Глава. 10: Нет тебя, и нет проблем.
21 мая 2021 г., 20:00
Гермиона лежала на кровати и читала книгу по зельеварению. У неё было смешанное настроение. Сначала, когда она проснулась утром после того злополучного дня, была как будто в каком-то вакууме, в котором невозможно было что-то сообразить или же предпринять. После того она вроде как высвободилась из него, но стало ещё хуже, потому что Дафна и Панси пилили её всё время по вводу Драко и их грандиозного конфликта. Но Грейнджер не сильно обращала на них внимания и в основном пропускала всё мимо ушей, но всё же делала вид, что внимательно слушает.
Придя на завтрак, девушка встретилась в осуждающими глазами Гарри и Блейза. Сам Драко даже в её сторону не посмотрел, и этому она была только рада. Сев от них в паре метров, Гермиона, не разговаривая с ними, набрала себе еды. Поев, молча вышла из зала и направилась на травологию. На ней её настроение хоть немного да поднялась, поскольку там она встретила своих троих друзей.
Рассказала им всё, что с ней случилось вчера, и то, что теперь они могут снова спокойно и как прежде общаться всем втроём. Гермиона просто расцвела на месте, и её настроение не испортил даже Драко, с которым пришлось сидеть весь урок. Но она сделала по-умному, как в старые добрые, просто не обращала на него внимания и вела себя обычно, но при этом делая вид, что не замечает его либо не знает.
Когда все занятия закончились, слизеринка отправилась в библиотеку делать там свои домашние задания. За все эти месяцы учебы в Хогвартсе у неё уже выработалась привычка выполнять их именно в библиотеке, поскольку там тихо, никто не отвлекает, ну и за книгами далеко ходить не нужно, ибо все под рукой. Находясь в библиотеке, ей всегда было так хорошо, если можно так сказать, то это было местом силы для неё, в которое хотелось возвращаться снова и снова.
Закончив со всеми делами, Грейнджер направилась в свою спальню, встретив по пути Тео, который, завидев её, подошёл к ней, после чего они пообщались минут пятнадцать, стоя в коридоре. А в конце он предложил ей прогуляться с ним по школьному двору.
Гуляя с юношей, Гермионе было так хорошо и просто спокойно находиться рядом, зная при этом, что он не будет вести себя как Малфой и командовать всем и вся.
Девушка раздумывала над их поцелуем, который получился совсем не для игры, а прямо-таки взаправдашний. Она не постеснялась этого и спросила напрямую у Нотта, как он ко всему этому относится и понравилось ли ему. На что он ответил, что всё хорошо и ему очень понравилось, и что даже не прочь повторить. Грейнджер рассмеялась такому выпаду, и потом они продолжили гулять, болтая обо всем на свете.
Она даже и предположить не могла, что Тео окажется таким хорошим человеком, с которым приятно и легко общаться. Как будто Гермиона знала его всю свою жизнь. Но все же девушку мучил один вопрос, касаемо мнения о нём. Думать о том, что слизеринец окажется таким же, как и Малфой, не приходилось, но всё равно что-то не давало покоя и грызло душу.
Хотя Грейнджер и старалась избегать таких мыслей, они все равно никуда не уходили, а просто-напросто мешали. И уже библиотека не помогала, поэтому приходилось очень часто проводить всё своё свободное время с друзьями. Как ни странно, но это очень помогало, до того момента, пока кто-либо не скажет про Драко или он сам не появится в поле её зрения. После чего настроение сразу же пропадало, и никто не мог его исправить.
И это очень сильно тяготило Гермиону, она совершенно не могла с этим ничего поделать. Этот эгоистичный слизеринец как будто управлял её эмоциями и настроением, и, как только он находился поблизости с ней, мысли и какие-либо слова испарялись моментально и их даже не получалось призвать обратно.
Грейнджер долго думала над тем, что же произошло между ними и в какой момент она стала не переносить его на дух. Он раньше казался таким хорошим, но тут вдруг изменился в не очень сносную сторону. И всё ради чего? Чтобы показать свою власть над ней. Такого никто не выдержит, вот и она не смогла. Хотя и правильно сделала, зачем он вообще нужен? Зачем ей это всё? Когда можно спокойно жить и радоваться жизни без него и его мании величия.
«Как ни изучай людей, в них всегда ошибёшься.»
Без него все стало куда лучше и проще. Во-первых, никто не командует и не контролирует каждый шаг. Во-вторых, она теперь может общаться с кем захочет и проводить с ними столько времени, сколько её душа пожелает. И наконец, в-третьих, ей куда комфортнее не состоять в отношениях. Хоть она и ляпнула, что хочет быть с Тео, всё равно, вольной птицей быть лучше. А что же насчёт Нотта. С ним она раньше не так сильно общалась и проводила время. Теперь-то они вышли на новый уровень и находятся на стадии лучших друзей. Гермиона быть может и могла стать его девушкой, но это было бы глупо, поскольку после их расставания с Драко прошло чуть больше недели, а использовать Тео как подушку, которой она будет выговаривать все свои беды и переживания, ей не хотелось, а за это время она намучилась сполна. Но Гермиона всё же видела в глазах друга поддержку, и он все понимал без слов, поэтому иногда сам приходил к ней и успокаивал. Слизеринка подумывала над тем, чтобы спросить у Нотта и про их отношения как раз сегодня на ужине. Обговорить с ним всё, что касается этого, и если он одобрит её идею, то тогда быть может ей станет чуть легче. Даже несмотря на то, что всё-таки внутри Гермионы что-то сжималось и отговаривало от этого, она не слушала свою совесть и отбросила куда подальше свои моральные принципы, поэтому, убрав книгу в сторону, направилась в большой зал.***
— Привет, Тео, — поприветствовала друга Грейнджер и села напротив. Поскольку они находились в десятке метров от её друзей слизеринцев, то могли говорить спокойно и не переживать, что они смогут что-то услышать. — Привет, как у тебя дела? — спросил парень и наткнул на вилку бекон. — Всё просто чудесно, — ответила девушка и слегка наклонилась над столом, приблизившись к юноше и смотря прямо в его карие глаза. — Грейнджер, ты чего? — спросил он и нахмурил брови, ложа прибор на стол. — Я тут хотела с тобой кое о чём поговорить. — И что же это, м? Девушка закусила губу и наклонила голову, теперь смотря на стол. — Если тебе нужно в чем-то помочь, ты только скажи, и я… — Нет! Тео, ты не понял. Я хотела… Мерлин, почему мне так стыдно об этом говорить? — спросила девушка и закрыла глаза, почувствовав, что её щеки налились румянцем. — О чём? — всё продолжал теряться в догадках слизеринец, слегка наклоняя голову и перебирая варианты в голове. — Ладно, скажу — Гермиона вобрала в грудь побольше воздуха, подняла голову и, протяжно выдохнув, снова посмотрела в его глаза. — Ты же знаешь, что я рассталась с Драко, да? Он кивнул. — Так вот, я подумала, поскольку мы с тобой стали лучшими друзьями и у нас был просто бомбический поцелуй на той вечеринке. А ты, как я знаю, свободный, поэтому сопоставив факты, я хочу… Ммм… Ну… Мерлин, я сейчас со стыда сгорю! — возмутилась слизеринка и сдула прядь волос с лица. Теодор улыбнулся и слегка хмыкнул, сказав за неё: — Ты хочешь, чтобы мы стали парой, да? И положил лицо на ладонь, смотря за неё реакцией. Гермиона закрыла глаза и сморщила лицо, скрестив пальцы руки за спиной, не в силе посмотреть на юношу. Нотт выгнул бровь и посмотрел вверх, не прекращая улыбаться. Потом он взял её за подбородок и заставил раскрыть глаза и посмотреть на себя. Смотря в её глаза не больше минуты, он сказал: — Ты не поверишь, но я согласен. Это как-то странно, что мне это предлагает девушка, да ещё и такая, — слизеринец окинул Грейнджер взглядом и ещё шире улыбнулся. — Ты вот сейчас серьезно? — спросила Гермиона и с надеждой в глазах посмотрела в его. — Да, — ответил Тео и слегка кивнул. — Вот это тоже сейчас странно, потому что на нас смотрит почти весь зал, — сказала девушка и окинула всех присутствующих взглядом. Парень повернулся и тоже осмотрел всех. Пройдясь взглядом по всем столам, он остановился на компании, где сидел Драко и убийственно смотрел на него, сжимая