Шаг к переменам II: Западня

Солнце еще не поднялось из-за горизонта, а сухой воздух уже бил по лицу. Темное небо, цвета сапфира, и звезды, меркнувшие под напором рассвета, провожали небольшой конвой, состоящий из рыцарей и детей. Дорога в гору, выложенная массивными плитами, была крутой, поэтому, как только юноши уставали, их телохранители давали им время на отдых. - Мы должны добраться до крепости прежде, чем начнется церемония, - сказал девятилетний юноша своему брату-близнецу, уместившемуся на соседнем булыжнике. Мимо, не спеша, прошел один из рыцарей. Латы его были начищены до блеска, впрочем, как и меч, висящий на поясе. Рыцарь взглянул на мальчишек украдкой, затем повернулся к своему оруженосцу и, бросив ему какую-то фразу на незнакомом для мальчишек языке, пошел дальше. - Вставайте! Вставайте, нас не будут ждать! - тут же замахал руками полноватый оруженосец, подгоняя ребят. Дети тут же встали со своих мест. Некоторые жаловались на боль в ногах от утомительного похода, другие же вели себя смиренно и не проронили ни слова. Таким же был и Ориан. Несмотря на то, что подошва его сапог давно стерлась, а мышцы ног ныли от боли, мальчик держался гордо. Оглянувшись на брата, он ободряюще ему улыбнулся и махнул рукой в сторону уже видневшейся крепости, на пиках башен которой развивались бирюзовые знамена, вышитые золотом по краям. Они достигли врат уже через два часа. Лучи утреннего солнца скользят по спинам детей и отражаются от лат их телохранителей. Тень огромного ящера проносится по земле и Ориан поднимает голову к безоблачному синему небу. Красавец дракон кружит над ними, выгнув шею и поворачивая головой, словно рассматривая гостей. Солнечные блики играют на драконьей чешуе цвета ночи, а хвост дергается из стороны в сторону, словно лаская ветер. Один плавный взмах и дракон исчезает, за высокими стенами. На крепостных стенах сидят еще двое драконов. Моложе черного, если судить по размерам. На спине дракона с бледно-зеленой чешуей в седле, с застежками на ногах, сидит всадник, сжимающий в руке копье. На втором драконе, чья чешуя цвета лазурного моря, сидит лучник. Ворота с чудовищным скрежетом открываются и навстречу прибывшим выходит, опираясь на костяную трость, старичок. Пусть и выглядит он хлюпким, пусть лицо его испещрено морщинами, но темные глаза наполнены вековой мудростью. Ведущий рыцарь выходит вперед и склоняется перед старцем. - Кветха Фрикаи,* - улыбнувшись, говорит старик и, обойдя рыцаря стороной, подходит к приведенным мальчишкам, - сегодня вы можете стать великими защитниками, а можете и не стать, - говорит старец в шуточном тоне. Белин, брат Ориана, опускает голову и хлюпает носом. Этот жест привлекает лазурного дракона, который тут же высовывает из пасти раздвоенный на конце темно-фиолетовый язык, словно пробуя воздух на вкус. - Пусть волнение не терзает ваши души, а сердце будет спокойным. - Старик оглядывает всех пятерых мальчишек с ног до головы, после чего поворачивается к рыцарю. - Призови слуг и пусть они их подготовят. Боюсь, времени на отдых не осталось и мы должны действовать быстро. - с этими словами старик, чересчур резво для своих лет, идет обратно в крепость, а на замену ему выходят три девушки в достаточно простых одеяниях и уводят детей за собой. Сначала их решают помыть и приводят в помещение, где по мраморным стенам вода стекает в купальню, по чьей поверхности медленно ползет рябь. После купальни их расчесывают и одевают в дорогие одежды, словно каких-нибудь принцев. - Почему нас привели так мало? - спрашивает Белин, всматриваясь в свое отражение. - Чем больше среди твоих предков всадников, тем выше шанс самим стать всадником и приручить дракона, - ухмыльнувшись, отвечает один из ровесников. - В моем роду было шесть всадников. Шесть! - гордо заявляет он, - Дракон изберет меня, вот увидите! - Насколько мне известно, юный воитель, там будет несколько яиц. У каждого будет шанс. - прислужница, до сия момента молчавшая и занятая внешним видом одного из потенциальных всадников, оглядывается на ребят. - В