Муж и жена (глазами мужа)

Проснулись мы поздно и еще долго лежали обнявшись. Я был выходной и на обед мы должны были идти к родителям. Мэри приподнялась на постели и прижала мою голову к своей груди. -Ты хоть выспался сегодня. Как твоя мама тебя не пугается, так ты осунулся. -Да я сам не думал, что так все будет складываться. Столько всего нового и я должен все это освоить. -Может ты неправильно свои силы и время распределяешь? Ренвик, мне это не нравится. -Да, ерунда, я привык много работать. Здесь я ночью хоть могу спокойно поспать, а в Ливенфорде мне это редко удавалось. Тем более, что рядом со мной лежишь ты и оберегаешь мой покой. -Когда ты жил в Ливенфорде, ты выглядел намного лучше. -Хотя в Ливенфорде меня кормили вкусно и обильно, но так! Вы с моей мамой сговорились. - захохотал я, но Мэри пропустила это мимо ушей и недовольно сморщилась. -Скоро будешь выглядеть хуже чем Несси. - сердито сказала она. -В Ливенфорде я не был в таком напряжении. Трудных случаев было немного, в основном несложные, просто много бегать приходилось и среди ночи будили в основном по пустякам. Но, правда, были случаи когда я терялся, посоветоваться было не с кем, а нужно было срочно принимать решение. Здесь, если я неуверен, я могу обратиться за помощью к более опытным кардиологам. -Ренвик, тогда я не понимаю, почему ты в таком напряжении? У тебя есть поддержка, ты только начал работать и я же видела, как доброжелательно к тебе относятся. -Мне нужно себя зарекомендовать, я хочу побольше работать сам и мне нужно будет скоро определиться в каком направлении кардиологии я буду работать. И на меня давит, что я чувствую себя неопытным мальчишкой, а я уже много лет работаю самостоятельно. Мэри гладила меня по лицу: -Дорогой мой, у тебя все получится, я в тебе даже не сомневаюсь. Тебе нужно набраться терпения, опыт придет, а ты торопишь события, забегаешь вперед. Если ты смог меня вылечить, то теперь тем более справишься. Недаром, тебя в Ливенфорде так уважали и ценили. -Когда я тебя лечил, тогда мне помогла любовь. - засмеялся я. - Вот это и самое главное, что у меня есть ты. Тогда моя любовь была безответной, а теперь она взаимна. Я уткнулся лицом в ее грудь, лаская и целуя ее набухшие соски. Божественное тело моей жены сводило меня с ума, но на близость с ней у меня сейчас не было сил. Мне сейчас хотелось прижаться к ее нежному обнаженному телу, груди, животу, темному треугольнику шелковистых волос. Мэри гладила меня по голове: -Ренвик! - вдруг шепнула она, прерывисто дыша. - Поцелуй меня, дорогой, я так хочу... Мэри откинулась на спину и согнув ноги в коленях, широко расставила их. -С удовольствием! - промурлыкал я. Я провел губами по ее животу и положив палец на ее мокрое от желания заветное место, легонько погладил. Мэри застонала. Ее бугорок набух и пульсировал, ожидая моих ласк. Я нажал сильнее, чувствуя, как Мэри изнемогает от желания. -Ренвик... - прошептала она, выгибая тело. Я ласкал языком ее бугорок, нежные складочки вокруг него и каждую клеточку ее сокровенного места. -Еще, еще, как хорошо, вот так, так, вот здесь, здесь. А-а-а! Моя красавица жена лежала передо мной обнаженная, счастливо улыбаясь, раздвинув ноги и ее сокровенное место было удовлетворено моими ласками. Она уже не стеснялась своей наготы, более того, она почувствовала какое восхищение вызывает у меня красота ее тела и ей нравилось мне его показывать. Мэри становилась женщиной моей мечты не только днем, но и ночью. Некоторое время мы лежали молча, потом я снова положил голову Мэри на грудь. Мэри гладила меня по волосам. -В Ливенфорде мне домой возвращаться не хотелось, хотя дома было чисто и моя экономка хорошо готовила. - сказал я. - Дома было так одиноко. А здесь меня так тянет домой! Я же знаю, что ты меня ждешь и я могу расслабиться. Если у меня неудача или я чем-то расстроен, ты меня всегда поддержишь и успокоишь. Дома я попадаю в плен твоих маленьких ручек, которые меня оберегают от всех житейских проблем и доставляют мне только радость и наслаждение. Единственное, что ты не можешь для меня сделать, это заниматься Тимом и все, что связанно с ним, приходится делать мне. Мэри крепче прижимала к себе мою голову, целовала меня в лоб и тихонько смеялась. -Мэри, но меня волнует твой образ жизни. -Мой образ жизни? - удивилась Мэри. - Какой у меня образ жизни? -Я работаю, занимаюсь тем, что мне интересно, общаюсь с людьми. А ты? Выходишь только за покупками, работаешь дома как прислуга. Счастье, что хоть с моей семьей общаешься.