в руке стакан, который в любую секунду мог разбиться так же, как и у Гермионы тем самым вечером, когда он впервые поцеловал её, и хотел сделать это снова, как и обещал. Повернувшись к девушке, он в одно мгновение приблизился к ней и, не дав опомниться, впился в её губы, при этом продолжая держать левой рукой за подбородок. — Ммм… — Грейнджер распахнула глаза и положила руки на стол, опираясь на них, дабы не упасть. Теодор закрыл глаза, слегка прикусил верхнюю губу девушки и сквозь поцелуй ухмылялся. Смирившись, она тоже закрыла глаза и начала отвечать на поцелуй. Они целовались до того момента, пока кто-то резко не одернул Гермиону за руку и не потянул на себя. Слизеринец отстранился от неё и посмотрел на подошедшего. — Что ты тут устроила, дрянная шлюха?! — гневно спросил Драко, всё крепче сжимая запястье Грейнджер и смотря уничтожающим взглядом прямо в её глаза. Она выгнула бровь и дёрнула рукой, смотря на него как на сумасшедшего. — Какие-то проблемы, Малфой? — с невинным выражением лица спросила слизеринка и улыбнулась уголком губ. — Я ещё раз спрашиваю. Что. Ты. Здесь. Устроила?! — сквозь зубы и тяжело дыша, произнёс слизеринец, испепеляя её взглядом. — А что такое? Тебя это вообще каким боком касается? Какое ты имеешь право так бесцеремонно подходить, дергать за руку, оскорблять, да ещё и что-то предъявлять мне, м?! — смотря на него исподлобья и щуря глаза, спросила Гермиона и сложила руки в бока. Драко ничего ей не ответил, но и говорить ничего не нужно было, поскольку ей хватило буквально пары секунд, чтобы увидеть всё в серых глазах, которые показывали всю его подноготную. — Вот только не говори, что ты ревнуешь? Насколько нам двоим известно, мы с тобой не состоим в отношениях и даже не дружим. Сейчас наш уровень взаимоотношений находится где между знакомыми и однокурсниками. Так что не смей больше ко мне так подходить, дергать и что-то вообще говорить по поводу того, что и как я делаю. Тебе ясно?! — закончила Гермиона и приподняла подбородок. — Да мне вообще плевать, что ты там хочешь и как ко мне относишься. Я не хочу видеть всего этого. Меня от этого тошнит, а ты так особенно бесишь, что просто-напросто хочется стереть тебя с лица земли, маленькая мерзавка! — сказал Драко и стиснул зубы, отчего появились желваки. Слизеринка чуть отстранилась от него, насколько это было возможно, размахнулась и ударила его свободной рукой по лицу, отчего голова парня дёрнулась, и он сразу же отпустил её руку и приложил ладонь к больному месту, которое очень горело и жгло изнутри. Гермиона резко развернулась, отчего её волосы и мантия дотронулись до Драко, и, махнув ладонью Тео, направилась на выход из зала, а он за ней. Все присутствующие смотрели на Грейнджер с уважением и теперь уже побаивались её, потому что не каждый осмелится так обращаться с самим Драко Малфоем, да ещё и на глазах у стольких людей. Сама девушка теперь очень гордилась собой, и на её лице расползлась довольная улыбочка, и она, расправив плечи, прошлась королевской походкой до самого выхода. Выйдя в коридор, она остановилась и дождалась Теодора, который вышел сразу за ней. — Гермиона, я даже не знаю, что и сказать? — спросил парень и почесал затылок. Ухмыльнувшись и скрестив руки на груди, она невинно и спокойно ответила: — И не надо ничего говорить, Тео, всё хорошо. А это сукин сын впредь будет думать, как себя вести по отношению ко мне и вообще подходить. А что насчёт нас, мы теперь считаемся официальной парой. И я всё сказала! — закончив, Гермиона схватила слизеринца за запястье и потянула в гостиную слизерина.***
С сегодняшнего дня Грейнджер сидела всё время только с Тео на второй парте. А поскольку раньше он сидел с Агнес Монкли, она и слушать не стала, а просто указала той на место рядом с Драко и вручила все её вещи, чтобы та шла отсюда хоть на все четыре стороны, но только подальше от них двоих. Все её друзья были совершенно в полнейшем шоке и удивлении от того, какая она стала после расставания с Драко. Раньше была такой милой, дружелюбной, а сейчас превратилась в настоящую бунтарку и не позволяла никому указывать ей, что делать и куда идти. Гермиона буквально переродилась из скромной девчушки в вспыльчивую нахалку, которой палец в рот не клади. Теперь, когда она общалась с Панси, Дафной и другими, то иногда в её речи проскакивали нецензурные выражения и вела она себя, скажем так, по-хамски с теми, кто мог просто случайно задеть её либо словами, либо же просто по неосторожности врезаться в коридоре. На подобных она сразу же спускала весь свой гнев и осаживала обычными слова до самого пола (в переносном смысле). И поэтому теперь с нашей Гермионой Грейнджер шутки были плохи, а тех, кто мог осмелиться её обидеть, задеть или же огорчить, ждал разгром по фактам и ещё в придачу куча ярости и острого осуждающего взгляда, который резал на куски. Но она вела себя так исключительно со своими сверстниками и ребятами чуть младше ее самой. С профессорами и другими взрослыми её поведение осталось то же, что и было. Саму девушку это всё абсолютно устраивало, и она не хотела совершенно ничего менять как в себе, так и в своём поведении. Поскольку на её учебе это никак не отражалось, то ей это очень нравилось, и она могла спокойно продолжить так же себя вести. Нет, конечно, она не всегда вела себя как быдло и оскорбляла всех и вся подряд. Нет, совершенно. Она просто поступала со всеми так, как и с ней, настоящая взаимность, не более. Ничего противозаконного она так же не делала и вела себя как обычно, но теперь её мировоззрение о всём и всех поменялось, и Гермиона поняла одну простую истину, что так намного лучше и спокойнее. Никто её не тревожит и не нравоучает, а, самое главное, не обижает, потому что она может за себя постоять и ещё как дать сдачи. Теодор так вообще не перестаёт удивляться своей новой девушкой, которая просто нереальная во всем и которая очень нравится ему. Он понял, что не хочет никому её отдавать, и чтобы она была только с ним. Юноша ещё больше начал узнавать Грейнджер, и ему очень понравилось то самое ценное качество в девушке, которое ещё и украшает её — верность. Гермиона была верной и этого ей не занимать, да и не только это, у неё было много положительных качеств под стать лучшей девушке, которую хочет заполучить любой уважающий себя парень. И эта школа не стала исключением, буквально каждый семикурсник с каждого факультета хотел Гермиону Грейнджер во всех смыслах этого слова. Она была очень красива как внешне, так и внутренне, отлично училась, могла постоять за себя, да и числилась на самом престижном факультете, на котором учатся практически одни аристократы. И поэтому эта чертовка подходила буквально по всем параметрам самой лучшей и желанной девушки этой школы. Как же жаль, что за это не давали титул мисс самая красивая и невообразимая девушка. Гермиона была бы просто на седьмом небе от этого, и её самооценка возвысилась бы до самых высот. Каждый день, каждое занятие и каждый выходной день Грейнджер вела себя как королева, которой и какой-то там Драко не нужен. Она сама мастер своего счастья и хорошей жизни как в школе, так и везде. И не нужен ей его титул слизеринского принца, которого боится и уважает вся школа. Отныне слизеринской принцессой была она сама, и никто ей и слова не мог сказать против этого. Теперь-то Гермиона держала всех учеников этой школы в узде и страшила только одним своим видом, королевской походкой от бедра под руку с Теодором Ноттом и этим надменным и острым взглядом, который резал как самый острый кинжал и проникал в самую глубь. — «Вы возможно скажете, что наша милая и святая Гермиона Грейнджер превратилась в чсвшную суку, у которой самооценка взлетела выше гор, которая ведёт себя как хабалка и у которой её мнение и решения стоят на первом месте? Нет, что вы, она не ведёт себя именно так, она просто будет теперь вести себя так же, как и с ней, и не более. Девиз этой прекрасной слизеринки таков: «Жизнь любит сильных людей — сильные отвечают ей взаимностью».«Люби себя. И всё у тебя будет.»
