала, стараясь прояснить уплывающее сознание. Возбуждение нарастало, мелкая дрожь сотрясала всё тело, а перед глазами мелькали разноцветные точки. Сжав руки в кулак, Сакура зажмурилась и судорожно выдохнула. Ещё никогда возбуждение не было таким сильным. В душе девушки цветком разгоралась ненависть к одному-единственному… но тело не признавало доводов разума, оно требовало, молило, чувствовало…       В коридоре послышались быстрые шаги, и у кабинета кто-то остановился. Запах альфы ударил в нос так, как будто тот стоял рядом и не было между ними никаких преград в виде окрашенной белой краской двери. Тишина разбавлялась лишь тяжёлым дыханием и дребезжанием стёкол, в которые бились голые ветви дерева, шатающиеся от пронизывающего декабрьского ветра. — Сакура, — голос Учихи был тихим и спокойным. — ты в порядке?..,— и лишь на последнем слове он немного дрогнул, выдавая волнение самого альфы.       Воздух словно накалился до предела. Омега сжала зубы, стараясь не сорваться на постыдный стон. Напряжение в трусах выбивало все мысли из головы, а присутствие извечного соперника совсем рядом сводило с ума. Харуно не видела, как точно так же, сжав пальцы в кулаки и опустив голову, с выступившими на висках капельками пота, пытался совладать с собой и Саске, в ушах которого шумела кровь, зрачки расширились, а сердце стучало в груди, как бешеное. — Чёрт! Принцесса, это невыносимо! Либо сделай с собой что-нибудь, либо впусти меня… Сакура зашипела от ненавистного обращения и прикусила губу. — Учиха, свали, — прохрипела она, для собственного успокоения одной рукой упираясь в незапертую дверь, — уверена, ты только счастлив поиздеваться. Но мне сейчас не до тебя! — Правда? — едва слышно выдохнул Саске, прислоняясь лбом к двери и вдыхая умопомрачительный запах, что в последнее время буквально преследовал его, выбивая все здравые мысли, заставляя мучиться от осознания истины, — А мне кажется, что наоборот, Са-акура, — почти стон, и на губах альфы расцвела невероятная, похожая на солнечный луч, но такая горькая улыбка. — Ублюдок, — прошептала розовласка, ещё сильнее возбуждаясь от того, каким тоном было произнесено её имя. Между ног болезненно запульсировало, намокая ещё больше, а в горле пересохло так, будто она три дня провела в пустыне без глотка воды. — Я лучше сейчас Наруто открою!       Альфа зарычал, ударяя кулаком в стену рядом с дверью. Имя друга, сорвавшееся с губ Сакуры, вызвало глухое раздражение в его груди. Саске уже давно осознал, почему эта выскочка и язва так его притягивает. Все годы взаимного противостояния он думал, что мелкая девчонка, которая всегда и во всём ему противоречила, высмеивала, выставляла дураком, лишь вызывала в нём презрение и ярость, но это оказалось вершиной айсберга! Он долгое время искренне ненавидел её. Когда всё изменилось? Почему сейчас ему хочется укрыть эту единственную омегу от всего мира, насладиться её эмоциями, покрыть поцелуями её хрупкое тело, сделать только своей? Сладкий запах омеги буквально сметал его силу воли, требуя ворваться в класс и пометить свою… истинную пару? — Только не это.. , — чувствуя, что теряет остатки самоконтроля, прошептал Саске. Резко развернувшись, он быстрым шагом поспешил уйти, пока не натворил глупостей. Услышав, как удаляются шаги Учихи, розовласка разочарованно застонала. Не этого она в глубине души хотела, ой, не этого…       Задрав широкую юбку чуть ли не до шеи, омега быстро приспустила трусы, оголяя влажную плоть. Дырочка между ног пульсировала, требуя внимания, и сочилась смазкой. Обхватив клитор пальцами, она судорожно стала мастурбировать, одновременно сжимая грудь рукой и стараясь прокрутить сосок. Буквально через несколько мгновений низ живота свело от нарастающего спазма, давая наконец кончить. Разрядка смягчила напряжение, но не сняла его полностью. Быстро приведя себя в порядок и оглянувшись, Сакура поискала глазами хоть что-нибудь, чем можно было бы стереть следы преступления с пола. На учительском столе лежала губка, которой тот протирал доску во время занятий. — Что ж, за неимением лучшего… — прошептала омега и сделала шаг по направлению к столу.