нашем роду был всего один всадник, но баллады о нем до сих пор странствуют по миру, - в свою очередь заявляет Белин. - Тише, брат, - успокаивает его Ориан. - умерь свой пыл. Стук в дверь и вот в комнату, удерживаясь за поручень, по небольшой лесенке спускается старик. - Дети готовы? - спрашивает он у прислужниц, наконец достигнув пола. - Да, - в один голос отвечают девушки и выбегают из комнаты. Старик хмурит густые брови, взгляд его бегает от одного мальчика к другом. - Дети, вот уже на протяжении многих тысяч лет существует наш Орден. Каждый год мы приводим девятилетних детей к гнездам драконов, чтобы их потомки проклюнулись, а вы вступили в Орден и стали благородными защитниками для всех народов Арды. - Старик прикусил губу. - Вы такие худощавые...жуть просто! Так о чем это я? Впрочем, не важно. Идите за мной и ничего не трогайте! Старик идет не слишком быстро, а дети, не желая забегать вперед, но и не собираясь отставать, идут след в след за старцем, не обращая внимания на насмешливые взгляды стражников. Тот, недолго петляя по коридорам, наконец выводит их в главный зал и застывает на пороге прежде, чем постучать в темно-красную дубовую дверь. - Итак, ведите себя мужественно, смело и в обморок не падайте, - подмигнув парнишкам, говорит старец и стучит в дверь. Сердце Ориана замирает в ожидании того, что произойдет дальше. Вот двери открываются и пред взором мальчишек предстает огромный зал. Вдоль мраморных колон, которые каменными телами обвивают изваяния драконов, плечом к плечу стоят эльфы, а напротив них точно такой же строй, но из людей. Под потолком висят массивные знамена, пол начищен так, что можно разглядеть свое отражение. На противоположном конце зала, одетый в черные доспехи, стоит мужчина средних лет с кучерявыми волосами, едва достигающими плеч, коротко стриженой бородой и добрыми глазами. За спиной у мужчины, словно гора, сидит красный дракон. Он поставил когтистые лапы по бокам от своего всадника, а крылья сложил за спиной. Ориан даже представить себе не мог, что драконы могут быть такими огромными. Дракон был взрослым и гордым, поэтому не удостоил потенциальных всадников даже взглядом рубиновых глаз, а просто выпустил из ноздрей облачко дыма, которое теперь блуждало под потолком. - Мои юные друзья, подойдите поближе, - попросил всадник красного дракона. Старец, пихнув одного из мальчишек в спину, отступил назад. Белин обменялся с братом взглядами, но двух братьев опередил парнишка, с которым они заговорили о всадниках. Тот уверенным шагом шел вперед, навстречу мужчине, даже не оглядываясь ни на эльфов, ни на людей. За ним, словно за предводителем, потянулись два других мальчика, а братья застыли в нерешительности. - Ну же, чего столбом застыли? Идите! - едва слышно прошептал старец и еще раз подтолкнул двух братьев вперед. Они шли и их шаги отдавались по залу эхом. Эльфы проводили их взглядом, а дети то и дело оглядывались на них, словно боясь неожиданного нападения. Люди же перешептывались между собой и вели себя куда менее сдержанней, чем эльфы. Наконец, поравнявшись с тремя другими ровесниками, Белин и Ориан подняли взгляд на мужчину, который был намного выше, чем казалось при входе в зал. - В этом году вас намного меньше, чем ожидалось, - с досадой в голосе промолвил всадник, - но и драконьих потомков тоже немного. - он отошел в сторону и мальчишки увидели постамент на котором, в каменном гнезде лежало семь яиц, больше похожих на драгоценные камни и слитки металлов. - Если дракон вас выберет, то он поставит на вашей руке метку, - всадник демонстративно снял с левой руки перчатку и показал ладонь, посреди которой, красовался спиралевидный ожог, - Гёдвей ингнасия... Это связь с драконом. Красный дракон наконец пошевелился, опустил гигантскую голову к полу и покосился на своего всадника. - Ммм, не будем медлить... Прошу, подойдите ближе. Всадник сделал еще два шага назад и, резким движением призвав остальных к тишине, стал заворожено наблюдать за действиями детей. Дети тут же подошли к постаменту. Самый быстрый и