***
— Гермиона, пойдём обратно в школу, холодно, — сказала Панси и стала напротив подруги. — Панс, на что тебе волшебная палочка? Произнеси чары горячего воздуха и согрейся, в чем проблема-то? Да и вообще, мы только час назад пришли, надо и отдохнуть на свежем воздухе от сегодняшних занятий, которые тянулись так долго. Я уж думала, что они никогда не закончатся, — сказала Грейнджер и прикрыла глаза, вдыхая морозный ноябрьский воздух. — Кстати, как там твой новый парень? — спросила рядом сидящая Гринрасс и подперла ладонью лицо. — Ой, Даф, даже не начинай. Я уже знаю, к чему это приведёт. Сейчас ты спросишь это, а потом всё плавно перейдёт и к Малфою. Поэтому я могу ответить тебе только одно. У нас всё хорошо, и рассказывать об этом я больше ничего не буду. Это же мои отношения, так что зачем вам это знать, м? Лучше довольствуйтесь тем, что я вам говорю. Думаю, для вас и этого будет достаточно. А сейчас попрошу не задавать мне больше глупых вопросов, а просто дать спокойно отдохнуть. Заранее спасибо, — закончила девушка и откинулась на спинку скамьи, укутываясь при этом теплым шарфом. Слизеринки переглянулись и покачали головой. Смирившись, что от Гермионы они ничего больше не добьются и не смогут выбить хоть какую-то информацию касаемо её личной жизни, просто сели рядом и начали тихо о чем-то переговариваться, стараясь при этом не беспокоить подругу, которая улыбалась и сидела с закрытыми глазами, просто наслаждаясь покоем и холодным ветром, который колыхал её платиновые волосы.***
— Тео, милый, поможешь мне с докладом по зельеварению? Просто Снейп много задал, а сама я не поспею к завтрашнему дню. А насколько мне известно, свой ты уже закончил, поэтому будь добр, помоги, — попросила Гермиона и сделала щенячий вид, сложив при этом руки в молящем жесте. — Конечно, помогу, кто же я после этого, если откажу такой прелестной девушке? — спросил слизеринец и сел рядом с ней с правой стороны. — Стой, а это что такое? — спросила Грейнджер и отодвинула рукав рубашки левой руки, на которой находился большой синяк фиолетово-красного цвета. Подняв глаза, девушка увидела такой же синяк, только поменьше размером теперь уже и на скуле. Из-за тусклого освещения в библиотеке она и не заметила бы всего этого раньше, если бы он не сел рядом с ней. — Тео, я ещё раз спрашиваю, что это такое?! — уже по громче и суровее произнесла слизеринка и, нахмурив брови, выжидающе посмотрела на парня. — Ты в действительности хочешь знать, что это? А если я тебе не скажу, то потом не избежать мне беды, да? Она кивнула в ответ. — Может ты сделаешь вид, что ничего не видела, а я просто помогу тебе с докладом? — спросил парень и слегка улыбнулся уголком губ. — Тео, не выводи меня. Говори сейчас же, — сквозь зубы произнесла Гермиона и сощурила глаза. — Хорошо, ты сама попросила. Но смотри, предупреждаю сразу, тебе это не понравится. — Да говори уже, черт тебя подери! — не выдержала девушка и стукнула ладонью по столу. Вобрав воздух и протяжно выдохнув, юноша сказал: — Я подрался с Малфоем. Как только он это сказал, Грейнджер резко подскочила со стула и понеслась на выход из библиотеки, не замечая ничего вокруг и даже не слыша Нотта, который просил её остановиться и бежал за ней следом. Вылетев из библиотеки, девушка быстрым шагом направилась в подземелья, она была на сто процентов уверена, что этот ублюдок сейчас сидит в своей спальне и трещит о чём-то с Блейзом и Гарри.***
Сказав пароль, Грейнджер вошла в гостиную и направилась прямиком к лестнице, которая вела в спальни мальчиков. Поднявшись по ней, она, на ходу доставая свою палочку и дойдя до нужной двери, направила древко на неё и произнесла: — Бомбардо! Отчего дверь с грохотом слетела с петель и образовался клуб дыма, в который и вошла девушка. Дойдя до середины спальни, она нашла глазами Драко, который стоял возле своей кровати. Посмотрев на его удивленный вид и расширенные глаза, не глядя направила свою палочку направо и произнесла: — Ваддивази! — отчего в него полетела большая и высокая ваза с белыми розами, которая стояла возле Гермионы на столе. Малфой в последнюю секунду успел отскочить от кровати и, споткнувшись, ударился боком об угол кресла. — Грейнджер, ты что, совсем ополоумела?! Что ты здесь устроила? — спросил откуда-то сзади Гарри, который стоял рядом с Забини и не собирался пока ещё подходить к ней. Слизеринка даже не повернула головы, а просто продолжила произносить это заклятье и кидать в Драко различные предметы, от которых он едва успевал уворачиваться. Ей это приносило некое удовольствие, гонять его по всей спальне. Но это быстро начало надоедать, поэтому она произнесла: — Брахиабиндо! И, не добежав до ближайшего укрытия, слизеринца связали невидимые путы, которые сковывали его движения, и он резко остановился и, не удержав равновесия, упал спиной на пол, ударившись головой. Подойдя к его обездвиженному телу, Гермиона села на корточки рядом с ним и ухмыльнулась, смотря прямо в его ошеломлённые глаза. — Ну, что, сука, тебе весело?! — раздраженно спросил Драко и оскалился. — О, ты даже не представляешь насколько, — последнее слово она произнесла медленным и сладким голосом, облизнув при этом губы и не переставая ухмыляться. — Какого хуя ты сюда пришла и начала хозяйничать здесь, м?! — Знаешь… — начала Грейнджер и покрутила меж пальцами палочку, — мне вот стало просто любопытно, с каких таких пор тебе дали разрешение прикасаться к моим друзьям и тем людям, с которыми я общаюсь, м? — невинным голосом спросила она и продолжила своё занятие. Малфой слегка повернул голову и посмотрел на друзей, которые стояли сзади них с нахмуренными бровями и не знали, что и сказать против. — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — ответил Драко и снова посмотрел на Гермиону, которая ещё шире ухмыльнулась, а в её глазах загорелся недобрый огонёк. Резко переведя на него взгляд, отчего он слегка дёрнул головой, девушка прищурила глаза и спросила: — Хмм… Интересно. Может ты ещё немного подумаешь? Я даю тебе такую возможность, грех ею и не воспользоваться. Давай, а я пока поговорю с твоими друзьями, которые встали как крысы и слова не могут вымолвить, да?! — громко спросила слизеринка и, поднявшись, посмотрела на двоих парней, которые, переглянувшись между собой, выставили ладони вперёд. Первый осмелился заговорить Блейз. Поэтому, выйдя немного вперёд, сказал: — Грейнджер, что ты так взъелась? Мы ничего не делали, и он, — мулат указал глазами на лежавшего Драко, — тоже. Поэтому будь умнее, отпусти его и выйди из нашей спальни, пожалуйста. — Ох, Блейз, не волнуйся. Я сделаю это, но только после того, как услышу ответ и узнаю мотив его действий! — разъярённо произнесла девушка и снова повернулась к юноше, направив на него древко. — Если ты мне сейчас же этого не скажешь, мои нервы не выдержат, и я спалю здесь всё адским пламенем, даже глазом не моргнув. Поэтому не вынуждай меня, чёртов ты подонок! — Ну и что ты хочешь от меня услышать? То, что это я подрался с твоим ненаглядным Тео, который нажаловался тебе, и поэтому ты здесь? И то, что это всё из-за того, что я люблю тебя, и безумно ревную, и не хочу, чтобы ты сношалась с ним?! Это ты хотела услышать?! — остервенело спросил Драко и вопрошающе посмотрел на неё. — Ну вот, видишь, каким умницей ты бываешь, когда тебя за яйца прижмут и всего лишь чуточку пригрозят, — нежным голосочком пропела Грейнджер и блаженно улыбнулась. — Ну и что тебе это дало? — спросил Малфой и с прищуром в глазах посмотрел на неё. — Ооо, — протянула слизеринка, — ты даже представить себе не сможешь, какое мне удовольствие это принесло, отчего теперь я счастлива и просто-напросто могу кинуть в тебя ещё пару каких-нибудь заклинаний. А после со спокойной душой уйди прочь, оставив вас здесь одних, чтобы вы продолжили так же беззаботно беседовать, как делали это до моего прихода, — закончила она и встала рядом с Драко, смотря теперь на него сверху вниз. — А может ты просто снимешь с меня путы и свалишь отсюда нахер, а?! Сумасшедшая паскуда! — предложил Малфой и скривил губы. — Ну что ты, так же не интересно. Я ещё не наигралась сполна, левикорпус! — Драко взмыл вверх и теперь висел в воздухе вниз головой. — Риктусемпра! — и он залился смехом. А Гермиона уже наизусть знала все его слабые места и понимала, куда надавить. И поэтому произнесла. — Титилландо! Отойдя от слизеринца на несколько шагов, девушка принялась с упоением смотреть за тем, как он в подвешенном состоянии вниз головой пытается дернуться и смеётся от этой нескончаемой щекотки, которая не позволяла ему и на мгновенье расслабиться. Переведя взгляд на стоявших сзади друзей, которые и не собирались ничего делать и даже подходить в попытке остановить Грейнджер, тоже молча стояли и смотрели за всем происходящим с шокированным выражением лица, она улыбнулась и снова начала смотреть за представлением. Полюбовавшись на всю эту картину не больше пары минут, Гермиона сказала: — Эманцепаре! После чего Драко освободился от пут и упал на пол. — Ну всё, думаю с тебя хватит, — девушка положила свою палочку в карман мантии и направилась на выход из спальни, бросив через плечо. — Надеюсь, ты усвоил урок и больше никогда не будешь этого делать. А то в следующий раз будет другой исход событий, — и вышла в коридор.***