То что дома чисто и мои вещи в идеальном порядке и полная кухня разнообразной еды - это твоя заслуга. -Убирает дома Лиззи, я забыла когда я в последний раз мыла полы. -А остальное? Мэри засмеялась и щелкнула меня по носу: -А остальное это не работа, это удовольствие. -Хорошее удовольствие! Стирать грязную одежду и чистить грязную обувь. Мэри, ты в своем уме? - вскипел я. - Я хочу, чтобы ты читала книги, общалась с людьми, водить тебя на концерты, в музеи и в театры, поехать с тобой куда-то. Ты достаточно наработалась раньше. -Тише, не кричи, соседи прибегут. Раньше я работала, а теперь получаю удовольствие. Ренвик, неужели ты не понимаешь, что все что я для тебя делаю, мне все это только в радость. Да, я получаю удовольствие когда чищу твою грязную обувь, стираю, глажу твою одежду, стираю, крахмалю твое белье, потому что это - твои вещи. Я такое счастье испытываю когда вижу, что тебе нравится то, что я приготовила. - Мэри взяла мою руку и прижала к губам. - Ренвик, у меня ведь кроме тебя никого больше нет. А книги я читаю, в гостиной лежат те, что я взяла в библиотеке. Мэри гладила меня по волосам и прижималась щекой к моей щеке. Слова Мэри меня испугали. Если со мной что-то случится, она от моей семьи помощи не примет, пойдет опять работать. -Мэри, - осторожно спросил я. - а у тебя какие-то родственники есть? Тети, дяди, двоюродные братья и сестры? -Со стороны отца точно никого, все умерли. А у мамы кто-то есть, Несси говорила, что приезжали на похороны какие-то ее двоюродные сестры. Но я их не помню, даже не знаю где они живут, в какой-то деревне. У них вроде своя ферма. Ладно, не будем о грустном после такого замечательного вечера, такой ночи и такого чудесного утра. - Мэри засмеялась. - Хватит лежать, нужно делом заняться. Ты пока еще полежи, тебе полезно еще отдохнуть, а я приведу себя в порядок, принесу тебе горячую воду для бритья и приготовлю завтрак. Мэри уложила мою голову на подушку и встала с кровати. В комнате был страшный беспорядок, все наши вещи были разбросаны, мы так желали друг друга, что сбросили поскорее с себя одежду. Обнаженная Мэри искала свой домашний халат, а я смотрел на ее точеную маленькую хрупкую фигурку. Все богини красоты должны лопнуть от зависти, что они не так красивы. -Мэри, повернись ко мне. Она удивленно обернулась. -Что такое? После ночи ее густые черные локоны беспорядочно падали ей на грудь. Сквозь них просвечивались ее розовые соски, дальше шли тонкая талия, плоский живот, темный треугольник внизу живота, стройные ноги. -Жаль, что я не умею рисовать. Я бы вот такую тебя непричесанную, обнаженную нарисовал бы в лесу, как нимфу или на каком-то облаке как богиню. Ты бы затмила всех мадонн. Я промолчал о том как бы она выглядела на картине в тех позах, в каких я ею только что любовался! Обнаженная красавица с жаждущим любви, открытым на показ, сокровенным местом и та же обнаженная красавица, в той же позе, только удовлетворенная. Я протянул руку и провел по ее телу, от груди до бедер, по темному треугольнику. Я еле удержался, чтобы не позволить себе большего. Любуясь ее телом, я подумал, что моя мать права: я - болван, на такой шее должно быть колье. Мэри со смехом отвела мою руку. -Потерпишь до ночи, художник! Нельзя же быть таким ненасытным. -Какая ты жестокая! - засмеялся я. - Я же не виноват, что ты - неземной красоты женщина. Где я с тобой не появляюсь, все на тебя смотрят. Мэри наконец нашла свой халат и одев его, привела себя в порядок. -Ладно, ладно, не переживай, я сама тебя опять хочу, но сейчас не время, я тоже подожду ночи. По правде говоря, сейчас я больше похожа на ведьму. Она щелкнула меня по носу и убежала. Вскоре она вернулась с кувшином горячей воды и снова убежала на кухню.