самоуверенный, которого звали Териан (он же хвастался братьям по поводу своего наследия), схватил яйцо цвета бронзы, с медными прожилками, испещрявшее его, словно паутина. - Тяжелое... - фыркнул он, вертя яйцо в руке. - "Осторожней!" - словно гром средь ясного неба, прогрохотал голос красного дракона. Ориан отшатнулся назад. Он и предположить не мог, что дракон может обмениваться мыслями с кем-то, кроме своего всадника. - Мне кажется, или я его слышал? - удивился Белин, потянувшись к яйцу, больше похожему на яйцевидный слиток серебра. - Его слышали все, - откликнулся всадник. - Это вам не ярмарка, аккуратней с ними. - Он.. он пошевелился под скорлупой! Я чувствовал! - воскликнул Териан, прижимая бронзовое яйцо к себе. Взгляд же Ориана целиком и полностью был прикован к яйцу, похожему на аметист. Юноша потянул к нему руку и приложил ладонь к холодной поверхности. Всадник начал что-то говорить, обращаясь ко всем присутствующим, но Ориан его не слышал. Его влекло к аметистовому яйцу и, аккуратно взяв его в руки, он поднес камень к глазам, словно пытаясь увидеть дракончика сквозь скорлупу. Ответом ему был треск. Яйцо покрылось паутинкой трещин и Ориан положил его обратно, чтобы не уронить пробуждающегося ящера. Яйцо стало дребезжать и кататься по гнезду, иногда стукаясь с другими, не подающими признаков жизни яйцами. Когда на аметистовой скорлупе появлялись вмятины, это только побудило дракончика проталкиваться сильнее. А потом яйцо замерло, будто дракон передумал. Все пятеро мальчишек, словно по команде, столпились вокруг него и, словно стараясь сквозь трещинки рассмотреть дракона, стали ждать. Прошла минута и вот, наконец яйцо вновь запрыгало на месте. Часть скорлупы отлетела и оттуда показался хвост и задние лапки, затем, оставшаяся часть яйца разлетелась в стороны и на свет показался дракончик с чешуйками цвета вина. Маленький ящер перевернулся на живот и, сложив хрупкие крылья с тонкой мембраной, стал с любопытством осматривать собравшихся вокруг детей. Взгляд темно-фиолетовых глаз остановился на Ориане. - Он выбрал тебя.. - шепнул на ухо брату Белин. Завороженный маленьким, но уже гордым ящером, Ориан потянулся к нему рукой. Сначала дракончик отпрянул, но затем, принюхавшись, уверенно ступил вперед и... Жгучая боль пронзила руку Ориана, словно молния. *** - Ай! - Ионет резко раскрывает глаза и садиться, отклонившись спиной на чешуйчатый драконий бок, и отгоняя от себя невидимый туман сновидений. С широкой ветви тут же спрыгивает Леголас, как всегда несший свой ночной дозор. - Печет.. - отмахивается Ионет и сдирает кожаную перчатку с руки. Метка, которую больше года тому назад поставил ей Ладон, блекло светится серебристым светом и ужасно саднит, будто девушка опустила руку в кипящую воду. Девушка сжимает руку в кулак, но от этого становится хуже. - Дай посмотреть, - эльф берет ее за руку и разжимает кулак, после чего сразу хмурится. - Странно, знай ты эльфийский язык, я бы подумал, что проявляется магия. - Так, тише...а то еще Гимли проснется. - Ионет оглядывается на спящего спиной к костру гнома, тот громко храпит, никак не реагируя на происходящее. Зато Ладон уже проснулся и щурит на всадницу янтарный глаз. - "Тебе снилось тоже, что и мне?" - спрашивает она у Ладона, пока лихолесский принц думает, какими травами лучше унять боль. - "Нет, - сонно отвечает ей золотой дракон, - но я понятия не имею, как ты умудрилась изъять эти воспоминания у меня." - " Я слышала незнакомый мне язык. Он звучал очень странно, - сообщила девушка дракону, после чего коротко взвизгнула, когда эльф приложил к ее ладони охапку какой-то липкой травы. - Всадники говорили на нем. Только при детях стали говорить на общем языке." Дракон повернул к ней морду и вздохнул, отчего зола с костра перелетела на гнома и осела на его одежде. Что-то пробурчав во сне, Гимли перевернулся на другой бок. - "Древний язык. Используется для магии. Точнее ответить не могу. - Ладон поднялся на лапы и, потянувшись, расправил крылья. - Я не знаю к чему был этот сон, да и знать не хочу, но нам