Гермиона сидела в гостиной Слизерина и читала книгу про редких существ волшебного мира. Рядом с ней сидела Дафна и рисовала пейзаж в блокноте, который лежал у неё на коленях, напротив Панси в обнимку с Блейзом. А Гарри ходил взад-вперёд, периодически посматривая на часы, которые показывали половину второго дня. — В чём дело? — будничным тоном спросила Грейнджер, не отрываясь от чтения. — У нас скоро матч по квиддичу, а Драко нигде нет, — нервно ответил Поттер и снова взглянул на часы. — А вы не пробовали послать ему патронуса? — спросила Панси. — А смысл? Он всё равно не ответит, — сказал рядом сидящий Забини. — Почему вы в этом так уверены? Да и вообще, он что, не знал, что у вас сегодня игра? Почему он так безответственно подошёл к этому вопросу? — спросила Дафна, подняв глаза на парня. — Честно? Я не знаю. Он в последнее время странный какой-то, ведёт себя как последний придурок, да и учиться стал хуже. Гермиона! — воскликнул Гарри и подлетел садясь перед ней на колени, смотря прямо в глаза. — Не могла бы ты его найти? У тебя то это сто процентов получиться. Ты же с ним… — Гарри! — воскликнули трое слизеринецев одновременно. — Я хотел сказать, что ты с ним раньше была в отношениях, у вас там своя связь и всё такое. И поэтому тебе будет раз плюнуть просто подумать о нем и сразу же узнать, где он сейчас находится, — выкрутился Гарри и еле слышно, облегченно выдохнул. Грейнджер ещё с полминуты смотрела на него с недоверием в глазах и решала, верить ему или нет. Идти и искать этого мудилу, да и вообще, думать о нем. Но, взвесив все за и против, она пошла на уступок другу и сказала: — Хорошо, я найду его. Но только тебе за это придётся отплатить мне. — Чем? — недоуменно спросил Поттер и нахмурил брови, поправляя очки. — Сегодня же игра с Пуффендуйцами, да? — Даа, — протянул слизеринец, не до конца понимая, что же она хочет. — Ну так вот. Сделайте так, чтобы они выиграли, а вы проиграли. Так сказать, подыграйте им. Тогда и только тогда я помогу найти Малфоя, — закончила Гермиона и приподняла подбородок, ложа книгу на полку и смотря хитрыми глазами на сидящего напротив друга. — Грейнджер, ты что, сума сошла?! — возмутился он. — Ты вообще понимаешь, о чём просишь?! Ты хочешь, чтобы они выиграли, но забываешь, что команда с твоего же факультета про-иг-ра-ет, — последнее слово парень произнёс по слогам. — Я всё это понимаю, но мне как-то всё равно. Ну а если и вам так же всё равно на вашего золотого Драко, то какой тогда смысл вообще что-то делать? Раз уж такой расклад, тогда давайте просто продолжим сидеть и заниматься своими делами, не будем париться, — сказала она и скрестила руки на груди. Поттер повернул голову к другу и, увидев в его глазах одобрение, провернулся обратно в подруге, и сказал: — Хорошо, мы согласны. Давай, ищи Драко, а мы пока пойдём на поле. Приведёшь его туда. И не задерживайтесь, где бы вы ни были. Игра начнётся уже через пол часа, а мы ещё не разработали стратегию нашего проигрыша, — съязвил Гарри и, поднявшись, направился на выход из гостиной. Забини, поцеловав на прощание девушку, тоже поднялся и пошёл следом за другом. — Гермиона, ну почему ты такая вредная и колючая, а? — спросила Гринграсс, убирая блокнот в сторону и осуждающе смотря на подругу, которая почему ухмылялась. Она ничего не ответила, а просто пожала плечами и закрыла глаза, мысленно ища Драко.***
«Слизеринка шла по людным коридорам школы и искала Малфоя, при этом заглядывая в каждый класс, угол и колонну. — Чертов идиот, ну где же тебя носит? — возмутилась девушка и нахмурила брови. Дойдя до восьмого этажа на башню она услышала звук железа и битого стекла. Подойдя ближе на звук, Гермиона остановилась возле деревянной двери и приложила голову, прислушиваясь. Снова услышав уже громкий звук битого стекла, она одернула голову и отстранилась от двери. — Он точно там! — сказала Грейнджер и начала возвращаться обратно.»***
Вернувшись в реальность, девушка подскочила с дивана и побежала на выход. — Где он? — спросила Панси. — На восьмом этаже, где башня, — ответила Гермиона и юркнула в коридор. Бежала она быстро и иногда приходилось расталкивать учеников, дабы скорее добежать до нужного места, которое находилось очень далеко от подземелий. — «Мерлин, зачем мне все это нужно и сама не знаю», — подумала слизеринка и начала бежать быстрее, отчего у неё появилась испарина на лбу, которую она на ходу вытерла рукавом мантии. — Мисс Грейнджер! — окликнул её мужской голос, и ей пришлось вынужденно остановиться. Развернувшись, девушка увидела подошедшего к ней Снейпа. — Вы случайно не знаете, где находится мистер Малфой? — спросил мужчина и прищурил глаза, смотря на Гермиону сверху вниз. — Знаю. И если я сейчас же не поспешу к нему, то случиться что-то плохое. И поэтому прошу меня простить, но мне пора, — быстро сказала слизеринка и поспешила к своей цели. Северус остался стоять в коридоре до того момента, пока Гермиона не завернула за угол и не скрылась из виду. С каждым заворотом девушка дышала очень часто и тяжело и уже хотела остановиться, но что-то внутри неё не позволяло этого сделать, и поэтому она продолжала нестись по коридорам школы. И опять, как назло, ее кто-то окликнул, и это уже был девичьи голос. — Гермиона, подожди! Остановившись и закатив глаза, она повернулась и увидела подбежавшую у ней Лаванду. Нахмурив брови и изумленно посмотрев на гриффиндорку, девушка спросила: — Чего тебе, Браун? — Я хотела извиниться перед тобой за всё. Что строила тебе козни, оскорбляла и тому подобные вещи. Простишь меня? — с искрений надеждой в глазах спросила Лаванда и улыбнулась Гермионе. — А с чего такое благородство, м? — Я тут подумала на досуге над этим вопросом. И поэтому, хочу извиниться перед тобой и начать дружить. Я больше никогда не буду обижать тебя, осуждать и делать пакости. Я изменилась, веришь ты или нет, но это так, — призналась девушка и покрутила в пальцах локон своих русых волос, слегка наклоняя голову в бок. — Ну если уж ты говорить чистую правду и в действительности больше никогда не будешь всего этого делать, то, могу тебя обрадовать, я прощаю тебя, и мы можем дружить. Но предупреждаю сразу, будешь вести себя как раньше и если я увижу в чём-то подвох, то не избежать тебе наказания, и я не про Мерлина сейчас говорю. А про моё личное, от которого ты забудешь, как мать родную зовут, поняла? — сощурив глаза и сурово посмотрев на «свою уже новую подругу», спросила Грейнджер, скрещивая руки на груди. — Да, конечно. Я всё прекрасно поняла. Ты можешь мне верить, такого больше никогда не будет. Я искренне хочу с тобой дружить и общаться, так что подвоха ты никакого не найдёшь, ибо его не будет, — радостно сказала Браун и развела руками в стороны, как бы желая обнять слизеринку. Сменив своё выражение лица с холодного на более мягкое, Гермиона смягчилась и, улыбнувшись подруге, подошла к ней, крепко обнимая, на что девушка также крепко обняла её в ответ и прикрыла глаза. — «Ну вот те на, что ни день так сюрприз. Но я всё же рада, что теперь мы с ней будем в дружеских отношениях и зароем топор этой бессмысленной и в какой-то степени детской войны, которая мне порядком поднадоела. Хм, а интересно, как там её другие друзья грифы отреагируют на это?» — подумала Гермиона и слегка отстранилась от Лаванды, смотря ей в глаза. — А что же насчёт твоих друзей? Я имею ввиду всех представителей факультета Гриффиндор? — Ммм, а вот по поводу этого можешь не переживать, я попробую с всеми ними договориться, и мы как-то уладим этот вопрос, не переживай, — ответила Браун и улыбнулась, махнув рукой. — А вот что же тогда насчёт твоего парня, м? Или ты забыла, как он ко мне относился раньше? — спросила слизеринка и выгнула бровь. — Нуу, с ним я тоже попробую что-то решить, чтобы вы, также, как и я с тобой, начали дружелюбно общаться. — Ладно, хорошо. Я тебя поняла и очень рада, что мы с тобой теперь дружим, но прости, я очень спешу, мне нужно уладить одно дело, которое не терпит отлагательств. Поэтому, до встречи, — договорила Грейнджер и, махнув подруге на прощание, снова побежала по коридору. — Удачи! — крикнула ей вслед Лаванда и пошла в свою гостиную.«Враги всегда говорят правду, друзья — никогда.»