***

Герда обхватила дрожащими руками Кая за шею и повисла на нём, тяжело дыша. Альфа с трудом изображал равнодушие, глубоко втягивая носом запах течной омеги. — Ты одуряюще пахнешь, — прошептал Наруто на ухо Сакуре, прикусывая мочку и срывая с её губ судорожный вздох, — После спектакля.., — договорить тот не успел, так как вздрогнул от оглушительного рыка сбоку.       Ещё никогда новогодняя сказка не пользовалась таким успехом! "Снежная королева", неожиданно вернувшаяся в свой замок, нокаутировала "Кая" хуком справа, растоптала не полностью собранное слово «Вечность», пригрозила Наруто оторвать его же яйца, взвалила себе на плечо вскрикнувшую "Герду" и скрылась со сцены под ошеломлённое молчание из зрительского зала. Омеги, изображающие снежинок, быстро подбежали к валяющемуся в отключке "Каю" с разбитым носом и стали водить вокруг него хоровод, взмахивая руками и пытаясь хоть как-то сгладить впечатление от необычного завершения новогодней сказки, пока начальство не придумало выход из сложившегося положения. Классный руководитель схватился за голову и стал рвать на себе волосы. Но быстро очухался, выскочил на сцену и, собрав ногой зеркальные осколки в слово «Есть», рукой подозвал к себе выпучившего глаза "оленя" , стоявшего за тканевым занавесом. Когда "олень" и мистер Какаши утаскивали за плечи и ноги Наруто со сцены, из зала послышался смешок: — Походу осколок зеркала и Снежной королеве попал в какое-то место…        Зрители ликовали! Шквал оваций сотрясал воздух, на сцену летели цветы и… чьи-то предметы одежды. Сказка нашла отклик в сердцах учителей, учеников и их родителей, которые потом долго обсуждали собранное слово. А что режиссёр хотел им сказать? То ли обрадовался, что наконец-то "Кая" приложили, то ли проголодался и незадачливого Наруто сейчас обгладывают руководитель напару с "оленем" ?

***

— Отпусти меня! — шипела извивающаяся на плече "Снежной королевы" Сакура. Но вопреки своим же словам, старалась вдавиться бедрами в его грудь, — иначе изнасилую! — Ты? Меня? — от неожиданности Саске остановился и, отцепив от себя "Герду" , отстранил от себя на вытянутых руках. Омега уверенно закивала, болтая в воздухе ногами, обутыми в высокие ботинки на шнуровке, — Так я давно не против.., — быстро прижав к себе внезапно обмякшее тело, Учиха, путаясь в длинном плаще, поспешил к выходу из школы. — Мы куда? — заскулила Харуно, обхватывая ногами пояс альфы, а руками его шею. Она вдохнула умопомрачительный запах, исходящий от сильного тела, от которого тут же закружилась голова, и застонала, уже не стараясь подавить в себе свою сущность. — Прекрати, иначе я возьму тебя в этом коридоре, несмотря на многочисленных зрителей! — зарычал Саске, впиваясь поцелуем в оголённую шею. Тело омеги охватило жаром, а над губой выступили капельки пота. Девушка откинула голову назад и зажмурилась, стараясь сильнее вжаться в альфу. Ей уже было плевать на то, где они находятся… Резко наклонив голову, Сакура обхватила двумя ладонями лицо брюнета и прижалась своими губами к его рту. Это было как удар молнии, словно сильнейший порыв воздуха заставил пару вжаться друг в друга с жадностью, чтобы не оставалось ни единого свободного кусочка между ними! Лёгкий поцелуй превратился в океан страсти, смешивая дыхания, разжигая в груди пожирающий пожар. Если бы в тот момент началось землетрясение или извержение вулкана, они бы этого не заметили. А поцелуй всё длился, длился и длился… Многочисленные зрители в лице уборщика-беты, целомудренно отвернулись, водя шваброй по грязному полу и завистливо вздыхая. — Сакура, маленькая, я уже держусь из последних сил. Давай, ты пойдёшь своими ножками до раздевалки, возьмёшь наши куртки и… — Ой, ой, такой сильный, а лёгкую омегу нести тяжело, — прерывисто