лучше поспешить и по скорей найти тебе учителя. Магия может быть опасна, если не знать, как ею владеть." Ионет согласно кивнула и, оторвав край от своей рубахи, обмотала тканью до сих пор ноющую метку. Поймав на себе вопросительный взгляд эльфа, она жестом указала на сумку, давая понять, что нужно двигаться дальше. Леголас понял намек и, подойдя к рыжебородому гному, потряс его за плечи. - А? Что? Что ты творишь, остроухий? Я ведь спал! - тут же начал ругаться Гимли, который, за неделю их похода привык, что особо спешить никуда не надо. Да и вправду, зачем спешить? Битвы давно позади, враг повержен. Бывает, попадались небольшие отряды выживших орков, но их было слишком мало, чтобы представлять определенную угрозу. Их можно было запугать и они скрывались в пещерах, а можно было и убить, чтобы они не представляли опасности для одиноких путников. - Не время спать, мой друг. Дорога ждет нас. - отозвался эльф и переместился к подножью дерева, рядом с которым оставил свои вещи. - Вечно что-то взбредет вам в голову...Не могли после завтрака спохватиться? - гном поднялся на ноги и, найдя свой шлем и остальное снаряжение, направился к белому жеребцу, на котором они с Леголасом ездили. - Прости, Гимли, это моя вина. - девушка тоже не стала медлить и, подняв с земли драконье седло, которое Ладон попросил снять на ночь, подошла к дракону. Седло вернулось на свое законное место в выемке на спине у основания шеи, где шипов почти не было, а полукровка стала затягивать подпругу. - Ладно, так уж и быть. Все равно в походе к гномьим рудникам вам понадобиться моя помощь. - усмехнувшись, заявил он. - Ты опытен, как волк на охоте, и можешь найти драгоценности, будучи за много миль от них, как ворон? - не скрывая издевки, спросил Леголас, протягивая другу зеленую накидку. Принц до сих пор не забыл, как эльфы Лориена засекли их. Гном удостоил эльфа не самым дружелюбным взглядом, но продержалась эта маска суровости недолго и вскоре лицо гнома озарила улыбка. - Так, мальчики, мы должны по скорее отыскать Ладонову сестричку, а после отправиться к Владыке всея Лихолесья - Трандуилу. - сообщила девушка, взбираясь в свое уже полюбившееся седло. - А у него нам что делать? - скривившись при упоминании отца Леголаса, спросил Гимли. - Еще одно драконье яйцо забрать нужно, а после отправимся искать других всадников. - девушка взяла из рук эльфа протянутый меч и лук, колчан же был прикреплен к седлу и ей оставалось всего лишь перекинуть ремень через плечо, чтобы тот оказался у нее. - Я не думаю, что после этого папочка позволит своему сынишке путешествовать дальше. Что, ушастик, останешься у отца под крылом? - Гимли, просунув одну ногу в стремя, пытается залезть в седло, но в силу малого роста, у него это плохо получается. - Нет, я иду туда, куда хочу и воля отца меня не остановит! - в таком же шутливом тоне отвечает ему Леголас и, подойдя к гному, рывком закидывает его в седло, после чего и сам залезает, усаживаясь спереди. Ладон кидает прощальный взгляд на костер и, что-то недовольно прорычав, взмывает в воздух. Когда он набирает достаточно большую высоту, чтобы девушка не видела своих друзей, а все деревья и вовсе казались очень мелкими, девушка начинает понимать, что ее сон весьма встревожил его. - "Ладон?" - ухватившись за острый шип, зовет она. Дракон отвечает, но не сразу. Мысли его отягощены зарисовками о прошлом, силуэтами отца и матери и прочих битв, в которых те приняли участие. - "Я все еще думаю о том языке, на котором они говорили. Он весьма могущественен. Овладев им, ты сможешь управлять вещами, называя их истинными именами." - проговорил он, словно не замечая тревоги, прокравшейся в сердце его всадницы... - "Истинными именами? - удивляется девушка. - Разве, называя ветвь ветвью мы имеем в виду что-то другое?" - "Не совсем. Этот язык управляет сутью вещей. Узнаешь истинное имя и вещь тебе подчинится, даже если она не одушевлена. Ты знаешь то имя, которым тебя нарекли родители, но истинное имя ты должна найти сама. Понять, какие события, или явления отражают твою суть. Это сложно объяснить. Но, думаю, вычислять наши истинные имена не стоит. Это может быть опасно. Представь, какое влияние сможет оказать на нас враг, если узнает наши имена?" -" Мы станем марионетками, а враг, кем бы он ни был, кукловодом."