***
Поднявшись по ступенькам на восьмой этаж башни, девушка остановилась, чтобы перевести дыхание и при этом держалась рукой за сильно пульсирующую шею. Услышав знакомый звук, она рванула с места именно к той самой двери. Дёрнув за ручку, которая как назло была заперта, Гермиона произнесла: — Алохомора! И дверь мгновенно открылась. Не теряя и секунды, девушка молнией влетела в кабинет и оторопела от увиденного. Вокруг абсолютно всё было разбито и хаотично лежало на полу. Стекло, зеркала и все предметы, которые находились здесь раньше в нормальном состоянии. Это были столы, стулья, вазы, цветы в горшках, да всё, до чего могли дотронуться руки этого разъярённого зверя под именем Драко, который продолжал громить всё на своём пути, даже не общая внимания на неё саму. — Драко Люциус Малфой! Какого дьявола ты здесь устроил?! — учительским тоном и очень громко спросила Гермиона и пошла по битому стеклу, стараясь обходить предметы, в направлении юноши. Он даже не стал уделять её взглядом, а просто-напросто продолжил своё занятие и меж делом говорил разгневанным и злым голосом, который источал гнев и презрение только ей одной: — Пошла вот отсюда, ебанутая дура, шлюха, конченная психопатка, ты виновата во всем этом, только ТЫ! — Позволь спросить. Что я тебе такого сделала? Если ты до сих пор обижаешься за то, что я тебя проучила, так это было заслуженно. Впредь будешь думать, чем лезть на рожон. А в остальном ничего такого плохого я тебе не сделала, — сказала Грейнджер и начала медленно подходить в Драко, который выглядел, мягко говоря, не очень. Его волосы были растрепаны и падали на лицо, галстук болтался на шее и в любую минуту мог просто упасть с него, рубашка в рукавах и на полтела была расстегнута. Кулаки были разбиты в кровь, из которых она капала на пол и растекалась по рукам, пачкая белоснежную рубашку. Пиджак валялся где-то под завалами разгромленной мебели и, по всей видимости, был уже в плачевном состоянии. Под глазами были огромные тёмные синяки, которые сильно бросались в глаза даже несмотря на то, что кожа слизеринца бледная как луна. — «Он вообще спит?» — подумала девушка и нахмурила брови. — Да что ты говоришь?! Ты, и только ты виновата в том, что со мной происходит! И я сейчас не про тот случай говорю, а про то, что ты сделала со мной, когда мы расстались! — А, так ты про пощёчину что ль? — Да нет же! — возмутился парень и развёл руками. — О, Мерлин, Грейнджер, ну почему ты этого в упор не видишь или же не хочешь видеть?! — Что именно?! — раздраженно спросила девушка и остановилась в паре метров напротив слизеринца, даже не обращая внимания на то, что он всё ещё бросает мебель и что-то может в неё полететь. Сейчас важно было только одно — это услышать то, что он должен ей сказать, хоть и в таком гневе. Драко резко развернулся и посмотрел прямо в горячий шоколад Гермионы, которая стояла с палочкой в руке с красным лицом и тяжело дышала, испепеляя его взглядом. — Ты вот сейчас серьезно, да?! Я одного никак не могу понять, почему ты не хочешь этого признать и поверить мне? — В то, что ты меня любишь и жить без меня не можешь? В это, да?! Ха-ха, уже походили, и в это пускай верят те тупые тёлки, которым ты тоже самое и говоришь! — громко сказала Гермиона и слегка наклонилась вперёд, всё не прекращая смотреть в глаза слизеринца.«Ангел — Луна»: прослушав её, будут понятнее чувства героев.
Малфой сорвался с места, и, быстро шагая по битому стеклу и мебели, в мгновение ока оказался рядом с ней, и, взяв за локоть, посмотрел на неё сверху вниз, слегка склоняясь над ней, отчего его дыхание обжигало кожу девушку и колыхало платиновые волосы. — Да пойми же ты наконец, у меня нет никого и никогда не было по мимо тебя и никогда не будет! Я никогда и никого не любил так, как тебя. И после нашего расставания никому не говорил эти слова, которые слышала и будешь слышать лично от меня только ты одна! Мне никто не нужен, потому-то я выбрал тебя. А веду я себя так, потому-то с ума уже схожу, и не могу нормально жить без тебя! Ты, наверное, спросишь, почему же я такой и не нашёл никого другого за всё это время? Да потому что я однолюб! И мне никто не нужен кроме тебя! Я выбрал и всегда буду выбирать только ТЕБЯ! — закончил Драко и притянул Гермиону к себе, впившись в её губы. Она уперлась руками в его грудь и попыталась отстраниться от него, но он крепко держал её одной рукой за запястье и второй за талию. Не прекращая борьбу, Гермиона отстранилась от его губ, но, к сожалению, не от него самого, но и этого вполне хватило, чтобы что-то сказать. — Драко в этом и есть твоя проблема. Я прекрасно поняла тебя и твои мотивы, но это всё равно ничего не меняет, ты как был, так и остался эгоистом и самовлюбленным кретином, у которого власть над кем-то стоит на первом месте. И ты не хочешь или же в упор не понимаешь, что никому и никогда такое отношение к себе не понравится. Теперь-то и понятно, почему у тебя никогда не было отношений, потому что как только ты начинаешь общаться с противоположным полом, тебе невтерпёж хочется показать всю свою власть и величие. И поэтому они сразу же отстраняются от тебя и не желают дальше продолжать общение. А тут видишь, как получилось, появилась такая слепая дура как я, которой ты вскружил или промыл, называй как хочешь, мозги, и она доверилась тебе, отдала всю свою душу и стала твоей девушкой. Но видишь, как получилось, эта самая слепая дура открыла глаза и поняла, какой ты есть на самом деле, и ей это не понравилось, тогда-то она и решила бросить тебя! — закончила Грейнджер и опустила голову, отчего на рубашку Драко начали капать её слёзы, которые она так усердно пыталась скрыть от него. Слизеринец закрыл глаза и погрузился в себя. — «Мерлин, ну почему же всё так сложно? Ну почему же у меня такой ебучий характер?! — Да потому что ты Малфой, вы все такие. Падкие на власть и подчинение других, независимо от крови и статуса отношений. И она не исключение. — Но я не хочу, чтобы она страдала и мучилась от моего характера и того, как я к ней отношусь! — Если ты её на самом деле так неистово любишь, тогда изменись ради неё! — Но… — Ты её любишь? — Да. — Не хочешь, чтобы она была с кем-то другим, кроме только одного тебя? — Да. — Хочешь, чтобы она наконец полюбила тебя? — Да, и ещё раз ДА! — Тогда подбери свои сопли, и выброси все свои эти повелительные привычки, и просто-напросто изменись ради неё! Чтобы она снова была только с тобой и никогда больше не говорила о тебе и о твоём плохом характере! Думаю, ты справишься. Я тебе подсказал, а там решать тебе, — закончил внутренний голос Драко и исчез, оставив его одного думать и решать все это.» Открыв глаза, юноша посмотрел на Гермиону, плечи которой слегка подрагивали, а с лица всё не прекратили литься хрустальные слёзы, которые капали на его рубашку. Взяв её лицо в свои широкие и холодным ладони, Малфой вытер слёзы с красных щёк и посмотрел ей в глаза, которые были воспалённые и такие же красные. — Грейнджер, посмотри в мои глаза и внимательно послушай. Я могу измениться ради тебя. Если надо, я могу позволить тебе всё, что ты хочешь сделать или предпринять. Я никогда больше не буду тебе указывать. Ты всё будешь делать так, как только захочет твоя душа и сердце. Я ни за что не буду поднимать на тебя руку и причинять боль как физическую, так и моральную. Но только прошу тебя ответить мне на один единственный вопрос, ты простишь меня? — спросил слизеринец и с надеждой в глазах посмотрел в её. Девушка вздохнула и, прикрыв глаза, слегка улыбнулась, сказав: — У меня есть такой изъян: я не могу долго обижаться на людей и поэтому, я прощаю тебя. — «Снова», — сказала про себя слизеринка и слегка покачала головой. — Гермиона, ты просто лучшая, — радостно говорил юноша и на его лице появилась счастливая улыбка. Девушка открыла глаза, высвободила своё лицо из его ладоней и, взяв их в свои, с лёгкой улыбкой, но грустным голосом произнесла: — Я по-прежнему желаю тебе счастья, но я в этом больше не участвую. И отпустила его, развернувшись, направилась на выход из кабинета. Остановившись возле двери и не смотря на него, бросила через плечо: — Иди на игру и к своей команде. Не подведи хотя бы их. — «Любовь погибает в душах тех, кто не умеет прощать. Значит, так тому и быть». — подумала Гермиона и вышла, закрыв за собой дверь и оставив Драко наедине со своими мыслями и угрызением совести. Пройдя пару метров от двери, она снова услышала звук битого стекла мебели, который переплетался с громким и истошным криком парня. Хмыкнув, девушка продолжила свой путь и начала спускаться по ступенькам.***
