Дождь

В Намимори пошёл дождь, эх нечего необычного, но разумеется, дождь начался сразу, как только подошла моя остановка. И, разумеется, зонтом я не озаботился как бы опять. Меня зовут Тсунаеши Савада, но многие меня называют бесполезным Тцуней. Не знаю, почему, у меня с этим делом проблема, но зонт — какая-то отдельная часть жизни, с которой у нас взаимная вражда. Он не теряется, как у большинства людей. Я либо забываю его взять, либо он выпадает из рук, ломается или, вообще, не пригодится, даже если синоптики на день обещают шторм с водопадом. Уверен, что даже будучи я под Ниагарским водопадом, я все равно умудрился бы забыть зонт. Вот такой Аквамэн, черт возьми. Как говорил какой-то парень— тысяча чертей, каналья! Может это был Боярский? В общем, не в этом суть. Чем ближе двигался автобус к остановке, тем сильнее был дождь. Серьезно, это начинает надоедать. Но, как говорится, делать нечего. Пришлось сойти в лужу и путешествовать дальше под этим ливнем. Люди шли навстречу, что удивительно, в основном тоже без зонтов. Неужели сегодня эту мокроту не обещали в новостях? Хотя я вообще этой ерунде перестаю верить. Лжет, зараза, слишком часто. Переулочек, улица, еще переулочек. И тут я увидел его. Это почти тупо. Как в чертовых кино или книгах. Поначалу я залип, пытаясь опознать цвет его куртки. Я таких даже не видел никогда раньше. Вроде бы желтая, а вроде бы не совсем. Вообще горчица бывает подобного цвета, но все же желтого там было куда больше. Куртка. Да уж. Она в самом деле привлекала внимание, конечно. До тех пор, пока он не поднял голову, а капюшон не слетел от порыва ветра. Загривок покрылся мурашками. Такого просто не бывает. Я же не в книге! Но у меня сердце забилось так, что захотелось придержать его рукой. В тот миг солнце пронзило дождь и отразилось в каплях на его волосах. Челка у него была какого-то красного цвета, потому казалось, словно кровь стекает на лицо. А где-то там, позади этого безумия, я увидел зеленые глаза. Я вообще редко встречаю людей с такими глазами. Я остановился. Время однозначно замедлилось, исчезли звуки, остались только дождь, паренек и я. Он шел медленно, обеими руками удерживая явно тяжелые пакеты. Я впервые пожалел, что у меня нет зонта, чтобы просто подойти и укрыть этого парня от дождя. Вот он переложил пакет в другую руку, а свободной быстро натянул капюшон обратно, но следующий же порыв ветра скинул его снова. И парнишка перестал бороться, просто пошел дальше. Я смотрел ему вслед, делая вид, что ковыряюсь в телефоне. Дождь заливал экран, но это такая мелочь. Потом мимо пронеслась машина, я машинально отдернулся, отворачиваясь. И когда повернулся снова, этого парня уже не было, он исчез. Да, он мог зайти в ближайший дом. Но я не мог же бегать по домам и искать его. Сердце все еще колотилось, а во рту пересыхало. Я пошел домой, в лучших традициях истерики упал на кровать и стиснул мокрый телефон, жалея, что не сфоткал этого зеленоглазого парня. Я пытался его рисовать, пытался просить других нарисовать, но каждый раз это было вообще не то. Я искал фотки в сети, надеясь случайно наткнуться хоть на что-то похожее. Я дежурил у окна и там, в том переулочке, думая, надеясь встретить его. Даже в то же время. Ничего. Я впадал в отчаяние по несколько раз на дню. Печальная картина одержимости. Я надеялся увидеть его во сне, но и там был только облом. Кто-то из моих знакомых предположил, что я видел глюк и свою фантазию. Что это вообще была девушка, а не паренек, и что у меня от дождя помутился рассудок. Но никого не слушал и думал только об том парне. Я писал длинные письма в пустоту. Кто-то предложил опубликовать в городском поиске вопрос, а может быть в какой-нибудь сети. Наверняка ведь найдутся друзья, знакомые или соседи. Однако и это ничего не дало. Как можно потерять такого яркого парня в собственном дворе? Я даже установил камеру на балконе, чтобы она снимала улицу в то время, пока меня нет. Кажется, я дошел до края безумия. Отпустило меня только через несколько недель. В самом деле, не мог же я всю жизнь теперь думать только об том парне. Но я теперь всегда брал зонтик в дождь, надеясь встретить его. Потом зонтик стал символом приятных воспоминаний. Вскоре — привычкой. А через два года я и вовсе забыл его. Не знаю, почему так случилось, ведь действительно появилась привычка в любую относительную непогоду таскать с собой зонт. Но не сегодня. Разумеется, сразу начался дождь. Я тащился из магазина, ненавидя мир и окружающую мокроту. Даже капюшон натянуть было нечем — руки отвисали от тяжести пакетов. А потом дождь внезапно исчез. Я стопорнулся и поднял голову, уставившись в зеленые глаза напротив. Красных волос уже не было, но под темной челкой глаза все равно смотрелись шикарно. Парень улыбнулся, удерживая надо мной зонтик.