- поняла всадница. Ладон не ответил, но по его эмоциям девушка смогла определить, что дракон доволен ее ответом. В конце концов, он рад, что до нее стало доходить быстрее, чем раньше. Взмахнув золотыми крыльями, дракон оседлал сам ветер и полетел прямиком к предгорьям. Эти места Ионет знала достаточно хорошо, поэтому, когда с высоты птичьего полета увидела водопад, спадающий с гор, то с уверенностью наклонилась вперед, принуждая дракона снизить высоту. Приземление получилось не самым мягким, ибо Ладон приземлился на каменистый берег и те больно впились ему в лапы. - "Я и не подозревал, что они такие острые." - наклонив треугольную голову к земле, сказал Ладон, но после, привлеченный журчание речки, подошел к воде и начал пить. Драконы, пусть и выносливы, но еды и воды им нужно много. Сам Ладон не считал, сколько зачерпывал воды в рот, но девушка еще по рассказам одного из слуг ныне покойного короля Теодена знала, что один драконий глоток приравнивается к пятью литрам. - Мы подождем остальных, - спрыгнув со спины золотого ящера, вслух произнесла всадница и пошла вдоль берега, подставляя лицо брызгам. Гул воды отгонял последние воспоминания о сне, однако взгляд фиалковых глаз новорожденного дракона, девушка выкинуть из сознания не могла. Остановившись у каменистого порога водопада, девушка опускается на корточки и, зачерпнув двумя ладонями воду, умывается. - "Места здесь красивые.." - замечает Ладон. Девушка переводит на него взгляд и видит, что тот уже сидит под раскидистыми ветвями дерева и оглядывается по сторонам. Его изогнутые рога задевают ветки и на голову ящеру падают зеленые листья, что ему не очень-то нравится. - Мы должны будем углубиться в лес, когда Леголас с Гимли подъедут, ты уже слишком большой, поэтому будешь ждать здесь. - произносит она в слух. - "Хорошо, я буду здесь. Может быть полетаю и половлю нам ужин." - согласился дракон, хотя Ионет ожидала иного, учитывая, как яро дракон рвался в бой ранее. Пожав плечами, девушка подошла к нему забрала свой меч, закрепив его на поясе. Лук и колчан она тоже решила взять с собой, хотя ей было все еще непривычно пользоваться этим оружием. Но, чтобы не расстраивать эльфа, потратившего на ее обучение, а так же поиски рекурсивного лука и стрел уйму времени, она могла и поносить все это с собой. Только всадница собиралась пойти в лес и поискать тропы, по которым она ходила восемь лет назад, как послышался стук копыт и, обернувшись на этот звук, Ионет увидела белого жеребца с двумя друзьями в седле. Конь стоял по ту сторону реки и всячески отказывался переходить ее. - Нужно дать ему передохнуть, - Леголас спрыгнул на землю и подошел к кромке воды. Гимли же спускаться не спешил. - Ионет, а ты уверена, что это здесь? Я не помню ни одного рудника, который находился бы поблизости. - нахмурив рыжие брови, гном поправил съехавший на бок шлем. - Абсолютно, - без тени сомнений ответила девушка. Леголас, взяв белоснежного жеребца под уздцы, отвел его к ближайшему дереву и привязал, чтобы тот не ушел за время их отсутствия. Так же он хотел помочь Гимли спуститься, но тот справился и сам. Вернувшись к реке, эльф задорно улыбнулся и прыгнул на выступающий из воды камень, затем на другой и так, пока не достиг другого берега. Гимли, наблюдая за другом, размышляя, как поступить ему. Расстояние между камнями было слишком большим для него, а мостика нигде видно не было. В конце концов, сплюнув себе под ноги, Гимли снял шлем и отбросил его в сторону, а секиру закрепил за спиной. - Может тебе помочь? - поинтересовался эльф, склонив голову на бок. Ионет встала рядом с ним и стала наблюдать за действиями гнома, который испепелял бурлящую воду взглядом. - Гномам не нужна помощь эльфов! - гордо заявил Гимли и зашел в речку. Вода была ему по грудь, но течение было не