Девушка пришла в спальню, которая, к счастью, была пуста, и, пройдясь до своей кровати, плюхнулась на неё, уткнувшись в подушку лицом, при этом не переставая плакать и по всей видимости размазывая свой макияж на белой наволочке. — Мерлин, до чего я докатилась? — в подушку говорила Гермиона и не прекращала плакать. — Почему от этого должна страдать именно я? Ну почему? Да ещё и от этого? Я просто не понимаю. Сжимая подушку пальцами до хруста материи, Гермиона закричала в неё и слёзы ещё сильнее хлынули из глаз, как будто выходили из самой глубины души, которая сейчас болела и не могла найти себе пристанище в каком-нибудь безмятежном уголке. Где нет никаких тревог, переживаний, потрясений и беспокойства, из-за которых теперь плохая концентрация и внимание, нарушен сон, неспособность расслабиться и полноценно включиться в повседневные дела или общение с окружающими, отчего она частенько срывается без какой-либо причины на своих друзей, и всё это её очень сильно напрягает и раздражает. Но никому Гермиона об этого не говорит и не станет. Ни за что. Поскольку она очень гордая, да и зачем загружать других своими проблемами, кому они вообще нужны кроме её самой. Она уже поняла, что кроме тебя самого никто не поможет. Никогда. И поэтому ей нужно как-то самой справиться со всем этим, либо она не выдержит и сотворит с собой что-то. — Моя боль — это только моя боль. Она никогда и никого не интересовала, так всегда было и так всегда будет. Она останется только со мной. Грэйнджер никогда даже подумать не могла, что с ней такое может произойти. Что она будет лежать вот так на кровати и рыдать в подушку, а все из-за чего? Из-за какого подонка, который и довёл её до такого состояния. — Ненавижу! Как же я тебя дурака ненавижу! Зачем ты так со мной? Какие у тебя были права так со мной поступать?! Ааа! — снова закричала девушка в несчастную подушку, которая уже вся была мокрая и в её туши.***
Малфой пришёл как самая хмурая и чёрная туча на матч по квиддичу и направился к своей команде. Гарри и Блейз сразу увидели друга и поспешили подбежать к нему, дабы спросить, что да как. — Драко, где тебя носило? — спросил мулат, но моментально встретился с серым холодом его глаз, который проникал в самую душу и замораживал всё вокруг. — Что случилось? — попробовал тоже спросить о чём-то друга Гарри, но тот одарил его таким же колючим взглядом и, ничего не говоря, просто пошёл в направлении команды, которая уже выстроилась в шеренгу и слушала распоряжения мадам Трюк. Двое друзей недоуменно переглянулись между собой и, пожав плечами, направились следом за Малфоем.***
Как и договорились, команда Слизерина по поручению капитана вынужденно проиграла команде Пуффендуя. Пусть даже и было много возражений и недовольства, но Гарри пообещал им всем по бутылке огневиски за это и вечеринку в выходные. После чего конфликт поутих, и вся слизеринская команда была совершенно не против, хоть у них и остался осадок обиды от проигрыша. Сам Поттер не стал говорить им, почему решил это сделать. Он просто сказал, что так нужно, и чтобы никто не задавал лишних вопросов. Драко даже не обратил на это внимание, просто играл на автомате и не придавал совершенно ничему особого значения, потому что все его мысли были заняты только одной Гермионой. Он постоянно думал только о ней и не мог сосредоточиться на чём-то другом. После игры он хотел прямиком направиться к ней и снова всё обговорить. Но, осознав, что она не станет его слушать, да и всё уже давно обговорено, слизеринец оставил эту затею и просто вошёл в спальню, сразу в душ. Драко думал, что, приняв его, он смоет всё, что свалилось на него, связанное с ней, и что он сможет наконец расслабиться и жить как прежде. Но, к сожалению, это не особо помогло и все его трудности и проблемы также связанные с ней не ушли, а просто остались сидеть внутри него и уничтожать в буквальном смысле. Поскольку они расстались и даже то, что Грейнджер простила его, не облегчает задачи, а только усугубляет, потому что она теперь никогда и ни за что не сможет быть о нем другого мнения и не захочет иметь каких-либо дел, Драко не оставалось и мимолетного шанса, что-либо исправить и даже попробовать. Теперь он упал в её глазах и очень сильно обидел чувства этой прекрасной девушки, коей она являлась для него раньше и которые еле-еле, но начинали зарождаться внутри неё. А Драко повёл себя как последний эгоист и просто испортил всё по самый корень, что только начинало расцветать между ними. И теперь уже даже никакие прошения, извинения и тем более слова о любви не помогут. Гермиона всё равно так и не смогла полюбить Драко, и поэтому ему ничего другого не остаётся, кроме как смириться с этим и просто ждать своей участи, которая по несчастливой случайности перешла к нему от его отца. И теперь от этого он будет умирать с каждым днём из-за проклятья внутри него, и ничто и никто, а тем более она, ему не помогут.«Найди то, что любишь, и пусть это убьёт тебя.»
***
Пара сидела на скамье под большим высоким дубом, листья которого падали, и один упал на юбку девушки. Она взяла его и покрутила в пальцах, внимательно рассматривая оранжево-красный цвет и каждую линию этого прекрасного листка. Приложив его к груди, Гермиона прикрыла глаза и положила голову на плечо парня. — С тобой всё нормально? Ты в последнее время очень грустная и мрачная ходишь. Или это на тебя так осень влияет? — спросил Тео и обнял её за талию правой рукой. — Нет, всё хорошо. Просто я не высыпаюсь, поскольку сижу допоздна за уроками в библиотеке. Не волнуйся, со мной всё нормально, — соврав, ответила девушка и слегка сжала в ладони листок. — Тебе точно не нужна помощь? — Тео, дорогой, я же говорю, со мной все хорошо, а помощь мне не нужна. Если уж мне понадобится что-то или у меня что-то случится, я обязательно скажу это сразу же тебе, — закончила Грейнджер и, подняв голову и смотря прямо на слизеринца, поцеловала его в губы, при этом не переставая сжимать лист. Знала бы Гермиона, что за ней сейчас наблюдают глаза, которые ей так нравились раньше и взгляд которых такой пронзительный и выразительный, а цвет безумно красивый — кристально-серый. И эти самые глаза были стеклянными и неживыми, будто их владелец умирал внутри, а ему ничего другого не оставалось, кроме как наблюдать за ней, отчего вся его душа кричала и рвалась в клочья, только от одного этого вида, который открывался перед ним. Но мог ли он что-то сейчас сделать, чтобы это предотвратить? Ответ прост — нет. Просто-напросто не мог, потому-то от этого лучше бы точно не стало, да и зачем ему это всё надо? Если уже ничего нельзя было изменить и переписать историю с чистого листа. Теперь нужно было плыть по течению жизни и ждать её конца, который становился всё ближе и ближе.***
Сегодня Драко решил сходить в библиотеку и сделать домашнее задание именно там. Это решение ему пришло в голову совершенно спонтанно, и поэтому он уже подошёл к главной двери библиотеки и вошёл внутрь. Найдя пустой стол в самом укромном уголке между стеллажами, юноша положил свою сумку и начал доставать из неё все необходимое. Сидя за выполнением задания по зельеварению не больше пяти минут, Малфой услышал сзади себя негромкие девичьи всхлипы и плач. Положив перо на место, парень встал из-за стола и пошёл на звук. Пройдя пару стеллажей, в тёмном углу возле полки он увидел сидящую на полу с поджатыми ногами под себя девушку с такими же платиновыми волосами, голова которой лежала на коленях и в которой он узнал её. Она даже не видела и не слышала его. Драко с минуту решался подойти к ней и успокоить. Но что-то не давало это сделать. Взяв себя в руки и, протяжно вздохнув, юноша медленно подошёл к ней и остановился в полуметре от неё смотря сверху вниз. Гермиона подняла голову и сразу же вытерла рукавом мантии свою растёкшуюся из-за слез тушь со щёк, при этом не переставая смотреть на подошедшего. — Чего тебе? — сердито спросила девушка и всхлипнула. — Просто решил помочь тебе, — ответил Драко и присел перед ней на корточки. — Мне не нужна помощь, особенно