дыша, искусственно рассмеялась розовласка. Сознание девушки уже помутнело, ноги стали ватными, а глаза заволокло дымкой возбуждения. — К чёрту! Я живу напротив, так добежим, — ответил Саске, ухватив омегу за пояс сильнее, и ринулся к школьной двери. Сакура что-то насторожило в словах альфы. Она попыталась сосредоточиться, но… — Саске, а как же твои родители? — всё же сумела поймать мысль за ускользающий хвост Харуно и попыталась отстраниться. Но удерживающие её руки не позволили ей этого сделать. — Они смотрят спектакль! — выдохнул горячий воздух в шею омеге парень. — Это тот, в котором мы сейчас играем? — тихо спросила Сакура. — Ага… — Надеюсь, им понравится… — Даже не сомневаюсь, — рассмеялся альфа, распахивая дверь и чуть не поскальзываясь на обледеневших ступеньках. Ледяной порыв воздуха скользнул по раскрасневшимся лицам пары, колючие снежинки стали оседать на волосах и одежде, немного отрезвляя и позволяя сосредоточиться на дороге. — Саске, может, я всё же ножками? — попыталась скопировать интонации альфы Сакура, но смущённый стон, сорвавшийся с её губ, свёл на «нет» все её начинания. — Поздно, Сакура… моя Сакура…       Омега зажмурилась, чувствуя, как замирает её сердце. В груди девушки что-то сжалось, а мурашки разбежались по всему телу. Ей так хотелось поверить, что всё это не сон, не очередной розыгрыш или обман воображения. — Ты же это говоришь не потому, что я… что у меня… — Сакура, давай поговорим дома, — перебил её альфа, двигаясь на сумасшедшей скорости в сторону четырёхэтажного строения, освещённого украшенными разноцветными гирляндами деревьями и фонарями. Откуда-то слышалась весёлая музыка, смех, поздравления. Машины оглушительно сигналили, когда странно одетые альфа и омега пересекали дорогу, полностью поглощённые друг другом. — Мама, — дёрнул за рукав ошеломлённую женщину маленький альфа, удерживающий в руке плюшевого медведя. — А почему Снежная королева похитила Герду? — Она просто перепутала, — прошептала женщина, прижимая ребёнка сильнее к себе, уходя с пути пары, — а может, и нет, — видя, как они друг друга пожирают взлядом, улыбнулась им вслед. Праздничное настроение буквально пропитало атмосферу города, поселяя в сердцах прохожих счастье, любовь и радость. Преодолев несколько ступенек с ценной ношей на руках, Саске толкнул дверь, шипя от нетерпения. Та не поддалась. — Я, конечно, прошу прощения, но, возможно, в этой ситуации тебе поможет ключ? — лизнув бьющуюся венку на шее альфы, прошептала Сакура. — Какая же ты!.., — опуская девушку на ноги, рыкнул Учиха, распахнул плащ и, приподняв сверкающий подол, полез во внутренний карман брюк, — любимая гадина! — Любимая?... — А ты ещё этого не поняла? — отведя глаза и открыв подрагивающими пальцами дверь, выдохнул альфа, вновь подхватывая на руки свою пару. Сакура занервничала, только сейчас поняв, что между ними произойдёт. Она ещё никогда… Почувствовав, как напряглось тело в его руках, Саске вздрогнул, мгновенно испугавшись. — Маленькая, нет, только не сейчас, прошу, — шептал он, прижав омегу к стене в прихожей и навалившись на неё, не позволяя отстраниться. И почти впился в пухлые губы, заставляя их раскрыться, мгновенно опуская руку вниз, и через ткань прикасаясь к напряжённой плоти Сакуры, чтобы сомнения вылетели из головы розовласки, а внезапно проснувшийся страх бесследно исчез, — я не могу так больше… Не отталкивай…       И омега сдалась. Она поглаживала плечи Саске, жадно отвечая на поцелуй, выгибалась, стонала, от чего самообладание полностью покинуло альфу, а голова пошла кругом от удовольствия. Одной рукой брюнет поддерживал Сакуру за бок, второй скользил по спине, пояснице, опускался к бедру, всё ниже и ниже, подхватывая подол платья и задирая его. Горячая ладонь