слишком сильное, поэтому гнома лишь немного сносило в сторону. - Гимли не ищет легких путей. - замечает Ионет, когда рыжебородый уже прошел половину пути. - "Как и все мы." - эхом отозвался дракон, наблюдающий за происходящим с крайним любопытством. - Ну что столпились?! - выбравшись на берег, спросил гном, размышляя над тем, как по быстрее высохнуть. Заметив это, Ионет сказала: - Обсохнешь по пути, а сейчас идем. Девушка, не дожидаясь возражений, быстрым шагом направилась к лесу, чувствуя, как золотой дракон провожает ее задумчивым взглядом. Рука все еще отдавалась болью, стоило к чему-либо прикоснуться, но вместе с ней появилось некое ощущение. Полукровка чувствовала, что руки наливаются силой и крепче сжимала рукоять меча, хотя повода для этого не было. Все тихо. Птицы перелетают с дерева на дерево, соседствуя с белками, зайцы прячутся по кустам, завидев их трио, а хищников и вовсе не видно. - "Помнится, этой дорогой я шла к рудникам, когда украла тебя, Ладон, - сообщает она, заметив на одном дереве метку, которую оставила восемь лет назад, чтобы не потеряться и вернуться к речке. - Правда тогда гномов было слышно за версту, а сейчас тишина." - "Не забывай, что была война. У гномов не было времени заниматься любимым делом. Наверное, та шахта заброшена." - "Надеюсь, гномы не завалили вход, покидая эти места, а то твоя сестра будет обречена вечность в яйце сидеть." - Ионет перелезла через поваленное дерево и дождалась, пока то же самое проделают ее спутники, после чего, отыскав заросшую травой тропинку, пошла по ней. - "Если это так, то я рудник по камешкам разнесу." - уверенно заявил Ладон и Ионет поняла, что если им действительно не удастся пробраться внутрь, то дракон устроит такой беспорядок, что будет неудивительно, если гора рухнет прямо им на головы. Нужное место нашлось не сразу. Ионет долго вспоминала правильное направление, когда тропинка привела их к развилке, но в итоге выбрала верное и вот теперь они стояли напротив прохода, который, на удивление девушки, был ухожен. Трава в этом месте почти не росла, а так же не было никаких следов, говорящих о том, что здесь поселился медведь или другой опасный хищник. С одной стороны это было хорошо, а с другой порядком настораживало. - Странно, - Гимли посмотрел на весьма внушительную расщелину в горе. - Я никогда не думал, что в этих местах можно что-либо добывать. - Золотая жила и самоцветы... Я все это помню. - Ионет покосилась на друга и улыбнулась. - Проводишь нас? Думаю, в подобных шахтах, рудниках и подземельях, ты ориентируешься лучше нас с Леголасом. - Пф, конечно! - отмахнулся гном и уверенно зашагал вперед. - Не нравится мне все это, - придержав Ионет за руку, вымолвил эльф, когда Гимли был уже на подходе к руднику. - Это место не выглядит заброшенным. - Во всяком случае с нами Гимли, а уж он всегда найдет с гномами язык. - Не все гномы сражались на стороне добра. Были и те, что предпочитали удел зла. - настаивал эльф. - Не будь параноиком. Тут дел всего на пятнадцать минут, а дальше мы поедем в гости к твоему отцу. - Ионет заметила, как помрачнел Леголас при упоминании отца, однако с разъяснениями лезть не стала. Она знала, что если Леголас сочтет нужным что-то ей рассказать, то он расскажет. - Эй, голубки! - послышался хрипловатый голос Гимли. Леголас бросился вперед, не желая отставать от гнома, а Ионет, естественно, не захотела оставаться на улице, ведь идея вернуться на рудник и забрать драконье яйцо - принадлежала ей, а значит, идти девушке обязательно. Удивлению всадницы не было придела, когда, влетев в пещеру на большой скорости, тем самым чуть не врезавшись в застывшего на месте эльфа, она увидела, как к шее Гимли приставлен клинок. Гном развел руками, мол, что поделаешь, а полуэльфийка до сих пор с открытым ртом смотрела на того, кто угрожал сыну Глоина. Собственно, теперь понятно, почему рыжебородый не оборонялся. Не мог же он ударить женщину - гнома, пусть та и грозилась прирезать его. _______________________________________________ *Кветха Фрикаи. - Здравствуй, друг.