от тебя, — сказала Грейнджер и отвернула от него голову, все ещё продолжая вытирать лицо. Малфой слегка хмыкнул и покачал головой. — Гордости тебе не занимать, как я погляжу? Она не ответила. — И давно ты здесь сидишь и ревешь? — Не твоё дело. Драко сел с ней рядом и тоже поджал ноги под себя, не переставая смотреть на Гермиону. — Знаешь, я и представить себе не мог, что такое может произойти, да ещё и так скоро. Мы же с тобой знакомы только два с половиной месяца, а столько всего произошло, что ты не успеваешь распробовать что-то на вкус, как оно исчезает сквозь пальцы, даже не успев начаться. Девушка нахмурила брови и опустила голову, смотря в пол. — Может ты скажешь мне, что с тобой? — спросил Малфой и взял её за руку. Гермиона посмотрела на него и увидела в его глазах совершенную пустоту и обреченность. И ещё откуда-то в сером цвете появилась маленькая чёрная тонкая полоса, которая сильно выделялась из общей картины. Повернувшись к нему всем телом и слегка наклонившись, она не постеснялась и взяла его лицо в свою ладонь и развернула на свет, дабы получше рассмотреть новые изменения его глаз. — Грейнджер, это как что странно выглядит, не находишь? — спросил слизеринец и начал медленно высвобождать из её ладони. — Да не дергайся ты! — рявкнула на него девушка и продолжила своё дело. Рассматривая эти чёрные линии в его глазах пару минут, Гермиона отпустила его лицо и отстранилась, удивлённо смотря на него. Сам Драко не понимал, что она там могла такого увидеть, и поэтому недоуменно смотрел на неё в ответ, разводя руками. — Что ты там такого увидела? — Закрой глаза, — сказала она и подняла свою ладонь на уровне его лица. — Зачем? — Просто закрой. Драко пожал плечами и закрыл глаза. Гермиона положила свою левую ладонь по вверх них и тоже закрыла свои глаза. Как только она начала исцелять его, то её ударил электрический заряд, отчего она мгновенно отдёрнула руку и потрясла ею, как от ожога. — Ауч! Драко, что это за чертовщина?! — не прекращая трясти рукой, возмущённо спросила Грейнджер и нахмурила брови. — Не хотел тебе говорить, но это не излечить ничем. Это… — «Нет! Я ей этого не скажу. НИКОГДА! Она не должна знать об этом ни под каким предлогом! — Но если ты ей не скажешь, то это плачевно для тебя закончится. — Я знаю. Но нет, она не узнаёт об этом. Пусть даже я умру от этого. Мне всё равно. Да и смысл ей что-то говорить? — А может ты ей всё же скажешь это? — Нет! И ещё раз — нет! — Ну как знаешь. Но она могла бы тебе помочь. Но ты же такой гордый и не хочешь. Поэтому мучайся и дальше.» — Что это? — спросила девушка и слегка наклонила голову. — Ничего. Просто это не вылечить, и теперь из-за этого я… Короче, Грейнджер, тебе это незачем знать, да и я говорить об этом тоже не буду. Не ты, и никто другой мне не поможет с этим. Поэтому, закрыли тему. Я не хочу об этом говорить, — закончил Малфой и встал с пола, отряхивая свою мантию и форму. — Я хочу тебе помочь, — сказала слизеринка и тоже встала с пола. — «Что?! Что с тобой, ты дура?! Ты хочешь помочь ему? Ему?! Что в тебе изменилось, м?» — мысленно отругала себя Гермиона, не прекращая смотреть в глаза Драко. — Слушай, ты же хотела, чтобы я от тебя отстал, и чтобы у нас не было ничего общего? — Я не так говорила. — Да плевать! Суть одна — ты не хочешь быть со мной и просто общаться. Я же такой плохой эгоист, — съязвил Драко и скривил губы. — Так что можешь и дальше сидеть в своей библиотеке и рыдать без конца и края, — закончил он и пошёл прочь от Гермионы. — Да чтоб тебя! — возмутилась девушка и пошла за ним. — Ну и что? Теперь ты будешь за мной ходить? Мы типа ролями поменялись или что? — Хватит язвить! Я не буду за тобой ходить, да и вообще, я хочу лишь одно — помочь тебе. — «Что же это такое? Что я несу? Я этого не хочу! Нет! Ни за что и никогда!» — снова отчитала себя девушка и закатила глаза. — Охохо, с чего такая щедрость? В благодетели заделалась, м? — Грх… Хватит себя так вести! — гаркнула на него Грейнджер и остановилась за его спиной, топнув ногой. — Как, так? — спросил парень и через плечо посмотрел на неё, слегка ухмыляясь. — Не беси, Драко. Просто выкинь свою гордость и эти идиотские шутки и просто… — Какие шутки? Я разве шутил? — невинно и удивлённо спросил он и закинул свою сумку себе на плечо, развернувшись к Грейнджер лицом. Гермиона подлетела к нему и остановилась в полуметре, смотря на него снизу вверх разгневанным взглядом. Она сжимала руки в кулаки и её грудь часто вздымалась, а в глазах сейчас бурлил такой любимый шоколад, по которому Драко так скучал. — Ты специально меня раздражаешь?! — А как ты догадалась? — спросил слизеринец и улыбнулся. — Ты невыносим! — сказала девушка и скрестила руки на груди, сдувая прядь своих волос с лица. — Я слышу это уже в третий раз, хотя может и в пятый, честно, не считал. Но да, ты права, мне до одури нравится тебя выводить из строя, чтобы ты рвала и метала всё и вся. А ещё мне нравится внимательно и с превеликим удовольствием следить за твоей реакцией. Всё, карты раскрыты! — сказал Драко и хлопнул в ладоши прямо перед лицом Гермионы, отчего она дёрнулась назад и на секунду закрыла глаза. — И знаешь что, у тебя это прекрасно получается. Прямо с блеском выполняешь свою работу. Браво, молодец, Малфой! — Ну тебе же это тоже нравится, — сказал он и слегка наклонился над ней, смотря прямо в глаза. Грейнджер закатила глаза и вздохнула. — Так что, ты позволишь мне помочь тебе? — спросила девушка и серьезно посмотрела ему в ответ в глаза. — Прости меня за мой ответ, но все-таки — нет, — сказал юноша и обошёл её, направившись к выходу из библиотеки. — Кстати, привет Тео, — бросил он через плечо и скрылся из виду. Гермиона снова топнула ногой и быстрым шагом направилась за своей сумкой.***
Сидя на ужине, компания слизеринцев что-то бурно обсуждала, и только один Драко неотрывно смотрел за Гермионой, которая сидела и читала книгу, при этом отпивая сок и ещё параллельно что-то отвечала Тео, который заваливал её какими-то вопросами. — «Интересно, как тебе с ним, м? — мысленно спросил Малфой и подпер ладонью подбородок, с выгнутой бровью и ухмылкой продолжал наблюдать за этими двумя.— «Хмм… Сейчас мы это и узнаем.» Слизеринец прикрыл глаза и с помощью легилименции проник в разум Грейнджер в надежде найти ответ на свой вопрос. Искал он не больше минуты и нашёл то, отчего на его лице расползлась улыбка чеширского кота. Ещё он кое-что подправил в её сознании, касаемо его самого. И поэтому, закончив, он сразу же вышел из разума слизеринки и открыл глаза, теперь уже смотря за её реакцией, которая последовала незамедлительно. Гермиона положила книгу на стол и посмотрела на Драко, который смотрел на неё с невинным выражением лица и этой неизменной ухмылочкой. Девушка нахмурила брови и слегка потрясла головой, не понимая, что с ней произошло. Она снова посмотрела на него и на удивление улыбнулась ему и ещё зачем-то помахала рукой. В ней как будто переключили какую-то настройку, и теперь её действия и жесты в адрес Драко были не агрессивными и враждебными, а совсем наоборот, дружелюбными и добрыми. Грейнджер снова помотала головой и, по всей видимости, до сих пор не понимала, что с ней происходит, как будто внутри что-то заклинило, потому что она то улыбалась и махала Драко, то снова переключалась в то прежнее состояние. Сейчас произошёл переворот, из-за которого в ней самой жило две личности, одна из них говорила, что делать, а другая отговаривала. Не выдержав, девушка поднялась из-за стола и, даже не говоря слова парню, направилась к выходу из зала. Теодор сидел и с недоуменным выражением лица и смотрел вслед уходящей от него Гермионе. Недолго думая, слизеринец поднялся и пошёл за ней. — «Вот так-то лучше», — мысленно порадовался Драко и ещё шире улыбнулся проделанной работе. Посмотрев на друзей, которые осуждающе и многозначительно смотрели на него, юноша закатил глаза и развёл руками. — Ну что вы от меня хотите услышать, а? — спросил Драко и переводил взгляд на каждого из них. — Что ты с ней сделал? — грозным тоном спросила Дафна и скрестила руки на груди. — А ты как думаешь? — с хитринкой в голосе спросил Малфой и выгнул бровь, не прекращая ухмыляться. — Драко! Я ещё раз спрашиваю. Что. Ты. С ней. Сделал?! — снова спросила Гринграсс и стукнула кулаком по столу, из-за чего на них посмотрели практически все присутствующие в зале. Парень вздохнул и посмотрел на большую дверь, за которой минуту назад скрылись эти двое. — Просто понаблюдай за ней и ответишь на свой вопрос, — спокойным и будничный тоном ответил Драко и, допив свой апельсиновый сок, поднялся из-за стола, прихватил свою сумку и направился к выходу.***