сжала ягодицу. Омега забилась, её разум будто отключился, возбуждение кипело в крови, разбегалось по венам, сосредотачивалось внизу живота, усиливалось от прикосновений Саске. Язык Учихи уверенно скользнул по губам Сакуры, слегка облизывая, вторгся внутрь, сталкиваясь с её, превращая поцелуй в полную наслаждения пытку, пресекая всякое сопротивление. — Са-аку, моя Саку, я так хочу тебя, — Саске чувствовал, что готов сойти с ума от охватившего его чувства нежности и невыносимой радости, что его омега оказалась такой чувствительной. Оторвавшись от губ розовласки, альфа начал целовать покрасневшее лицо, подбираясь к чувственному ушку, прикусил мочку, ласково и нежно скользнул по ней языком. Сакура стонала, приоткрыв рот и запрокинув назад голову, её глаза были закрыты, а сердце давно сбилось с ритма. — Сакура Харуно, — немного отстранившись и ловя ртом воздух, прохрипел Саске, — ты только моя! Никому тебя не отдам! — Саске Учиха, — в голосе омеги послышались удивлённые нотки. — а что, кто-то ещё, кроме тебя, хочет заиметь такую занозу в заднице, как я? Саске глухо зарычал, рывком срывая платье с тела Сакуры, ладонью касаясь обнажённой груди. — Ты позволишь мне?.., — не дожидаясь ответа, альфа встал на колени, спуская вниз влажные трусы и полной грудью вдыхая умопомрачительный, крышесносный аромат карамели с ванильными нотками. Когда губы Саске коснулись напряжённой, изнывающей от желания плоти, Сакура почти взвыла. Она едва удержалась на ногах, кожа пылала от прикосновения пальцев, языка, губ. Учиха сам сходил с ума от пожирающего его огня, он едва сдерживался от того, чтобы как зверь не накинуться на девушку и не поиметь её глубоко, резко, немедленно. Альфа руками обхватил бёдра Сакуры, чуть сжал, заставив её раздвинуть ноги сильнее, подразнил языком чувствительный и покрасневшый клитор, и наконец его губы сомкнулись на плоти и втянули её в себя целиком, не давая ни минуты на то, чтобы прийти в себя, доводя омегу до слёз в глазах. Несколько рваных движений, и Сакура бурно кончила, выплёскиваясь в рот Саске и прикусывая собственную ладонь, чтобы не заорать от удовольствия, пронзившего всё её тело.       Альфа облизнулся, глазами, подёрнутыми пеленой вожделения, посмотрев на вздрагивающую и ничего не соображающую омегу. Разум давно смолк, оставляя лишь желание чувствовать, дарить наслаждение, ощущать под пальцами гибкое и изнывающее от его ласк тело. Резко поднявшись, Саске подхватил на руки своё сокровище и в несколько шагов достиг двери в спальню.       Осторожно опустив Сакуру на кровать, альфа быстро избавился от одежды, вставая в ногах разомлевшей омеги полностью обнажённым с гордо стоящим членом. Ему хотелось взять розовласку немедленно, войти в её узкую, тугую плоть, заполнить собой, подчинить, но он сдерживал себя изо всех сил, хотя уже задыхался от невыносимого желания.       Поставив колено рядом с ногой Сакуры, Саске склонился к её лицу, вновь завладев её губами, спускаясь поцелуями к шее, плечам, ключицам, лаская каждый миллиметр чувствительной кожи, а настойчивый язык проник в каждую впадинку, ощутив вкус своей истинной пары.       Руки Харуно гуляли по спине альфы совершенно бездумно, возбуждение вновь накатывало волнами, губы отвечали на сумасшедшие поцелуи, она беззвучно умоляла, изнывая от жара в крови. Всё вокруг потеряло смысл, превратилось в бешеную пульсацию крови внизу живота, оглушительный стук сердца, в хриплое и сбивчивое дыхание. Глаза Саске, одурманенные страстью, пылали, как чёрные звёзды. В них уже не было никакого смысла, лишь бесконечная нежность и страсть.       