— Гермиона, дай списать. Я не успел записать, — шёпотом попросил Тео и улыбнулся девушке, слегка наклоняя голову. — А что ты мне за это дашь, м? — с хитринкой в голосе спросила она и ухмыльнулась. — Эм… Ну… — парень запинался, не зная, что и ответить на этот двусмысленный вопрос. Грейнджер еле слышно хихикнула и, похлопав парня по плечу, шёпотом произнесла: — Расслабься, я шучу. Держи, — и придвинула на его сторону конспект. — Но всё равно должен будешь, понял? — спросила она и положила свою ладонь поверх его, смотря прямо глаза. — Да, — ответил Тео и сглотнул. Сзади них сидели пятеро слизеринцев, которые с упоением смотрели за ними. А Гарри с Блейзом так вообще еле слышно хихикали себе в кулаки и прикрывались учебниками, дабы не спалиться перед учителем. Дафна закатила глаза и повернулась к Драко. — Ну что, тебе нравится представление? — с осуждением в голосе спросила она и нахмурила брови. — Очень, — подпирая ладонью подбородок и улыбаясь, ответил парень и продолжил смотреть за парой. — «Грейнджер, повернись», — приказал ей Малфой и приподнял бровь. Как по волшебству, девушка повернулась всем телом и встретилась с серыми глазами слизеринца, который пристально смотрел за ней и как будто любовался. — Мисс Грейнджер, встаньте, — сказала Макгонагалл. Гермиона тряхнула головой и, повернувшись, поднялась из-за стола, смотря на учителя виноватым взглядом. — Да, профессор. — О чём гласит шестой закон трансфигурации? — спросила Минерва и посмотрела на Грейнджер через очки. — Шестой закон гласит о том, что трансфигурация воздействует единовременно только на один объект, — ответила слизеринка и приподняла подбородок, довольная тем, что хорошо запомнила эту тему. — Правильно. А теперь выйдите сюда и превратите эту книгу в любое животное на ваш выбор, — распорядилась женщина и указала рукой на книгу на своём столе. Гермиона подошла к столу и достала свою палочку. Она с десяток секунд думала, какое животное выбрать. А потом, выбрав, улыбнулась и произнесла: — Драконифорс! И из её палочки вышел огненно-оранжевый луч, который упал на книгу, а после она превратилась в маленького дракончика жёлтого цвета, который изрыгал мелкий огонь из пасти и смотрел на девушку. — Хорошо, а теперь попробуйте управлять им, — сказала профессор и отошла на пару шагов назад. — Хмм… — протянула слизеринка и, нахмурив брови, почесала подбородок. — «Я конечно не мстительная, но можно и сделать один раз исключение», — подумала Грейнджер и наклонилась над дракончиком направив на него палочку и шепнула ему. — Подлети к Драко Малфою и подожги его конспект. Но только сделай это острожного и не навреди ему самому, — приказала она существу и стала наблюдать за его действиями. Дракончик расправил крылья и полетел в указанное место. Пролетев полкласса, он сел на парту перед Драко и, наклонив свою головку, дыхнул слабой струей огня на его пергамент, который через считаные секунды превратился в пепел и исчез. Парень чуть приоткрыл рот и переводил свой недоуменный взгляд с существа и на Гермиону, которая ухмылялась, прям как он сам, и стояла со скрещёнными руками на груди, и смотрела на него с приподнятым подбородком. — «Вот же зараза. Ну что, я люблю взаимность», — подумал Малфой и прищурил глаза, испепеляя ими слизеринку. — Мисс Грейнджер, достаточно. Возвращайте своего дракона и садитесь на место, — сказала женщина и села за свой стол. Гермиона призвала существо, вернула его в прежний облик книги и, положив волшебную палочку в карман мантии, направилась на своё место. Сев за стол, она повернула голову и злорадно ухмыльнулась, посмотрев на Драко, который смотрел на неё исподлобья и сжимал перо в руке. — Продолжаем занятие и записываем следующее, — сказала Макгонагалл и начала диктовать лекцию. Гермиона развернулась к своему пергаменту и, взяв перо в руку, начала слушать профессора и записывать конспект.«Мстить другим, значит придавать им слишком большое значение.»
***
— Ну что, как вы там? — спросила Гермиона и подпёрла рукой лицо, смотря на подругу. — Ты не поверишь, но мы уже встречаемся как две недели. И у нас всё просто прекрасно, — радостным голосом говорила Ванесса и счастливо улыбалась. — Я искренне рада за вас и желаю, чтобы у вас всё было только лучше и чтобы вы… А кстати, вы любите друг друга? — спросила слизеринка и выгнула бровь. — Конечно! Мне Майкл это сам сказал и также сам предложил встречаться. Оказывается, он уже как давно знал, что я люблю его, и всё это время молчал! — наигранно возмутилась Несса и положила руки в бока. — Ну а так у нас всё хорошо. А ты там как? — спросила она и внимательно посмотрела на подругу. — Ну, у меня тоже всё хорошо, — ответила Гермиона и перевела взгляд в сторону, скрестив пальцы на коленях. — Неоднозначный ответ, Грейнджер. Так что давай, рассказывай поподробнее, мне очень интересно. — Что именно ты хочешь узнать, м?! — грубо спросила Гермиона и остро зыркнула на Бейли. — Прости, я не хотела. Просто… Просто нервы, — оправдалась она и опустила лицо в ладони. Пуффендуйка придвинулась в ней и, обняв, погладила по спине в успокаивающем жесте. — Ничего страшного, я понимаю. Больше не буду затрагивать подобные темы, — сказала Несса и улыбнулась. — Нет, что ты. Я могу тебе ответить, но… — Гермиона подняла голову и посмотрела на подругу, — я думаю, ты не поймёшь, и поэтому… Слизеринка не договорила, так как встретилась с серьёзным видом подруги, которая смотрела на неё с выгнутой бровью и слегка наклонённой головой. — Ох, Гермиона, с чего ты так решила? Я всё пойму и даже дам совет. Так что давай рассказывай мне всё, что тебя гложет и не даёт покоя, — сказала девушка и улыбнулась. — Ну хорошо, — сдалась Грейнджер и начала рассказывать ей всё что касается её личной жизни, переживаний и отношений с Тео.***
Закончив свой рассказ, длинною в целую историю, слизеринка взяла стакан с водой и отпила глоток, не прекращая смотреть на подругу, которая сидела с выпученными глазами и пыталась хоть что-то ответить на всё это. — Я знаю, это какой-то бред, в котором я живу, но это так. Поэтому я тебя и предупредила, что ты не поймёшь. — Нет, я всё понимаю. Только никак не могу понять одного, почему у вас такой треугольник и почему сразу же после расставания с Малфоем ты так спонтанно решила начать встречаться в Теодором, а он ещё и не был против? Честно, я в шоке, — сказала Бейли и покачала головой. — Что касается Драко, я его уже давно простила, но до сих пор во мне что-то сидит, что не даёт до конца простить его и начать с ним общаться как раньше, хотя бы по-дружески. Наверное, это гордость. А что насчёт Тео, то эта идея в действительности пришла в мою голову спонтанно, и теперь я уже начинаю жалеть о своём решении. Ты только ему об этом не говори, хорошо? Мне не хочется его обижать. — Да уж, вот это конечно проблема. Но ничего, надеюсь, ты с этим справишься. Но я бы на твоём месте все же подумала насчёт Драко в том смысле, чтобы снова начать с ним хорошо общаться. А если уж ты захочешь расстаться в Ноттом, то можешь вернуться к Малфою и снова быть с ним вместе. Не знаю, говорить тебе или нет, возможно это просто слух и тому подобное. Но я слышала, что Драко очень скучает по тебе и очень сильно хочет вернуть тебя. И ещё я не поняла, конечно же, к чему это было, но также говорят, что он зачем-то изменился и теперь ведёт себя нормально и не как прежде, — закончила Ванесса и посмотрела на Гермиону, которая внимательно слушала её все это время и, по всей видимости, поняла последнее предложение, сказанное подругой. — Хорошо, я подумаю. Спасибо тебе, Несса, за совет и за этот увлекательный рассказ или же слух, — сказала слизеринка и обняла подругу. — Всегда пожалуйста. Я всегда помогу тебе и дам совет, если что, — мягким голосом произнесла девушка и в ответ обняла подругу, сильнее прижимая к себе и тоже улыбаясь. — «Вот что странно — чем больше равнодушен к человеку, тем больше он к тебе привязан», — подумала Гермиона и, прикрыв глаза, улыбнулась собственным мыслям.