Тело омеги напряглось, когда палец Саске осторожно обвёл края узкой, сочащейся смазкой дырочку, чуть надавливая. Альфе пришлось отвлечься, чтобы втянуть в рот твёрдый сосок груди, и, сев удобнее между раздвинутых и согнутых в коленях ног омеги, осторожно ввёл палец полностью, сходя с ума от тесноты сжимающихся мышц. — Саку, расслабься, — тяжело дыша и закусывая губу, прошептал Саске, не сводя взгляда с того места, в котором находился сейчас его палец. — Тебе легко говорить… — Это мне-то?... Малыш, скоро станет приятно, я обещаю…       Через минуту Сакура извивалась под альфой, бессознательно двигаясь навстречу, вскидывая бёдра. Саске нашёл то, что искал, и говорить омега уже была не в состоянии: она полностью растворилась в новых ощущениях. Брюнет осторожно проник внутрь вторым пальцем, и Сакура вскрикнула, насаживаясь сильнее и требуя большего. — Сас-ке … Саске-е … я сейчас умру, сделай со мной уже что-нибудь! — громко стонала омега, невменяемым взглядом смотря на не прекращающего растягивать её альфу, — не останавливайся! — Да даже если ты сейчас прикажешь мне остановиться, я не смогу этого сделать! Уже не смогу… Саске медленно вытащил выпачканные в смазке пальцы и начал входить в растянутую дырочку своим истекающим от желания членом. Сакура вскрикнула, широко распахивая глаза. — Сакура, потерпи, не сжимайся, дыши глубже, — уговаривал её альфа, целуя покрытое испариной лицо, медленно проталкиваясь вперёд, осторожно, боясь причинить излишнюю боль, хотя и понимал, что этого не избежать. Внутри омеги было туго и в то же время так восхитительно, что Саске едва сдерживался от резких движений, только прикрыл глаза и хрипло застонал, пальцами сильнее сжимая бёдра девушки. Омега шумно выдохнула, осознав, что брюнет проник в неё целиком. Сакура зажмурилась, тяжело дыша, и тут же почувствовала тёплые губы, сцеловывающие дорожки слёз, которые она даже не заметила. Саске не двигался, давая возможность розовласке привыкнуть к ощущениям внутри своего тела, он осторожно ласкал напряжённые мышцы, заставляя их вновь расслабиться.       Всё это длилось до тех пор, пока Сакура не задвигалась под ним, начав нетерпеливо ёрзать. Саске облегчённо выдохнул, совершая первое движение, ловя губами судорожный всхлип омеги. По телу прошла дрожь, а пальцы заскользили по груди Сакуры, выискивая самые чувствительные зоны. Не в силах больше сдерживаться, альфа резко толкнулся, протяжно застонав: — Сакура-а-а …       Постепенно наращивая темп, Саске двигался резче и быстрее, найдя для них нужный темп. Их языки сплетались, пальцами одной руки брюнет зажал ладони омеги над её головой, не давая возможности опустить, а второй скользил по телу Сакуры в непрекращающейся, судорожной ласке. Он уже был близок к пику наслаждения, но сдерживал себя, жадно лаская рукой пульсирующую плоть омеги. Мгновение, и Сакура кончает, чувствуя, как набухает внутри неё узел на члене альфы, сцепив пару на долгое время. — Зачем? — судорожный всхлип. — Ты только моя, — прошептал Саске, прикусывая плечо Сакуры, — моя!       Они лежали мокрые и опустошённые, но в то же время удивительно счастливые, не в силах ни о чём думать, медленно приходя в себя. Но стоило им вновь посмотреть друг на друга, как безумие продолжалось, жаркие объятия вышибали все связные мысли, а руки беспорядочно ласкали тела друг друга.

***

— Ребята, я, конечно, всё могу понять, — послышалось из-за двери спальни, в которой Сакура и Саске пытались найти свои вещи, — Без еды можно протянуть долгое время, вода есть в бутылке у кровати… только какого хрена вы уже два дня занимаете НАШУ спальню? — отец Саске издал пошловатый смешок, тут же закашлявшись от удара по спине, которым удостоила его Микото — мама Саске.,— В общем, я чего хотел-то?! Через два часа раздастся бой курантов, родители Сакуры уже сидят в зале за накрытым столом, а вы — покиньте чужую территорию! — и уже тише: — Мне уже и переодеться не во что…